Книга вторая. Пепел.

Ни на гран - (книжн.) Нисколько, ни на самую малость. Это устойчивое выражение, а не ошибка. Я покидаю это место первой, и за это мне жутко стыдно: я оставила его там, в пустоте и холоде, совсем одного. Я знаю какого это - быть в пространстве между мирами живых и мертвых. Это ощущение, когда душа исчезает, и ты остаешься с пустыми объятьями, а холод, который раньше Алекс отгонял, подбирается к тебе все ближе и ближе... Та сторона - пугающее место. Она высасывает из тебя человека. Я прихожу в сознание всего на несколько секунд. Потом меня забирает темнота. Сквозь эту пелену я очень отстраненно чувствую чьи-то прикосновения, прохладные руки, к которым я неосознанно жмусь. Просыпаюсь у себя в постели, переодетая в пижаму и заботливо укрытая одеялом. Кто бы это ни сделал, спасибо ему. Я безумно зла на себя, что потеряла над собой контроль. Чудо, что никто из людей меня не видел. Возможно, это потому, что та площадка слишком обветшала и дети на ней не играют (весьма хлипкий аргумент, дети где угодно играют), а многоквартирных домов там нет, только частные, огражденные высокими заборами. Но все равно чудо. Следующие несколько недель превращаются в ад. Пожар в доме богача - та еще новость, тем более для нашего не очень-то и большого городка. В газетах все расписывается в детальных подробностях, не обходя стороной и мой подвиг. Все ставится так, будто я забежала в дом, услышав голоса. Меня эта версия устраивает, за ней очень удобно скрывается истина. Но и в школе только об этом и говорят, даже спустя одну, две и даже три недели. Как будто у них нет других тем для сплетен. -Я убью их прямо сейчас! - рычу я, сверкая взглядом, который обещает мучительную и долгую смерть, в сторону шушукающихся семиклассниц. Девочки вздрагивают и смущенно отворачиваются к стене, но разговор свой не прекращают. Так. Успокойся, Калашникова. Успокойся. Здесь ты просто ученица, как и остальные. Не нужно выдавать себя. Самовнушение подействовало, в некоторой мере. Я злобно фыркаю и прохожу мимо, стараясь не замечать этих малявок. У одной из девочек очень ароматная кровь, и я не удерживаюсь: втягиваю носом воздух рядом с ней. Вкусная, без примесей алкоголя, сигарет или еще какой-нибудь гадости. -Эй, не думай даже, - Мишка кладет тяжелую ладонь на моё плечо, выдергивая из мира грёз. -Помечтать уже нельзя! - возмущаюсь я и отворачиваюсь от него. -Мечты приводят к желанию их осуществить, - со знанием дела парирует Мишка. Его тон меня раздражает, можно подумать он знает мою вампирскую сущность. И вообще всех вампиров на самом деле. -Я не пью кого попало, - напускаю на себя оскорбленный вид и гордо приподнимаю подбородок. Но он действительно меня оскорбил: неужели Котов думает обо мне как о неконтролирующем свою жажду животном? - Вдруг она больная? -Тебе-то какая разница? Все равно ты не умрешь. Я хочу ему возразить, что вампиры могут подхватить некоторые болезни и даже умереть от них, но звенит звонок, а мы еще топчемся на первом этаже. А физичка не любит опозданий - и меня тоже. Потому что я, в свою очередь, терпеть не могу физику. Бегом поднимаемся по лестнице на второй этаж, а там проделываем себе путь сквозь море младшеклассников, у которых только кончились уроки, а они почему-то до сих пор топчутся здесь. Потом вспоминаю, что они все сейчас идут в кино, но вести себя с ними дружелюбно не могу. Они маленькие, бегают, вопят, запросто с ног могут сбить. Физичка, Светлана Ивановна, долго отчитывает нас, а особенно меня. Я раздраженно сверлю глазами гвоздь, торчащий из линолеума и совершенно её не слушаю. Все сегодня с самого утра злые, и я в их числе. Рана на плече, оставленная зубами Максимилиана, до сих пор не зажила и делать это не спешит. От этого мне больно носить сумку, иногда даже кровь проступает. А еще сегодня девятое ноября. Завтра мне будет семнадцать. Вероятно я должна радоваться празднику, но ощущаю я лишь гнетущее чувство тоски - непременный атрибут большей части моей жизни за последние полтора года. Родители еще три дня назад завалили меня подарками, но настоящий подарок от них это то, что они вместе с Ильей уехали на целых две недели в дом отдыха, предоставив меня самой себе. И дом, разумеется, так же в моем полном распоряжении. А что это означает? Верно, нужно устроить гулянку в честь моего дня рождения, пока родители отсутствуют. Так посчитали все мои друзья. А теперь подумайте, кто мои друзья? Вампиры, по одному оборотню и охотнику - смесь, которую невозможно и нельзя соединять вместе. Как угодить всем, никого при этом не обидив, я не имею ни малейшего понятия. А потому пригласила всех в одно время. Будь, что будет. Закуски и салаты мама приготовила еще вчера. В холодильнике лежит мясо, но я думаю мы прекрасно обойдемся и без горячего. Главное блюдо должно прибыть вместе с Матсом. После школы я пару часов сплю в обнимку с Веней, потом начинаю лениво прибираться, накрывать на стол. Солнце еще ярко светит, времени полно. И как это ни странно, первой приходит Кира. Я действительно в шоке, потому что эта персона умудряется четыре года подряд опаздывать в кафе на собственный день рождения! С порога она кидается мне на шею, крепко стискивает меня в объятиях и затем вручает подарок. Я, не смотря на унылое настроение, улыбаюсь и стараюсь вести себя весело и непринужденно. С приходом Киры дело идет быстрее и веселее. -Когда они должны прийти? - спрашивает она, присаживаясь на диван. -Как стемнеет. Уже скоро, - добавляю я, взглянув на часы. И не ошибаюсь. Примерно через пять минут раздается звонок в дверь. Я открываю дверь и иду к воротам, чтобы открыть их. Конечно, следовало и догадаться, что такие глупости, как ворота не остановят вампиров. Едва выхожу за порог, меня окружают те, кого я точно могу назвать друзьями. Аска повисает на мне сразу же, щебеча пожелания. Тим беспрестанно хлопает по плечу. -Ты уже совсем выросла, - говорит он, улыбаясь, - Когда ты появилась у нас впервые, ты была еще совсем девочкой. -Это было только два года назад! -Они очень много в себя вместили. И то верно. Но я не хочу сейчас говорить об этом. То, что мне нужно - отвлечься от всех проблем и хорошенько напиться. Что я и планирую сделать, когда уйдет Кира, потому что она точно не выдержит зрелища напивающихся вампиров. Всей гурьбой вваливаемся в коридор, и один только Лео сохраняет спокойный вид, распространяя вокруг себя ауру благородства и воспитанности. Увидев Киру, он озадаченно замирает. -Что здесь делает вервольф? - спрашивает он, хмурясь. -Не переживай, в девять я уже уйду, - язвительно отвечает Кира, - и вашему высочеству не придется лицезреть меня всю ночь. -Сей факт радует, - сухо бросает Лео и выходит из комнаты. О-ох, что я там говорила о сближении двух рас? Обмениваюсь взглядами с Луизой и подхожу к Кире, пока сама Лу семенит к Лео. -Не говори мне ничего! - вскидывается Кира, едва я приближаюсь к ней, - Просто он выводит из себя! Почему несколько недель назад он вел себя нормально в моем присутствии, а сейчас как с цепи сорвался? Тупой вампир! Я бы с радостью её утешила, но вот что мне сказать? Что Лео разозлился из-за того, что Кира может увидеть основную часть празднества? Надо было ему заранее сказать, что она уйдет до прихода Матса. Теперь опять придется их мирить. Без этого "опять" ни один визит Лео ко мне в город не обходится. -Не принимай это на свой счет, - непринужденно произношу я, - У него тяжелое время. Со всеми ведь бывает. Кира раздраженно пожимает плечами, но я вижу, что запал у неё прошел. Теперь нужно навестить нашу змейку, пока он не убил меня. Я доходчиво объясняю Лео, что Кира уйдет до того момента, как Матс приведет ужин, и он вроде бы успокаивается, но упрекает недовольно: -Предупреждай заранее! Я подумал, что ты собираешься праздновать при ней. -Мне по-твоему мозги отшибло? -Все может быть! - смеется Лео и быстро ретируется, чтобы не попасть под раздачу. Я встаю, уперев руки в бока, и смотрю, как он удаляется от меня. Лео оборачивается и подмигивает мне, протягивая руку. Я прищуриваюсь и показываю ему язык. Люблю Лео! Как друга, разумеется. Если честно, первая часть праздника проходит неплохо. Я боялась, что вампирам будет скучно, но скучающими они не выглядят. Когда приходит время Кире уходить, она пропадает куда-то. Вместе с ней я не могу найти и Лео. Но потом Кира спускается со второго этажа вся красная, как рак, и несколько нервная. Лео внезапно материализуется на ступенях лестницы словно из ниоткуда. Вид у него крайне довольный, будто он - змей, только что проглотивший кролика. -Ох, я опаздываю, мама убьет меня, - бубнит Кира, торопливо одеваясь. -Все, всем пока. Она обнимает меня и выскальзывает в темноту улицы. Едва за ней захлопывается дверь, как атмосфера сразу же меняется. А спустя еще пару секунд наверху слышатся шаги и недовольный голос Матса: -Ох, вы и тяжелые, цыпочки! Тим, помоги мне! Тим качает головой и спешит другу на помощь. Меня отводят в зал и усаживают на стул, поставленный в центре комнаты. Матс и Тим с гордым видом втаскивают за собой пятерых (!) девушек. Своих двух Матс сваливает прямо на пол и, потирая руками, торжественно произносит: -Как имениннице позволяю тебе выбрать первой! Я внимательно приглядываюсь к девушкам. Две блондинки, и по одной шатенке, брюнетке и рыжей. Блондинки так себе, если честно. Шатенка ничего, но рыжая - высший класс. Только вот это выглядеть будет не очень хорошо, если я сейчас рыжую выберу. Но она так вкусно пахнет! -Оставьте мне рыжую. Остальных забирайте. Только не убивайте! - предупреждаю я. Вампиры хитро улыбаются и кивают. Луиза начинает бегать от окна к окну и проверять насколько плотно задернуты все шторы. Бодренькую попсу сменяет рок: это Тим колдует у музыкального центра. Затем сдвигаем мебель к стенам, сооружая импровизированный танцпол посреди комнаты, и, по предложению Аски, танцуем. Вполне прилично танцуем, даже на людей пока что похожи. Тим так крутит Аску, что та почти не касается ногами пола. Лео вообще встал из-за стола только ради Луизы, но с его-то аристократическим происхождением он просто бог танцев, особенно мазурки, котильона, контрданса и всего другого, что постарше. В общем, он не очень-то и вписывается. Луиза быстро устает и идет отдыхать, а Лео пропадает в поле моего зрения на некоторое время, но затем возникает у музыкального центра. Оставляю Матса в одиночестве (он идет подбивать клинья к Луизе, просто так, конечно, для веселья, а не потому, что она ему нравится) и подхожу к Лео. Он, конечно, меня чувствует и, резко развернувшись, протягивает мне микрофон. Я с некоторым недоумением смотрю на него. -Ты предлагаешь мне спеть? -Именно! -Эм... Зачем? - давно я не выдавала таких исключительных реплик. Как вырвалась от Максля, всегда следила за своей речью. -Не тупи, Калашникова, - Лео нетерпеливо цокает языком, - Мы веселимся, забыла что ли? -Не забыла. И я не туплю. Давай уже сюда свой микрофон. Но в этот момент звенит звонок. Я обмениваюсь удивленными взглядами с Лео, вопросительно приподнимая бровь. Я никого не жду. Тем более из людей - а за дверью были люди. Встаю на цыпочки и заглядываю в глазок. -Ох, черт! Там стояли Марк и Миша! Почему я их не почувствовала? Почему Миша пришел? Ладно Марк, он свой, но Котов! Он же сразу сказал, что не сможет! Я собираюсь с духом и нажимаю на ручку. Не могу же я их держать на холоде. -Сайга! - приветствует меня Марк, улыбаясь своей бриллиантовой улыбкой. Он по-братски обнимает меня, а я стараюсь не выдать своего беспокойства и вести себя как обычно. - Где же твоя самоцветная гора? А, вот она. Марк подходит к низкому комоду, на который я свалила все подарки, и добавляет еще один пакет. -От меня лично, на честно заработанные деньги, - самодовольно хвалится он и мы оба прыскаем. Затем он замечает в дверном проеме Лео и заметно робеет. -Давно не виделись, - с опаской произносит мулат, глядя вампиру чуть повыше глаз. Но Лео даже не обращает внимания на Марка. Он напряженно смотрит на Мишку. О, черт! Какая же я дура! Лео же рассказывал о том, что видел в городе охотника, который как раз подходит под описание Котова. -Миш, познакомься, это Леонардо. Лео - Михаил, - произношу я, придав голосу непринужденность. А что если Лео его тут убьет? Ох, нехорошо все это, совсем нехорошо. Котов, который до этого мялся у порога, делает несколько шагов в сторону Лео и протягивает вампиру руку. -Котов Миша, приятно познакомиться, - произносит Мишка, улыбаясь своей привычной лучезарной улыбкой, - Вы - пятый живой вампир, которого я вижу. Вы, я так думаю, уже догадались, что я охотник и сейчас раздумываете, как свернуть мне шею, - продолжает Мишка не меняя ни тона, ни выражения лица; его улыбка также не меняется ни на гран, - Но должен сказать, что против существования вампиров ничего не имею, и потому прошу отложить мою смерть хотя бы до завтра, чтобы не портить праздник Анюте. С каждым словом Котова я все больше раскрываю рот, а брови Лео ползут вверх. Тут со смеху покатывается Матс. Тим, напряженно сжимавший кулаки, расслабляется. -Где ты такие экземпляры откапываешь, Калашникова? - живо интересуется Лео, отвечая на рукопожатие Котова. -Глаз-алмаз, - усмехаюсь я. Беру Котова под ручку и веду его в зал. На диване лежат тела девушек. Я совсем позабыла о них, а теперь перед Котовым отчитываться. Но его это, кажется, не удивляет. Мишка с готовностью направляется к столу, сдвинутому к стене, и запускает вилку в один из салатов. -Умираю с голоду! - выпаливает он немного смущенно. -Пожалуйста, ешь! - я придвигаю к нему еще и нарезку из колбасы и сыра и наполняю соком стакан. Тут меня зовет Лео, предлагая продолжить. Я пожимаю плечами: почему бы и нет. Песню выбирает Лео. Увидев, что он выбрал, я жалею, что сама не приняла участия в этом. Потому что он выбрал песню Зази и Акселя Баера "A ma place". Это французская песня, неудивительно, что я её знаю наизусть. Нет, не в этом даже причина. Она очень нравилась Алексу, мы не один раз пели её под караоке. Слова у неё... несколько символичны. Они подходили нам. -Отлично, - отвечаю я, принимая микрофон, хотя внутри все сжимается. Первый куплет поет Лео, и я не могу не отметить, что у него прекрасное произношение и хороший, твердый голос. -...Se peut-il qu'on nous aime pour ce que nous sommes. Пора и мне вступать. Я глубоко вдыхаю и пою. Должна сказать, что получается у меня не так хорошо, как у Лео, но тоже неплохо. Мне даже не надо смотреть на экран, пропевая слова, я зажмуриваюсь от удовольствия. Я люблю петь. Даже когда не получается, я люблю петь. Алекс еще больше укрепил во мне эту любовь, постоянно распевая напевы, военные песенки, современные композиции. После нашего расставания мне было больно даже слушать музыку, но я оправилась со временем. -...Je veux bien faire la belle, mais pas dormir au bois Je veux bien être reine, mais pas l'ombre du roi... Припев поём вдвоем. Наши голоса хорошо звучат вместе, но тем не менее остаются отдельными составляющими. Совсем не то, совсем. -Je n'attends pas de toi que tu sois la même Je n'attends pas de toi que tu me comprennes, Seulement que tu m'aimes pour ce que je suis. Затем следует очередной куплет, принадлежащий Лео. В целом, песня о любви, о нерешительности в любви. Влюбленные поют, что не будут ждать друг от друга чего-то волшебного, а будут просто любить за то, что они есть. Когда сомневаются, когда падают, когда делают не совсем то, что от них ожидают. Да, я действительно люблю эту песню. -Quand je doute Quand je tombe Et quand la route est trop longue Quand parfois je ne suis pas ce que tu attends de moi Que veux-tu qu'on y fasse Qu'aurais-tu fais à ma place!? Звуки гитары затихают. Я улыбаюсь Лео, все еще покачивая головой в такт музыке. Мужчина берет меня за руки и зажимает их между своих ладоней. На самом деле, он не так давно начал так свободно касаться меня. Раньше ему словно что-то мешало. -С днем рождения, Аннелла, - тихо говорит он по-французски, чтобы никто нас не подслушал, - Это действительно здорово, что ты родилась семнадцать лет назад. И ты мне будешь нравиться, даже когда будешь на меня злиться, бить и угрожать, плакать или сходить с ума. Я поддержу тебя, если ты будешь падать, и помогу разъяснить все сомнения. -Спасибо, Лео, - так же тихо отвечаю я. Я действительно тронута и у меня нет слов. Никто мне еще не говорил таких фраз. Я сердечно обнимаю Лео, на несколько секунд мое тело прижимается к его, и мне слышно, как гулко бьется его сердце. Плотная, тягучая, но безопасная недосказанность повисает меж нами. Не разбивай и ты мне сердце, пожалуйста, Лео. И он не пытается даже. Сжимает только мое плечо до боли и стискивает зубы, заталкивая в глубины себя все свои высокопарные фразы. Правильно, Серпенти, не подводи свою фамилию. Не нужно меня любить, потому что я не отвечу взаимностью. Вдруг мимо нас со скоростью ракеты проносится Матс. Мы с Лео резко отстраняемся друг от друга и совершенно дружески улыбаемся друг другу. А затем отворачиваемся и делаем вид, что ничего не случилось. Одна из блондинок проснулась. Вокруг неё суетится Матс, а сама девушка испуганно вытаращила на него глаза и даже пошевелиться боится. -Плохо! - раздосадованно выдыхает Матс, - Прекрати бояться! Напуганная кровь невкусная! -Кому как, - тягуче произносит Лео, подходя к нему, - Но все-таки самая вкусная, - он склоняется над перепуганной до смерти девушкой и сладко шепчет на ушко, - возбужденная кровь... -Эй! - сердито окликаю я обоих, хотя на самом деле мне весело. Веселит реакция девушки, то как она сжимается и от страха, и от соблазна покориться. Все-таки Лео - великий соблазнитель. - Не устраивайте мне тут оргий! -Не волнуйся, Калашникова, - откликается Матс, но у самого уже глаза горят совсем нечеловеческим огнем. Лео прислоняется головой к голове девушки и глубоко вдыхает запах её крови, текущей по венам. Приоткрывает рот, его клыки медленно удлиняются, чтобы войти в шею девушки. Матс прикладывается к её запястью. Я наблюдаю за этим со спокойным лицом. Меня саму ждет моя рыжая. Внезапно Матс резко поднимает голову. -Постойте! Нужно её напоить. -Напоить? - Тим брезгливо кривится, - Чтобы мы наутро никакие были? Но Матс уже не слушает его. Он поднимается и бежит на кухню. Возвращается аж с двумя бутылками водки. А ведь это из неприкосновенных запасов отчима! -Оставьте и моей немного, - кричу я, заглушая музыку своим голосом, пока Матс вливает спиртное в рот загипнотизированной девушке. Она послушно глотает и вмиг пьянеет. Запах её крови становится невыносимо притягательным и сладким. Но недостаточно, чтобы снести мне голову, и насовсем утолить жажду. Моя рыжая уже очнулась и сидит, притянув колени к груди, наблюдает за картиной безумства, находясь под действием гипноза Юки. Наверное, думает, что спит - не важно, меня совсем не волнуют её мысли. Я проголодалась. Подхожу к ней и аккуратно присаживаюсь рядом, чтобы совсем не перепугать девчонку. Она старше меня лет на пять, не больше. Глаза серые, огромные, и смотрят на меня почти без эмоций сквозь пелену алкоголя - значит, и её накачали. Я протягиваю руку к её лицу, и она отползает в сторону. -Не бойся, - ласково произношу я и все-таки касаюсь её мягкой, мертвенно-белой щеки, - Я не сделаю тебе больно. Наклоняюсь к её шее, пахнущей сладкими духами, а еще кровью, наполненной адреналином и несущейся по сосудам галопом. Хорошо, быстро будет вытекать. Наклоняю её голову назад, обнажая белое горло. От одного взгляда на него у меня вытягиваются клыки. Сдерживать себя дальше бессмысленно. Я резко ввожу зубы в её горло, и теплая кровь начинает течь мне в рот. Девушка сдавленно вскрикивает, но почти не сопротивляется, поддавшись парализовавшему её ужасу и боли, быстро слабеет и обмякает, становясь просто живой куклой в моих руках. Пей - не хочу. Трахай - нет, спасибо. И я не ошиблась, кровь у неё действительно очень вкусная, а сдобренная порцией алкоголя сносит крышу. Я небрежно отбрасываю девушку обратно на диван и встаю на непослушные ноги. -Музыка мне не нравится, - бормочу себе под нос и бреду к музыкальному центру. Нахожу зависший в памяти саундтрек из "Шаг вперед 4" и включаю галогеновую подсветку. Голубой свет показывает все в таинственном свете, делая все тени такими загадочными и мистическими. Одна из таких теней скрывает человека, но я все равно замечаю его и, схватив за руку, вытаскиваю на середину комнаты. -Мишка! - с воодушевлением восклицаю я, закидывая руки на его шею и прижимаюсь телом, - Давай танцевать! Мишка стоит как истуканчик и мотает головой. По-моему, я его шокировала. Как приятно-то! -Ну, Мишка! Не будь занудой, сегодня такая прекрасная ночь... Чувствую, как парень начинает сдаваться, потому что понимает, что сопротивляться бесполезно. Не дожидаясь, пока он созреет, я начинаю двигаться в такт музыке и даже подпевать, если вдруг мой мозг выдает знакомые строки. Я пьяна, пьяна не в умат, но достаточно, чтобы позволить себе переходить границы дозволенного. А еще Мишка совсем рядом, и его вкусная-вкусная кровь бежит, бежит, бежит... Неожиданно мне хочется сделать что-то такое необычное. То, чего я не делала никогда и вряд ли сделаю, будучи трезвой. Моему мозгу хватает всего пары секунд на раздумья. А затем я притягиваю Мишку за воротник рубашки и крепко целую. Он не отвечает мне сначала. Отстраняет меня, говоря, что я пьяна и не понимаю, что творю, что пожалею наутро. Но-но! Я абсолютно осознаю свой поступок, а обычный поцелуй еще не повод, чтобы о чем-то жалеть. Я кусаю его за губу и, пользуясь замешательством, зажимаю у стены. -Остановись, Аня, - прерывисто шепчет Котов, пальцами уже запутываясь в моих волосах, безнадежно проигрывая эту битву. -Мне плевать, - бросаю резко, лаская губами его скулу, - И на твои доводы плевать. Как будто тебе этого не хочется. А я знаю, что хочется. Очень хочется. Закидываю ногу на его талию и трусь бедром о торс, как последняя шлюха. Рубашка Котова задралась, обнажив живот. -Бесишь уже своей правильностью, - раздраженно шиплю я, прижимаясь грудью к груди. Котов судорожно вздыхает и наклоняется вперед, ко мне. Расценив это как знак согласия, набрасываюсь на его губы с новой страстью, так в наглую пользуясь уступчивостью своего лучшего друга. Его руки уже сползают на мои бедра, как вдруг нас прерывает оглушительный стук в дверь. Я отстраняюсь от Миши и выискиваю глазами Лео, но его нигде не видно. Тогда сама плетусь к двери. Заглядываю в глазок, но порог пуст. Пожимаю плечами: наверное, какие-нибудь шутники. Открываю замок и распахиваю дверь. Порог действительно пуст, если смотреть через глазок. Но на коврике лежит яркий праздничный конверт. -Что еще?.. Обычный конверт, поздравляющий меня с днем рождения. Внутри лежит толстая пачка денег. Я достаю их и пытаюсь пересчитать, но захмелевший разум постоянно сбивается. Однако и так понятно, что тут немалая сумма. Откуда такие деньги? И почему они так знакомо пахнут?.. И тут я вижу небрежный росчерк на клапане, и меня осеняет: деньги пахнут костром, мятой и кровью. Кровью больше всего. Это Алекс. И такой же конверт я получила в прошлом году. На меня накатывает приступ гнева. Я бросаю деньги на пол, конверт рву на мелкие кусочки, сквозь стиснутые зубы проталкивая слова: -Не. Нужны. Мне. Твои. Подачки. Не нужны, слышишь!? Мое плечо вдруг вспыхивает болью - следы зубов Максимилиана напоминают о себе. Я сдвигаю лямки майки в сторону и вид раны приводит меня в ужас: белая, покрытая синими прожилками сосудов кожа и чуть ли не оголенная плоть на том месте, где была красная корка. В следующий момент словно электрический ток бьет мое тело, сгибая его пополам. Я падаю на руки, стараясь не рухнуть лицом на паркет. Что-то нехорошее происходит со мной. Неужели яд Максля все-таки убьет меня? Но, судя по ощущениям в теле, я точно не умираю. Я меняюсь. Тело растет и удлиняется, уши переползают куда-то вверх. Тут совсем неуместно вспоминаю Алекса, который часто виделся мне во снах в облике тигра. Похоже не стоило считать все это обычной фантазией. Как и то, что вампир не может перекидываться в животное. Если хотите послушать песню, прочитать слова и их перевод, то вот: http://fr.lyrsense.com/zazie/a_ma_place