Неучтенный фактор

Утром Джон, как и обещал, перед работой заехал в «Теско». Закупившись самым необходимым, он направился прямиком к дому Грега. Странное дело, но он никогда не знал, где на самом деле живет Лестрейд. Общаясь с ним уже более пяти лет, доктор даже не думал интересоваться. Сначала они просто встречались и пили пиво в пабе, иногда у них на Бейкер Стрит, а потом, после того, как Майкрофт стал альфой Грега, то у них дома. Поэтому присланный Риком адрес не вызвал у Уотсона никаких ассоциаций. Он позвонил в звонок, чутко прислушиваясь к звукам из квартиры, и не смог сдержать улыбки, услышав приближающиеся шаги. Открывший двери Грег выглядел все так же плохо. А чего он хотел, подумал Джон, улыбаясь, чтоб утро вернуло все на свои места? — Доброе утро, — бодро сказал Уотсон, проходя в квартиру. Посмотрев по сторонам, он сориентировался и прошел на кухню. — Как самочувствие? — А какое оно может быть? — голос Грега звучал устало, и Джон бросил на него встревоженный взгляд, наблюдая, как тот осторожно опускается на стул. — Что ты здесь делаешь? — Пришел проверить твое состояние и покормить тебя завтраком. — Мне не нужна жалость, — тихо пробормотал Лестрейд, и Джон, вздохнув, принялся выгружать покупки из пакета. — Это не жалость, Грег. Ты мой друг. — Ну да… — К тому же, я врач. И как врач я знаю, что полезнее тебе будет есть полноценно, не утруждая себя походами в магазин. Так, ты принимал сегодня таблетки? Грег покачал головой. — Еще нет. — А последний анализ сдавал в четверг или были еще результаты? — Нет, в четверг был последний. — Тогда, если ты не против, я бы хотел взять у тебя кровь, а потом мы поедим, и ты примешь лекарства. Идет? — Хорошо, — Грег вздохнул. — Расскажи, как Хемиш? Джон улыбнулся. Разговоры о сыне он очень любил. *** В обед Рик заглянул в кабинет Джона, который хмуро сидел и просматривал какие-то бумаги. — Привет, — он проскользнул в комнату и опустился в кресло. — Ну что, ты был у него? Я тебе очень благодарен за то, что ты меня подстраховал. Вчера даже не смог тебе позвонить. Мери сказала, что ты взял карту Саммерса. Как все прошло? — Стабилизировал его около двадцати минут… Он вчера почти отключился, — Джон вздохнул и посмотрел на Брауна. — Я сегодня утром заехал к Грегу, взял анализы. Показатели связи снизились с четверга. И мне это не нравится, совсем не нравится, — он протянул лист Ричарду. Тот взял бумагу и, глянув на нее, выругался, а потом посмотрел на Уотсона. — Грегу? Ты знаешь… — Дерьмо, Ричард. Да, его знаю, — Джон обхватил голову руками. — Он мой друг… — Тогда, может быть, ты знаешь ту падлу, которая с ним это сделала? — Знаю, — Джон помассировал виски. — И, к сожалению, эта падла — мой деверь. И я никому не могу сказать того, что знаю, потому что Грег взял и с меня обет тоже. Я даже мужу не смог ничего рассказать. Ричард вскочил и заходил по кабинету. Джон тяжело вздохнул. Пока все не зашло слишком далеко, возвращение альфы все-таки могло все исправить. — Ты должен ему сказать! — Кому? Майкрофту? — Это его альфа, да? Нет, мужу своему. — Как ты это представляешь? — Он же у тебя умный. Пусть догадается. — Я вчера даже слова подобрать не смог. Но ты прав, я попробую. Что думаешь по поводу анализов? — Подойду к Питтерсу, попробую скорректировать рецепт и подъеду к Грегу после работы. — Хорошо. Держи меня в курсе. *** В последующие дни Джон как мог пытался дать понять Шерлоку, что что-то не так. Но слова застревали в горле, отказываясь формироваться в нормальные предложения. А Холмс всех его отговорок и просьб поехать с ним просто не замечал. Он оставлял открытые книги, достал и поставил в рамки совместные с Грегом фотографии. Он делал подсказки. Но Шерлок просто не обращал внимание на все это. Шла девятнадцатая неделя, когда Джон в очередной раз после работы заехал к Грегу. Он готовил ужин, попутно рассказывая о том, как они проводили отпуск в Суссексе, когда Лестрейд внезапно дернулся, хватаясь за выступающий живот. — Что? — Джон моментально развернулся и бросил лопатку, подбегая к омеге. — Где болит? Грег отчаянно покачал головой и взял руку Джона, прикладывая к своему животу. Уотсон замер, а потом ощутил, как в руку что-то толкнулось. Ребенок. Джон посмотрел на Лестрейда, по лицу которого катились молчаливые слезы, и прижал его к себе. — Ничего, Грег. Все будет в порядке. На следующий день Джон приехал к Грегу вместе с Ричардом, который прихватил с собой портативный аппарат УЗИ. — Ну, что? Поднимай кофту, будем вести осмотр, — Рик улыбнулся, пристраиваясь. Джон смотрел, как весело рассказывает Браун отцу о ребенке, и думал, что Ричард — действительно отличный специалист. А потом, спустя несколько минут изучения плода, тот широко улыбнулся. — Ну что, кто желает узнать пол ребенка? — Уже видно? — хрипло спросил Грег, глядя на Брауна. — Насколько я могу судить сейчас, это девочка. И, судя по запаху, альфа. И Джон почувствовал, как что-то сжимается внутри, когда Грег в первый раз за несколько дней искренне и по-настоящему улыбнулся. В этот момент ему начало казаться, что всё еще может обойтись. А потом у Джона началась течка, и он вынужден провести целых пять дней вдали от Грега. Это было странно, но даже в бреду, когда единственным желанием всегда была близость с его партнером, он все равно пытался намекнуть Шерлоку о том, что его терзало. Но он не мог. А Шерлок, как назло, не хотел ни слышать, ни замечать. Когда после этого Джон вновь навестил Грега, чтобы проведать его, то снова ощутил болезненный узел в груди. За несколько дней батарея лекарств на тумбочке увеличилась, переместившись на стол. А Лестрейд был еще более вымотанным, чем обычно. Шла двадцать вторая неделя, когда случился еще один приступ, который они, к счастью, вовремя сумели купировать. Ричард первый раз кричал на Грега, умоляя его лечь в больницу, но тот, предсказуемо, не согласился. В тот день Джон вернулся домой выжатый как лимон и, даже не раздеваясь, тяжело опустился в кресло. — Трудный день? — раздался голос Шерлока. — Снова был у того омеги? — Да, ты понимаешь… — Джон глубоко вздохнул и замер, принюхиваясь. Он ощутил, как внутри поднимается волна неконтролируемой, какой-то звериной агрессии. Уотсон услышал свой голос как будто со стороны. Низкий, рокочущий. — Здесь был твой брат? — Заходил днем, — альфа настороженно смотрел на своего омегу. — Запомни одно. Если он еще раз здесь появится или попробует приблизиться к детям — я его убью. — Что? — Шерлок удивленно посмотрел на него. Обычно именно Джон пытался наладить хорошие отношения с Майкрофтом. Что-то явно было не так. — И проветри здесь. Тут воняет, — омега резко поднялся и скрылся в комнате, с силой захлопнув за собой дверь. — Джон? — растерянно позвал Шерлок, не понимая, что вдруг нашло на его партнера. «Гормоны? МХ» Пришло СМС на телефон Шерлока. «Не знаю. Но лучше тебе какое-то время не приходить. ШХ» *** Время напряженно текло в ожидании того момента, когда организм Лестрейда начнет сдавать. Если связь, чудом сохранившаяся, начнет истончаться, счет пойдет уже на часы. Все, о чем мечтали Джон с Ричардом, о чем просил Грег, чтоб связь просуществовала как можно дольше, чтобы дать шанс ребенку выжить, и тогда они смогут заняться ее отцом. Каждая прожитая неделя приносила радость. Двадцать третья, двадцать четвертая… Пятого апреля, когда Хемишу исполнилось ровно пять месяцев, у Джона и Шерлока была годовщина. Веселый шумный праздник, на котором присутствовали их друзья и родители Холмса, и на котором, к великой радости Джона, не было Майкрофта, наконец, закончился. В восемь часов вечера, когда родители уже ушли, как и другие навестившие их знакомые, миссис Хадсон забрала детей, чтобы уложить их спать, и, подмигнув, оставила их наедине. Шерлок практически тут же повалил супруга на кровать. Он как раз изучал языком его шею, когда лежавший на тумбочке телефон противно загудел. — Надо ответить, — пробормотал Джон, пытаясь выбраться из дымки наслаждения. — Не поднимай, — выдохнул Шерлок. — У тебя годовщина, на твоей работе ты никому не нужен, и кто бы ни был у тебя записан в телефоне под именем Грег, он может подождать… Джон моментально вырвался из объятий мужа, хватая телефон, который замолчал, стоило ему взять его в руки. — Видишь, уже нет нужды отвечать… Джон только тихо рыкнул, нажимая на дозвон и, зажимая телефон плечом, схватил валявшиеся на полу боксеры и принялся одеваться. — Давай, давай, давай, — прошептал он, слушая длинные гудки. На четвертом сигнале трубку сняли. — Ты звонил. Все в порядке? — Привет, — голос Лестрейда прозвучал надтреснуто, еле слышно и почти безжизненно. Джон ощутил, как внутри что-то сжалось от жуткого предчувствия. Он судорожно пытался попасть ногой в штанину, ощущая за спиной недовольное ворчание альфы. — Прости, что вынужден прервать тебе праздник. Я пробовал позвонить Ричарду, но не смог дозвониться. Джон, наконец, справился со штанами и с силой вырвал из рук Шерлока свою майку, качая головой и безмолвно сигнализируя, что сейчас совсем не время для дурацких шуток. Холмс раздраженно выдохнул и достал из-под себя бежевый свитер. — Что случилось? Сильнее чем обычно? — Я шел в туалет, когда ноги перестали меня слушаться, — услышал сражавшийся с майкой Джон и замер с заведенной вверх рукой в пройме рукава. Лестрейд словно услышал его мысли. — Это оно, Джон? Да? — Подожди. Я сейчас приеду. Джон отсоединился и, отложив телефон, сумел справиться с майкой и повернулся к Шерлоку, забирая у того свитер. — Мне, правда, жаль. — Даже в такой день не мог оставить работу, — проворчал альфа, поднимаясь, и потянулся за майкой. — Прости… — Если бы от тебя при этом не пахло этой странной омегой и лекарствами, я бы уже давно приревновал. — Я понимаю, — Джон замер, вспоминая, что по сути в разговоре сам сказал имя. Может… — Шерлок. Ты мог бы поехать со мной к Грегу? — Нет, — Холмс отвернулся. — Раз ты уезжаешь, я начну свой незаконченный эксперимент. Результаты уже должны быть готовы. Я не думаю, что Грегу Саммерсу будет полезно нюхать в его состоянии взбудораженного альфу, которого он сам лишил вечера со своей омегой. В этот раз Джону захотелось треснуть гения по голове чем-то очень тяжелым. *** Спустя двадцать минут Джон ворвался в квартиру Грега, открыв двери собственным комплектом ключей, который они сделали на прошлой неделе. Он стукнул по выключателю в прихожей и бросился к сидящему у стены мужчине. — Грег, что… — он опустился перед ним на колени, когда заметил расползшееся под мужчиной неприятно пахнущее мокрое пятно. Лестрейд сидел с закрытыми глазами, тяжело дыша. — Прости. Я правда не хотел… Я пытался подняться… — Сколько ты так прождал? — Я не хотел портить тебе праздник… — Сколько? — Когда я упал, было еще светло… Джон тяжело вздохнул и, подняв омегу на руки, ощутил, насколько мало тот весит. Он помог ему принять ванну, впервые за несколько дней аккуратно побрил его, помог переодеться, а потом еще долго лежал в постели рядом, просто обнимая и прижимая к себе. Теперь надо было действовать радикально. Дальше так запускать просто нельзя. И если Шерлок ничего не видит, через два дня, в субботу, он приведет детей. Но самой главной задачей сейчас было вынудить Грега хотя бы согласиться лечь в больницу. В его состоянии ему нужен постоянный уход. Джон вздохнул и отправил СМС Ричарду. Он устало ввалился в гостиную, мечтая только о том, чтобы оказаться в постели, когда услышал немного насмешливый голос и распахнул глаза, неверяще глядя на развалившегося на диване Майкрофта-мать-его-Холмса, который обнимался с каким-то смазливым омегой. Эта картина заставила его замереть. Как этот человек посмел сюда явиться, да еще и с… этим? — А, Джон, — поприветствовал его муж, странно улыбаясь. — А я думал, ты решил поселиться у той омеги. — Что ты тут делаешь? — Джон еле сдерживался, чтобы не начать рычать. — А, добрый вечер, Джон. Простите, что не смогли посетить ваше маленькое семейное торжество, но я зашел чтобы поздравить вас и представить вам Филиппа. Я надеюсь, вам придется видеться часто. Мы решили установить связь в ближайшую течку. — Что? — Джон пораженно уставился на жеманного светловолосого омежку, словно сошедшего с обложки журнала для одиноких альф. Тот смущенно улыбался, глядя на них. Это не могло быть правдой. — Но… почему? — Мне уже сорок три, Джон. Пора бы подумать о будущем потомстве. — Потомстве? — Уотсон в шоке не мог вымолвить ничего более конкретного. — С ним? — А что вас смущает, Джон? Филипп здоров по всем показателям, — с какой-то гадкой усмешкой проговорил Майкрофт. Джон видел, как двигаются его губы, правда слова, слетавшие с них, доходили до него с каким-то запозданием. — Мне нужно здоровое и крепкое потомство, вы же меня понимаете. И тут инстинкт защиты гнезда окончательно взял верх. Выкинуть. Защитить. Джон никогда прежде не ощущал такой всепоглощающей злобы. Он смутно помнил, как издал какой-то звериный нечеловеческий рык, кидаясь вперед, и в прыжке оказался возле Майкрофта. Тот, видимо, почувствовав неладное, начал было подниматься, но Уотсон был быстрее. Сильный удар в челюсть заставил старшего Холмса упасть обратно на диван. Омега рядом придушенно всхлипнул. Джон начал заносить кулак для удара, когда крепкие руки схватили его, прижимая к чужому телу и оттаскивая от альфы. — Держи в узде свою бешеную омегу! — пророкотал Майкрофт, вытирая стекавшую из разбитой губы кровь. — Я думаю, вам стоит уйти, — голос Шерлока звучал сухо. — И все-таки, с гормонами у твоего омеги не все в порядке, — рыкнул Майкрофт, уходя и забирая с собой постоянно всхлипывающего парня. Когда дверь внизу захлопнулась, Джон почувствовал, как его отпускает. Ноги подкосились, и он бы упал, если бы не сильные руки его альфы, который легко поднял его. — Что с тобой происходит, Джон? На это Уотсон не смог ничего ответить, просто крепко обнял мужа и завыл, пытаясь рассказать, молясь, чтобы тот вспомнил, понял. Но все было тщетно. Слова застряли в горле, и он только выдохнул. — Это все стресс… *** В субботу утром Джон одевал на прогулку Рози и возился со слингом, в то время как его муж что-то искал в лежавших на столе бумагах. — Шерлок, — Джон прокашлялся. — Я хотел бы подъехать сегодня к Грегу с детьми. — Езжай, если считаешь это необходимым. — Ты… Ты не хотел бы подъехать со мной? — предпринял еще одну жалкую попытку Джон. — Нет, я сегодня собирался встретиться с детективом-инспектором Эриксоном. Мы хотели поработать в архивах, — ответил Шерлок, и Джон только тяжело вздохнул, надеясь, что хотя бы с его детей Грег брать обет не будет. Через полчаса они, открыв двери, вошли в пропахшую лекарствами квартиру. Сейчас они с Ричардом навещали Лестрейда по нескольку раз в день, помимо дежурившей у того сиделки, надеясь, что в конечном итоге тот согласится на госпитализацию. Войдя в комнату, Джон улыбнулся, глядя на друга, и подтолкнул притихшую дочь, с которой он уже успел поговорить о том, что их друг болеет и надо вести себя с ним спокойно. — Привет, — сказала девочка, медленно приближаясь к кровати, — дядя Грег. — Здравствуй, принцесса, — голос Лестрейда звучал слабо, но он улыбался, и глаза его просто светились от счастья. — Я по тебе скучал. Девочка залезла к нему на кровать и шепотом проговорила, приближаясь к самому лицу. — Тебе надо было прийти, — она кивнула своей маленькой головкой, утверждая. — Понимаешь, я немного приболел, — девочка расстроенно засопела, а потом посмотрела на его живот. — Ой, у тебя тоже будет ребеночек? — Да, цветочек. Маленькая девочка. — Тогда тебе точно нельзя болеть, — Девочка обвила его шею своими маленькими ручками, и Грег обнял ее в ответ. — Поправляйся, и мы поиграем в игрушки. — Обязательно, принцесса, — голос мужчины немного дрогнул, и Джон попытался его отвлечь. — Привет, — проговорил он тихо. — Смотри, кто еще хочет с тобой поздороваться. Он наклонился, показывая Лестрейду сонно моргающего у него в слинге сына. Грег долго молчал, застыв с легкой полуулыбкой на губах, а потом поднял руку и осторожно, словно опасаясь навредить, погладил темные волосики. — Он чудесен, — прошептал омега. — Дядя Грег, — подала голос Рози, и Лестрейд посмотрел на нее. — А папа, когда я болела, рассказывал мне сказки. От них мне всегда становилось легче. — А ты не могла бы мне что-нибудь рассказать? Девочка важно кивнула и начала рассказывать свою интерпретацию сказки про Джека и бобовое дерево. Тем же вечером, сидя за столом и ужиная, Джон попросил рассказать Рози о том, как прошла их сегодняшняя прогулка. Девочка всегда любила с воодушевлением рассказывать о том, что она видела за день, и Шерлок всегда ее слушал. Но сегодня, на удивление, было рассказано почти обо всем: об их дороге к Грегу, об их дороге от Грега к парку, но не было ни слова сказано про самого Грега или того, где и с кем они были. Джон пытался спрашивать, но ребенок словно не слышал его. Когда он укладывал дочку спать, то поинтересовался: — Ты почему папе ничего про дядю Грега не сказала? Он не делал ничего, чтоб у тебя потом ручка щипала? — Нет, — девочка помотала головой, зевая. — Дядя Грег просто попросил ничего не говорить папе. Это наш с ним секрет. А секреты нельзя говорить никому-никому. Ведь правда, пап? — Правда, солнышко, — со вздохом сказал Джон, целуя дочку в лоб. — Истинная правда… *** На следующий день рано утром, Джон снова поехал в «Теско» закупиться продуктами, чтобы потом завезти их к Грегу. Войдя в квартиру, доктор первым делом прошел в спальню. Лестрейд лежал на подушке, как-то безжизненно глядя в потолок. — Как ты? Привет, — тихо спросил Джон, встретившись с воспалёнными блестящими глазами взглядом, быстро подошел и потрогал рукой лоб. Теперь еще и температура повышена. — Джон, — голос Грега был тих и серьезен. — Ты прекрасно знаешь мои прогнозы. Пообещай мне, что ты позаботишься о моем ребенке, если что-то случится. Нет, — он поднял руку, пытаясь остановить хотевшего что-то сказать Джона. — Я не заставляю брать ее к себе. Просто… Проследи… Проследи, чтобы она попала в хорошую семью. Чтобы у нее все было хорошо. Пожалуйста… — Грег… — Пообещай. — Хорошо, я тебе обещаю. А теперь ты согласен поехать в больницу. Пожалуйста. — Хорошо, — сонно пробормотал Лестрейд, прикрывая глаза. Последняя фраза была еле слышна. — И ее зовут Вайолет. Как ее бабушку. Джон быстро связался с Ричардом. Пора было действовать, стараясь сделать все так, чтобы о том, что в больницу попал именно Грег, никто, по возможности, не узнал. Несмотря на все их старания, состояние мужчины все ухудшалось. Он почти постоянно спал. Связь стремительно истончалась, а показатели падали. Одно доставляло радость — к двадцать седьмой неделе ребенок развивался вполне нормально, и Ричард с осторожностью начал надеяться, что все обойдется. *** Было воскресенье, шла двадцать восьмая неделя, когда Джон ехал на машине с мужем и детьми в Суссекс, навестить родителей Шерлока и поздравить их с годовщиной. День не задался с самого утра: дети капризничали, отказываясь собираться, Шерлок что-то шипел про какой-то эксперимент, поесть Джон банально не успел. Кроме того, его не покидало какое-то странное ощущение, какое-то внутреннее ожидание. Джон вел машину, когда рука сильно зачесалась, и он с остервенением потер запястье о руль. — Ты сегодня какой-то нервный, — сказал Шерлок, глядя на мужа. — Аллергия? — Нет, — раздраженно проговорил Джон, — просто чешется. — Мать сказала, Майкрофта не будет. — Какое облегчение, — саркастично заметил Джон. — Что на тебя нашло? Ты раньше нормально относился к моему брату… — Я его убить готов, за то, что он сделал с Грегом, — Джон замолчал, пораженно глядя на руку. Черт. Это никакая не аллергия. Дерьмо! Он выхватил телефон, набирая номер Рика, а другой рукой выворачивая руль и резко разворачивая машину, наплевав на двойную сплошную. Его маневр заставил водителя ехавшего по встречной полосе Ниссана засигналить и резко ударить по тормозам, детей в автомобильных креслах завопить от восторга, а Шерлока вцепиться в ручку. — Джон, ты что творишь… Джон же, прижимая телефон к уху, мчал на всех парах, откровенно наплевав на дорожные знаки. — Ну давай же, давай… Подними трубку, мать твою, — наконец он услышал щелчок телефона. — Как он? — Готовим операционную… — Я буду через тридцать минут. — Джон, — тут же зашипел Шерлок, явно не понимая, что нашло на его мужа. — Что… — А твой брат, ну вот совершенно случайно, не уточнил, почему он не приедет? — саркастично спросил доктор, стараясь не пропустить поворот. — У его омеги началась течка… Я не понимаю… — Кто бы сомневался… Гребаный мудак. — Погоди. Ты сказал, за то, что он сделал с Грегом. Постой… Как зовут Лестрейда? — Грег! Дерьмо, Шерлок! Он был твоим другом больше семи лет! Как, скажи, как ты можешь не знать его имени?! — Ты хочешь сказать, что твоя омега… Нет… — Да, это именно так! И сейчас из-за этого подонка, которому хочется здорового потомства, Грег и его ребенок при смерти. И если что-то случится… — Почему ты не сказал? — Я не сказал? Я пытался! Даже сквозь омежий обет пытался сказать. Я тебя звал поехать со мной каждый раз. Я даже детей брал, надеялся, что... А ты даже не знал его имени. А тут еще этот… Господи, Шерлок! — Я его убью… — прорычал Шерлок. — Как будет угодно, — раздраженно пробормотал Джон, въезжая в город. — Детей надо оставить с миссис Хадсон. А потом в больницу. Уотсон только кивнул. *** Спустя сорок минут он ворвался в приемную клиники в сопровождении мрачного Шерлока. Джон остановился возле регистратуры, когда услышал, как его окликнули. — Джон, — он быстро развернулся, подбегая к Ричарду. — Его зашивают. — Как он? — В коме, — сухо проговорил Браун, поджимая губы. — Пока ничего не известно. Ты сам знаешь, если спал обет… — Как ребенок? — Альфа, девочка. Сейчас в реанимации, тысяча тридцать. Недоношенная, но дышит сама. Хочешь ее навестить? — Хотел бы, — выдохнул Джон и сжался, ощутив, как его обняли сильные руки его альфы. — Хочешь, чтобы я пошел с тобой? — Да. Пожалуйста, не отказывайся в этот раз. *** Джон стоял возле закрытого бокса кувеза, облаченный в защитный костюм, и смотрел на крошечное красное сморщенное тельце ребенка, кое-где покрытое пушком лануго. Девочка была опутана проводами и трубками, но, судя по показателям, им все-таки удалось продержаться, увеличив шансы ребенка на жизнь. Сзади тихо подошел Шерлок, и Джон увидел, как у него затрепетали ноздри, а глаза удивленно расширились. Его муж знакомился с новым членом его семьи, с маленькой альфой. — Познакомься, — тихо прошептал Джон. — Это Вайолет Лестрейд. Твоя племянница. — Джон… Это ребенок Майкрофта, — как-то странно выдохнул Шерлок. — Джон… Это его ребенок. — Да. Это его ребенок. И… Шерлок… Если с Грегом что-то случится, Майкрофт не прикоснется к ней, чего бы это мне не стоило. Пусть только попробует. — Я сам не дам ему ее. Как он мог? Он не знал… — Он отправил его с переводом в Дартмур. В Чарминсет. Поправить здоровье. — Это же его ребенок… Я чувствую это… — проговорил он. — Она такая… странная. С ней все в порядке? — Шерлок, — Джон улыбнулся, глядя, как тревожно смотрит его муж на крохотного ребенка. Отцовский инстинкт просыпался. Альфа чувствовал родную кровь. — Она родилась на двадцать восьмой неделе. Ей положено было еще развиваться в утробе. Конечно, она отличается от того, какими родились Рози и Хемиш. — Но с ней все будет в порядке? — Мы будем на это очень надеяться, — прошептал Джон, глядя на лежащего ребенка, который еле заметно поморщился. Телефон Шерлока зазвонил, и он, быстро достав его из кармана, вышел. — Да, привет, мам, — услышал Джон из-за закрытых дверей. — Нет. Прости, мы не сможем приехать. Мы в больнице… Да, с нами все хорошо. С детьми тоже. Мам, я думаю, вам с отцом стоит приехать… *** Джон дремал на стуле, когда в коридоре послышались торопливые шаги и женский взволнованный голос окликнул: — Джон! Шерлок! — Он поднял голову, глядя как в просторный холл вбежала мать Шерлока, за которой по пятам следовал отец. — С вами все в порядке? — Да, все в порядке, — Джон попытался улыбнуться, но вышло это явно не очень радостно. — Что-то с детьми? — Рози и Хемиш с миссис Хадсон, — устало сказал Джон, не зная, как тактичнее преподнести эту новость. — Но Шерлок сказал, нам стоит приехать… — Мама, — его мужа, похоже, терзания по поводу того, как подготовить родителей к тому, что случилось, не волновали. — Майкрофт насильно прервал связь с беременной его ребенком омегой. — Господи, — Вайолет Холмс побледнела и прижалась к мужу, расширившимися от ужаса глазами глядя то на Шерлока, то на Джона. — Майк… Он не мог… Это… Это Грег, да? Как он? — В коме, — глухо сказал Уотсон. — Пришлось сделать экстренную операцию. Майкрофт, судя по всему, сегодня связался с новой омегой. — Господи… А что… Ребенок выжил? — Девочка, тысяча тридцать, альфа. Родилась на двадцать восьмой неделе. Пока показатели обнадеживают. Чего не сказать про Грега… — Господи, — миссис Холмс. — Мы могли бы… навестить их? — К Грегу пока не пускают, — устало сказал Джон. — А вот к девочке я могу вас отвести. — Лучше я, — сказал Шерлок. — Тебе стоит сходить что-нибудь поесть. Ты и так сегодня почти не завтракал, а уже четыре часа дня. — Пожалуй, ты прав, — Джон поднялся. Скорее всего, здесь им придется сидеть еще не один час. *** Три часа спустя Джон как раз брал кофе в автомате, когда увидел приближающегося к нему Ричарда. Он тут же замер со стаканчиками в руках, внутренне похолодев. — Что-то с Грегом? — Нет. Скажи, — резко спросил Браун, сжимая кулаки. — Мне только что позвонили из приемного покоя. Напомни, как звали этого альфу Грега? Случайно не Майкрофт Холмс? — Он… здесь? Я не дам ему… — Успокойся. Он здесь в качестве сопровождающего со своим омегой. Мне сообщил Питтерс, они сейчас у него. Он пришел по поводу проблем со связью. — Каких проблем? — Это самое интересное. Он не смог связаться со своим партнером, — Джон пораженно уставился на Ричарда. Действительно, в связях альф и омег столько странного. Организм альфы сам защищает связь, даже если тот сам всеми силами пытается от нее избавиться. — Ты не мог бы проводить их на третий этаж? Я подготовлю остальных. Джон поднялся по лестнице и подошел к стульям возле палаты Грега, куда его перевели только недавно. Он передал кофе родителям Шерлока и глянул на подпиравшего стену хмурого мужа. — Спасибо, Джон, — сказала миссис Холмс, принимая кофе. — Не за что… Дело в том, что в клинику пришел Майкрофт со своим омегой. Там какие-то проблемы со связью. — Ну еще бы, — буркнул Шерлок и, отлепившись от стены, зашагал по коридору. — Я попросил, чтобы его привели сюда. — Зачем он здесь нужен? — раздраженно рыкнул консультирующий детектив. — Шерлок, этому всему должно быть хоть какое-то объяснение. Майкрофт не мог… — Я не думаю, что этому есть хоть какое-то объяснение, — прорычал Шерлок, и Джон придвинулся к нему поближе. В коридоре раздались приближающиеся шаги, и все замерли, когда до них дошел запах альфы. Джон ощутил, как напрягся рядом Шерлок, утробно зарычав. По коридору, в сопровождении жеманной омеги, шел Майкрофт Холмс. — Если честно, не ожидал вас здесь увидеть, — удивленно сказал Майкрофт и тут же напрягся, бросив взгляд на заплаканную мать и Джона, сжавшего кулаки с такой силой, что побелели костяшки пальцев. — Что-то с детьми? — Мы здесь ради твоей омеги, — с тихим рычанием проговорил Шерлок. — Филиппа? — Майкрофт рассеяно глянул на своего спутника, который, ощущая повисшее тут напряжение, немного попятился. — Врач сказал, не о чем волноваться… — Не этой твоей куклы, — выдохнул его брат сквозь сжатые зубы. — Твоего, если ты так считаешь, бывшего омеги. — Лестрейда? — Джон вздрогнул, услышав, с каким пренебрежением альфа называет свою омегу по фамилии. — Тогда понятно. Врачи предупреждали, что последствия могут быть довольно… неприятными. — Ты хочешь сказать, — глухо и предостерегающе прошипел Шерлок, внимательно глядя на брата, — что ты знал? — Конечно, знал… — Мразь! — с низким рыком Шерлок кинулся к брату, хватая за грудки и валя на жесткий пол, а потом ударил. — Ублюдок! — Шерлок! — Майк! — Майкрофт! — крепкие руки обхватили Шерлока, оттаскивая от сплевывающего кровь брата. — Вы все с ума посходили… — Постойте. Майк, — миссис Холмс подошла к Майкрофту и посмотрела на него. — Майк, скажи. Ты знал о беременности Грега, когда насильно разрывал связь? — Что?! И мир, кажется, перестал существовать.