Книга вторая. Пепел.

Вопреки моим ожиданиям, Кристиан первым делом заявляет, что такая слабачка как я ему и даром не нужна. Весьма справедливое замечание. С момента смерти Алекса я едва двигалась и почти ничего не ела. Даже кровь не казалась мне притягательной. От этого моя кожа стала сереть и трескаться в некоторых местах. Посему мне прописали калорийную диету и физические нагрузки. За последним обычно следили Алекс или Тим, но оба они мертвы. Я помню, что Альхильд и Леон прекрасно управлялись с рукопашным боем, но они тоже не вернулись из того места. Ко мне приставляют обычно молчаливого и хмурого посланца от Бенихиме, самой старой вампирши в Японии. Рёхей гоняет меня с вечера и до позднего утра. Мой день начинается в семь вечера, когда уже не так светло. Сначала пробежка по всем коридорам замка и замковым дворам - не очень удобно, но меня не выпускают даже за окружные стены, что уж говорить о внешних. Но, кажется, все похитители обо мне позабыли, решили, что я не представляю опасности и полностью сломлена. Мне это только на руку. Примерно тогда я начинаю интересоваться кланом Алекса. Оказалось, что он не распался, и управление на себя взял Максимилиан. Так вот почему все это время он так занят! Я не понимаю его мотивов, но Рёхей сухо объясняет мне, что я спасла Элен. Тогда, когда в замок заявился Дамар. Когда я увидела, что он схватил девушку, я могла просто убежать, оставить Элен ему на растерзание и тем самым выиграть время. Но я поступила иначе. И теперь Максль у меня в долгу. А долгов фрайхерр фон Алленштайн не любит. Так или иначе, мы теперь квиты. Почти шоком для меня становится то, что следующим главой могу стать я. Разумеется, я почти жена бывшего главы, но доверить мне в управление столько жизней, когда я несу одну лишь смерть... Но и выбора у меня нет. Я не могу вечно сваливать эту работу на Максля, который и так сделал достаточно. Спустя всего два месяца я перестаю напоминать ходячий скелет, мое тело вновь сильное и гибкое. Но и тогда Рёхей ограничивается обычным кивком и даже слегка улыбается. Первый раз вижу его улыбку и должна сказать, она делает его суровое лицо куда приятней. Я тонко намекаю ему на это, и улыбка мгновенно исчезает; Рёхей иронично вскидывает бровь. Подобный разговор является весьма типичным для нас, разве что, кроме улыбки и похвалы. На следующий день Анхен, сурово взирая на меня, тестирует мою готовность к боевым действиям. Меня это несколько задевает. Насколько же сильно они перестали мне доверять. На Анхен мне плевать, но вот недоверие Криса задевает. И я готова постараться, чтобы исправить это. В итоге Анхен остается довольной, но заканчивается неделя, а никаких распоряжений на счет меня нет. Я терплю, и проходит еще одна неделя. А потом я улавливаю в разговоре с Максимилианом, что верховное командование просто-напросто не хочет рисковать, отправляя меня на передовую. Боятся, что у меня опять случится нервный срыв. По-моему, у Криса слишком много дел помимо того, чтобы еще и обо мне беспокоиться, и он совсем забыл, на что я способна, когда мне надоедает ждать. А ждать впустую я просто ненавижу. И раз уж мне предстоит принять бразды правления целым кланом, мне нужно вспомнить, что такое гордость. Гордость существа человеческого рода, гордость женщины, а теперь и матери. Гордость чистокровного. Если не удастся вернуть их доверие, я хотя бы заставлю себя уважать. -Максимилиан, ты мне нужен. Максль вздрагивает и просыпается, резко выпрямившись. Несколько секунд он расфокусированно смотрит на огонь в камине, затем сосредотачивается на мне. -Что ты хотела? -Узнать о своем клане. -Твоем клане? - Максль усмехается. - Он пока не твой. И не мой. Он бесхозный. -Ну, так я хочу стать его полноправной хозяйкой, - заявляю я несколько самоуверенно для своего шаткого положения. - Я не имею права многого у тебя просить, но если ты поможешь мне в этот раз, поверь, я оставлю тебя навсегда. -Не говори "навсегда", - говорит Максль. - Пройдет с полвека, и это обещание забудется. Но я тебе помогу. И не потому, что устал от своих временных обязанностей. -Ты ничего мне не должен, Максимилиан, - произношу я медленно. На это Максль лишь неопределенно пожимает плечами, говоря, что данная тема закрыта. -Так что именно ты хочешь от меня? - спрашивает он. -Хочу, чтобы ты заявил всем, что я принимаю правление на себя. -А ты справишься? - Максль испытующе смотрит на меня своими пронзительными глазами. Мне инстинктивно хочется съежиться под этим взглядом, но я выпрямляюсь и смотрю прямо в его глаза. Помнится, раньше я не могла делать это с такой легкостью. Помнится, когда-то я смертельно боялась Максимилиана. Все-таки, шрамы на моей спине никуда не исчезли. Но, кажется, будто это было слишком давно. Не десять лет назад, а сто, двести, триста... И голос, и взгляд Максля выражают усталость, но он обещает помочь мне в этом деле, но только если я не стану сильно портить отношения с Крисом - его владения расположены слишком близко к Алленхайму. Я и не собиралась так поступать. Максль собирается снова заняться работой, но я беру его под руку и решительно веду в спальню, где Элен, слишком утомленная заботой о Маркусе, спит в кресле у детской кроватки. Её лицо бледно, а щеки блестят, будто она плакала. Максль растерянно застывает в дверях. Мне приходится его подталкивать. -Не забывай о них, Максимилиан, - говорю я ему, прильнув на миг лбом к его напряженной спине. - Ты им нужен, очень нужен. И ты жив и можешь сделать их счастливыми. Не забывай о месте, где тебя ждет семья. Месте, о котором так мечтал Алекс. В первые дни тренировок с Рёхеем я с трудом заставляла себя вставать с кровати. Через силу ела. И тогда я себе говорила: вот если я встану - Алекс жив. Если прожую этот кусочек - Алекс вернется через пятнадцать лет. Если выйду на пробежку - через десять лет. Если начну вновь жить - он будет стоять за следующей дверью. Самовнушение порой бывает весьма эффективным. Только Алекс все равно не вернется. Теперь я уже не думаю об этом, поднимаясь с постели или вступая в спарринг с Рёхеем, и почти готова смириться с его смертью. Осталось только отомстить Альбрехту. Потом... ничего. В один из таких дней, наполненных ожиданием, мне исполняется двадцать шесть. Я не жду поздравлений и пышных празднеств. Сомневаюсь, что кто-то вообще знает об этом, кроме Котова и Мосалева, которые уехали куда-то. Еще Лео, но его тоже нет. -Извините, - останавливает меня в коридоре робкий голос. Я оборачиваюсь и вижу мальчика, сына Дамара. Должна сказать, выглядит он куда лучше, в чистой одежде, с аккуратно подстриженными волосами и не таким тощим телом. Похож на обычного ребенка, если бы не глаза. Все же, пугающее у них выражение. Пустое. -Ты что-то хотел? - дружелюбно спрашиваю я и присаживаюсь перед ним на корточки. -Хотел узнать о том, что со мной будет дальше. Я не спешу отвечать, хоть и давно все решила. Я усыновлю этого мальчика и буду растить сама. Не знаю, откуда такое внезапное решение, ведь я родному ребенку почти не уделяю внимания. Но я чувствую, что должна это сделать. И не потому, что он мой предок, пусть и не прямой. Просто должна. -Я приму тебя в свою семью, - говорю я медленно и улыбаюсь, чтобы компенсировать неуверенность в голосе. - Дам тебе крышу над головой, буду о тебе заботиться. Начнешь жизнь заново, новым человеком. Хорошо? -Хорошо, - мальчик кивает. - Помните, вы мне говорили об имени? А, точно. Пару недель назад я посоветовала ему, наконец, выбрать новое имя, раз старым пользоваться он не хочет. Посмотрим, что же он выбрал. -Я хочу быть Мишей, - тихо, но отчетливо произносит мальчик. Мишей? Я не ослышалась? Просто прекрасно. Где там у нас Котов. Я уверена, это он что-то наболтал мальчишке! Но вслух я страдальчески произношу: -Как же мне теперь вас различать? -Хотите, я выберу другое, - холодно предлагает мальчик. -Нет, - отвечаю я, поднимаясь на ноги. - Это твой выбор, и я его уважаю. Теперь я могу заказать для тебя документы. -И еще: я хочу взять вашу фамилию. -Мою? - я снова удивляюсь. - А разница? -Так надо, - твердо стоит на своем мальчик. Ну хорошо, спорить не буду. Значит, Калашников Михаил Александрович. Что-то заставляет меня стоять на месте, хотя я хотела уйти. Неправильно это как-то. Все должно быть не так. -Что у тебя с пальцем? - интересуюсь я осторожно. Взгляд новоиспеченного Миши приобретает недоуменное выражение, но затем светлеет. -А, это, - он дотрагивается до заклеенного пластырем пальца. - Порезался, листая книги. -Тебе нравится читать? -Наверное, - Миша пожимает плечами. - Здесь все книги на неизвестных мне языках. -Хочешь, я дам тебе несколько книг на моем языке, - предлагаю я и робко беру его за руку. - Они в моей комнате. Пойдем? Миша кивает, и я веду его к своей одинокой башне. Только приведя сюда постороннего, я замечаю, что все вокруг заплыло грязью. Приходится раздвинуть портьеры, чтобы придать помещению не столь мрачный облик. -Вот смотри, - наклонившись, я выдвигаю из-под кровати объемную коробку. - Тут много чего есть. Выбирай на свой вкус. Можешь тут читать, прямо на кровати устраивайся, как тебе удобно. Видно, что мальчик еще скован и все время боится сделать что-то не так, как принято в этом мире. Книгу в руки берет аккуратно, с опаской, прикасаясь к страницам так, как прикасаются к старинной вазе. В его глазах ясно читается трепет. Перед всем новым, всем, что касается этого нового для него мира и времени. Но еще там есть страх. -Не бойся, - говорю я скорее себе, чем ему. - Все это - реальность. И скоро она изменится. Или исчезнет. Внешне ничего не меняется. Я по-прежнему редко прерываю свое добровольное заключение, но уже не сижу, опустив руки и жалея себя. Смартфоны нового поколения - штука прекрасная, позволяют вести дела, не вставая с кровати. И самое забавное во всей ситуации - она происходит у Криса под носом, а он ничего и не ведает. Глупый уставший мальчишка, он списал меня со счетов, свято веря, что я убита горем, а когда наконец приду в себя, то последую за ним. Ведь Максимилиан заверил его, что распустил собранный Алексом клан. Я начинаю встречаться с лидерами клана. По одному они приходят ко мне, когда нет Криса. Некоторых я посещаю сама. Многих я уже знаю: Игорь, Власов, Сариола Йен, сестры Сакурай. Младшая Саю вся так и пылает ненавистью ко мне. Она слишком сильно любила Алекса и была ему преданна, а я его убила. Она так и говорит перед уходом: "Если бы тебя не было...". После долгих рассусоливаний и переговоров я назначаю дату первого собрания. На тот день, когда в замке соберутся Кристиан, Бранденбурги и несколько сторонних наблюдателей. Очень рискованно, но я заставлю их признать нас публично, чтобы они уже не могли отказаться от своих слов. И тогда мои руки будут развязаны. Лишь бы только все прошло гладко. Начинается этот день не самым лучшим образом. Проснувшись уже ближе к вечеру, я осторожно выскальзываю из-под одеяла, стараясь не потревожить маленького Мишу, который уснул у меня с книгой в руках. Лена, которой недавно стукнуло восемь месяцев, тоже преспокойно спит в своей кроватке. Вообще, она - самый удивительный ребенок, которого я когда-либо видела. Почти не плачет и не хныкает, лишь смотрит на тебя так, будто читает, как открытую книгу. Неудивительно, с её-то даром. У Миши большой опыт общения с маленькими детьми, я совсем не боюсь оставлять их вдвоем. К тому же, Лена может пить лишь его кровь, помимо моей. Я не знаю, на каких основаниях она так решила, но мне это лишь на руку. Оставив детей спать дальше, я спускаюсь вниз, чтобы сообразить завтрак. Запах Перса останавливает меня на подходах к кухне, заставляя развернуться и направиться в старый палас. Я редко тут бываю, так как это место хранит не очень приятные воспоминания десятилетней давности. Войдя в просторную залу с огромным камином, я застываю. Перед тем самым камином рядком лежат странные черные предметы, по очертаниям очень похожие на... Человеческие тела, завернутые в пакеты. -Что это? - онемевшими губами спрашиваю я у подоспевшего ко мне Перса. - Откуда? -С того места, - отвечает он тронутым болью голосом. - Все, кто умер. Алекса среди них нет, - говорит он, предвосхищая мой вопрос. И я не знаю: радоваться мне или плакать. Стальные обручи сжимают мою грудь в раскаленных объятиях, и я почти задыхаюсь, поддавшись эмоциям. Лишь в самый последний момент говорю себе: стоп. Нельзя. Выровняв дыхание, я присаживаюсь на корточки перед одним из свертков и кладу руку туда, где должна быть голова. Во лбу мужчины (а это точно мужчина) чувствуется что-то острое. -Это Тим, - поясняет Перс. - Схлопотал стрелу в затылок. Она прошла почти насквозь и застряла. Я сглатываю комок в горле и киваю. -Спасибо. Это для меня много значит. Я должна их похоронить. Их всех, так, как полагается. И всех вместе. Только где - даже не представляю. Хорошо бы выхватить какой-нибудь кусок земли, чтобы создать там что-то вроде склепа. Ведь не зарывать же негниющие тела в землю. Нужно это хорошенько обдумать после собрания. Гробовую тишину я решаюсь прервать лишь через несколько минут. -Ты не знаешь, Лео уже прилетел? -Зачем он тебе? -Ты же знаешь, сегодня собрание моего клана. Нужно будет назначить на посты генералов преданных мне людей, и Лео - один из этих людей. -Но назначать ты можешь только членов клана. -Разумеется, в чем вопрос, - я нервно облизываю губы, начиная ощущать какой-то подвох. -Леонардо - не часть твоего клана, - медленно выговаривает Перс. - Он отказал Алексу сразу же. Я молчу несколько секунд, сдерживая эмоции. -Ясно, - сухо произношу спустя какое-то время. - Спасибо, что просветил. -Не благодари за боль. Видит бог, не я должен был сообщить тебе эту новость. Я киваю и спешно выхожу на крыльцо. Раннемартовский воздух еще чист и свеж, его приятно вдыхать полной грудью. Выудив из кармана телефон, деревянными пальцами набираю сообщение и отправляю его. Даже не знаю, куда оно улетит - в Италию ли или куда-то дальше. Но я отчаянно нуждаюсь в том, чтобы оно обязательно дошло. Эгоистично, но я не могу потерять еще и Лео. Какое-то движение привлекает мое внимание. Я опускаю взгляд. Это вышли на прогулку с детьми Элен и маленький Миша. -Вот так, молодец, - доносится до меня его тихий голос. -Я думала, ты спишь, - говорю я громко, спускаясь с высокого крыльца. -Лена захотела погулять, - с легкой полуулыбкой отвечает Миша и, поддерживая Леночку за руки, шагает с ней ко мне. - Элен любезно предложила мне свою компанию. Обычно Элен не пропускает даже такие крохотные недокомплименты, но в этот раз она молчит. Лишь оборачивается и окидывает громаду замка встревоженным взглядом. -Не беспокойся, - говорю я ей. - Едва все наладится, я оставлю вас. И больше не буду беспокоить. -Но ведь дело не в этом. -А в чем тогда? Но Элен мотает головой и, закусив губу, бросает еще один взгляд в сторону замка. Я бы хорошенько её расспросила, но со стороны главного входа доносятся громкие и, что самое главное, незнакомые голоса. Наверное, приглашенные на собрание начали прибывать. Среди них нет таких, кому нельзя было доверять хотя бы частично, но я все равно беру Лену на руки и крепче прижимаю к себе. Я обязана оградить её от всего любыми способами. Лео не отвечает мне ни через час, ни через два. Близится вечер, и я уже и не жду, что он откликнется. В конце концов, кто я? Женщина, навечно преданная другому, которая никогда не ответит взаимностью. Недоступная. Все просто, на самом деле. Я стою в коридоре и сквозь крохотную щелочку между дверными створками наблюдаю за вампирами. В приглушенном холодном свете все они выглядят настоящими призраками, хотя дышат, едят и пьют. Не могу отогнать от себя мысль: как они поступят, когда узнают о моих планах? -Переживаешь? -Ни капли, - лгу, и глазом не моргнув. - Разве есть для этого повод? -Есть один, - признается Крис нехотя. - Я хочу, чтобы ты сама заявила, что вступишь в мой клан. С обычным вампиром хватило бы и моего слова, но в твоем случае это не пройдет. -Без проблем. -Тогда начинаем. С этими словами Крис толкает дверь и решительным шагом входит в комнату. Я следую за ним, выждав несколько секунд, чтобы не показалось, будто я его хвостик. Вампиры встречают нас гробовым молчанием. Крис становится в середину комнаты, а я нахожу место рядом с Сантьяго. Его лицо больше похоже на посмертную маску: тело его брата Перс доставил сегодня утром в черном мешке. Кристиан заводит свою нудную шарманку, к которой я не прислушиваюсь, готовая отреагировать лишь на звук своего имени или что-то ко мне относящееся. Ждать приходится довольно долго. Наконец, Крис произносит мое имя и протягивает ко мне руку. Проигнорировав её, я выхожу вперед и окидываю собравшихся взором. Перед взглядом проносится множество лиц, множество глаз, направленных только на меня, и впервые сомнения закрадываются в мои планы. А не сделаю ли только хуже себе и своей дочери? Вдруг никто меня не поддержит? Тогда это будет крах всего того, что осталось от моей жизни. Сомнения - одна самых худших вещей, которую только может испытывать человек. Они затуманивают разум и мешают мыслить объективно. Я все еще стараюсь собраться с духом, как внезапно настежь распахивается дверь, и в комнату влетает запыхавшийся... О мой, бог, это Лео. Его заметавшийся было по комнате взгляд останавливается на мне. Глаза расширены, радужка светлая-светлая, что удивительно: Лео прекрасно сдерживает эмоции и реакции тела на них, даже глаза не выдают его, всегда оставаясь натурального голубого оттенка. Несколько секунд мы молчаливо смотрим друг на друга, и его молчаливая поддержка придает мне сил. Я наконец-то обретаю голос. -Я хочу заявить о том, - перед основной фразой я делаю паузу и обвожу всех присутствующих взглядом, - что отвергаю все слухи касательно моего вступления в клан Кристиана Аденауэра и объявляю себя совершенно независимой от него и его подчиненных. Сидящий в ближайшем кресле Данил тайком поднимает вверх большие пальцы и заговорщически улыбается. -Далее хочу сказать, что с настоящего момента принимаю на правление объединением, которое около года назад собрал мой муж, Орлов Алекс. -Абсурд! - возмущенно выкрикивает Анхен, вскочив со стула. -Почему же? Вполне закономерно. Или вы, смею предположить, рассчитывали прибрать все к своим рукам? Не выйдет. Отныне мой клан независим, как и я сама. -Твой клан? - высоким голоском интересуется Анхен. - И что же в него вступит? Ты и твои детишки? Девушка наигранно смеется, но, отдаю им должное, никто её не поддержал. Разумеется, ведь половина из них поддерживали Алекса. Неожиданно вперед выходит Максимилиан. -Гостям следует быть осторожнее, когда они находятся в сердце чужого клана, - насмешливо изрекает он, сощурив глаза. Могу предположить, что сейчас мое лицо выражает крайнюю степень удивления. Максль!.. Что ты делаешь, зачем лезешь на рожон? Разве я того стою? -Я так понимаю, все уже решено? - бесстрастно спрашивает Крис; его губы плотно сжаты. -Да, - отвечаю я. - Я поддержу тебя в борьбе против отца. Но дальше мы последуем разными дорогами. -Отлично. Отлично, - повторяет он сухо и, развернувшись, быстрым шагом выходит из комнаты. За ним, обиженно зыркнув в мою сторону, следует Анхен. Один за другим Аденауэры покидают зал, уходя за своим лидером. Человек тридцать остается стоять вокруг меня. Когда, наконец, насовсем захлопывается дверь, я расслабленно выдыхаю и позволяю себе опуститься в кресло. Мне требуется пара минут, чтобы хорошенько все обдумать. -Ты сильно рискуешь, - первым делом обращаюсь к Макслю. - Зачем? -Аденауэры - больше не вариант, они мне надоели, - закатывает глаза Алленштайн, затем улыбается криво. - С тобой будет интереснее. Теперь ясно, почему так беспокоилась Элен. -Кстати, тут кое-кто пришел к тебе с просьбой. Максль отходит в сторону, и шаг вперед делает незнакомый мне мужчина. Он хоть и молод на вид, его лицо очень сурово, серые глаза прожигают насквозь. Правый уголок губ рассекает аккуратный шрам, нанесенный лезвием. -Мое имя Теодорус, - кратко и четко представляется мужчина. - Тимотеус - мой кровный брат. Ах, точно, теперь припоминаю, что Тим что-то говорил об этом Теодорусе. -И он был моим лучшим другом. Он был в вашем клане, поэтому вы скорее всего похороните его на своем кладбище. Я всего лишь прошу разрешения иногда посещать его могилу. -Разумеется. -И еще одна просьба... - Теодорус шумно втягивает воздух через ноздри, явно чем-то терзаясь. - Я слышал, у него дочь. Я хочу забрать её. -Простите? -Я хочу воспитать её сам, что тут непонятного? - звучит сердито, словно он держится из последних сил. Еще не оправился от потери. -Простите, я совсем вас не знаю. А Лили - часть моего клана, я не могу её просто так отдать. -Хорошо, тогда я стану вашим подданным. Если это потребуется. -Да ничего мне не требуется... - сконфуженно бормочу я. -Соглашайся, - советует Максль. - Я знаю Тео с пятнадцатого века, то есть почти всю жизнь. Он хороший парень. Он воспитает её, как свою дочь. Все лучше, чем сплавлять её на сестер Сакурай или Химе. -Я... Ну хорошо, - киваю головой, все еще чувствуя огромные сомнения по этому поводу. - Мнению Максля я доверяю, поэтому поверю вам. Но учтите, - я наставляю на Теодоруса палец и смеряю пронзительным взглядом, - если девочке будет плохо у вас, я узнаю об этом. И тогда плохо будет вам. -Я понял, - четко выговаривает Тео. -Юки, Саю, вы все слышали? - обернувшись, спрашиваю у сестер. Те утвердительно кивают, но в их глазах я вижу осуждение. Но не думали же они, что я оставлю Лили на попечение Бенихиме и Рёхея (он создал Аску), этих роботов. Если бы не появился Теодорус, я нашла бы ей другое место или, в крайнем случае, забрала бы к себе. Вдруг я замечаю, что Лео стоит совсем близко ко мне: подкрался, пока я была занята Лили и Теодорусом. Внимательно за мной наблюдает, но отвергает попытки заговорить, слегка помотав головой. -Отлично, - еле слышно шиплю я; затем, уже куда громче произношу: - Если со всеми мелочами мы закончили, то хотелось бы перейти к другим, более важным проблемам. У нас довольно много. Возражений нет. Итак, начнем. Кристиана я не вижу весь следующий день, хотя по запаху могу сказать, что он в замке. Возможно, теперь он считает меня предательницей. Меньше всего я хотела потерять его доброе мнение о себе, но выбора у меня не было. Я не Аденауэр. Я и не Калашникова почти, но так и не стала Орловой. Я продолжаю ступать по тонкому льду, которым не могу управлять. После недолгих разговоров и размышлений, я начинаю вырисовывать систему и иерархию в своем клане. Я не могу, как Альбрехт собрать всех в одном месте, многие не захотят покидать свои насиженные места. Поэтому каждый останется там, где правит сейчас, и все будут находиться под моей защитой. Если один окажется в беде, остальные придут на помощь. Это похоже скорее на военный союз или конфедерацию, но, учитывая масштабы, так будет куда легче и надежнее. Далее. Посредством голосования были избраны генералы: Максимилиан, Леонардо, сестры Сакурай, Орлов Макс, Котов Миша, Йен Сариола, у каждого своя территория, которая охраняется им, но при моей поддержке. Все остальное мы согласились решить позже, сосредоточившись сейчас на главном: Альбрехт. С ним нужно покончить. Значит, нужен план. А для того, чтобы составить план, нужен Крис. Который избегает меня. Дело стопорится. Лишь через четыре дня он снисходит до того, чтобы, не разжимая губ, заговорить со мной. Через неделю он уже открыто смотрит, а через две - понимает, что, на самом деле, мало что изменилось. Ведь и раньше я ему не подчинялась. Больше всего его задело то, что все произошло на публике. О, эти публичные промашки - наиболее болезненные. Но со временем все возвращается в привычное русло. Более или менее. Пока Котов (буду теперь звать его только по фамилии) со своим тёзкой Калашниковым Мишей нянчат Лену, я полностью сосредотачиваюсь на войне. Заучиваю наизусть притащенные Крисом планы поместий и замков, улицы города, где обитается Альбрехт, - в общем, все, что с ним связано. Мой мозг бурлит от тонн информации, руки чешутся уже сделать хоть что-то, но мы все выжидаем и выжидаем, пока Альбрехт не начнет действовать первым. Правда, он тоже не дурак. -Я отправил к нему посла с ультиматумом, - сообщает как-то вечером Крис, подсаживаясь ко мне на диванчик. Я уже около получаса пыталась отвлечь себя книгой, но любимые персонажи Джейн Остин не могли завладеть моим вниманием. Поэтому я с удовольствием захлопнула томик и повернулась к Крису. -Еще одного? - фыркнув, спрашиваю я. - Не надоело? -Этот будет последним, - твердо говорит Крис. - Если отец отвергнет и это предложение, у нас не останется выбора. Придется брать его базу штурмом. Штурм. Опять бой, кровь, смерти, боль. Как надоело. Но не остается выбора. -И сколько это займет времени? -До его базы часов шесть бегом. Он уже должен быть там, - Крис сверяется с часами. - У нас еще есть несколько часов, прежде чем мы узнаем ответ. И у меня кое-что для тебя есть. Я с любопытством и удивлением наблюдаю, как он извлекает откуда-то довольно внушительных размеров спортивный баул и протягивает мне. Я неуклюже обхватываю его руками и пристраиваю у себя на коленях. -Что это? - спрашиваю я, расстегнув замок и достав толстенную пачку документов. -Это личные вещи Алекса, - произносит Крис. - И документы на собственность, счета и прочее. Все, что принадлежало ему, теперь твое. И тут есть кое-что интересное. Крис забирает у меня папку и принимается что-то в ней искать. Найдя какую-то бумагу, он протягивает её мне. Я быстро пробегаю глазами по тексту. -Но это... -Да, он купил огромный участок под строительство в твоем городе. Видимо, хотел построить дом, но не успел. Теперь тебе решать. Я сдержанно киваю и молчу, боясь, что голос меня подведет. Эта папка занимала лишь крохотную часть всей сумки, а что там было еще - предстояло изучить. -Пожалуй, я тебя оставлю, - бормочет Крис, поджав губы, и стремительно выбегает - я даже поблагодарить его не успеваю. Счета и квартиры меня мало волнуют, хотя, не буду лукавить, они очень даже кстати. Устроив сумку там, где секундами ранее сидел Крис, я запускаю внутрь руку и наугад вытаскиваю первую попавшуюся вещь. По стечению обстоятельств, этой вещью оказывается его старый мобильник. Поначалу я даже не понимаю, зачем он мне, но затем доходит. Старый мобильник. Старая сим-карта. Захожу в сообщения. Алекс никогда не был романтиком, который будет называть контакт девушки "любимая" или "котенок". Однако записать меня просто под моим именем ему показалось скучным. Поэтому контакт с моей фоткой десятилетней давности именовался "Ледышкой". Переписка с "Ледышкой" находилась в самом конце, полностью целая. Ни одно сообщение не удалено. Просто удивительно. Как это похоже на него - хранить такие мелочи, собирать любимые вещи и прятать их подальше, чтобы только он мог ими любоваться. Он бы и меня спрятал, если бы смог. Переписка начинается с моего гневного сообщения: "Придурок! Где ты? Я тебя два часа уже жду!" Помню. Это был первый раз, когда он решил навестить меня в моем родном городе. Договорился встретить меня после английского. Я как дурочка, топталась там почти два часа, потом плюнула на все и ушла. И той ночью он прокрался ко мне в спальню. От этих сообщений накатывает слишком много приятных, иногда веселых воспоминаний. Но заканчивается все тоже слишком быстро. Просто обрывается моим "Предатель". Больше я на этот номер ничего не писала и не звонила. После телефона следуют какие-то сувениры, возможно памятные, что-то для Алекса значившие. Старые фотографии, где он еще молодой, одетый по моде тех времен. И лишь две детские, еще с человеческих времен. На одной семья изображена в полном составе. Изучив её, я обнаруживаю, что Алекс очень похож на мать, хотя фигура у него явно отцовская. Первый раз вижу его родителей. Таких крохотных обрывков воспоминаний очень много, и я ныряю в них с головой, совсем забывая о времени и обязанностях. Стащенный из пиццерии в Москве сахар, кепка "Питтсбург Пингвинз" и аккуратно разложенные по конвертам наши с ним фотки. Алекс на них выглядит слишком живым, словно я отвыкла от него за эти полгода. Забыла, какие яркие у него волосы и глаза, какая широкая бывает улыбка. Внезапно дверь резко распахивается, со стуком ударяясь о стену. В библиотеку вбегает Данил. Его лицо выражает крайнюю степень гнева и горечи. -Что случилось? - я приподнимаюсь над диваном. -Посол, которого отправлял Крис, убит. Все готовятся к атаке. Автор и бета сердиты на нетерпеливых читателей, которые наезжают в вк. Не буду тыкать в них пальцем. Хотя признаюсь, мне было приятно, когда написали в первый раз. Но дальше... Было уже неприятно. Да, я задержала немного главу, но я ведь не сижу целыми днями на фикбуке. Я учусь, готовлюсь к гребаным ЕГЭ и очень прошу вас быть терпеливыми и понимающими. Вот так. Теперь все дружно поздравим бету, у которой скоро день рождения! Я её очень люблю, жаль, что вы её не знаете так хорошо, как я :D На этом все. Жду вас в следующих главах)