Сердцу не прикажешь

Я очнулась от того, что кто-то без сожаления отхлестал меня по щекам. Сознание возвращалось медленно. Я только смогла понять, что сижу на стуле, связанная, говорить не могу из-за банального скотча на губах, а в глаза светит яркий свет от настольной лампы. Но самый большой ужас вызвал голос, удивительно похожий на голос Мориарти. — Привет, Молли. Скучала по мне? Вижу, что нет. Как же ты могла так быстро забыть меня? Чуть замуж не вышла. И за кого? Пародия на Холмса, я скажу. Ты, наверное, от него была без ума, если решилась связать себя с этой недоделанной копией! А я скучал по тебе. Оказывается я тебя недооценивал. Ты так ловко провела меня! Тебя не учили в детстве, что врать нехорошо? Ответить я не могла, освободиться тоже. А голос сводил меня с ума. Он звучал снова и снова, пока я не потеряла сознание. Теперь бессознательное состояние стало для меня избавлением. Временами я приходила в себя, но снова слышала этот голос и позволяла себе отключаться, чтобы не сойти с ума от ощущения беспомощности и отчаяния. Я не знаю, сколько прошло времени, когда я очнулась. Вдруг поняла, что вокруг тихо. Но потом я услышала другой голос. Знакомый, но неожиданный для меня. — Молли, ты здесь? Он говорил тихо, но я поняла, что он стоит за дверью комнаты, в которой я находилась. В ней было темно, не знаю, куда делся мой похититель. Я понимала, что если обладатель голоса уйдет, то я просто не выдержу, поэтому вспомнила о проверенном старом приеме и стала шуметь. Дверь открылась, в проеме возник знакомый силуэт. Не в пальто, а в камуфляже, как я поняла, но такой родной… — Я же говорил, что она здесь. Давай быстрее, у нас мало времени. В комнату вошел еще кто-то с фонариком. Шерлок забрал его у вновь прибывшего и стал на выходе, светя, в нашу сторону. А я узнала Оливию в черной обтягивающей одежде. Что она здесь делает? Она же должна быть в больнице. Сколько времени я тут провела? — Все вопросы потом. А сейчас надо выбираться отсюда. Она разрезала веревки и сняла скотч, правда, я ойкнула. Тогда ко мне кинулся Шерлок, снова отдав Оливии фонарик. — Идти сможешь? Кивни. Я попыталась встать, но ничего не вышло, мышцы затекли. Детектив обернулся к моей подруге и вполне дружелюбно (!) попросил. — Пожалуйста, посмотри, чтобы на пути к выходу не было никого лишнего, ладно? Мы сейчас. — Хорошо. Поторопитесь. И когда они спеться успели? Тем временем Шерлок легко поднял меня на руки. Я тут же вцепилась в него, но ему явно от этого было труднее даже дышать. — Молли, будь умницей, не цепляйся так за меня. Я здесь и не оставлю тебя, все будет хорошо. Расслабься, ты меня задушишь! — П-прости! —  в голосе стояли слезы, а в горле комок. Весь ужас пережитого обрушился на меня сейчас, когда Шерлок оказался рядом, а я начала приходить в себя. Я постаралась сделать, как говорил сыщик, понимая, что страх иррационален. Да, мы еще не выбрались отсюда (еще бы знать откуда, это отсюда), но он пришел за мной. Значит, я и вправду ему дорога. Значит, и правда все будет хорошо. Хватка ослабла сама собой. — Вот и умница. А теперь выберемся-ка мы с тобой отсюда потихоньку. Впереди послышались удары и короткие крики. Кажется кому-то «повезло» встретиться с Оливией. Зная свою подругу, могу точно сказать, что «везунчики» встанут еще не скоро. Мы с Шерлоком (то есть сыщик со мной на руках), шли по коридору, освещаемому только редкими факелами. Стены каменные, редкие развилки, и никаких лестниц, хотя мы явно под землей. Ощущение, что Шерлок рядом, постепенно перешло в тихий и мягкий покой, укутавший меня, мое воспаленное сознание. Я, наверное, отключилась. Когда я очнулась, Шерлок опустил меня на пол, а где-то вдали слышались выстрелы. — Побудь тут, пожалуйста, я посмотрю, что там. Он, наверное, боялся, что я буду протестовать, но я кивнула. Надо, так надо. Я, скрепя зубы, смотрела, как он уходит. Чтобы не сойти с ума от мысли, что я снова одна и беззащитна, я решила заняться делом. А потому встала и стала делать гимнастику, пытаясь привести мышцы в нормальное состояние. Пару раз чуть не упала, но поднималась, зная, что от моего состояния может зависеть то, сможем ли мы все вместе выбраться отсюда. Я уже догадалась, что мы на какой-то базе или в крепости. Наконец я услышала голос подруги. — Я же говорила, что она не сможет усидеть на месте. Молли, прости, что долго. Денечки были те еще, пока мы нашли тебя. — Денечки? — не удержалась от вопроса я. Оливия вздохнула. — Прости. Ты здесь была несколько дней. Этот гад держал тебя на снотворном. — А что это были за выстрелы? Оливия опустил глаза и покраснела так, что было видно в неверном свете факелов. Так… Очень интересно. — Это Джон и Майкрофт… Ну, они просто очищали дорогу, чтобы мы могли пройти. О, Майкрофт зовет по рации. Я сейчас. — Она быстро пошла в сторону очередной лестницы. — И нам нужно быстрее уйти отсюда. — Шерлок, тихонько стоявший рядом, подхватил меня на руки, несмотря на мое сопротивление, и почти бегом кинулся к лестнице, которая казалось ведет к выходу. Я обрадовалась, но, видимо, рано. — Это еще не конец, — сказал Шерлок. — Еще нет? И как мы выберемся? — Вертолет уже здесь. Быстрее! — крикнула Оливия откуда-то сверху. Мы вышли на площадку внутри какой-то крепости. Или замка? Я отвыкла от света, так что только поняла, что мы были во внутреннем дворе какого-то каменного строения. Посреди нее стоял вертолет. Майкрофт развернулся ради моего спасения. Впрочем, я, наверное, просто бонус, главный приз здесь — поимка Спенсера, ведь именно его голос я слышала. Он был очень похож на голос Мориарти, но я все равно поняла, что говорил другой человек. Только в вертолете я, наконец, смогла расслабиться. Шерлок продолжал держать меня на руках, потому что я никак не хотела отпускать его. Несмотря на то, что страх прошел, стоило только сыщику отодвинуться от меня, как ужас снова сковывал меня, а сил притворяться у меня не было. Через два часа мы были уже в больнице, и меня успели осмотреть врачи. Мне повезло, никаких особых повреждений, кроме отравления от передозировки снотворным и пары синяков у меня не было. Я взяла себя в руки и смогла отправить Шерлока домой. Он не хотел уходить под предлогом, что мне могут сниться кошмары и что он хочет узнать от меня все, что можно о пребывании в той крепости, но врачи запретили мне говорить, пока не приду в норму. Тогда детектив сдался и ушел. Про ужин он так и не вспомнил, а я промолчала. Надеюсь, у нас будет еще время.

***

Через три дня бездействия я взвыла от скуки. Книги нельзя, компьютер нельзя, даже посещения строго дозированы. У меня ведь нет сотрясения, почему мне все запрещают? Я отпросилась домой. Несмотря на слабость, я была решительно настроена взяться за подарок для Френсиса и Холли. Тем более, что времени оставалось не так уж и много, впритык для того, чтобы выполнить задуманное. Я убеждала друзей и Джона, который уже стал моим лечащим доктором, что вполне способна сама о себе позаботиться. — У миссис Хадсон, Оливии и даже Шерлока есть ключи от квартиры. Вы будете звонить мне утром, в обед и вечером. Что еще нужно? Таблетки я могу и дома выпить. — Молли, пойми, мне не нравится твое состояние. Ты два раза упала в обморок. Если у тебя не было сотрясения, то такого быть не должно. Я молчала признавала правоту Джона. Но что я могла сделать? Это еще они про ночные кошмары не знали. Мне удавалось сдерживать крики, с которыми я просыпалась в слезах каждый раз. Когда ночью во сне меня снова похищали, я ждала Шерлока, а он все не шел и не шел. А Спенсер придумывал новые пытки, иногда даже не для меня, а для моих друзей. Страх за тех, кто спас меня, становился самым ужасным последствием этого похищения. Впрочем, детектив-консультант, как всегда, предложил решение, от которого я отказалась. — На Бейкер-стрит есть свободная комната. Ты можешь пожить там, под присмотром. — Спасибо, нет. Я хочу жить дома. Сыщик не одобрил мое решение сердитым молчанием. Пусть сердится. Я хотела быть независимой — значит буду. Впрочем, судьба, высшие силы или еще кто-то неизвестный снова спутал мне планы. Я приехала домой, отдохнула и стала вышивать. Несколько дней прошли относительно спокойно, а потом раздался звонок. Я сразу не узнала этот голос, всегда живой, независимо от настроения, сейчас он звучал… механически. — Молли, как ты? — Френсис? У меня все уже хорошо. Как твои дела, как подготовка к свадьбе? — Я звоню, что бы спросить: ты на свадьбу одна приедешь? Или со своим другом-детективом? — Вообще-то одна планировала. А что? — Он может приехать? Я… Меня арестовали по подозрению в убийстве, которого я не совершал, Молли. Мне никто не верит. Твои родные пытаются мне помочь, но улики серьезные. Единственный, кто может мне помочь — это он. Это не укладывалось ни в какие рамки. Милый, добрый, честный и отважный Френсис, сам боровшийся с убийцами, ворами и другими правонарушителями, известный в нашем городке своей справедливостью и неподкупностью, в тюрьме, да еще по такому ужасному обвинению. Этого просто не может быть! Я понимала, что время разговора моего друга, скорее всего, ограничено. — Френсис, как это произошло. — Убийство с удушающим захватом. Я… не знаю, кто это сделал, алиби у меня нет, но я этого не делал. — Время истекает! — раздался голос охранника, скорее всего. — Молли, я хочу, чтобы ты знала, что встреча с тобой и наши детские годы были самым лучшим, что происходило в моей жизни, а ты — самый светлый человек, которого я когда-либо встречал, ты настоящая Рапунцель, та самая принцесса, которую стоит ждать. Ваша семья стала родной для меня, и я никогда не забуду об этом, где бы я ни был, чтобы дальше со мной ни случилось. Я уже не могла сдерживать слезы. — Френсис… — Молчи, Молли, молчи. Мне жаль, что я не сказал этого раньше, но я … Связь оборвалась. Я недолго сидела в слезах. Раз Шерлок может помочь, значит… Значит он поможет.

***

Трубку Холмс взял не сразу. Может он занят? Я не знала, но молилась о том, чтобы он смог приехать. По телефону я обсуждать свою просьбу не хотела. Наконец телефон взяли. — Молли, разве у тебя по расписанию сейчас не должно быть дневного сна? — Ты занят? — Что случилось? — Я… мне надо поговорить с тобой. Лично. — Хорошо. Еду. Быстро он согласился. Раньше такого не было. Но раньше я его никогда ни о чем не просила. Ни разу. Сейчас пришло другое время. Френсис самый близкий и дорогой для меня человек, и то, что я собиралась сделать, я сделала бы ради любого друга. Шерлок приехал быстро. — Ты… в порядке? — Да. — Кто? Твои братья? Дети? — Френсис. Его арестовали. — Я выдохнула и… как в омут с головой. — Шерлок, ради него я могу выполнить любое твое требование. Все, что ты захочешь. Только помоги ему. Он не виноват, сразу могу сказать. Отчаяние прорезалось сквозь стену спокойствия, которую я пыталась выстроить вокруг себя. — Почему ты так уверена? — Я знаю его много лет. Он не убийца. Я видела его на соревнованиях, он всегда держит свой гнев под контролем. Обладает нужными знаниями, но даже на войне он никого не убивал... без крайней нужды. У него была группа, никто не знал его имени, но о нем слагали легенды. Ты бы знал, что он пережил. И это чудо, что он смог сохранить себя и свою любовь к людям и к жизни. Ты сам его видел. Он ни капли не озлоблен. Он влюблен в Холли. И уж если бы он убил кого-то… То не стал бы скрываться. Он не трус. Шерлок молча слушал. — Значит, он тебе так дорог. — Как друг. Как брат. — И ты готова на все ради него? — Я люблю его. Так же как ты любишь Джона. Ведь он твой друг, твоя родственная душа. Знаешь, какое это счастье иметь родственную душу? — Знаю. — Значит поймешь меня. Сейчас я прошу тебя о помощи. —Хорошо. Я помогу твоему... другу. Подробностей ты, конечно, не знаешь. — Мне известно только, что убийца использовал удушающий захват, и это стало поводом для ареста Френсиса, как и то, что у него не было алиби. Я встала, чтобы пройти на кухню, и покачнулась. Шерлок немедленно подхватил меня. — Молли? — Все нормально. Перенервничала. — Собирайся. Едем на Бейкер-стрит. — Но… — Это не обсуждается. И лучше собирайся сама, иначе я это сделаю за тебя. Я поняла, что он вполне может выполнить свою угрозу. Поэтому через пятнадцать минут я стояла в дверях спальни с походной сумкой и небольшой сумочкой с вышивкой. Детектив неодобрительно посмотрел на то, что я беру работу с собой. — Хм, я надеюсь, что сегодня ночью, Молли Хупер, ты будешь спать, а не вышивать. Снова. Он опять прочитал меня, так просто. Я закрыла глаза и вздохнула. — Поехали, Шерлок Холмс, завтра у нас трудный день.

***

В доме миссис Хадсон меня встретили, как всегда, радушно. Марта хлопотала вокруг меня, словно я была ее родной дочерью. Такой же заботой она окружала и своего постояльца-социопата и его друга доктора. Мне стало ясно, что она всю свою нерастраченную любовь и нежность дарила этим двум остолопам, которые несомненно слишком горды, чтобы показать, как ценят это. Шерлок усадил меня в кресло. — Тебе надо отдыхать. — Я в порядке. — Я видел, как ты сегодня чуть в обморок не упала. История повторяется. Марта как раз принесла печенье к чаю и удивленно воскликнула. — Обморок? Опять? — Миссис Хадсон! —  простонала я. Ну, как же не вовремя! Шерлок, естественно, пожелал узнать подробности. — Что значит опять? Когда уже такое было? — холодный проницательный взгляд, от которого не скроешься. Я невольно посочувствовала тем, кого он допрашивал. — Все уже хорошо, — я хотела пройти в комнату Джона, спрятаться от детектива, но снова накатила дурнота, головокружение и слабость. Я едва встала с кресла, как тут же опустилась обратно. Пришлось подождать немного, чтобы все прошло. Шерлок внимательно посмотрел на меня, а потом схватил за руку и поцеловал запястье. Это было так неожиданно, что я даже удивиться не успела. — Ты что делаешь? — Твой крем для рук. Ты всегда пользуешься одним и тем же, верно? — Д-да. — Где он? Я хотела встать и принести, но сыщик велел мне сидеть смирно. — Сейчас запах изменился. Так где он? — В сумке, той, что поменьше. Холмс принес мою сумку для хранения вышивки, небольшой стилизованный чемоданчик, который я всегда использовала, если брала вышивку в дорогу. Сыщик вывалил все содержимое на диван. Я только могла устало простонать. — Осторожнее. — Да ладно, нити ведь не золотые. — Нет, но с ними нужно обращаться аккуратнее, так же как с иголками и ножницами. И, если ты не знал, то мне жаль. Мог бы дать сумку мне. И вообще, не в том отделении смотришь, Шерлок. Наконец, он нашел то, что искал, открыл тюбик, выдавил немного крема на руки, растер, принюхался. И выдал: — Я так и думал, дело не в креме, а в духах. Где они? На этот раз я не позволила копаться в своих личных вещах и сама встала и принесла флакончик сыщику. — Где ты их купила? — В том же месте, где и всегда —  магазинчике рядом с работой. — Чудно. Они отравлены. — Что? Чем? — Яд очень интересный. Практически его трудно обнаружить, но запах меняется. Сама отрава действует на нервную систему так, что человек становится более рассеянным, у него кружится голова, он падает в обморок. Может упасть с лестницы, сломать шею, и все решат, что это был несчастный случай. Тебе несказанно повезло, Молли, что я заметил, как изменился твой парфюм. Это прозвучало до невозможности интимно. Но он снова спас мне жизнь, сделав это легко и изящно. На следующий день мы поехали рано утром к нам домой. Нам предстояло спасти Френсиса от чудовищного обвинения и заодно отпраздновать его свадьбу. Шерлок так и не сказал мне, что я буду ему должна, хотя я почему-то не сомневалась, что долго в должниках он мне остаться не позволит. Конец POV Молли.