Solutions

СынРи в первый раз так неуютно в своём собственном небольшом кабинете. Он не может усидеть на месте, не может перестать передвигать бумаги и ручки по столу, не может перестать почти панически вглядываться в шумную улицу за окном. Ощущение неправильности происходящего накрывает с головой, застревает в лёгких и горле склизкими комьями, не давая дышать полной грудью. СынРи чувствует себя загнанным в клетку зверьком, и это, думается ему, не так уж и далеко от правды. Напротив парня сидит, расслабленно откинувшись на спинку стула, ДжиЁн. Одетый так, словно только что с модного показа вышел, улыбающийся дружелюбно и говорящий что-то о том, что Ри со временем стал только лучше и что магазин милый и перспективный, ДжиЁн. И это просто как заговор какой-то серьёзно. Потому что в расход со словами Квона СынРи чувствует себя просто отвратительно и готов дать пари, что и выглядит не лучше. Он не может понять, что нашёл старший в спутанных некрашеных волосах и свитере довольно презентабельном, но жутко неудобном. Он не может понять, как ДжиЁн так просто говорит это, как так просто снова врывается в его жизнь и ведёт себя так, как будто бы так и надо. Не может понять, почему ДжиЁн настолько… расслаблен, хотя ему самому просто на стенку лезть хочется, и желание усиливается с каждой секундой, проведённой в обществе теперь уже брюнета. - Удивительно, что Дами ни разу за всё это время не показала мне твоей фотографии. Всегда же сотнями закидывала, а тут - ничего. Зато сюрприз получился… Правда же, СынРи-а? - говорит ДжиЁн, заглядывая младшему в глаза - СынРи почти сразу взгляд отводит, однако успевает заметить знакомые искорки на дне влажно-чёрных зрачков, и ему становится почти физически больно. ДжиЁну так нравится играть с ним? - Да… Это, определённо, было неожиданным, - отвечает Ли и чуть поджимает губы, некстати вспоминая одну из последних их встреч - свиданий - в школе, отчего по позвоночнику проходится волна фантомной боли, сосредоточиваясь в сердце. Всё это настолько не правильно, что отдаёт фальшью почти театральной. Напоминает игру в чувства, от которой только хуже, зато удобнее всем. - А я ведь пытался… - Квон подаётся чуть ближе и СынРи, скорее по инерции, чем от неожиданности, чуть заметно дёргается назад, панически цепляясь пальцами за угол стола, - Я пытался найти тебя. И это как удар под дых. СынРи буквально чувствует, как его переламывает пополам от боли, выливающейся из сквозной дыры где-то под сердцем, и беспомощно хватает ртом воздух. Искал. ДжиЁн искал его… От этой лжи неожиданно тяжелее, чем от всей предыдущей. Все воспоминания разом наваливаются, и лишь одно, с его собственными словами, нитью их прошивает, как в «Данте» навсегда закрепляя на коже. Ри снова пытается делать вид, что всё хорошо, только вот не получается. - Ты же знаешь, что это не так, - почти умоляет он, смотря на всё так же безмятежно, только вот теперь немного растерянно улыбающегося ДжиЁна,- Ты же знаешь… Зачем ты это говоришь? Я всё равно останусь с Дами, даже если ты расскажешь, я… - Ты, как и был, остался глупым ребёнком, - слова застревают в глотке, когда брюнет тянется и почти нежно проводит самыми кончикам пальцев по пылающей щеке младшего, заставляя того почти задыхаться, - Я знаю, что ты останешься с ней. Потому что с Дами тебе лучше,- ДжиЁн чуть склонят голову к плечу - СынРи шумно сглатывает, потому что эта привычка ещё из детства ему помнится - и складывает руки в замок на коленях, - Потому что она то правильное, что тебе нужно. Брюнет встаёт со стула, и Ли неотрывно следит за ним взглядом, боясь и лишний вздох сделать. - Только вот, - говорит ДжиЁн, уже почти выходя, и от его улыбки у Ри спину покрывает холодный пот, настолько она… как тогда, что просто сил нет смотреть, - Помни, что я уже никуда не денусь. *** - Да просто скажи ты ему уже! - голос друга становится немного грубее, - И Дами тоже. Не вижу смысла в том, чтобы обманывать твою сестру. ДжиЁн усмехается, небрежным движением откупоривая вино и делая большой глоток прямо из тонкого горлышка. Горьковато-сладкий вкус разливается по горлу, даря смутное успокоение, и брюнет прикрывает почти блаженно глаза. - Никогда не предлагай помощь, зная, что отнесёшься несерьёзно, - он растягивает губы в кривой усмешке и притягивает к себе одну из огромных диванных подушек, утыкаясь в неё носом. Почему-то именно сейчас хочется ощутить такое знакомое тепло рядом и почувствовать запах не заводской ткани, запылённый временем и ленью хозяина, а живой, человеческий. За столько лет не изменившийся ни на одну нотку. - Я вполне серьёзен, - голос ТэЯна из динамика телефона звучит почти обиженно, но больше, разумеется, устало, - Почему бы тебе не рассказать хотя бы мальчишке. - СынРи, - машинально поправляет брюнет, откидывая начинающую тяжелеть голову на жёсткий подлокотник, - Потому что он считает, что я специально… Вру ему. - Так ты разве не это делаешь? - друг на том конце ядовито хмыкает и ДжиЁну хочется ему заехать в челюсть, чтобы зубоскалить стало не в пример сложнее. - Нет, - вместо этого сухо отвечает парень и накрывает свободной ладонью глаза, отпивая ещё вина, - Я вру, но… Не о том. Я не для этого пытался хоть как-то отыскать его, не для этого в Корею вернулся, не… - Тогда для чего? - ТэЯн злится, и это явно слышно по его голосу. Квон морщится, как от пощёчны, - Для чего спектакль разыгрывать и выть, что он понимает? ДжиЁн смеётся почти пьяно, голову запрокидывает и проливает какую-то часть алкоголя на пол, пачкая ковёр, сжимает в кулак ткань рубашки напротив сердца, сжимает губы, будто бы собирается плакать. Будто бы вернулся в тот день много лет назад. В тот день, который растянулся для него на долгие годы. - Потому что… - Потому что мудак? - голос парня сочится непониманием и даже почти злостью, проникая Квону под кожу иголками, - Отпусти. Отпусти этого мальчишку… - СынРи… - Да плевать! Ты не можешь сказать, не можешь молчать… - ТэЯн тяжело вздыхает и ДжиЁн наполняет лёгкие воздухом тоже, - Ты думаешь, он это оценит? Ты делаешь только больнее, и не только себе. Ты сам говорил, что ему лучше с Дами. Так просто прекрати влезать в его жизнь, вот этим и сделаешь лучше. - Потому что всё ещё люблю. Но из динамика только отрывистые гудки и повисшее в воздухе обоюдное недовольство, которое не разбавишь даже кроваво-алыми каплями вина, впитывающимся в белое - цвета слоновой кости - волокно ковра. *** СынРи почти заставляет себя забыть о случившемся. Он почти заставляет себя уснуть, чувствуя тёплые объятья Дами и её ровное дыхание, пускающее мурашки по голой коже шеи. СынРи почти заставляет себя думать, что ничего не произошло, когда к нему на телефон приходит сообщение с неизвестного - только номинально, потому что цифры, кажется, навечно врезаются в память - номера. «Ты нужен мне» Пальцы дрожат, как днём, и глаза режет от неонового холодного света. Слова будто впечатываются, оставаясь в сознании, слишком яркие на белоснежном фоне. Не оставляют после себя ничего. - Что там у тебя? - СынРи вздрагивает, обнаруживая себя судорожно сжимающим в телефон и бестолково пялящимся в потухший уже, вероятно, давно, экран, от аккуратного прикосновения небольшой ладони к плечу. - Ничего, - голос не дрожит почти, хотя внутри взрываются вулканы и лава паникой накрывает с головой, - Спи… милая. - Вааа! - Дами дурашливо пищит и несильно бьёт его кулачком в плечо, обнимая крепче, - И с чего такие нежности? - Потому что… Я… - голос дрожит сильнее, и СынРи приходится закашляться, разрывая и так держащиеся только чудом вместе края дыры в груди, - Люблю тебя. Улыбнуться, как всегда, не получается. И это не так страшно, потому что Дами не видит его лица, но. Но для СынРи равняется катастрофе. «Ты нужен мне»