Спалят или не спалят - вот в чём вопрос

Станция «Тёмный лес» находилась в мало оживлённом городке с одно-двухэтажными домиками с обвалившейся штукатуркой одинакового у всех какого-то мутного и грязного жёлтого цвета. Не было слышно ни оживлённых голосов ребятишек, ни женской болтовни о погоде и о вошедших в моду маленьких шляпках с пёрышками, ни даже споров мужчин по поводу политики. Если остановиться и задержать дыхание, можно было услышать шорох гонимой ветром листвы и биение собственного сердца. Нужно было поскорее сесть на поезд, а не то могут прибыть люди из Ордена и вернуть их. Аллен то и дела ловила на себе странный, скорее всего недовольный взгляд мечника. Канда шёл рядом с ней, но ничего не говорил. Вообще, со вчерашнего поцелуя и заявления о том, что девушка — собственность Юу, они перекинулись всего парой слов. и то по делу. «Вот БаКанда, что у него вообще в башке творится? То орёт и дерётся, то целует. Видно, по башке всё-таки получил, » — думала Уолкер. — Что ты на меня пялишься, шпендель? — раздался вдруг недовольный голос Канды. — Кто бы говорил! Только ты тут и пялишься! — возразила беловолосая, оправив плащ. — Тч. Не гони. Да и почему я не могу смотреть на «своё»? — А, я понял. Ты пялишься на свою одежду, — выдала Аллен, повергнув мечника в недовольство. — Не хотел давать, так забирай, я новую найду. «Она тупа, как пробка, » — подумал Юу. «Он такой тупой, » — подумала Уолкер. — Ты тупой! — сказали они в унисон и удивлённо переглянулись. — Не повторяй за мной! — Милые бранятся — только тешатся, хе-хе-хе-хе, — послышался чей-то неприятный голос. От одной из стен отделилась, противно хихикая, тень. Глаз Аллен сработал. — Это акума. Канда достал Муген, сверкнувший холодной сталью, из ножен. Уолкер активировала свою руку, и они одновременно нанесли удар по акума, который разлетелся на тысячи частиц. Душа, заключённая в нём, поблагодарила беловолосую. — Поезд! — заметила вдруг девушка.

***

Канда и Аллен сели в купе со старыми замызганными, обитыми некогда красным бархатом сидениями. Пыльное окошко было занавешено довольно-таки чистой белой занавесочкой. На сидениях с обеих сторон лежали подушечки из ткани золотистого цвета, с переплетённой в косичку у основания кисточкой, и что-то, напоминающее покрывало. Путь предстоял не слишком уж короткий. — Так куда мы едем? — спросил Канда, который до сих пор был не в курсе о конечной цели их маршрута. — Ирландия, — сообщила Уолкер. — Дочь Барры зовут Кейт Уорд. Ей на данный момент должно быть девятнадцать лет. Добравшись на поезде до одного из английских портов, мы пересядем на корабль до Ирландии. Слушай, БаКанда… — Чего надо? — Мы не должны говорить девушке абсолютно ничего про то, что её отец погиб. Передаём заколку и сразу же в Орден. — Сам знаю, — как всегда, словно чем-то недовольный, ответил Канда. Он сидел, сложив руки на груди, и о чём-то задумался.

***

Пришла ночь, пробирая до костей своею неожиданной прохладою. Лунный свет оставлял свою серебристую дорожку на поверхностях стола и пола, занавеска колыхалась, пропуская его, на проникающем в щели окна купе слабом, но невероятно холодном ветерке. Аллен спала, прижав колени к груди и подложив руку под подушечку, сверху накрывшись покрывалом. Ей снился очень странный сон о том, как Канда, хихикая и пуская изо рта пузыри от только что съеденного мыла, кружил по их этажу, гонимый Матроной с гигантским топором в руке и кричащей «Сейчас я достану его, не бойся!». Вдруг сквозь сон Уолкер почувствовала, что что-то слабо тыкалось ей в спину. Девушка с трудом открыла глаза и, поднявшись на локтях, посмотрела на то, что мешало ей в её сне. Это было не что иное, как Муген. Разумеется, он был не обнажён, иначе спина девушки была бы похожа на решето. Но факт остаётся фактом, её разбудил Юу. — Чё те надо, БаКанда, — беловолосая смерила мечника убийственным взглядом. Конечно же, не очень приятно, когда тебя вдруг будят посреди ночи. А Аллен страшно этого не любила. — Ты не спишь, шпендель? — он ещё спрашивает! — Нет, блин, я танцую! И не думал засыпать! — огрызнулась Уолкер. Разбудил её, чтобы спросить, спит она или нет? «Умно», ничего не скажешь. — Так чего тебе? — Мояши, ты не замёрз…ла? — спросил мечник. — Нет, отстань, — девушка отвернулась, готовясь к очередному сну. — Ложись сюда, — голос Канды звучал настойчиво. — Куда? — Аллен снова повернулась на другой бок и смерила тёмноволосого подозревающим взглядом. — Тч. К-ко мне, — слегка запнувшись, ответил Юу, приподняв своё покрывало и указав на место рядом с ним. — Ещё чего, — возразила Уолкер. «О чём он только думает?» — Так, шпендель, быстро поднял свой зад и лёг сюда, — разгневанно сказал мечник. — Да иди ты нафиг, и так тесно. — Слабо? Боишься? — Нет! Спустя некоторое время… «Блин, и почему я легла с ним?» — думала Уолкер, которую сильными руками прижимал к себе сразу же после её перехода к нему на спальное место мечник. Надо сказать, кожа его была холодной. Видимо, и правда замёрз. — «И почему я теперь не могу уснуть?» — Стручок, — пробормотал Канда. — Чего? Ответа не последовало. Видимо, мечнику что-то снится с участием Аллен. — Дурак ты, БаКанда, — прошептала девушка, закрыв глаза. Завтра новый день, новые приключения. А сейчас они с Кандой спокойно спят, прижавшись к друг другу, и лишь слышен стук скользящих по рельсам колёс паровоза.