TEARZ

— Сука, я или он?! — Артем целится из пистолета Диме в голову, но дрожащие руки его подводят. Мушку сносит то на тело, то мимо совсем. Шокк слишком далеко, чтобы выбить из рук Депо пистолет раньше, чем пуля может покинуть ствол. Да и молящие глаза Глеба говорят этого не делать.  — Депо, — тихий голос Фараона успокаивает Диму, но вовсе не Бульвара. Тот переводит пистолет в сторону Глеба и задирает подбородок вверх.  — Я или он?! — ситуация выходит из-под контроля. Ситуация давно блять вышла из-под контроля, как только Депо застал их обоих врасплох. Выводя из машины сначала Шокка, парень пригрозил Глебу убить Диму нахуй, если хоть кто-то с места тронется. Поэтому сейчас Шокк стоял в нескольких метрах от Депо и смотрел, как в Глеба целятся, добиваясь ответа.  — Я или он, блять, я или он?!— наркотики в желудке, в крови, на языке. Слишком много наркотиков, иначе Артем так бы не поступил. Нашел бы лали с классной попкой, забив косяк и на Глеба, но не сейчас. Сознание плыло, как и цели с мушки, но обостренная реакция на внешние раздражители играла здесь важнейшую роль. На попытку со стороны Димы подойти ближе хоть на метр, увенчалась тем, что Депо вернул пистолет в его сторону.  — Стой, сука, или выстрелю, — холодный, мрачный голос заставляет Глеба прикрыть глаза, со светлых ресниц срываются соленые капли и проезжаются по щекам.  — Ты, — еле слышный шепот, но все буквально по губам понимают произнесенное вслух. Депо странно дергается, а Глеб оседает на пол. Дима укладывает отключившееся тело на асфальт и садится перед ним на корточки.  — Что ты сделал? — шепчет одними губами Фараон, и плечи его обнимают чужие руки. Чужие губы целуют в лоб, а шепот над ухом заставляет прикусить язык от внутренней раздирающей боли.  — Я сделал? — Дима смеется, чуть запрокинув голову в грязный потолок парковки, — Это ты сделал. Свой выбор.       Дима оставляет ребят на парковке и уезжает, моргнув на прощание дальним светом. Глеб поджимает губы и падает на колени рядом с Бульваром. У него больше нет пистолета, Шокк забрал его молча, да и вообще не проронил ни слова. Фара пытается привести друга в чувства, и едва тот подает хоть минимальные признаки жизни, взваливает часть его веса себе на плечо и начинает медленно идти в сторону трасс, ловит такси и доезжает вместе с ценным грузом до некогда общей квартиры. Открытых ран нет, лишь только на сердце. Глеб набирает номер на телефоне, но абонент временно недоступен. Абонент временно слетел с катушек и напился до состояния сломать кому-нибудь череп. Желающие всегда найдутся, поэтому Дима включает телефон лишь поздно ночью, окровавленными пальцами елозя по экрану. В ответ скупая смс-ка.

ДимаБамберг 4:09 «Поговорим позднее»

      Глеб сидит на подоконнике, когда его шеи касаются холодные, сухие губы.  — Ты помнишь, что сделал вчера?  — Нет.       Бульвар целует в шею и кусает ключицы, и самое страшное, что творится внутри Фараона, это мысли, которые допускают факт такой жизни. На двоих. Глеб склоняет голову к Бульвару и трется об него виском. Светлые волосы щекочат кожу.  — Ты можешь уходить, Глеб, можешь проваливать, — голос Депо спокойный, сдержанный. Фараон лишь улыбается.  — Ты не сможешь так просто меня отпустить.  — Не смогу, но привыкну. Привыкну к тому, что ты хуйло ебаное.       Когда Глеб выходит из подъезда, машина Димы уже стоит во дворе. Мужчина курит, оперевшись на капот.  — Ты ведь понимаешь, почему тогда я сказал, что выбираю его? — Фараон с разлету бьет Диме в грудь, но тот даже не шевелится, лишь смеется Глебу в лицо.  — Мы тебе что, покемоны, блять, чтобы ты нас выбирал? — поправляя воротник пальто, Дима затягивается снова.  — Он мог под наркотой мозг себе вынести, а ты адекватный здоровый мужик, который подобную хуйню не выкинул бы, я думал, ты поймешь! А ты блять бросил нас там на парковке! — Ваше величество надо было еще и подвезти? — самообладание и юмор, все то, что вывозило Шокка во всех этих ситуациях. — Иди на хуй, — Глеб уже собирается развернуться и идти прочь, как ладонь хватает его за локоть и возвращает к себе, прижимая за талию и дыша дымом куда-то в худую шею.       Сил сопротивляться больше нет. Фараон позволяет Диме посадить его в машину и увезти к себе, там раздеть и уложить спать. Пообещать достать еще наркотиков для него и Бульвара. Еще раз намекнуть на блядство. — Я бы принял все это, а вот Артем вряд ли смирится с таким, — рассуждает Дима больше для себя, чем для уснувшего давно Глеба, размешивая сахар в стакане с чаем, — я же все-таки адекватный взрослый мужик.