Love you ... Do you hear?

Гарри всегда считал себя хорошим отцом. Он считал, что с ним можно поговорить обо всем на свете или получить жизненный совет. Джеймс часто говорил с ним о его девушках и Гарри ждал, когда же наступит очередь Альбуса. Только Альбус не приходил к нему за советом или просто, чтобы рассказать о том, с кем встречается или в кого влюблен. Альбус вообще избегал этой темы, как авады кедавры, и предпочитал отшучиваться после сбегая. Гарри всегда думал, что познакомится с милой девушкой Альбуса, когда сын представит ее семье. И точно не был готов к тому, что застанет своего сына выгибающимся под другим парнем в грязном переулке Лютного. Он бы мог подумать, что обознался, да только он слышал тихий шепот Альбуса и видел его лицо: закрытые глаза, прикушенная губа. Гарри застыл на входе в переулок так, будто увидел приведение. Он всегда считал себя понимающим, но то, что было перед ним не приводило к понимаю. Не потому что Ал был с парнем, а потому что этим парнем был Скорпиус Малфой — сын того самого Малфоя, который все годы по-детски портил жизнь ему и Рону с Гермионой. — Скорп, Скорпи. Черт… Нас же могут увидеть. — Плевать, пусть видят. Я соскучился, идиот. Два подростка на глазах у Гарри прижимались губами к губам с жадными поцелуями и шарили нетерпеливо руками под мантиями друг друга. — Ты же должен был быть на приеме в Малфой-меноре. — Сбежал оттуда, когда папочка представил очередную невесту. Видно он не ожидал того, что его сын уже нашел себе пару на всю жизнь. — Ты что сказал ему? Альбус аккуратно отталкивает худощавого блондина и смотрит изумленно, прикусывая припухшие губы. Гарри тоже замирает, в ожидании ответа, потому что хочет знать. Малфой-младший усмехается самодовольно в этой манере папочки-хорька и кивает, смотря на счастливого Альбуса с лаской в серых глазах. Гарри даже чувствует себя так, словно застал что-то личное, непотребное. — Ты же должен познакомить меня со своей семьей, чтобы я мог наконец-то попросить у них твоей руки. Альбус Северус смеется счастливо и снова прижимается губами к губам блондина. Целует, запуская ладошки в длинные белокурые пряди, а потом шепчет: — Думаешь, они позволят тебе это? Они же даже не знают того, что я гей. Думаешь, они нормально отреагируют? Парнишка словно только сейчас вспоминает все подробности и испуганно смотрит на Малфоя, который нежно гладит по щекам и целует тонкие пальцы любимого. Гарри хмурится, потому что сейчас ему сильнее всего хочется снять мантию-невидимку и поговорить с сыном. — Глупый, это же твоя семья. Они тебя любят. Ты же сам говорил, какие они хорошие и как ты хочешь наконец-то нас познакомить. Я рассказал отцу, потому что надоело терпеть новые приемы и толпу невест, которые даже не нужны. Отец, конечно, вспылил, кричал, что выгонит из Рода, но мы прекрасно знаем, что не станет. Позлится, поругается, а потом примет тебя, так словно и не был против. — Хорошо. Если они будут против, я все равно останусь с тобой. — Они не будут против. Мы вместе и все будет хорошо. Скорпиус обнимает Альбуса, целует в висок и легко улыбается. Гарри еще пару секунд смотрит на них, а потом спешит из переулка, чтобы устроить ужин и наконец-то познакомится с парнем своего сына. В этот вечер Альбус будет ворчать на отца, когда тот со смешком позволит Скорпиусу остаться с ночевкой, но в отдельной спальне. А когда через десять минут он услышит крадущиеся шаги в сторону спальни Альбуса, то только улыбнется и обнимет жену покрепче. Все-таки отдельная спальня была просто данью обычая, а не реальным запретом на совместный сон парней. И Гарри только надеется, что те не забудут о Заглушающих чарах, иначе завтрашнее утро будет очень неловким.