Перевозчик

Мне еще хватило силы освободить его от веревок и колодок и дотащить до кровати. После чего я просто рухнул рядом, медленно, не сознавая своих действий, размазывая по нашим телам следы схлынувшей страсти. Акмаль тяжело дышал, прикрыв глаза и отвернув от меня голову. - Ты кого-нибудь вообще любил в жизни, Шарель? - А как же! - я с энтузиазмом приподнялся на локте. - Нам было по шестнадцать лет, она была дочерью олигарха, а я менял насадки для мойки машин, мы убегали из города на дальнее озеро "ловить тритончиков" и занимались любовью до черных кругов перед глазами, пока нас не выследил ее охранник. Засунул меня головой в озеро и держал, а она схватила его пушку и уложила на месте... Потом мы забрали ее копилку и неделю хулиганили в другом полушарии планеты. Потом, конечно, удирать пришлось, - я демонстративно потер пятую точку, поглядывая на разливающееся по лицу Акмаля изумление. - Нанялся на побегушки к одному торговцу, научился всему, выкинул его в одном захолустье и стал перевозчиком. А ту девицу на другой день выдали замуж за начальника планетарной безопасности, у них там многоженство. - Врешь? - ошарашенно заметил он наконец. - Ага, - легко согласился я. Акмаль надулся снова, и выглядело это, на мой вкус, милейше. - Врешь, грабишь, насилуешь и манипулируешь, - опасно равнодушным голосом перечислил он. - Я еще и заговорщик галактического масштаба, - напомнил я, принявшись разбирать спутанные прядки волос. Спутанные волосы на ложе любви, был в древности такой эротический образ. Не то что бы мне хотелось меньше эротизма в ситуации, просто руки так и тянулись к его волосам, мягким, густым, плотным, кажущимся живыми. Да и Акмаль, я давно заметил, тихо млел, когда я брался за его шевелюру, хоть и скрывал это всеми силами - дулся, фыркал и недовольно ворчал, но не отогнал меня ни разу. - Зачем тебе вообще эти привороты, - еле слышно донеслось до меня. - Ты и так кого угодно привяжешь к себе... - Привороты, лилия? - я наклонился и мягко коснулся губами его виска. - Меньше слушай болтунов. Не бывает никаких приворотов. Или человек хочет быть рядом, или нет. - Но как же... - он наконец повернулся ко мне и замер на полуслове. - Как же что? - я внимательно следил за его лицом. Акмаль прикусил губу, недоверчиво глядя на меня. - Ничего... Я слышал, что есть такие препараты, вызывающие эмоциональную зависимость от человека. - Меньше слушай Нирасаву, он тот еще акробат... - ляпнул я и осекся. Темные глаза вспыхнули нехорошим огнем. - Ты подслушивал! - Акмаля словно подбросило на кровати. Куда делась утомленная расслабленность! - Ты знал, что я все это время думал, будто ты меня приворожил, и ничего не сказал! Не сказал, что это не так! - А разве дело того не стоило? - я закинул руку под голову, чтобы было удобнее смотреть на разгневанного пленника. - Как по мне, так ты был очень доволен, - один кивок на его измазанный живот, и тонкие сильные пальцы стиснули мою шею. Несколько секунд он яростно дышал, ожидая от меня ответных действий, потом оттолкнул и с невнятным возгласом соскочил с кровати и отвернулся. - Ненавижу тебя, - сообщил он спокойно. - Разумеется, - согласился я. - Но все-таки любишь. Он оглянулся, и у меня похолодело в животе, когда я понял, что сказал. Я вовсе не был уверен, что понял его эмоциональный фон правильно. Вообще, в последнее время моя эмпатия словно взялась глохнуть - не то от волнения перед задуманной акцией, не то ее забивал переизбыток моих собственных эмоций в присутствии Акмаля... Стоп. Переизбыток эмоций? В его присутствии? - Может, и люблю, - словно думая вслух, Акмаль медленно вернулся к кровати и присел на край. - Но после Императора я убью тебя. Так что сейчас хочу получить побольше... - Так получай, - я взял его за локоть и потянул к себе. Наш второй раз оказался совсем не похож на первый. И даже на те ласки, которые ему пришлось принимать от меня на Панцире. Я все же не давал ему слишком много свободы, но сам вволю изучал и исследовал его тело, отыскивая чувствительные местечки и хитро улыбаясь каждому новому открытию, то почти доводя его до исступления, то заставляя своего гордеца жалобно умолять о большем и... почти жалея, что это не мне приходится жадно тянуться за его руками и подставляться его губам, подчиняться настойчивым, точным движениям, с расчетливостью садиста тянущим к пику... - Сволочь, - выдохнул он в мои губы, когда я наконец проник в его тело, нежно обнимая, но жестко и настойчиво двигая бедрами. Нет, все-таки грубый секс со всеми сопутствующими эмоциями был для меня слишком большим соблазном. - Какая же ты сволочь, Шарель Вэнг... - А ты, - я прикусил нежную кожу на его шее, ставя алую метку, - моя сучка... шлюха... подстилка.. послушная... сучка... Против всех ожиданий, Акмаль не попытался вырваться, только вцепился в мои плечи, притягивая ближе к себе. Что ж, у нижнему свои метки, хозяину - свои. Больше мы не произнесли ни слова до самого конца. Не считать же за слова невразумительное "быстрее, глубже, кричи, давай, шевелись, даааааа"... Нет, я не забыл принести ему воды и дать квадратик шоколадки, когда жар стал спадать, а неизбежный дроп - брать свое. Все-таки я выдержал свою роль заботливого, хоть и строгого хозяина, хоть и готов был уже совсем к другой роли, на которую у нас попросту не оставалось времени. Так что после короткого отдыха мы вместе отправились в душ, где все так же молчаливо, быстро и экономно смыли друг с друга все, что требовалось смыть, а потом я набросил полотенце на плечи Акмалю и позволил ему насухо вытереть себя. А когда он заканчивал это увлекательное занятие, чуть было не перешедшее в нечто другое, я потянул его к себе и взял за острые локти: - Я не спал с Нирасавой, Акмаль. Мне был очень нужен хороший бортинженер, а они куда попало не бегут по свистку. Но у меня очень хороший корабль, и если Нирасава хочет считать, что его оставил здесь какой-то мифический препарат, то пусть считает, лишь бы оставался в команде. - Ты слишком много врешь, - Акмаль наклонил голову, прижимаясь мокрым лбом к моему. - Не больше, чем это необходимо, - я со вздохом приобнял его. - Работа такая. Ну что, ядовитый цветок, неплохо бы отдохнуть перед завтрашним подвигом?