Наперекор принцам

Даже после тех мыслей на прогулке Лосяш вел себя холодно с Нюшей, еще надеясь, что чувства всё же сойдут на нет. Надежда оставалась и влюбленность была настолько сильна, что он иногда забывал, как себя хотел вести и веселился, а еще показывал заботу. Когда же вспоминал, то делал резкий переход от теплого отношения абсолютно безразличного, абсолютно черствого. На вопросы Нюши «Что случилось, я тебя обидела?», он лишь отводил взгляд в сторону, мотая головой. У него были частые ссоры с Нюшей на пустом месте. К примеру, находясь в гостях у ученого, она поставила книгу не в то место и получила порцию оскорблений в свой адрес. Тогда Лось возмущенно ударил копытом по столу, восклицая о Нюшиной несообразительности. — Конечно, это же равно убийству, — съязвила Нюша, слезая с лестницы. — Поверьте, если у вас не хватает ума и плохо развита память, чтобы запомнить, где находилась книга раньше, прошу прощения — здесь помочь не могу. НО ПОПРОШУ ВАС ЗАПОМНИТЬ ХОТЯ БЫ ЭТИ СЛОВА: у каждого есть свой порядок, и если я Вам позволил находиться в МОЁМ доме, то извольте соблюдать МОИ правила, — отрезал ученый, гордо вскинув нос. Что же сказать... Получил пощечину. Но это был не самый обидный случай, поэтому слезы у свинки отсутствовали. Хряпнув дверью, Нюша удалилась. Был еще случай, когда Нюша зашла без стука, чудом не заметив свой портрет, нарисованный лосем. Лосяш быстрым движением спрятал его за остальные чистые листы на столе. Раскричавшись на Нюшу за нарушение его спокойствия и вход без разрешения, он начал читать ей нотации. Нюша же в должниках не осталась и на грубость отвечтила грубостью, чем вызывала еще больший гнев у ученого… Всё происходило по вине Лосяша, который специально хамил ей, резко отвечал, вставляя колкие фразы... но невозможно же такое терпеть всё время. После очередной перепалки Нюша молча закрывала за собой дверь или уходила домой, если случалось такое на улице. Он ругал себя за такое поведение. — «Она ни в чем не виновата и не должна тратить слезы и нервы. Ненавижу себя» — лось отчаянно пил успокоительное, после очередной ссоры. Он убивался, ему хотелось выть от переполняющей его любви к свинке, но он держал себя в руках. Когда отношения с Нюшей более менее стали налаживаться, ибо лось практически прекратил себя отвратительно вести, они вышли на прогулку. Ну как вышли... случайно встретились, когда Нюша шла за водой. Вместе они подошли к колодцу, чтобы Нюша набрала воду в ведра, а Лосяш помог отнести. Присев на край колодца и, задумавшись, потеряв равновесие, ученый полетел вниз. Так как уже почти середина осени и погода ветреная и дождливая, — вода была жутко ледяной. Простояв несколько секунд в шоке, Нюша взвизгнула и побежала за помощью. — Какой ужас, скорее! — как ошпаренная, Совунья подскочила со стула и ринулась к шкафу с лекарствами, — Карыч, носилки и плед! Нюша, собирай все необходимые лекарства и бегом к дому Лосяша! Двое смешариков поспешили к Лосю и успели вовремя вытащить. Еще чуть-чуть и захлебнулся бы, ведь он совершенно не умеет плавать. Нюша бежала со всех ног. Пару раз падала в лужи, роняя и собирая в корзину баночки. Волнение и страх за ученого охватили её. Никогда и ни за кого свинка так не волновалась ранее. Еле еле открыв дверь в дом, чуть не прищемив себе руку, Нюша подбежала с корзинкой к кровати. Лосяша уже отнесли домой, и теперь он лежал с приоткрытыми глазами и высокой температурой. — Лосяшик, миленький, как ты? — с порога бросилась к нему Нюша. Подсаживаясь ближе к ученому и отмахиваясь на возгласы совы, что может заразиться, свинка погладила лося по рогу. — Н-нюша... уходите, — улыбка сразу сошла с губ Нюши. — Не поняла, — всё ещё ошарашенная словами Лосяша ответила она. — Уходите, я не хочу Вас видеть, — произнес лось, смотря прямо ей в глаза. У Нюши навернулись слезы, быстро образовавшийся ком в горле не дал сказать и слова. Вытирая их рукой, свинка с ревом выбежала за дверь. Карыч и Совунья непонимающе переглянулись. — Что ты себе позволяешь?! — вскрикнула Совунья и принялась ругать Лосяша на чем свет стоит. — Иначе нельзя, — прошептал ученый, поворачиваясь на бок, чтобы никто не видел скатывающихся слез по щекам.