С.Т.Р.А.Х.

"...Come to the other side Into the dark we hide, Gather them for the rite Sacristarum We are the force alive Into the war we ride, Hallelujah! Stand up all the night and call the fight Let your mind go wild before the light Here we come the Army of the Night Mater Maria!" Powerwolf, "Army of the Night" Этим вечером тренировка у Николь была напряжённой. Сегодня уделялось много времени фехтованию - и надо отметить, ей было чему меня поучить, наши бои шли на таких скоростях, что я удивлялся, как из-под грубо оструганных мной обломков досок, призванных изображать мечи, не летят искры? Пропущенные удары уже давно вошли в привычку, я привык терпеть боль, разве что иногда негромко шипя, если придётся по локтю или колену. Щитов у нас не было, никакой защиты тоже. Я сидел, держа в руках тренировочный "меч". Недлинный, с широким прямым клинком и маленькой гардой. Мне нравилось резать по дереву всякую забавную фигню, так что и клинок моего "оружия" украшали резные руны, а навершию я придал форму точь-в-точь как у того, которым я отбивался этим утром. Подумать только, две потасовки за день, обе могли для меня стать последними. И я так спокоен, при том, что до ссылки вообще почти не дрался, исключая разного рода спарринги. Да, всего несколько недель в лагерях, а как на меня хорошо повлияли. Я похудел, но моё тело, и раньше не дряблое, стало подтянутым и мощным, мышцы выступали, словно стальные канаты, а прежде скрытый слоем жира пресс своей твёрдой рельефностью напоминал анатомическую броню древних греков. В условиях постоянного стресса, я стал как-то спокойней и намного ответственнее и решительнее. В отсутствие компьютера, время стало течь медленнее, и я научился им правильно распоряжаться. Даже моё дурацкое косноязычие куда-то делось. Рано или поздно, запоры рухнут - и тогда те, кто заточил меня сюда, взвоют от ужаса, увидев, какого хищника вырастили себе на погибель. Подбросив меч, я перехватил рукоять двумя руками и с размаху врезал по дереву. Грохот удара заставил берёзу содрогнуться до самой верхушки, а на толстом деревянном клинке не осталось и следа. Хорошие доски попались, годные. Пожалуй, таким мечом можно и в настоящем бою орудовать, не хуже любой дубинки. На стук прибежала Николь. - Что, силы ещё остались, раз с деревьями воюешь? Следующий раунд! Еле живой, я доплёлся до комнаты, где как раз располагалось всё Братство. Тайком вытащил из-под подушки припрятанные таблетки - тот самый, черноволосый "гонец", снабдил меня ими и сказал, что мощный тонизирующий эффект дают на всю ночь. Жестом попросил к себе Ясю и Магику. - Зря секретничаешь, - усмехнулась Яся, качнув копной белобрысых волос, зачёсанных набок, - мы всё уже знаем. Я остолбенел. - Правда? - Конечно, глупенький, а ты думал, мы тебя с этими бегунами оставим один на один? После того, что ты для нас сделал? Не, мы теперь все по вечерам бегать будем. Дело-то хорошее. Я сначала не понял, почему наши "гонцов" бегунами называли, но потом сообразил: а ведь администрация, скорее всего, о подполье и их названии догадывается, и в комнатах стоит прослушка, а так - вроде как ссыльные о вечерних пробежках говорят. Отлично. Мои друзья, которых я вызвался оберегать, теперь идут со мной на рискованную миссию. Храни нас бог всех безумцев, принц даэдра Шеогорат. Поглядел время на своём браслете. Скоро семь. Ещё час, а потом на улицы выйдет охрана, которой в руки лучше не попадаться. Особенно девушкам. Фантом изучает карту местности на своём браслете. Он вызвался координировать наши действия из комнаты. Соната перебирает посылки. Макс, видя наши приготовления, ушёл и вернулся с пакетом, издававшим глухой лязг при движении. - Ребята, разбирайте. Что-то сделал сам, что-то прихватил в мастерской. Дай боже, если не понадобятся. Рэд вытащил из пакета полуметровый кусок стальной трубы, на конце которого была увесистая гайка, а другой конец был обмотан изолентой. Схватив эту самодельную дубинку, он яростно потряс ей в воздухе. - Мне прямо не терпится испытать твой подарок, Макс! - ей-богу, прозвучало кровожадно, но я сейчас Рэда совершенно не осуждаю. Потому что с идиотской радостью на лице кручу в руках такой же инструмент, разве что на кончик у него навинчено Т-образное соединение. Этакий боевой молот. Выглядит грубо, но всё-таки это далеко не деревянный меч... ...Магика проводит по лицу несколько полосок чем-то чёрным. ...Я сую в ременную петлю на поясе свой "молот". Нож уже во внутреннем кармане, а заточку я сунул в самодельные ножны за голенище берца. Мой рюкзак набит посылками, а у Яси список адресов. ...Яся застёгивает ремень рюкзака. ...Наши лица скрывают чёрные повязки. Мы готовы. На всякий случай беру продукт своих экспериментов с подручными химикалиями. Несколько самодельных дымовых шашек занимают почётное место на моей разгрузке. Рэд, Макс и Соната отправляются по другому маршруту. Слепая и Николь - на подстраховке. Место встречи - корпус 16 на севере нашего ссыльного городка. Адрес четыре. Недалеко от нашего корпуса, там мы управились быстро. Двигаемся перебежками от стены к стене, Магика и вовсе скачет, как наскипидаренная, перемахивая препятствия огромными прыжками. Я стараюсь не отставать, благо, для своих габаритов двигаться могу весьма ловко. Яся в арьергарде. Камера. Проскальзываем под ней в тени подворотни и оказываемся у входа. Дверь заперта, но это не проблема - оставив Ясю караулить, я влезаю на козырёк подъезда и вскрываю окно. Втроём мы оказываемся внутри. Миновав камеру, мы двигаемся по коридору. У Яси наготове мощная рогатка с упором и оптикой - такой и камеру снести можно, и охраннику не поздоровится, будь он хоть в шлеме. Вот и дверь номер 28. Стучимся, испуганная девочка принимает из моих рук сумку с чем-то мягким и, поспешно поблагодарив, закрывает дверь. Адрес шесть. Хлопок, и охранник мешком валится на землю. Яся хорошо навострилась обращаться с рогаткой за время наших тренировок. Его напарник уже лежит на боку в луже собственной крови - вот уж не думал, что удар трубой по голове наносит такие повреждения. Но вроде жив. Взвалив на плечо бессознательное тело, отволакиваю его за угол. Магика призывно машет мне рукой с крыльца. Оттаскиваю тем же макаром и другого. Не забываю прибрать к рукам их пистолеты с магазинами. Отбегаю с дороги - и вовремя: мимо проходит патруль. Сердце колотится от страха: только бы не заметили тела... Но обошлось, охранники прошли мимо. В сороковом номере горит свет - там целая вечеринка. Группа парней и девчонок от четырнадцати до восемнадцати радуются посылкам "с воли", как манне небесной. Даже мне чуть не переломало рёбра то критическое количество обнимашек, что пришлось испытать в этой комнате. С удовольствием бы посидели, ребята, но нам пора - ещё два адреса... Адрес восемь. Охранник безвольно сползает по стенке. На всякий случай добавляю ему ещё раз. Что меня поразило - это "легионер". Совсем ещё молодой парнишка, младше меня, пожалуй. Сигарета в его пальцах ещё дымится. Прихватизирую его дубинку. А в номере 11 горит свет, а дверь распахнута настежь. Оттуда слышатся пьяные и наглые голоса тех, кому нечего бояться. И изредка - девичий приглушённый писк... Мы неторопливо заходим в комнату, прикрыв за собой дверь. Один "легионер" стаскивает брюки с девчонки лет шестнадцати, хрупкой, с огромными, полными слёз чёрными глазами и каштановыми волосами до пояса. Ещё один держит её сзади. Третий придавливает к дивану вторую, полненькую, лет восемнадцати, со светлыми волосами и в очках. Она пытается вырваться, но бесполезно. Наконец, двоим удаётся раздеть свою жертву и защёлкнуть у неё на руках наручники. Один из "легионеров" пристраивается к ней сзади, в его масленых бесстыжих глазах нет ничего человеческого. - Да ладно, цыпа, покувыркаемся и разбежимся, чего ты ломаешься, заодно и её отпустим, ну чего, будешь ласкова? - Сейчас я этой жирухе соски подпалю, - отвечает второй, - сразу на цырлах перед тобой поскачет. Он зашарил по карманам в поисках зажигалки, и тут его залитый алкоголем взгляд утыкается в нас. - А эт чё...что за ниндзя? - Служба уборки мусора, - коротко отозвался я, делая шаг вперёд... Избиение было быстрым и жестоким. Оглядывая забрызганный кровью пол, я чувствовал, как что-то тёмное внутри меня торжествует. Даже освобождённые пленницы это почувствовали, забившись в угол и с ужасом глядя на нас. - Вот ваши посылки. Кровь отмоете, а эту падаль оставьте мне, - бросил я, оставляя сумку на кровати и закидывая очередное бездыханное тело на плечо. Один, видимо, недобитый, зашевелился. Тот самый, что грозился подпалить грудь белобрысой толстушке. Его отсутствующий взгляд сфокусировался на мне, он уже набирал в лёгкие воздух, когда удар по голове прервал зарождавшийся вопль. Хрустнувшая кость уведомила всех присутствующих о том, что этот подонок больше не закричит, и больше ни над кем не надругается. Яся отбросила в сторону окровавленную трубу и кинулась утешать девушек. А где-то вдалеке, на стене, за нами следила громадная фигура в плаще...