Книга вторая. Пепел.

Выключив воду, я осторожно ступаю на кафельный пол. Заворачиваюсь в большое белое полотенце и открываю ведущую в мою комнату дверь. С порога меня оглушает вопль, а затем что-то набрасывается на меня. -А-а-а-аска! - взвизгиваю я. - Ты перепугала меня до полусмерти! -Уж прям! - отмахивается она и хватает меня за руки. - Пошли ко мне! -То есть? -В дом, где я сейчас живу, - нетерпеливо поясняет Аска. - Хочу тебе показать кое-что. -А ничего не случится, если?.. Боже, Аска всю беременность скачет с места на место, и ничего. С Леной точно ничего не случится. И тут я замечаю, что... -Аска... - мои глаза бегают с её лица на живот. - Лили родилась? -Да! - вскрикивает она. - Неделю назад! Я хочу её тебе показать! Испытывая угрызения совести из-за того, что я сбегаю из безопасного места, я даю согласие и быстро одеваюсь, волосы насухо вытираю полотенцем. Но ведь дом сестер Сакурай - не менее безопасное место, так ведь? Тем более, никто не знает, что я буду там. Ладно, все равно я уже на месте. Я оказываюсь в саду. Сзади меня находится высокая каменная стена, отделяющая дом от внешнего мира, под ногами - крупные камни, образующие дорожку. Следуя за Аской, я забираюсь на веранду и проскальзываю в чуть приоткрытые седзи. Аска прикладывает к губам палец, прося вести себя тихо. Как будто может быть что-то тише вампира. Ну да, признаюсь, для кровососущего я создаю слишком много шума. Но зато у меня очень острый слух, чем не может похвастаться даже Алекс, сотни раз получавший контузию. Если постоянно вскрывать заживающую рану, шрам останется даже у вампира. И вот мои уши улавливают шорохи и тихий писк прямо за расписными фусума. Я вопросительно приподнимаю подбородок и, получив кивок, осторожно отодвигаю перегородку в сторону. Комната, как и положено, обставлена очень скромно. Я видела в этом доме комнаты и пороскошнее, но это, как я догадываюсь, инициатива самой Аски. В середине лежит неубранный после сна футон, возле него валяются несколько журналов, книг и смартфон Аски. Но это все ненужные детали. В углу комнаты стоит просторная детская кроватка. Я была достаточно взрослой, когда родился младший брат, но сейчас я откровенно трушу. Вдруг я что-то не так сделаю? Дети ведь такие хрупкие... -Не бойся, - шепчет Аска и подталкивает меня в спину. - От своего тоже шарахаться будешь? О своем я вообще предпочитаю не думать, так что все возможно. А может, вовсе сплавлю Лену на Алекса и исчезну лет на восемь, как сделал он. Едва эта мысль посещает мою "светлую" голову, я уже знаю, что никогда так не сделаю. Не смогу просто. Устав бороться с моей нерешительностью, Аска прямиком движется к кроватке и тащит за собой и меня, как клещ вцепившись в руку. Ну, я, конечно, знаю, что новорожденные не шибко красивые. Но все-таки... -У неё глазки светлее, чем я думала, - озвучиваю вслух первую промелькнувшую в голове мысль. -Мой отец был торговцем из Голландии, - говорит Аска, поглаживая дочку по крохотной ручке. - Он часто плавал в Японию, пока не ужесточили политику самоизоляции. После этого я его не видела. Так что у Лили только четверть японской крови. Никогда об этом не слышала. То были смутные времена, не удивлюсь, если Аску смертельно ранили в каком-нибудь вооруженном столкновении. -Где Тим? - спрашиваю я, с аккуратностью садясь на пол. -Полчаса назад спал в комнате над нами. Думаю, он все еще там. Он не ушел бы, не предупредив меня, - отвечает Аска. У неё как всегда очень живая мимика и куча лишних телодвижений: жестов, размахиваний руками. Поначалу это нервирует, но со временем привыкаешь. -А Алекса нет уже почти три месяца, - с грустью роняю я. Аска приземляется рядом со мной и обнимает одной рукой за плечи. -Расскажи, - предлагает она. - Можешь даже обнять меня, если станет легче. -Нет, если обниму - расплачусь, а мне только этого не хватало. Аска молча сгребает меня в охапку, буквально вдавив мою голову в свою грудь, и принимается гладить по спине. Мои руки непроизвольно сжимаются на её футболке, плечи начинают трястись. Огромнейшими усилиями я подавляю рыдания и заталкиваю обратно слезы. -Видишь. Не разрыдалась. А теперь расскажи-ка тетушке Аске, что там Алекс натворил. И я... Я как-то неожиданно для себя выкладываю все до самой последней мелочи, без устали повторяя, какой он скотина, гад, козел, раз бросил меня. -Нет, вот скажи, неужели так трудно хотя бы просто смс отправить: "Я там-то, чувствую себя нормально, никого не убил, скоро буду"!? - возмущенно вопрошаю я; голос звенит от обиды и застрявших внутри слез. - Я уже думаю совсем порвать с ним. Я этого ребенка решила родить только потому, что Алекс был так воодушевлен. Но я уже думаю вообще не подпускать его к Леночке. Зачем нужен такой отец, который будет приносить одну боль? -Я тебе не советчик, - разводит руками Аска. - Вы сами должны разобраться. Без криков, как взрослые люди. -Ему вот почти девяносто шесть лет, но я всерьез сомневаюсь в его взрослости, - бурчу я себе под нос. Как это ни грустно, но мне пора возвращаться, потому что мое отсутствие могли давно заметить. Я машу на прощание малышке Лили. Аска переносит меня прямо в мою комнату. И сразу же на меня наваливается столь сильный запах мяты и костра, что аж мутить начинает. Нехорошо, совсем нехорошо... -Ой, - Аска прячется за мою спину, хотя это мне в пору прятаться. - Ну, я пошла. -Аска, по... - но та уже исчезла без следа, - ...стой! Вот же!.. Сбежала! Оставила меня наедине с этим!.. Этим!.. И как раз после того, как я припомнила все его грешки, начиная с самой нашей встречи десять лет назад. -Ничего не хочешь сказать в свое оправдание? - приподняв бровь, убийственно холодно интересуется Алекс. Знаю этот тон. Лучше бы закрыться в ванной и переждать бурю, но, чувствую, это меня не спасет. Только хуже сделает. -Ты о чем? - невозмутимо спрашиваю я, хотя сердце подкатывает к самому горлу. -О, так ты не понимаешь? Тогда напомню, - Алекс делает вид, что с трудом что-то вспоминает и загибает пальцы, постепенно приближаясь ко мне. Я пячусь назад. - Ты засветилась на всю Европу, хотя должна была сидеть и не высовываться. Ты чем-то насолила Еве, и та закатила скандал Крису. А теперь ты исчезаешь из своей комнаты неизвестно куда. Точно ничего не хочешь мне рассказать? -Европу? - с ужасом переспрашиваю я. -Европу. Та передача получилась отменной, я с удовольствием посмотрел запись в интернете. -А ты сам что скажешь мне? - я позорно перевожу стрелки. - Где ты опять был? Почему мне не сказал о своем уходе? Почему вообще ушел? -Какая теперь разница! - Алекс грохает кулаками о стену по бокам от моего лица. - Я бегал по всей Азии, как идиот, по твоему желанию, а ты в это время творила, что хотела! Злые слезы набегают на глаза. Моему... желанию? О чем он вобще? -Я ни о чем тебя не просила, - говорю я, твердо сжав губы. - И точно не просила тебя бегать по всей Азии. Все, чего я хотела - чтобы ты перестал исчезать, когда тебе вздумается, и, когда вздумается, возвращаться как ни в чем не бывало. -А я просил тебя быть осторожной! - почти по слогам выкрикивает Алекс. Его руки сжимают мои плечи. Вот тут я не выдерживаю: несколько слезинок прочерчивают дорожку до подбородка. -Алекс мне больно, - тихо произношу я. -Разве так сложно было просто послушаться других? -Мне больно. Отпусти. Что это? Он... хочет меня встряхнуть? Я опережаю его и со всех имеющихся у меня сил залепляю ему пощечину. Зашипев, Алекс отступает на несколько шагов назад. Выглядит он ошарашенно, словно не понимал, что творит. Его взгляд пробегает от моих мокрых щек до заметно большого живота; глаза расширяются от ужаса того, что он только едва не сделал. Все, хватит с меня. Я не могу так больше. -Я ненавижу тебя, - подавляя всхлипы, говорю я и направляюсь к двери. - Не хочу тебя видеть. Никогда больше. -Эй, что это значит? - непонимающе спрашивает Алекс. - Постой, куда ты? -От тебя подальше, - бормочу, на ходу вытирая ладонью лицо. -Что ты хочешь этим сказать? Я останавливаюсь в прихожей первого этажа, чтобы все слышали мои слова, и жду пока Алекс нагонит меня. О да, сейчас будет знатное представление. -Я хочу сказать, что никогда не выйду за тебя замуж, - громко говорю я и с трудом скрываю в голосе триумф, потому что лицо Алекса заставляет испытывать именно это чувство. - Более того, я запрещаю тебе приближаться к моей дочери. Ты никогда не увидишь её и не будешь разговаривать. Твое отвратительное поведение я терпеть больше не намерена. Я знаю, каково расти без отца. Но такой отец как ты во сто крат хуже. А теперь... Раньше, чем Алекс успевает прийти в себя от потрясения, я создаю из воды огромную руку и вышвыриваю его за порог. Дверь захлопывается на все замки. Конечно, для Алекса выбить дверь - раз плюнуть, поэтому я спешу назад в свою комнату, где, закрывшись на ключ, баррикадирую дверь небольшим диванчиком. Отлично. Это остановит его ненадолго. А мои слова заставят его задуматься. Конечно, немного радикально, но... Как я уже говорила, я знаю, что это - расти без отца, и не позволю своей дочери узнать это. Но такое поведение недопустимо. Я преподам Алексу урок. Все это, конечно, хорошо, но теперь я заперта в нескольких квадратных метрах комнаты и ванной, а кушать тут нечего. А если я не накормлю хорошенько Лену, она начнет есть меня. Не самая лучшая перспектива, но придется сжать зубы и терпеть. Примерно через час в дверь начинают деликатно постукивать. За это время, что я провела сидя на том самом использованном в качестве баррикады диване, я почувствовала, что в доме находится много вампиров. Нет не так. Очень много совершенно незнакомых вапиров! Зачем? Постукивание прекращается и возобновляется примерно через час с еще большей силой. Я, уверенная в своей правоте, упорно храню молчание. Сидеть тут вечность, конечно, не получится, но под утро, думаю, можно прокрасться на кухню. Алекс устает стучаться и, судя по звукам, садится на пол по ту сторону двери. Начинает говорить о том, что ему жаль и такое больше не повторится. Бла-бла-бла... Я встаю и на час скрываюсь от его бормотаний в ванной. Ровно в четыре часа я, положив в карман штанов ключи, осторожно выбираюсь из окна. Ноги скользят по влажной от дождя черепице. Держась за сточную трубу, я подползаю к краю и спрыгиваю на землю. Обхожу дом вокруг и захожу через стеклянную дверь во дворе. Свет нигде не горит, но я и без него хорошо все вижу. Все незнакомые вампиры на третьем этаже, Алекс спит под моей дверью. Аньес и Габриэль сопят (образно выражаясь) в своих постелях. Отлично. Я нигде не включаю свет. Крадусь в кладовую за кухней, где стоит холодильник с донорской кровью. За раз я выпиваю пять пакетов, но легкий голод все еще ощущаю. Тут нужно что-нибудь посильнее. -Как ты здесь оказалась? Я подпрыгиваю от неожиданности. Только мне могло так повезти. Почему я его совсем не почувствовала? -Ты знаешь, что я могу скрывать свое присутствие. Как ты вышла из комнаты? -Тебя это не касается, - говорю я, стоя к Алексу спиной. Если он узнает про окно... -Окно? - ахает он. - Ты прыгала на землю со второго этажа? Ну, влипла же. Мне казалось, что я давно усвоила то, что мои мысли - не только мои. -Тебя это не касается, - повторяю я. - Больше к тебе я не имею никакого отношения. Избегая смотреть на Алекса, я огибаю его, чтобы попасть назад в кухню. Алекс хватает меня за ладонь. И я никак не могу стряхнуть его руку! -Зачем ты это делаешь? Чего хочешь добиться? Мне жаль, что так все получилось. Но это не повод для... -Не повод, значит? Все ясно. Я совершенно точно поняла твою позицию. Пусти меня, я хочу прилечь, - я усиленно трясу рукой, чтобы освободиться, но с таким же успехом я могла бы учить стенку говорить. -Чего ты хочешь? -Хочу, чтобы ты взял на себя ответственность, - я вскидываю вверх голову. - Мы уже говорили об этом. -О какой именно ответственности ты говоришь? Я для вас старался! О, нет! Мы опять возвращаемся к тому, с чего начали. Я взрослый человек, я взрослый человек... И все равно ведусь на эти провокации. Мы перебираем все "лестные" эпитеты, которые только можем вспомнить, я отправляю Алекса в долгое пешее эротическое путешествие, упомянув все ругательства, что только смогла вспомнить. После такого напряжения горло саднит, а злость и обида на него не делаются меньше или незначительней. Своими криками мы поднимаем на уши весь дом, но так ничего не добиваемся. -Не ври, что ты делал это не ради себя! И то, что произошло наверху! Ты меня чуть не приложил о стенку! -Не хотел я тебя прикладывать о стенку! -Неужели!? А вдруг мы тебе надоели!? Решил избавиться от нас, как от Катаржины с Дариушем!? Мои слова подобны хорошей оплеухе. Резко вдохнув, Алекс ошарашенно отступает на шаг назад. -Я... Ты не понимаешь... - непослушными губами бормочет он; в глазах мелькает затаенная мука. - Я не хотел, а она молчала... -Ты свернул шею собственному ребенку, - цежу я, сжимая кулаки. -Он был неудачей! - выкрикивает Алекс с отчаянием. - Неудавшийся гибрид вампира и человека, недоношенный, слабый. Он не выжил бы ни при каких условиях. Я просто избавил его от страданий. Неужели, ты думаешь, что я способен на подобное зверство? - спрашивает он и протягивает ко мне руки. - Что я убью нашего ребенка?.. -Я не знаю, что мне думать, - бросаю я и, опираясь рукой о стену, иду к двери. Позади раздается глухой звук падения. Словно мешок картошки на пол бросили. Я оборачиваюсь чисто из любопытства и... Я... -Ты этого добивалась, да? Этого? - отчаянно хрипит Алекс, уперевшись ладонями в пол. - Ты можешь делать, что угодно, но не лишай меня моего ребенка. Прошу тебя. Нет... Я совсем не этого хотела. Моим желанием было проучить его, заставить его сожалеть, чтобы преподать урок. Никак не это. Один только вид стоящего на коленях Алекса приводит в замешательство и заставляет чувствовать себя виноватой и отвратительной. Но то, как он сжимает в кулаки пальцы, кусает губы, его согнутая спина - все это искренне. И бьет наотмашь. Вся злость лопается, как резиновый шар с водой, окатив меня водой, и уныло повисает. -Алекс встань. Встань, - повторяю я. -Не встану, пока ты не заберешь свои слова назад. -Я бы опустилась на колени рядом с тобой, но я не могу этого сделать, поэтому встань, - с нажимом на последнее слово признаюсь я неохотно: мне не легко осознавать, что некоторые вещи я больше делать не могу. Наклоняться, например, ибо неудобно. -И ты простишь меня? -Я только этим и занимаюсь вот уже десять лет, - вздыхаю я. - Вставай или я закрою тебя тут на весь день. Алекс резво вскакивает на ноги. Вот же... Слов нет. Он так четко провел меня, отлично сыграв свою роль. Хотя... Я присматриваюсь к Алексу внимательней и понимаю, что он не притворялся. Он следует за мной по пятам до самой моей комнаты, и не отказывается от предложения войти. Застывает у двери и наблюдает за мной немигающим взглядом кота, ждущего угощения. Вот ведь хитрый котяра. -Ты ждешь, чтобы я извинилась? - Алекс с энтузиазмом кивает. - Хорошо, я извиняюсь. Мне не стоило играть с твоими чувствами, это было подло. Но если что-то подобное повторится - я о твоем исчезновении на три месяца - я шутить уже не буду. И завтра расскажешь мне, где ты был, - мой палец грозно указывает на Алекса. Тот еще раз кивает, уже с более серьезным видом. Что ж, надеюсь это действительно прогресс, а не просто спектакль для отвода глаз. -Ты так и будешь там стоять? Алекс мотает головой. Он что, язык проглотил? Рыжий двигает диван на место. Я только сейчас придаю значение тому, что он в дорожной одежде, а значит не отдыхал с тех пор, как приехал. Глупый ведь, правда? -Я очень испугался, - неожиданно выпаливает Алекс, перекатываясь с носка на пятку. - Я так злился, когда ехал сюда, а потом вошел в дом... и не нашел тебя. Я очень... испугался. Не делай так больше. -Я сделала именно так, как делаешь всегда ты. Не понравилось? - тихо интересуюсь, сдержав сарказм. - Вот и мне не нравится тоже. Отодвинув в сторону портьеру, я бросаю взгляд на пустынную улицу. Солнце уже начинает вставать. При свете дня мне будет трудно заснуть, поэтому нужно поскорее ложиться. Проблем с этим нет, я просто стягиваю одежду и вот так, в нижнем белье, падаю на кровать. Очень аккуратно падаю. -Ты как хочешь, а я спать, - заявляю я, закапываясь в одеяло. - У тебя два варианта: уйти и не нервировать меня своим присутствием, либо тоже лечь спать. Ну как? -Ты хорошо себя чувствуешь? - с подозрением спрашивает Алекс. Я сажусь, откидывая одеяло в сторону. Нет, вот обязательно ему нужно привязаться с глупыми вопросами и все испортить. -Если ты так хочешь, я могу еще раз наорать на тебя и выбросить в окно, - терпеливо говорю я. - Сегодня ты перешел все границы, но я смогла найти силы опять простить тебя. Но мое терпение далеко не бесконечно, поэтому заткнись и ложись спать. -Очень доходчивые объяснения, - усмехается Алекс и начинает растегивать пуговицы плаща. Покончив с одеждой, он опускается рядом со мной, но не ложится, а опирается на локти и продолжает наблюдать все тем же немигающим взглядом. Кусает губы. -Ты что-то хочешь, но не решаешься это сделать, - делаю я вывод. - Просто скажи и перестань сверлить меня взглядом. Раздражает. -Я могу?.. - рука Алекса совершает не совсем понятное движение в мою сторону. Я пожимаю плечами. Почему нет? Не думаю, что он сделает нечто ужасное. Его ладонь ложится на мой живот. Осторожно, словно он касается готовой вот-вот рассыпаться в стороны пыльцы. Осмелев, Алекс заменяет ладонь своим ухом и даже перестает дышать. -Слышишь что-нибудь? - спрашиваю я. -Да. Тихо совсем, - отвечает Алекс тихо и прикрывает глаза. -Тебе не говорили? Будет девочка, - произношу я, запуская пальцы в его волосы. -С твоими милыми губками-бантиками, - мечтательно улыбается Алекс. Сомневаюсь, ведь это не передается по наследству. Дело в том, что к моменту рождения, мои губы по неизвестной причине не успели до конца сформироваться, и родилась я с самым настоящим бантиком вместо губ. Позже, это стало почти незаметным. -Я хочу назвать её Леной, - не меняясь в голосе, говорю я. Алекс резко садится и смотрит в мои глаза, чуть нахмурившись. -Зачем? - кривит он губы. - Она - не тот человек, в честь которого стоит называть нашу дочь. Судьба... несчастливая. -С чего ты взял, что я поэтому выбрала это имя? -Как будто я тебя не знаю. -Но я так решила не из-за желания почтить память Лены Левковской! - я протягиваю к Алексу руки и сжимаю его плечи. Контраст просто ошеломителен: мои пальцы почти обжигает холодом. - Прочти мои мысли, для тебя это раз плюнуть. Просто я не могу передать это словами. Точнее не не могу, а не в силах себя заставить произнести все это вслух. Такие откровения мне не свойственны, как и ему. Намного проще, когда можно понимать друг друга без слов. Алекс входит в мой разум аккуратно, безболезненно. Легким ветерком разметает сотни мыслей, чтобы найти одну единственно верную. Из его груди вырывается прерывистый вздох. Я жду, что он выйдет, затворив крепко дверь, но он не делает этого. Дверь остается открытой настежь. -Пускай теперь всегда будет так. Хорошо? - спрашивает он шепотом. Я мелко киваю. - Ты ведь знаешь, что наши чувства друг к другу далеки от стандартного понятия любви. С чего бы ему начинать об этом говорить? Да, я не люблю его так, как должна бы. Это скорее болезненная привязанность замешанная на крови, пророчестве и одержимости. Далеко до светлого чувства. -Но мы ведь можем попробовать, верно? Ох, если бы все было так просто: договорились и сделали. Все совсем не так всегда получается. Однако я соглашаюсь, хотя бы ради Лены. В своей жизни я более не центр. На такой оптимистичной ноте мы оба замолкаем и не произносим больше ни слова. Алекс спать не хочет, но покорно лежит, потому что я начинаю дремать, устроив голову в сгибе его локтя. Медленно я погружаюсь в сон... Перед глазами вспыхивает что-то яркое, похожее на бомбу. На лицо сыпятся мокрые комья земли и застревают в волосах. -Опять наш сбили, - раздраженно сетует юноша и выплевывает криво скрученную самодельную сигарету. - Как долго еще будем отступать? -Ты прекрасно знаешь, что я сам вынужден подчиняться, - судя по тону полковника, на подобный вопрос он отвечает по несколько раз в сутки. -А давайте я их спалю. -Сказано же: нельзя! - рявкает полковник. - Ты в прошлый раз чуть наших не задел! Да и как это объянять будем начальству? Тебе все равно, Орлов, а мне отдуваться! Иди поспи, пока есть время. -Не могу спать, - качает головой рыжий. - Мне больно шумно тут... Отпрянув, я заваливаюсь на спину и видение темного наспех вырытого окопа исчезает и вновь возникает комната, словно кто-то перелистнул картинку. Алекс нависает надо мной, обеспокоенно интересуясь: -Что с тобой? Тебе плохо? -Н-нет, кажется... Я не уверена, - отвечаю я, проводя ладонью по лицу. Что это было? Это не похоже на мои обычные сны, потому что Ярослава точно не могла их мне показать. И это не из-за связи с Алексом, тогда бы я все видела его глазами. А я наблюдала со стороны. -О боже! - вырывается из меня. - Меритамен говорила, что у той девушки, дочери первых Саламандры и Ундины был дар читать людей. Все мысли и воспоминания от рождения до смерти. -Ты не думаешь?.. - мрачно начинает Алекс. -Именно так и думаю, - отвечаю я. -Что ты видела? -Какой-то обрывок. Окоп, двое мужчин. Ты спрашивал, как долго еще отступать, а он огрызался. -Ааа, - неопределенно тянет Алекс. - Полковник. Могло быть воспоминание и похуже. -Не время для шуток! - говорю я, толкнув Алекса в грудь, - Я не могу использовать этот дар на полную, но Лена сможет! Даже короткое прикосновение для неё будет ужасом! О боже... Это ужасный дар. Вся воцарившаяся после ссор идиллия растворяется в едкой, как кислота реальности. Я лбом прислоняюсь к плечу Алекса, чьи руки сразу же накрывают мой плечи. -Ну-ну... - утешающе шепчет он. - Мы с тобой достаточно сильны, чтобы закрываться от постороннего воздействия, как и многие наши друзья. Все будет хорошо. Алекс сжимает мои пальцы и коротко целует в висок. Наутро, едва приняв душ, я спешу спуститься вниз, потому что Алекс хочет что-то мне показать. Кстати, все те незнакомые вампиры еще здесь. Они имеют какое-то отношение к тому, что задумал Алекс? Посмотрим. Прямо сейчас. Я вхожу в людную гостиную и, выискав глазами рыжего, машу ему рукой, привлекая его внимание. Говорящий в это время с Саю Алекс прерывается на полуслове и, позабыв о своей собеседнице, движется ко мне. И взгляд, которым провожает его Саю мне совсем не нравится. Так и хочется накинуться на Алекса и завопить: "Мое!". Фу, бред. -Что здесь за сбор? - интересуюсь я у Алекса. - Все они не из Сопротивления, верно? -Верно, - соглашается Алекс. Что-то он юлит, не говорит правду. Я-то думала у нас покончено с секретами - большей их частью, если угодно. Но это... Я внимательно оглядываюсь. Действительно, судя по речи иностранцев тут почти нет. Тоже странно. -Просто скажи что задумал, Алекс, - прошу я, твердо решив не принимать отговорок. -Я хочу создать свой клан.