Узы дружбы

- Наставник? - Ды-а-а... - с немного придурковатой интонацией протянул бывший противник и длинный чёрный ноготь, показавшийся из-под балахона, подцепил чуть перекошенные очки на носу Уильяма и водворил их на переносице начальника как надо. Ти Спирс окончательно обрёл былое хладнокровие и опустил секатор, не убирая, однако, его совсем. - И чем я могу быть вам полезен? - Уильям не совсем понимал появления Жнеца-в-отставке в городе шинигами, но, надо признаться, в глубине души был рад ему. Немного сумасшедший Легендарный жнец никогда не приходил просто так без серьёзного повода, предпочитая жить среди простых людей и вести их похоронные дела. А потому его редкое прибытие в край бессмертных всегда означало из ряда вон выходящее событие и практически мгновенное решение трудных вопросов. Гробовщик (так его привыкли называть люди и некоторые жнецы, близко с ним знакомые) издал счастливый гукающий звук и, вдруг оказавшись вплотную к бывшему стажёру,ненавязчиво подтолкнул его без всякого стеснения к подъезду, где жил Уильям. - Не здесь, не здесь, дорогуша, у стен везде уши! - пропел он по дороге, в финале вталкивая начальника как мальчишку в парадную. - И не ты мне полезен, а я тебе. Или я не прав? Ти Спирс вместо ответа кивнул и зашагал наверх, и вскоре уже распахивал для Гробовщика дверь в свою квартиру. Легенда проскользнул в прихожую и, пока Уилл возился, закрывая замок, уже вовсю приплясывал на кухне, ставя чайник и извлекая на свет божий глиняный горшочек с печеньем собственного производства. Когда брюнет появился на кухне (он ещё педантично умылся и оставил пиджак и галстук в гардеробе), Легенда вовсю колдовал над чашками, без стеснения пользуясь предметами быта с кухни Ти Спирса. Не успел молодой начальник как следует сориентироваться, как его уже подтащили к столу и усадили, сунув в руки чашку, наполненную ароматным чаем. Проворным ужом скользнув на место напротив, Гробовщик скинул наконец с головы капюшон и явил миру седую длинную шевелюру, водопадом рассыпавшуюся по спине, и лохматую, как у бобтейла, чёлку, полностью закрывающую глаза. Брюнет невольно улыбнулся краем губ: что ни говори - его бывший наставник, несмотря на мрачность своей профессии, ухитрился сохранить небывалую бодрость духа, при этом с юморком, уместным только для него, обыгрывая трагический образ похоронного агента. И, как ни странно, ему одному Уилл прощал те глупости, за которые бы Грелль, Эрик, да и остальные жнецы получили бы урезание зарплаты за неуважение к работе. Всё-таки Легенда заслужил немного безумия за свою более чем героическую жизнь. Тут Уильям осёкся и собрался с мыслями. Радость от встречи с наставником уже постепенно сдавала позиции, уступая место деловому настрою, да и сам Гробовщик уже не склабился, как Чеширский Кот, помешивая сахар в чашечке, а выжидательно посматривал на ученика. - Ну-с, юноша, я вижу, ты в большом затруднении. - Вы правы как всегда, господин Легендарный, - окончательно отпуская праздничный настрой и принимая серьёзный вид, начал Ти Спирс. - И, полагаю, что вам необходимо знать то, что случилось... - Не называй меня на "вы", мы с тобой сейчас одни и в неофициальной обстановке, - махнул рукой Легенда. - А вот про то, что происходит, я уже знаю. Я самолично видел ваш отряд преследования, хоть сперва и не понял - зачем столько молодых кадров несётся куда-то зайчиками с такими суровыми лицами и косами наперевес. Ти Спирс молча глотнул чаю и опустил подбородок. Гробовщик продолжил: - Мне стало это интересно, я как раз сидел без дела и потому небольшая прогулочка по городу разнообразила мой вечер как нельзя лучше. И я пошёл за ними следом. И, надо признаться, что прогулочка принесла много чего полезного. Уильям поставил чашку на место и выпрямился. Сел прямо и Легенда, до этого вытянувший длинные ноги через всю небольшую кухню вплоть до плиты. Вертя в пальцах печеньку, он посмотрел (брюнет точно почувствовал его прямой и твёрдый взгляд сквозь чёлку) на экс-ученика и просто сказал: - Я был в логове того демона. Ти Спирс невольно вздрогнул и сжал ручку чашки так, что та треснула. Одновременно с этим Гробовщик раскусил крепкими зубами печенье. С минуту висела тишина. - И? - боясь, что всё-таки ему послышалось, позволил себе переспросить молодой начальник. - Что же вы... ты там увидел? - Ничего. - Просто отвечал Легенда. Спирс невольно привстал. - Как - ничего? Как можешь ты тогда быть уверен, что это именно то место, про которое ты говоришь? - А ты думал, что дом демона - филиал Преисподней? - седовласый сделал глоток чая. - Спешу тебя разочаровать, дом как дом, максимум чуть-чуть падалью пованивает - и всё. В целом же, - чуя нетерпение обычно ледяного спокойного шинигами, продолжал он, - там вправду немного мрачновато и неуютно, даже в моей лавке нет такого. Кривая лачуга на задворках, что неудивительно, ведь демоны либо наглеют в центре высшего общества, либо прячутся в низах, пока не придёт их время. Наш демон оказался из последних. - Как же ты его вычислил? - Ти Спирс великолепно держался, лишь нервно подрагивающие тонкие брови выдавали его волнение. - По нападению. - Что? - Да, мой дорогой ученик, я стал свидетелем прямого столкновения отряда и демона. Точнее нет. Нападение было не прямым лоб-в-лоб, скорее демон умудрился напасть на преследователей с тыла и ранить пятерых. Силы в нём немерено. Жнецам помешало то, что в данный момент они находились в невыгодных для них условиях - конец их смены, ослабление бдительности и молодые кадры, не видавшие в глаза Высшего, в составе отряда. Не спеши винить никого из них - никто серьёзно не пострадал, ребята дали достойный отпор, а то, что они упустили демона, спиши на мой счёт. Я спугнул нечистого и дал возможность юнцам и их кураторам уйти без последствий более серьёзных, чем просто царапины, которые залечат в лазарете. Ну сам, конечно же, направился за ним, выждал момент, когда на дежурство выйдет свежая смена, а он вновь покинет убежище, и проверил дом. - Ну а что же там увидел? - вновь повторил Уилл, сверкнув очками. - Комнаты. Три, потайных ходов там нет. Как нет и ничего, что выдавало бы тут демона в плане вещей - лишь самые необходимые предметы быта, явно вытащенные с помойки рядышком. Никаких пентаграмм, костей невинных жертв, ловушек или прочей адски коварной мишуры. Но то, что он там частый гость и полноправный хозяин, нет сомнений. - Но почему ты не пришёл в Департамент и не рассказал мне это там? - Уильям сел и, устало сгорбившись впервые за этот вечер, повертел в пальцах ложку. - Дорогуша, сам посуди - на работе ты бы не выдержал. Домашняя обстановка плюс чашка чая для тебя сейчас самый надёжный способ удержать нервы под контролем. Твой отчёт я напишу сам, излагая всё, что видел в доме и в его пределах. А ты... - Я не могу так просто отдавать свои дела. Пусть даже и наставнику. Мой долг... - Пусть тебя твой долг сегодня не волнует. Ты представь на миг, что снова я тебя курирую и ты сидишь и просто пьёшь чай в моём кабинете, как раньше. Заботы ученика - прежде всего заботы куратора. - Ты поэтому провожал меня до дома сегодня? - вдруг спросил Уильям. - Как будто снова Академия и я твой стажёр? - Конечно. И я добросовестно следую введённому правилу по надзору за молодыми кадрами и непременно буду помогать тебе в сложившейся ситуации по мере сил. Ну а теперь... марш спать, - видя, как Ти Спирс окончательно сошёл с вершин неприступного поста начальника и просто устало навалился спиной на стену, Гробовщик встал во весь свой немаленький рост, усиленный высокими каблуками, и указал брюнету на дверь спальни, наотрез отказавшись от обустройства для него дивана на ночь. Пока брюнет послушно приводил себя ко сну и ложился, сам Легендарный уже прибрал на кухне и строчил на листе отчёт, при этом он был серьёзен как никогда. Уильям же, находясь в постели, видел из-под двери тонкий луч света и почему-то чувствовал себя как раньше под надзором наставника - защищённо и уверенно. Его Учитель и Друг пришёл на помощь как нельзя более кстати... *** На следующий день начальник явился на работу прежним - собранным, деловым и, по выражению Сатклиффа, ледяным и ясным, как полярный день. Первым делом он отправил с курьером запечатанный конверт с отчётом, после чего, раздав обычные указания по работе своим сотрудникам, направился в лазарет, где первым долгом проверил пострадавших от рук демона. Как Ти Спирс и предполагал с самого начала, ранеными оказались именно новички - те, кто только сдал экзамены и получил новые очки и настоящую Косу Смерти. Старшие сотрудники ходили в самом мрачном настроении - ведь были же шансы обойтись без жертв, однако результат был налицо: карантин для молодых жнецов и ослабление сил отряда. Однако выговора им не вынесли - Уильям после беседы с Наставником пришёл в себя и, вместо того, чтобы карать всех направо и налево, просто провёл с сотрудниками беседу, в ходе которой подробно выспросил обо всём, что произошло. Сделав выводы, молодой начальник пересмотрел график дежурств по выслеживанию "критически опасного субъекта", поставив смены так, чтобы отряды менялись чаще во избежание переутомления оставшихся в строю работников. Причём в отряды преследования жнецы брались только те, кто бывал на полевых и знал, как держится коса в руках. На время дежурств всех стажёров, не задействованных вместе со своими кураторами в поиске демона, отправляли в Архивы или же в Библиотеку, где юноши и девушки по крайней мере находились под присмотром и защитой старших жнецов и стен заведения. Приказ об этом был сформулирован и подписан Уиллом в тот же день, его одобрили представители вышестоящих инстанций, приехавшие в Третий Лондонский ввиду ЧС, сложившейся в столице. Первый отряд нового состава был выслан в указанный Гробовщиком район, где шинигами проверили всё наиболее тщательно и часть из них оставалась там до самого вечера. Однако, видимо демон уже успел понять, что его рассекретили, потому как он не показался в бывшем убежище ни разу за весь период наблюдения, предпочитая скрываться в неизвестном месте, так что новый отряд, сменивший коллег вечером, со свежими силами принялся прочёсывать спящий город и его окрестности, выискивая логово врага. *** Грелль оказался в числе участников ночного отряда. Поручив всем докторам и сёстрам следить в четыре глаза за Рональдом, он долго собирался, пока за ним не пришла делегация жнецов, сурово поглядывающая на часы. Тогда лишь Алый позволил себе немного поторопиться и выпорхнул из Департамента в числе первых, с ходу заведя пилу и совершая переход в мир живых. Лондон утопал в ночи. Отряд, расположившись на крыше Парламента, делал передышку после длительного марафона через весь город. Кто-то курил, кто-то кучковался у карты, помечая сектора, уже просмотренные ранее и планируя дальнейший путь, а Сатклифф, отделившись от коллег, заскочил на шпиль Биг Бена, откуда наблюдал за городом и тем, что происходило в нём. Не столько с целью любопытства, сколько его несколько ввела в дзен сама обстановка. Погрузившись в созерцание, он изредка замечал бесшумные тени диспетчеров на полевых, то тут, то там мелькающие на крышах и во дворах, иногда в небеса взмывали тонкие ниточки Плёнок Памяти, но тут же прерывались, сияющими искорками падая обратно - опытные шинигами превосходно управляли воспоминаниями, не давая даже самым проворным ускользнуть от Жатвы и от лезвий кос. Грелль, постепенно выходя из транса, глубоко вдохнул холодный воздух и вдруг поморщился. - Вот ведь... Такие важные господа в этом парламенте сидят, а канализацией воняет, как в переулке близ порта. Неряхи с просроченными душами. И он с досадой запустил вниз маленьким снежком, жалея, что Леди не пристало плеваться. И вскрикнув, стрелой слетел со шпиля, в полёте активируя пилу. За ним, буквально через несколько мгновений, ринулись другие шинигами, однако Алый их опередил. Намного. Развив бешеную скорость, он только чудом приземлился на ноги без потерь, при этом почти пожертвовав каблучками любимых ботинок, и кинулся по набережной Темзы вслед за крупной тёмной тенью, огромными скачками пересекающую открытую местность, спеша к лабиринтам улиц города. Демона невозможно было не узнать: ориентировочные данные, сказанные ещё Роном, были налицо, к тому же запах серы и крови оставлял весьма отчётливый след в воздухе, вызывая у Грелля желание как можно скорее догнать добычу, перерезать ей глотку, расчленить и утопить получившееся в Темзе, чтоб одной гадостью в мире стало меньше. И непременно поквитаться за убитых стажёров и "свою Мороку". Не слыша криков отстающих жнецов, Сатклифф мчался сквозь паутину переулков и улиц вслед за нечистым, не замечая ничего вокруг. Даже куда они бежали оставалось для него загадкой. Видя впереди только лишь спину Зверя, сливающуюся с темнотой и слыша топот ног, Грелль даже не понял сперва, что впереди него пусто. Запах никуда не делся, только вот никто не маячил перед ним, высекая каблуками искры из мостовой. Жнец вылетел на крошечную площадь с микроскопическим фонтаном посреди - такие ещё оставались в бедняцких районах столицы и служили точкой сбора всех проживающих окрест, начиная от играющих детей или же шумных мужских компаний, заканчивая домохозяйками, стирающими в фонтанчике бельё. Сделав круг по площади, Алый наконец убедился полностью, что преследует пустоту, и это привело его в бешенство. Бензопила взревела подобно разъярённому льву, а сам владелец Косы, вскочил с ногами на борт фонтана и заорал во всё горло: - Сукин ты сын! А ну немедленно сюда, я покажу тебе, где ангелы крыльями машут! Что, страшно, да? А детей убивать не страшно? Живо сюда, скотина, я всё равно чую, что ты рядом! - Чуешь, говоришь? В тот же миг Грелля отбросило влево с такой силой, что он раза два перевернулся в воздухе и раза три на земле. Коса, визжа и высекая искры из булыжников, вылетела из напряжённой ладони, вывихнув Алой Смерти пальцы. Грелль вскрикнул - нападение было и неожиданным и очень травматичным, рабочая левая рука, принявшая на себя удар о камни, мигом отнялась, а перед глазами поплыли тёмные пятна. Однако про Алого не зря ходили легенды о его неистовом нраве, полученные от тех, кто имел несчастье разозлить жнеца в момент запала. Несмотря на боль и шок, Аловолосый вскочил и, учуяв движение воздуха, метнулся в сторону, а потому следующий удар хоть и сбил его снова с ног, но был гораздо слабее предыдущего. Грелль снова закувыркался по мостовой, но быстро встал и отскочил, избегая размашистого удара когтистой лапой. Длинные тёмные пальцы лишь зацепили цепочку очков и та с готовностью лопнула, хлестнув вдобавок Сатклиффа по щеке и улетев куда-то за спину. - Ах ты ж сволочь... - прошипел жнец, отрывая и вторую часть цепочки, чтобы не мешалась, и откидывая её в сторону. - Ты посмел испортить мою вещь. Мою любимую вещь! Движимый чувством слепой ярости, он резко бросился в ту сторону, в которой лежала его бензопила, но опоздал. Демон атаковал вновь и на сей раз целью его удара стали очки шинигами... Исковерканная красная оправа с выбитыми стёклами хрустнула под ногой исчадия Ада, а вмиг потерявший больше половины драгоценного зрения Грелль в ужасе всхлипнул. Да, он был проворен, быстр и изворотлив, но сейчас, дезориентированный и израненный, Алый был способен только на отступление к домам. Одна доля секунды - и жнец взвыл от боли и страха, когда его схватили цепкие руки и, подняв над землёй, грохнули обратно так, что полетела каменная крошка. Ещё рывок - и Грелль полетел в сторону стены, ударившись о которую он почуял, как захрустел позвоночник. Подошедший демон вздёрнул рухнувшего наземь несчастного за волосы и, с наслаждением рассматривая окровавленное лицо потерявшей способность сопротивляться жертвы, облизнул нижнюю губу. - Ты же с тем мелким пацаном общаешься, да? Тебя не заметить сложно, а забыть невозможно. Что же, хоть ты и не молод, однако ты хорошо сохранился, - сдавленное шипение и бессильный удар в пустоту вызвали у Зверя смешок. - Боль хорошо разогрела твою кровь, ты ловкий и увёртливый, как раз то, что мне необходимо получить... Алый широко распахнул глаза во внезапном озарении. Так вот зачем демону нужны стажёры! Он использует их кровь, с помощью пыток изменяет её и пьёт, чтобы вернуть себе силы! Кровь молодых, не познавших горя, полную жизненной энергии! - Чудовище! Мразь, исчадье Ада! Не прощу!!! - А мне и не надо твоего прощения. Грелль почувствовал, как его поднимают выше. В расплывающемся тумане ужаса он всё-таки увидел, как видоизменяется лицо демона, острые кривые клыки, усеявшие огромную пасть и сверкающие в лунном свете были всё ближе... - Ронни-и... - проскулил несчастный, закрывая глаза. Внезапно его исцарапанной щеки коснулся мимолётный порыв ветра, а спустя миг Зверь взревел так, что Сатклифф потерял не только зрение, но и слух. Его снова швырнули на камни и до угасающего сознания мученика донёсся далёкий неистовый крик. Завоняло палёным мясом так, что даже разбитый нос Леди учуял эту вонь. Алый приоткрыл слезящиеся глаза и успел заметить, как на фоне тёмного неба сверкнул яркий росчерк чьего-то оружия, от которого метнулась в сторону громадная тень палача. Некто встал между Сатклиффом и демоном, не давая подступиться к почти готовой жертве, пресекая широкими взмахами оружия любые подкаты. В какой-то момент Зверь сделал решающий выпад и тут неизвестный защитник выбросил вперёд вторую руку, доселе просто согнутую в локте, коснувшись демона. Тот снова заорал и, метнувшись в сторону домов, исчез в тенях, за ним, не теряя времени, помчался и спаситель. И тут, буквально сразу же, со всех сторон замелькали силуэты Жнецов, наконец-то обнаруживших сбежавшего коллегу в лабиринтах трущоб. Видимо одного взгляда на поле боя хватило им, чтобы понять что случилось, так как часть отряда сразу же метнулась в ту сторону, куда унёсся демон, а вторая часть окружила Грелля. Как сквозь толщу воды Алый смотрел на них и слушал приглушённые голоса, не реагируя и всё сильнее впадая в тупое безразличие и тьму. "На редкость бездарная сцена, это провал. Полный провал, Актриса." Грелля стали поднимать на руки, на что тело отозвалось взрывом пульсирующей боли и Алый Жнец невольно всхлипнул и застонал от прикосновений. Втянув в себя воздух, по-прежнему пахнущий гарью, он вдруг уловил нотку иного запаха, разительно отличающегося от вони, но разобрать его и понять у несчастного не хватило сил. Он понял лишь, что скоро будет в безопасности, когда отряд активировал портал и полуживого жнеца отправили прямым ходом в Департамент...