Stripped

      Квартира Ацуши и Дазая была достаточно уютной, несмотря на то, что комнаты выглядели немного пустыми. Она понравилась Магде: просторная, интерьер выполнен в приятных тонах, до офиса — минут пять ходьбы, не больше. Когда рабочий день закончился, они веселой компанией из четырех человек как раз пошли работать в эту милую квартиру. Затащили в гостиную огромные папки с документами — солнце уже садилось. На стенах образовались интересные узоры из света и тени, которую отбрасывали в лучах заката деревья, росшие прямо перед окном. Под порывами ветра эти извилины и закорючки дрожали, завораживая. Магда долго смотрела на стену, любуясь нежным розовым закатным светом.       — Эй, — подошел к девушке Доппо, — ты чего? Работа зовет, — и положил ей руку на плечо.       Магда вздрогнула, не ожидая такого мягкого голоса и прикосновения.       — Красота важнее работы, — то ли спросила, то ли констатировала факт она и, слегка улыбнувшись, повернулась к Куникиде лицом, вздохнула. — Веди меня, трудоголик.       Куникида усмехнулся и, поправив очки, убрал руку с плеча Магды, разворачиваясь в сторону выхода из комнаты.       — Ну что, все в сборе? — отвлекся от рассматривания пейзажа за окном Дазай, когда услышал шаги, затихшие где-то совсем рядом. — В общем, все эти ужасные бумажки, — он небрежно ткнул пальцем в кучу папок, — можно условно разделить на те, что относятся к деньгам, и те, что к ним не относятся.       — О боже! — саркастично вскрикнула Магда, взбодрив засыпающих коллег громкостью своей фразы. — Какое разнообразие, — добавила она чуть спустя.       — Женщина, помолчи, — устало отозвался Дазай. — Мы все прекрасно понимаем, что нам придется это сделать.       Магда, ничуть не обидевшись, тут же выдала:       — Сам ты женщина!       — Так кто что возьмет? — вмешался в их почти начавшуюся шутливую перепалку Доппо.       — Я беру тебя и все твои денюшки, — Магда улыбнулась Куникиде, и они, забрав нужные папки, мгновенно исчезли, скрывшись за поворотом коридора.       — Ты только его живым верни! — Дазай был явно возмущен.       Когда они вдвоем зашли в комнату, Куникида положил папки на стол и попросил Магду налить им кофе. Пока девушка была на кухне, он бегло осмотрел содержимое папок, что они взяли. Огромное количество совершенно однообразной и не очень интересной информации о том, кто, когда, где и сколько потратил или получил. Доппо вздохнул и, сняв очки, протер едва воспалившиеся от долгой работы глаза. Посмотрел в небольшое окно прямо рядом со столом, за которым сидел.       Мужчина оглядел комнату. Тут почти не было мебели: только стол, два кресла, два стула и небольшая тумба в темном дальнем углу. Комната была вытянута в длину, поэтому было одно большое окно. Не было ни штор, ни ковра. Очевидно, Ацуши и Дазай не придумали, для чего приспособить эту комнату. Везде лежал достаточно большой слой пыли, поэтому Доппо протер стол, прежде чем положить на него папки. Перед окном не росло деревьев, поэтому последние лучи солнца четко очерчивали границы окна.       — С чего начнем? — спросила Магда, зайдя в комнату с двумя кружками в руках.       — Пока что просто посидим, — уверенно произнес Куникида, приняв чашку, и девушка насторожилась.       — Боже, Куникида, ты отлыниваешь от работы?! — непонимающе взглянула Магда на него. — Что-то случилось? — добавила она, сменив резкий тон на более мягкий.       — Да нет, — отмахнулся Доппо, — поговорить хочу.       Магда присела на стул, пододвинув его ближе к мужчине, и взяла свой кофе:       — Ну говори, — и улыбнулась.

~

      Ночь пролетела быстро и незаметно. Когда Магда снова посмотрела в окно, уже светало. Проснулись птицы, наполняя своим пением утреннюю тишину. Скоро начнется рабочий день, а она и глаз не сомкнула за всю ночь. Но спать не хотелось: ее режим дня был совсем неопределенным. За все время, что они просидели над бумагами, Дазай задремал два раза и сейчас спокойной посапывал, Доппо час назад тоже отправился спать, а Ацуши отрубился в принципе достаточно быстро — еще до полуночи. Магда заботливо носила всем чай и кофе. Один раз, часа в два ночи, они даже столкнулись втроём на кухне — не было только спящего Накаджимы — и быстро перекусили, обсуждая, что интересного удалось узнать.       Новостей тогда еще не было.       Часа в четыре утра, когда Куникида отправился в царство спящих, Магда сходила на кухню, чтобы выпить чая. Проходя мимо гостиной, где всю ночь проработали Ацуши и Дазай, она заметила, как Осаму поправлял одеяло, под которым мирно спал Накаджима.       Магда не осуждала эту любовь втихую, не собиралась бросаться на Дазая с криками о том, что это все неправильно, как это сделал Доппо. Она понимала: у нее тоже были достаточно сложные отношения, да и ей ли судить других? Несмотря на то, что Дазай был ей достаточно близок, Магда с уверенностью могла сказать, что совершенно о нем ничего не знает. И если все сложилось так, как оно было, не ей вмешиваться, пытаясь что-то изменить. Прошлое останется прошлым, сделанного не вернешь, а потому девушка могла только подтолкнуть его в более правильном по ее взглядам направлении.       И все же ночь прошла небезрезультатно: они нашли то, что могло помочь. Дайдж получал определенную сумму денег тогда же, когда Клей ее тратил; среди их звонков есть два общих абонента, и все бы ничего, но владелец одного из номеров был несуществующим человеком. Они решат не звонить ему, потому что на дворе все же была ночь. Второго абонента решили побеспокоить еще позже, чем первого: он оказался иностранцем и жил в совершенно другом часовом поясе.       Магда просидела за столом на кухне почти полтора часа, любуясь восходом и думая о вещах, что ее беспокоили. Она потягивала уже остывший чай из какой-то огромной кружки. За окном постепенно становилось светлее и светлее, звучали все новые и новые песни птиц. Совсем скоро начнут просыпаться и люди. Начнется обычная рутина. За это Магда и любила ранние часы: ты находишься один на один с самим собой, день еще не испорчен плохими новостями, и можно говорить с собой честно и правдиво.       — Доброе утро, — охрипшим голосом поприветствовал Осаму девушку, смотрящую в окно.       — Привет, — чуть погодя, отвлекшись от раннего пейзажа, ответила ему Магда, улыбнувшись.       — Спала?       — Нет еще, — девушка повторно улыбнулась и допила наконец совсем уже холодный чай.       Дазай тяжело вздохнул, возмутившись. Принял ее кружку, быстро сполоснул ее и, взяв еще одну, налил им кофе.       — Ты в порядке? — поинтересовалась Магда, заглядывая в глаза сидящему напротив мужчине.       Дазай медлил с ответом на вопрос. Его состояние все еще было сонным, конечно, он не выспался. Отвечать именно это не имело смысла: он знал, что девушка требует не это.       — Нормально, — наконец выдавил он, запив свою ложь остатками содержимого кружки.       — Глаза прячешь, — упрекнула его Магда, — врешь.       — Ну даже если плохо, то что?       — В принципе, — задумалась девушка, отпивая маленькими глотками кофе, — ну, ничего. — Она встала со стула и подошла ближе к мужчине. — Это хотел услышать?       — Не уверен, — пожал плечами Осаму.       — Я не хочу тебя принуждать, заставлять, убеждать или еще что-то в этом роде, нет. Тем более я знаю, как тебя достал с этим очкарик. Но я видела его глаза, Дазай. Видела, как он на тебя смотрит.       Осаму насторожился.       — Глупо будет потерять еще один шанс влюбить в себя такого милого парня, идиот, — Магда легонько стукнула его по макушке и отправилась будить Доппо.

~~~

      — С каких пор тебя так интересует личная жизнь людей вокруг? — поинтересовалась Магда.       Доппо молча ждал ответа на предыдущий вопрос.       Магда не понимала: хочет ли он услышать правду или ложь ему тоже зайдет? Она не любила врать, но в жизни всякое бывало.       — Ты странный в последнее время, — заметила девушка.       — У нас не очень много времени, — Доппо выразительно посмотрел на часы.       — Ты так просто не отвяжешься, да?       — Да, — Куникида довольно улыбнулся.       — Было бы чем гордиться, — осуждающе посмотрела на него Магда.       — В общем, давай сделаем так, — сказала она и замолчала. Подумав еще раз о том, что хочет сказать, продолжила: — Мы пристаем к Осаму, потому что у него там еще можно спасти хоть что-то. Такие мы себе благородные дельцы, конечно. Но если Дазай тебя выслушал и принял твои слова, это не значит, что то же самое смогу или захочу сделать я. У меня и спасать нечего, если ты не знал. Поэтому вот ответ на твой вопрос: неважно.