Tomorrow

- Хосок… - Пытаюсь отпихнуть его, но он крепко держит мои запястья. Легко и неглубоко целует, прижимаясь ближе. Дурацкий Хосок. Дурацкий Намджун. Дурацкий договор. За те два дня, что мы не виделись я успел подзабыть, на чем мы в итоге сошлись. А сошлись мы на том, что он не расскажет ничего Намджуну, если мы начнем встречаться. И я, конечно, послал его глубоко и надолго, мысленно дал ему в руки флаг и пинок под зад, указав направление… Но вот он целует меня, не дойдя два шага до моего дома, прямо на улице. И мне то в принципе срать. Срать, что я не дошел до подъезда пять метров, что попадаются редкие прохожие, и таращатся на нас. Что Хосок обнимает меня за талию, а я все еще не могу высвободить свои руки. [- Два поцелуя в день! – Ставит точку Чон, заканчивая разговор. И я готов выть от безнадеги и скрежетать зубами от злости. - Без языка! – Говорю я, упрямо поджав губы, - И будешь руки распускать – получишь по маковке.] Да, примерно так все было. Я проклинаю всех богов, которых только знаю, и не представляю, как буду с этим справляться. Но открыться Намджуну я пока морально и физически не могу. И уж тем более, не могу позволить, чтобы он узнал это от кого-то другого. А Хосок и его поцелуи… потерплю. К тому же, не могу сказать, что это неприятно. Странно, непривычно, безрассудно и немного бесят чужие руки на своей талии. Но Чон целуется… неплохо. Раздражающе, но неплохо. - Юнги… - Он дышит мне в губы, наконец, получается его оттолкнуть. - Мы на улице, идиот. Какого черта. – Сухо вытираю губы рукавом куртки. - У меня еще один поцелуй, - Тихо говорит он, отпуская меня. В глазах проскальзывает капля вины. Если чувствуешь себя виноватым, зачем было ставить такие условия. - Я знаю. – Вздыхаю и двигаюсь к подъезду. – Зайдешь? Он кивает, улыбаясь. Не хватает только хвоста, которым он бы радостно махал. - Давай что-нибудь посмотрим, - Говорит Чон, плюхаясь на диван. Он так часто был у меня во время нашей попойки, что, наверное, уже чувствует себя как дома. Я сажусь на пол, беря в руки ноут. - Фантастику или комедию? – Поворачиваюсь к нему, пока мое престарелое чудо техники включается, - Или может ужастик? Он резко меняется в лице, и яростно машет головой. Я хитро улыбаюсь: - Значит ужастик. Слышу его несчастные стоны, довольно копаясь в интернете. Месть. Я выберу самое страшное из того что найду. Он дрожит и выглядит нелепо. Успокойся, только вторая минута фильма. Я тихо смеюсь, вливая в себя банку пива. Толкаю его локтем, протягивая ему вторую. Он открывает и сразу делает несколько крупных глотков. Давится и начинает кашлять. Я снова смеюсь, хлопая его по спине. Слишком нелепый. Какая девушка может добровольно влюбиться в него? Ах, ну да… Ему же нравлюсь я. Он еще более безнадежен, чем я думал. Когда на экране самая страшная сцена, отцепить его руку от своей безумно трудно. Он ноет, ерзает на месте и постоянно хватает меня за рукав или плечо. Как ребенок. Я подлавливаю момент, когда он почти успокаивается и резко хватаю его за плечи. Наверное, его крики и мой смех слышны даже соседям. Наверное, даже, еще одна такая выходка и жильцы сбоку начнут стучать по батареям. Но мне как-то все равно. Я завариваю Хосоку ромашковый чай, который еще мама когда-то оставила в тумбочке. Едва заметно улыбаюсь… Улыбаюсь. Он ворчит где-то сзади, я слышу его шаги. Поворачиваюсь, когда он уже совсем рядом. Смотрит мне в глаза, упираясь руками в тумбу по обеим сторонам от меня. Взгляд внимательный и слегка… взволнованный? - Юнги… - Я помню. Еще один поцелуй. Давай уже. – Вздыхаю, прикрывая глаза. Будет плохо, если я совсем к этому привыкну. Какой по счету это поцелуй? Кажется, четвертый. Чувствую его теплое дыхание, напрягаюсь… Но он лишь оставляет мимолетное прикосновение на моей щеке, и отстраняется. Я удивленно открываю глаза. - Но он тоже считается! – Быстро проговариваю я, а Чон лишь улыбается в ответ. - Ага. Хрен пойми его. То без спросу лезет с поцелуями, то чмокает в щеку и доволен. Берет свой чай с ромашкой и садится за стол. Я наблюдаю за ним, все еще настороженно. С нашей первой встречи и до сегодняшнего дня, лишь одна мысль по поводу него настойчиво лезет мне в голову. Я его не понимаю. Не понимаю, почему лыбится без повода. Почему лезет всегда, куда не просят. И откуда в нем эта глупая смелость. Не думаю, что у меня бы хватило духу шантажировать Намджуна чем-нибудь, чтобы он со мной встречался. - Ты домой не собираешься? – Тихо говорю я, отхлебывая кофе. Он смотрит на меня круглыми глазами, мол, как я вообще выйду на улицу после этого фильма. На часах уже одиннадцать, и я не собираюсь оставлять его у себя дома. - Юнги… - Он делает жалобную моську - Нет, нельзя, - Сразу обрубаю я, зная, что он попросит. - Но я же еще ничего не сказал. – Дуется он, скрещивая руки на груди. - Топай домой, - Ворчу я, допивая кофе. Когда за ним хлопает дверь, я, наконец, спокойно выдыхаю. Устало падаю на кровать, только сейчас замечая сообщение от Намджуна. В груди теплеет. Время: 10:34 от кого: Мой Нам Завтра будешь? Отвечая короткое "да", бросаю телефон на тумбочку и проваливаюсь в сон. *** - Хосок-а, давно не виделись! – Слышу знакомый голос и вижу тело, продирающее себя через толпу людей. – Я скучал по тебе! Чуть-чуть. – У Сокджина приятная внешность и мягкая улыбка. Этой улыбкой он невольно притягивает взгляды людей вокруг. Кладет мне руку на плечо, во второй элегантно держа бокал шампанского. Это я могу надираться чем угодно, Сокджин пьет только шампанское и вино. За что мы с Намджуном стебем его конечно, но не сильно. Он вроде мягкий и добрый, но лучше его не злить. - Привет. – Улыбаюсь я, разглядывая парня. Он редко присутствует на вечеринках Нама, но каждый раз, когда приходит, простая пьянка превращается в элитное пати. Как он это делает, остается для меня загадкой. Наверное, сама атмосфера вокруг него становится как-то нереальной. Вот и сегодня парень в легкой черной рубашке и узких обтягивающих джинсах. Две верхние пуговки расстегнуты, челка профессионально убрана наверх. Неудивительно, что девушки вешаются на него толпами. И он этим активно пользуется. Не припомню хоть одного раза, когда он уходил с наших вечеринок без очередной пассии. При чем ему совсем не мешает то, что приходил он с другой. - Где Юнги? Он будет? - Да, с Юнги они тоже знакомы, при чем дольше, чем мы. Я собираюсь ответить, как вижу светлую макушку и машу ей рукой. Мин выплыват из толпы таща за собой за руку Намджуна. Внутри что-то неприятно жжет при виде этой картины. - Джин, когда ты пришел? - Смеется уже не совсем трезвый Намджун, обнимая старшего за плечи. Я хватаю Юнги за рукав и тяну к себе. Тише, не злись. - Я принес твое любимое красное вино, - Очаровательно улыбается Сокджин, кладя руку Наму на талию. Я кожей чувствую исходящую от Юна злость. Нет, у Джина нет видов на Кима и никогда не было. Ему нравятся девушки и он раз за разом это подтверждает. Но они с Намджуном любят играть в игру муж-жена, и общие знакомые часто называют старшего «женушкой». Мин об этом знает, и бесится. Я сначала не мог понять почему. Только сначала. - Намджун, а твоя девушка не будет ревновать? – Улыбаюсь я, пытаясь разрядить обстановку и как-то разлепить эту сладкую парочку. Чувствую, как короткие ноготки блондина впиваются в мое запястье, хотя на лице все такое же выражение безразличия ко всему и вся. – Ну, нам пора, - Я хватаю Юна за плечи и пихаю в толпу, пробивая нам путь к балкону. Ему нужно остыть. - Спасибо, - Тихо говорит он, когда я закрываю за нами дверь. Опирается на перилла, ссутуливаясь и будто бы становясь еще меньше, чем он есть. Я молча киваю, пристраиваясь рядом. По груди, словно чернильное пятно, расползается ноющая боль. Тяжело быть влюбленным в человека, который сходит с ума по другому человеку. Я опускаю голову, он, кажется, замечает печаль в моих глазах. - Хосок… - К нему приходит внезапное осознание, он смотрит на меня растерянно. Я мотаю головой, мол, все в порядке. Тихо шепчу о том, что я еще не целовал его сегодня. Он неохотно бурчит про то, что здесь нас могут увидеть. Я протягиваю руку, щелкая шпингалетом. - Если не хочешь, я не буду. – Говорю я, видя, что он все еще потерян. - Я всегда не хочу, - Саркастично говорит он, но поворачивается ко мне лицом. Каждый раз, когда я его целую он принимает это за наказание и я это чувствую. Чувствую по тому, как он, пусть и слабо, всегда упирается кулаками в мою грудь. По тому, как избегает этого при любой возможности. По тому, как замирают его губы в немом протесте. – Так ты будешь меня целовать или нет? – Слышу я его голос, и без промедлений наклоняюсь ближе, опираясь руками на перилла по обеим сторонам от него. Как тогда, на кухне. Слышу его мерное дыхание, смотрю в глаза, в которых плескается равнодушие. Каждый раз, когда смотрю в его глаза, думаю, что зря все это затеял. Каждый раз, когда касаюсь его губ, эти мысли вылетают из моей головы. Эту сеточку трещинок я уже заучил наизусть. Губы Мин Юнги всегда мягкие и холодные. Сегодня они теплые. То ли от алкоголя, то ли от злости, но целовать теплые губы Юнги мне так же приятно. Он привычно слегка отталкивает меня ладонями. Будто бы говорит: "я и так подпустил твои губы слишком близко, так что держи свое тело от меня подальше". Но я хватаю руки Мина за запястья, прижимая его к периллам. Он дергается в знак протеста, но уже через секунду ему не остается ничего, кроме как смириться. А еще через пару секунд он первый раз мне отвечает. Слабо и неохотно, слегка склоняя голову вбок. А затем почти сразу же прерывает поцелуй. - Хватит, иначе я посчитаю его за два. – Блондин злится, пусть и не так сильно, как должен. Вырывает мои руки из своих и отталкивает меня. Щелкает шпингалет, и я остаюсь на балконе один. Я слегка улыбаюсь, когда мои мысли прерывает вибрация телефона в кармане. - Хосока, ты где? – Голос Чимина, в перемешку со звуками оживленного ночного города. – Ты мне срочно нужен. - Кину адрес, подъедешь? - Давай. Пак звонит в дверь ровно через пол часа, я бегу открывать. Затаскиваю в квартиру, пока тот озирается, пытаясь привыкнуть в приглушенному свету и громкой музыке. - Сказал бы, что ты занят, - Повышая голос говорит Чим. - Нормально все, разувайся. Пока брюнет раздевается, подходит Намджун. Представляется как хозяин квартиры и "этой громкой вечеринки", жмет младшему руку и плавно утекает обратно в толпу. Я толкаю Чимина на кухню, закрывая дверь. - Что у тебя там за дело? – Усаживаю его за стол, ставя чайник. Какая, однако, ирония, когда в соседней комнате толпа заливает в себя соджу, мешая с пивом, водкой, и иногда вином, мы сидим на кухне, собираясь пить чай. - Мы будем выступать. – Серьезно говорит Чим, переплетая свои пальцы. - Здорово, где? – Спрашиваю я, следя за закипающим чайником. - Я пока и сам не понял, но мероприятие важное. Нужно, чтобы ты поставил хорягу. - Что? В смысле я? – Я хватаю чайник и обжигаюсь, быстро возвращая его на плиту. – Нет, я, конечно, могу, но… Меня прерывает скрип двери. На кухню вплывает Ким Сокджин. Приветливо улыбается, скользя мимо нас. Открывает холодильник, достает оттуда бутылку вина, салютует мне и покидает комнату. На несколько секунд воцаряется тишина. - Из какого гей-порно его вытащили, - Слышу я голос Пака и через секунду взрываюсь смехом. Самое точное описание Джина, которое я когда-либо слышал. Я смахиваю с глаз навернувшиеся слезы, как дверь снова скрипит. Показывается блондинистая макушка. - Я ухожу, - Говорит она голосом Мин Юнги и исчезает в дверном проеме. - Чим, сиди здесь, я сейчас, - Быстро говорю я и срываюсь следом. Успеваю нагнать его в коридоре, когда он уже обувается. - Я тебя провожу, - Хватаю куртку и впрыгиваю в кеды. Он криво улыбается. - У тебя там вообще-то гость на кухне. И вам вроде было очень весело. Но я просто выталкиваю его за дверь, не смотря на все его язвительные комментарии. - Это Чимин, мы вместе танцуем, - Быстро объясняю я, даже зная, что Мину, в принципе, срать. Он только кивает. – А смеялись мы, потому что до тебя заходил Сокджин, и Чим спросил, из какого гей-порно тот вылез. – Наконец, вижу легкую улыбку на его губах. Мы выходим на лицу. Он останавливается и поворачивается ко мне. - Серьезно, я дойду сам. – Вздыхая говорит он. Немного опускает голову и смотрит из под челки. Надеется, что я забыл. - Поцелуй, - Говорю я, и снова слышу тихий вздох. Без слов притягиваю его к себе, обнимая одной рукой за талию. Я знаю, ему это не нравится. Каждый раз он шипит на меня за это словами "я тебе баба что ли". Но мне слишком нравится его тонкая худая талия. Я могу обхватить ее одной рукой. Сегодня удивительный день. Мы стоим на улице. Я чувствую тепло чужого тела совсем рядом. Мин Юнги слабо и неохотно отвечает мне, слегка склонив голову вбок. Его губы все еще теплые. Иссине-черное чернильное пятно медленно покрывают нежные лепестки вишни.