Ты пьян

Предупреждение: здесь AU и жуткая хрень. - К чему приводит пьянство? Уже почти полночь, они с Зико минут сорок назад закрыли ресторанчик и теперь с чистой душой квасили разбавленное соджу пиво. Когда Юквон только пришел сюда работать, он и предположить не мог, что вот такие посиделки станут повседневными и обязательными. Зико всегда отшучивался по поводу вялых возражений Кима, мол это же не пьянство даже, так ,отдых после тяжелого рабочего дня. Только тяжелым их рабочие дни назвать было сложно. Ресторанчик маленький, народ всегда в основном свой, так что запар для двух нерадивых официантов не было. Большой и смешной Пио, который заказывая сразу три порции рамена, всегда с детской улыбкой и без возражений ждал, даже если в хуи обнаглевший повар Теиль слишком долго тер по телефону, вместо того, что бы готовить. Красавчик Джехе вообще рад был подождать подольше, лишь бы поболтать с Чихо и построить ему глазки, а также ножки, ручки и попу. Только вечно опаздывающий Минхек иногда прикрикивал на них за нерасторопность, но всегда извинялся, ссылаясь на послеобеденное совещание. Остальные посетители, тоже уже ставшие своими, привыкли к нерастаропному стаффу и прибабахнотому повару. В общем и целом, Юквону нравилось тут работать, даже несмотря на смешную зарплату, которую едва хватало на то, что бы оплатить счета. К тому же, работать в компании осоловевшего на всю голову Чихо было весело. Он никогда ни о чем не расспрашивал, да и сам о своей личной жизни распространялся мало, ограничиваясь едкими комментариями по поводу очередной ночной пассии. И хотя душевности в нем было маловато, его припезднутости хватало, что бы с ним не заскучать. Он называл Юквона котом, за хитро прищуренные глаза, мягкую походку и страстную любовь к колбасе. Юквон называл его всеми приходившими в голову ругательствами и ни в коем случае не теми непонятными полунежными именами, которые все чаще навязчиво вертелись у него на языке. Зико смотрит на него с усмешкой. - Это неправильно поставленый вопрос, мой дорогой рыжий друг. Юквон выжидающе на него смотрит. - Пьянство приводит не к чему- то, а к кому-то. - Например? Зико, роясь в воспоминаниях, закидывает голову немного назад. Щурится и улыбается. - Например, на прошлой неделе пьянство привело меня к Джехе. - Спать с посетителями? Как примитивно! - наигранно возмущается Юквон. - Не скажи...- Зико загадочно улыбается и поднимает бокал. - Выпьем за секс? Ким меланхолично пожимает плечами и пьет. - Ненавижу пить за то, чего у меня нет. - Так в этом то и весь смысл, моя сладкая девственная попка. Пить за то, что хочешь иметь. Юквон кивает. - Тогда выпьем за огромную зарплату? Или за крутую тачку? - Я выпью за тебя. Чихо ржет, как конь, и залпом допивает остатки ерша. - Я смотрю ничто не траханое тебе не чуждо, Зикоя? Юквон окончательно расслабляется и тянется за сигаретой. Курит он редко и от того с большим удовольствием, в отличии от Зико, который пыхтел почти без остановки и, казалось,он сам уже сплошной дым и тлеющий табак. Сквозь полуприкрытые веки Юквон разглядывает своего вечного собутыльника. Тонкими пальцами Чихо мнет пустую пачку, думая о своем. Форменная рубашка расстегнута почти наполовину, волосы, взъерошанные уже миллион раз, торчат в стороны под всеми возможными углами. Узкие глаза с пьяным прищуром лениво оглядывают пустой ресторан, периодически останавливаясь то на Квоне, то на бутылке. - Я смотрю ты меня за какого-то трахаря-пахаря считаешь? - Зико наслоняется чуть ближе. - А как же моя тонкая душевная организация? - Твоя тонкая душевная организация раздавлена толстым слоем сарказма и озабоченности. - отшучивается Юквон, действительно чувствуя вину за вечные подколы. - Юквон? Ким поднимает взгляд, удивленный тихим и непривычным тоном собеседника. - Что? - Ты когда-нибудь любил? - Ким задумывается, не зная что ответить. Этот вопрос он и сам себе задавал много раз. Только ответить на него так и не смог. Тем более Зико , в устах которого слово 'любил' вообще слышится дико и воспринимается с трудом. - Не знаю. Может быть. - Так не бывает. Ты либо любишь, либо нет. А если на ум, после такого вопроса не приходит определенный человек, значит не любил. Юквон ухмыляется и прикусывает себе язык, что бы не сболтнуть лишнего. - Ну, а ты сам любил? Зико в миг становится каким-то серьезным, даже строгим. - Любил. Сильно.- Он затягивается сигаретой и шумно выпускает дым. - Не ожидал, засранец? - Зико вымученно улыбается. Юквон становится как-то неуютно вот от такого Чихо. - Расскажи мне? - неожиданно для самого себя просит Юквон. Зико вздыхает и сам жалеет, что завел этот разговор. Только Юквон смотрит на него выжидающе и пытливо, а алкоголь развинчивает старые болты, выпуская наружу воспоминания. - Когда я только начинал работать официантом, - он задумывается. - лет пять назад, у моего начальника был младший брат. Забавный парень младше меня на несколько лет. Он постоянно ошивался у нас. Это был бар и, соответственно, единственное место, где алкоголь ему продавали без проблем. Старший его просто обожал, поэтому и разрешал все. Постепенно Зико вспоминает все звуки и запахи этого бара, себя, еще более придурковатого, чем сейчас, начальника и того самого младшего. - Как его звали? - тихо спрашивает Юквон. - Чунхон. Его звали Чунхон. Но он всегда просил называть себя Джело. И это он первый стал называть меня Зико. Юквон кивает. Наклоняясь, достает из под стола еще бутылки и разливает соджу. Зико еле заметно кивает и продолжает. - Он просто обожал джин тоник. Мог литрами его пить. А я обожал делать коктейли. Так и начали общаться. Знаешь, джин тоник испортить сложно, но и улучшить его тоже практически невозможно. Я сотни раз менял пропорции джина, тоника, добавлял или убирал лайм, мяту, даже сиропы пытался добавлять. А этот пиздюк все пил и на все мне говорил, что ему вкусно. Он высокий такой был, немного нелепый, вечно взъерошенный. Я сам не заметил, как стал ждать каждый вечер, что вот звякнет колокольчик, и среди серого дымогана нарисуется светлая голова. Он с плеча портфель незаметно стянет, неуклюже протиснется к барной стойке по пути задевая столики. Улыбнется мне во все дридцать два. Спросит про брата, ответ мой прослушает и с горящими глазами опять закажет эту еловую хрень. - Начинается все довольно невинно...- подитоживает Юквон. Если пьющего джин ребенка, конечно, можно назвать невинным началом. Зико хмурится и снова тянется за сигаретой. - Это он только по возрасту ребенок был. А так, тот еще шалопай. И в драки в баре лез, и девчонок цеплял, и курил по больше моего. Да и выглядел он старше. Юквон рисует в воображении шумный бар, Зико, этого парня и улавливает пьянящую атмосферу. Терпеливо он ждет, когда Зико доберется до главного. - Короче, однажды он засиделся до закрытия. Енгук, брат его, уже свалил куда-то, я сам залипал от усталости, другие парни выводили самых пропитых. Джело наклюкался в дрова, полулежал на стойке, периодически отпуская едкие комментарии в мой адрес. То ему рожа моя не нравится, то одежда, то говорю я с ним грубо. Я еле сдерживался тогда, что бы не за светить ему бутылкой по наглой морде. В очередной раз что-то во мне обматерив он выскочил на улицу. Я испугался за него, знал, что если он пьяный куда сейчас попрется, то Енгук мне уши поотрывает на следующий день. Когда я за ним вышел, Джело стоял привалившись к стене, нагленько так ухмыляясь, мол знал, что я выйду. Я не выдержал и орать на него начал, матом крыть, выговаривать ему про то как он достал меня за этот вечер и вообще...Как это все меня... Заебало. Зико резко замолкает. По улице проезжает машина, на секунду осветив ресторанчик желтым огнем фар. Юквон видит, что Зико пьян и глаза у него злые и усталые, как, видимо, и в тот вечер. - А он что? Зико ухмыляется. - А он сказал, что ему нравится как я злюсь. И что вообще весь я ему нравлюсь. Юквон не видит, но слышит, как Зико отпивает из бокала, постукивает пальцами по столу. - Вот тогда я совсем с катушек слетел. Помню мы целовались перед баром как ненормальные, он мою рубашку мял в ладонях, а у меня на языке этот привкус от его поцелуев, еловый и горьковатый. Все эти чертовы джин тоники, которые я сам делал ему весь вечер. Потом мы неделю зависали у меня. Я объяснил Енгуку, что жутко болен, что боюсь заразить всех, а Чунхон вместо школы ко мне приходил. И эта неделя была... Как бы тебе объяснить...- Зико переводит взгляд на Юквона, пытаясь дать ему понять.- Невероятная просто. Не было ни времени, ни других людей, только мы, джин тоник и пицца на заказ. Потом я вышел на работу, он приходил так же, только меня все время почти колотило от того, как я его хочу. А он сидел как ни в чем не бывало, смотрел на меня, капризничал если что- то было не так с едой или коктейлями. И так это хорошо было, Квонни, так пиздато, что естественно должно было обломаться мне здоровенными пиздюлями. Так и случилось, конечно. Енгук как-то в подсобке нас увидел. Пальцы Зико сильно сжимают бокал. Юквону слышать это все неприятно как-то. Но хочется продолжения рассказа, он жадно слушает почти с мазохистским удовольствием от боли, которая из Чихо перетекает в него. - На меня Гук не кричал даже почти, только с жалостью смотрел. А я, придурок, сразу не понял что к чему. Оказалось, что предыдущие два бармена увольнялись как раз из-за этого пиздюка. Точно такой же сценарий как и со мной. Коктейли, гляделки, подъебы. Потом сумасшедший секс. Фетиш у него был такой - спать с барменами. А потом, когда надоедало, он совершенно спокойно уходил из жизни человека. Никто естественно такого не выдерживал, увольнялись не в силах рожу его довольную и когда-то любимую почти каждый день лицезреть. Со мной у него до конца дело довести не удалось. Голос Зико гулким эхом отдается о стены пустого ресторана. Юквон замирает с последним словом, переваливает все услышанное и сам не может поверить. - Какой ребенок, такие и игрушки. - глухо сипит Зико. - Самое смешное, что он каждый раз меняя человека, менял и коктейли. До меня были виски с колой и водка с лимонным соком. Парень всю жизнь прожил рядом с братом, без родителей,и до того, как Енгук открыл бар они особо не шиковали. А как только появилась возможность, Джело стал играть только в самые лучшие игрушки. и имена им придумывал. И играл по-взрослому. и бросал потом. Ведь рано или поздно ребенку надоедают даже самые лучшие игрушки. Зико снова замолкает и Юквон знает, что дальше рассказа не будет. Он понимает, что это далеко не все, что есть еще и отношения этих братьев, боль Зико, его злость, его история после этого. Юквон поджимает губы и понимает , что плачет. Глупо как-то, будто это его бросили. Незаметно вытирает щеки, быстро пьет. Зико сидит молча, закрытыми глазами и выглядит он жалко, совсем не так, каким его знал Юквон. Для Юквона все встает на свои места. И отношение Зико к его многочисленным любовникам, и пристрастие к алкоголю, и страсть к худым, светловолосым парням. Одна деталь только сбивает его с толку. Зачем Чихо затеял об этом разговор сегодня? Полумрак снова на секунду освещается огоньком зажигалки. Юквона уже немного мутит от сигарет, но руки будто сами все за него делают. На часах почти три ночи, через шесть часов снова открывать ресторан. Но Юквону кажется, что до этого еще так невероятно далеко, время медленно, почти незаметно движется, точно забыло про двух алкоголиков-неудачников в замшелой забегаловке на окраине Сеула. Зико, наконец, открывает глаза и, криво улыбаясь, смотрит на Кима. На его лице ни тени неприятных, болезненных чувств, которые были пару минут назад. Все прошло, снова прежний дурной Чихо. - Юквонааааа! - Зико орет, буквально разрывая тишину своим низковатым голосом. - А чего это мы такие грустные, а? Умер что ли кто? Пьяно он дергается на стуле в попытке дотянуться до Юквона. Нелепо ойкнув и чуть не опрокинув бокал он треплет Кима по макушке. - Умер.- Устало отзывается Квон. - Образ твой пиздатый умер. - Да? Разве я не стал более крутым и драматичным в твоих глазах после этого? Юквон смотрит в глаза друга и вот никак понять не может по какой такой логике живет этот неудавшийся рэппер. - Знаешь почему ты мне нравишься, Кот? Зико тыкает в него пальцем и не отводит взгляда. - Я даже не знаю, что я тебе нравлюсь. Я и тебя-то оказывается не знал. - Ты мне нравишься, потому что ты рыжий, не худой, не высокий и ненавидишь джин тоник. Юквон вздыхает. Мысленно посылает Зико к черту. Проклинает это убогое местечко и свой нездоровый интерес к припезднутому идиоту напротив. - Таких как я, Зико, пол Сеула, если не больше. - Нееееееет, - тянет Чихо медленно вставая и пошатываясь двигается к Юквону. - Таких как ты, очень мало, я бы сказал единицы. И еще... знаешь почему я это все тебе рассказал? Ким сдается и поднимает руки, мол, кто тебя, дурного, знает. - Как человек приличный и честный я решил, что перед началом наших отношений, я обязан рассказать тебе правду о себе. Если бы Юквон до сих пор был бы в состоянии удивляться, то он бы обязательно это сделал. Но получается только хлопать глазами и слабенько отбиваться от пары рук, которые начали выписываем неведомые кругаля на его предплечьях. - Чихо, тебе давно пизды никто не прописывал? Если нет, так это я тебе быстро сейчас оформлю. Чихо садится ему на колени и утыкается подбородком в плечо. Совсем не круто. Почти по-детски. - Слушай. И Юквон слушает. Внимательно и даже насторожено. Зико улыбается в сторону. - Любовь моя пиздатая умирает. Я бы даже сказал подыхает, как обнаркоманившаяся шлюха. Ким обнимает Зико придвигая его еще ближе и действительно слышит. - Я закопаю ее труп поглубже. И не скажу тебе где. Что бы ты больше ее не нашел. - Юквон чуть сжимает кулаки на спине Зико. - Да я и искать ее больше не буду. У меня теперь новая есть. Он наклоняется к лицу Юквона и закрывает глаза. Где-то на другом конце города просыпается парень и мягко скидывает руку любовника с плеча. - Чунхон, ты чего? Химчан просыпается и смотрит на сонного, но чем-то взволнованного Джело. - Ничего... Просто... - Чунхон морщится. - Сон дурацкий приснился... Рыжий парень какой-то. С лопатой.