Тени на песке

— Какого хуя ты сделал? — прорычал Киба, ласково неся Кураму к своему рабочему месту. Наруто нервно улыбнулся, последовав за ним, не уверенный, как облечь случившееся в слова, — ради спокойствия Кибы он должен хотя бы попытаться. Хоть Наруто приходил сюда с Курамой последний раз два года назад, здесь всё осталось по-прежнему — маленькая хибара в одном из самых отдалённых районов Сафры со слабым освещением и минимумом мебели. Гостиная комната не предназначалась для гостей. Здесь творился ужасный беспорядок: повсюду на деревянном полу валялись потрёпанные детские одеяльца, куски корма и рваные бухгалтерские книги от множества «клиентов»; однако сейчас именно здесь нужно было как-то устроиться. Наруто нашёл диван Кибы — единственный предмет мебели, казавшийся незапятнанным, — и попытался усадить на него Саске. Если этот ублюдок ещё пару минут посидит у него на спине, то сломает Наруто позвоночник. — Уверен, тебе бы это понравилось, да? — пропыхтел Наруто, прекрасно зная, что Саске не в состоянии ответить. Его успокоило то, как мерно вздымается и опускается грудь Саске. Что бы с ним не происходило, в данный момент угрозы для жизни не наблюдалось. Наруто убрал собачьи игрушки, на которые натыкался под диванными подушками, кривляясь от влаги на пальцах. Жевательные игрушки были полностью покрыты слюной. Отвратительно. Однако Наруто игнорировал это, вздыхая и складывая свои с Саске вещи на пол. Возле его ног лежала куча разорванных от частого использования резиновых шариков. Наруто тщательно избегал наступить на один из них, пока шёл к Кибе — благо его комната оказалась чище остальных. — Ничего, — наконец ответил Наруто, нахмурившись, — и в этом-то и проблема… Я должен был сделать намного больше. Кое-кто ко мне вломился, и Курама помог от неё отбиться. Не знаю, вернётся она или нет, поэтому я захватил папины исследования, Кураму, этого пидора и просто свалил оттуда. Не думаю, что за мной следили… но давай лучше держать замки закрытыми. — Неё? — недоверчиво повторил Киба. — Так тебе ещё и нужна помощь, чтобы избавиться от цыпочки? Насколько я помню, ты же знал каратэ? — Джиу-джитсу, — поправил Наруто. — Плевать. — Киба закатил глаза, как будто это одно и то же. Он положил пса на стол для консультаций, ободряюще почёсывая Кураму за ушами. В это же время из гостиной послышалось невнятное бормотание Саске, и Киба совершенно шокировано уставился на Наруто. Повисла пауза. — А что случилось с Неджи? — Ч-что?! — поперхнувшись воздухом, возмутился Наруто. Его уши горели. — Как ты…? — Как думаешь, кто мне сказал, тупица? — Киба одарил его зубастой улыбкой. — Новости быстро разносятся — Хината не грёбанная дура, какой вы её считаете. Наруто показалось, что сейчас глазные яблоки вывалятся из черепа. Его рот был широко раскрыт. Он знал, что она не дура. В конце концов, именно Хината раздобыла информацию о покупателе кинжала. Информацию, которая продолжала покоиться в кармане Наруто, не использованная по назначению. Но это… Наруто хотелось бы, чтобы о некоторых вещах Хината не знала.  — В любом случае, похоже, вы и не старались это скрыть. Последний раз она мне рассказывала, как почти застукала вас за имитацией человеческой многоножки прямо на музейной стойке. — Не может быть, — застонал Наруто, краснея с ног до головы. Он подавил желание спрятать себя руками и исчезнуть. Им казалось, что они оба были достаточно скрытными, но мысль о наткнувшейся на них хоть раз Хинате заставляла преисполниться бесконечным стыдом. Кусая губу, Наруто задал следующий вопрос, который словно разъедал язык. Он боялся узнать ответ, но должен был спросить. — И сколько она уже…? — пробормотал Наруто. — Три года, — бодро отозвался Киба, не упуская шанса дать под дых. Наруто захотелось раствориться. — Говорю же тебе — она не тупая, чувак. Но эй, этот новый парень тоже прилично выглядит, мне кажется, — фыркнул Киба, поглаживая Кураму по голове. — Заметь, на нём твоя одежда. Это, конечно, не моё дело, но ты уверен, что не долбил его пещеру, когда к вам ворвался нарушитель? Ну знаешь, засовывал свой огурчик в спящую красавицу? — Конечно, Киба, это лицо человека, которого точно уложили, — бесстрастно произнёс Наруто голосом, сочащимся сарказмом, жестом указывая на кровоточащие порезы и лиловые синяки и едва заметно шевеля бёдрами. — Просто вылечи мою ёбаную собаку, пожалуйста. Наруто никогда в жизни не захотелось бы снова услышать эвфемизмы Кибы, особенно по отношению к Саске. У Наруто совершенно никогда не случалось мокрых фантазий о подтянутом, крепко слаженном теле парня, лежащего без сознания на диване Кибы. Определённо, никогда. — Да-да. Как скажешь, чувак. Там сумка под столом. Подай. Наруто нахмурился. Если бы Киба был внимателен к его ранам так же, как и к ранам Курамы, Наруто уже был бы полностью забинтован. Долбанный придурок. С трудом он опустился на колени. Правда, вместо того, чтобы найти сумку, он обнаружил ещё один комок шерсти, вылупившийся на него сонными осоловелыми глазёнками. Наруто постарался скрыть своё удивление, когда белый комок шерсти с бурыми пятнами лениво поднял уши. Большой влажный рот растянулся в тихий зевок, заставив Наруто тоже зевнуть, но дважды. — Это…? — Наруто почти заикался, рыская рукой вокруг огромной собаки в поисках котомки Кибы. Киба кивнул, растянув губы в гордой улыбке, как какой-то заботливый отец. — Ага, это Акамару! — сказал он, ударяя себя в грудь. В один момент собака-Пиренейская-гора полностью проснулась и встала на задние лапы, передними облокотившись о край стола. От Наруто не ускользнул хруст половиц, ибо срань господня. — Это правда Акамару? — Наруто никак не мог поверить. В последний раз, когда он видел четырёхлапого прохвоста, тот катался у Кибы на голове и едва ли достигал размера Курамы. Теперь он был габаритами с самого Кибу, что выглядело почти страшно. Это заставило Наруто быть благодарным за то, что Курама годами оставался своего размера. Потому что если бы вырос чуть больше, то давным-давно бы разнёс его квартиру. — Ага! У него спустя всё то время, наконец, случился скачок роста, — весело рассказывал Киба, почёсывая затылок. — Надо сказать, я не ожидал, что он будет таким громадным, но я не жалуюсь. Киба забрал сумку из рук Наруто и положил её на стол. — Ладно, посмотрим, насколько тут всё серьёзно. — Киба расстегнул сумку и принялся аккуратно выкладывать на стол содержимое. Глазам предстал стетоскоп наряду с другими медицинскими инструментами. Киба поднял коробку с одноразовыми резиновыми перчатками и надел пару. Затем он закрепил стетоскоп вокруг шеи. Небрежный Киба сменился сосредоточенным — профессионалом своего дела. Наруто отошёл назад и прислонился к стене, занервничав, когда Киба наклонился к Кураме. — Ладно, давай лапу. Курама низко зарычал, внезапно осознавая, что происходит, и ему это определённо не нравилось. — Лапу, — повторил Киба, на что Курама ответил клацнув зубами. Акамару издал низкий гортанный звук, словно разочарованный поведением своего собрата. — Курама, я знаю, что ты делаешь. Не веди себя так, как будто раньше не проходил через это дерьмо. Покажи мне свою лапу. Курама отвернулся, теперь рыча в сторону. Глаз Кибы дёрнулся от раздражения. — Серьёзно собираешься вести себя как мелкий сучёныш, да? — спросил Киба, поджав губы. Курама принялся извиваться, отодвигаясь как можно дальше к краю стола. Наруто удержался от желания схватить паршивую псину за загривок и положить на место. Вся эта сцена напоминала то время, когда он искал в Египте ветеринара, способного справиться с несносным характером Курамы. Хината посоветовала ему посетить своего друга в Сафре, после того как Курама отвлёкся и расшибся, с чего всё и началось. Во время визита Киба не только залечил хромую лапу Курамы, но и изменил его отношение. Очевидно, долго это не продлилось. — Давай, Курама, тебя надо вылечить. — Наруто уже ругался, теряя терпение из-за истощения и переживания. Курама ощетинился на обоих и острыми когтями принялся царапать по столу, создавая острый, режущий уши звук. Угрозу поняли все. Стало понятно, что Курама не хочет по-хорошему; Киба не выдержал. — Или оставайся куском говна. Отлично. — Киба хрустнул костяшками, давая понять, что теперь будет по-плохому. Он показал указательным пальцем в дальний угол комнаты с абсолютно нейтральным лицом. — Эй, Наруто, открой верхний ящик и принеси то, что в нём, ладно? — Конечно, — заморгал Наруто и направился к указанному месту. Он схватил деревянный решётчатый ящик за медно-дубовую ручку и потянул, чтобы достать тот загадочный предмет, которым Киба решил вселить в Кураму ужас самого Ра. Найденное ничуть не удивило Наруто. — Это? — небрежно спросил Наруто, сжимая в руке чёрный кляп в форме шарика. Курама сразу же вздрогнул при взгляде на эту штуковину и захлопнул пасть. Губа Наруто дёрнулась, когда пёс резко успокоился, стал уступчивым. Это была приятная перемена, которая, увы, не наступила вовремя. — А? Ты перестал огрызаться? — Киба усмехнулся, беря кляп. — Ну, это слишком, чёрт возьми, плохо. Ты первый раз проебался, дружище. Ты знаешь, что передо мной лучше не быть хреном. Открывай. Курама на него пристально уставился. — От-кры-вай, — приказал Киба, кладя руку на его лапу. — Я не прошу. Я приказываю. Курама колебался, ехидничал — серьёзно, собаки могут быть такими эмоциональными? — а затем медленно открыл пасть, после чего Киба закрепил на ней кляп к великому неудовольствию Курамы. Уже в наморднике Курама резко выдохнул через ноздри, застывая, когда Киба одобрительно погладил его по голове. — Хороший мальчик. А теперь лапу. В этот раз Курама поднял лапу и неохотно положил её в руку Кибы. Киба хмыкнул и обхватил её, чувствуя повреждённые сухожилия и растянутые связки. По небольшому визгу Курамы стало понятно, что особенно сильно пострадали связки. Неудивительно, если вспомнить, как самоотверженно он боролся с Анко. — Всё не так плохо, — лениво прокомментировал Киба через несколько мгновений тишины, и Наруто расслабил плечи. Киба провёл руками по телу Курамы, мягко надавливая на плоть. — Кажется, растянул связки на задней лапе и предплечье. Может, порвал — я бы сводил его на УЗИ, чтобы убедиться. А сейчас я поставлю ему скобы и дам противовоспалительное — чтобы избавиться от боли, пока я пойму что к чему. Наруто позволил себе небольшую передышку и опустился на пол. Усталый вздох был таким же громким, как взбешенное пыхтение и сопение Курамы. Являлось чудом то, что ему удалось так долго не отдыхать, ведь мозг работал со скоростью света с тех пор, как Кураму ранили. Наруто улыбнулся, отчего губы мелко задрожали. — Он обычно хреново выполняет команды, но в ближайшее время этой заднице вряд ли удастся побегать, — Киба продолжил, — братцу больно, так что пока ему не полегчает, на лапы он не встанет. Ещё я думаю, он зашиб бока. Но опять же — нет ничего, с чем бы не справились сон и обезболивающее. С ним всё будет отлично, чувак. Я так понимаю, он легко отделался. — Отлично, — произнёс Наруто, но давление в груди не желало ослабевать. Вина заполнила лёгкие, раздуваясь и угрожая взорваться. Он чувствовал себя ужасно от того, что втянул в это Кураму. — Спасибо, Киба. — Не за что. — Киба нахмурился и отступил на шаг от стола, тщательно изучая Наруто. — Я знаю это выражение лица; оно у меня всякий раз, как что-то случается с Акамару. Чувствуешь себя виноватым, да? — А разве это не так? — Наруто скрипнул зубами, складывая руки на согнутые колени. — Я должен был следить за ним. Не должен был позволить ему мне помочь. — Ой, да ладно. — Киба закатил глаза. — Ты думаешь, он бы дрался за тебя, если бы не хотел? Курама не лучший друг человека, ты это знаешь, бро. Он кошек заставляет казаться преданными. Так что если бы он не хотел помогать, он бы просто убежал, когда началось то дерьмо. Неприметно и просто. — Угхм, — простонал Наруто. Киба прав. Хоть он и не любил это признавать, но Курама один из самых ненадёжных питомцев. Он бы не стал делать того, чего не хочет. — Думаю, ты прав… — Я знаю, сучка. А теперь иди поспи, хуёво выглядишь. — И чувствую себя так же, — честно пробормотал Наруто, потирая глаза костяшками пальцев. Он не спал почти два дня. — И тащить на себе Саске работёнка не из лёгких. — Ха, ну, я уверен, ваши спины привыкли к худшему. — Киба фыркнул, а у Наруто даже не хватило сил бросить ему взгляд на замечание. Он ожидаемо трудно поднялся, пробормотал очередную тихую благодарность и покинул комнату, засыпая на ходу. Саске всё ещё спал, когда Наруто вернулся в гостиной, и не в самой приятной позе. Наруто устало выругался под нос. Не то чтобы его вдруг стало заботить, удобно ли Саске спится, просто раздражало смотреть на то, под каким странным углом лежала голова ублюдка. Вот и всё. Его лицо лежало прямо на одной из безвкусных белых диванных подушек, и Наруто был уверен, что Саске в любой момент может задохнуться от одного только запаха. Он остановился перед диваном, обдумывая природу своего желания помогать Саске. Спустя несколько минут внутреннего конфликта Наруто обнаружил, что несёт Саске, как невесту, на руках в запасную спальню Кибы. Ему хотелось самолично себя ударить за новые пытки, но почему-то казалось неправильным оставить Саске здесь. — Наверно, я устал… — прошептал Наруто. Он уже хотел было опустить Саске, но его тело… такое приятно тёплое. Где-то на пути в гостевую комнату рубашка Саске задралась, оголив живот и поясницу. Ладони Наруто упёрлись в обнажённую плоть, и Наруто отметил, какой гладкой оказалась бледная кожа. Он ощутил, как прогибаются твёрдые мышцы под его пальцами, а дыхание Саске щекотало затылок. Наруто густо сглотнул, адамово яблоко дрогнуло, лицо покраснело, когда Саске неосознанно потёрся щекой о грудь Наруто. Наруто посмотрел вниз и тут же пожалел об этом; дыхание застряло в горле. Лазурные глаза с наполовину опущенными веками скользили по выразительной линии подбородка Саске и изящным чертам лица, по бледным чувственным, чуть приоткрытым губам. По длинным пышным ресницам, контрастирующим с кремовой кожей. Наруто чуть не споткнулся о собственную ногу, когда пересекал порог. Он явно устал. Это единственное объяснение тому, что он вел себя как не достигший половой зрелости маленький извращенец, пожирая Саске глазами. Поддразнивания Кибы, наверно, основательно засели в его подсознании, если он хоть на секунду на самом деле подумал, что Саске… ну… хорошенький… Наруто поморщился от самого себя. Какого хуя. Выпустить Саске на матрас Кибы оказалось чуть сложнее, чем должно, потому что ладно. Саске красивый, ну и что? Это не оправдывает его действия и, мать его, не восполняет всю дерьмовую натуру. Наруто раздражённо фыркнул, складывая руки на груди. Тот факт, что Саске, эхм, привлекательный, археолог с большой неохотой принял в нескольких особо неловких потных ночных кошмарах; однако он уже решил, что это не имеет никакого значения. Саске есть Саске. Вот и всё. Он пнул свои блуждающие мысли, пытаясь угомониться. Хотя оказалось сложно сделать это, когда твоё сердце устроило в груди концерт. Звук поднялся к более значительным высотам, когда он упал на кровать возле Саске; а затем тело полностью заткнулось. Что объяснило, почему Наруто не убрал руку, когда пальцы Саске неосторожно коснулись его собственных. Наруто вздрогнул. Саске к нему повернулся, и он поймал себя на том, что бесстыже пялится на то, как ворон что-то бормочет во сне. Воришка выглядел моложе без грешной кривой ухмылки и высокомерно изогнутых бровей. Такой Саске нравился Наруто гораздо сильнее. Тот, словно прочитав его мысли, придвинулся ближе. — Мудак… — проворчал Наруто себе под нос. Это нечестно. Он слишком устал, чтобы его оттолкнуть. Даже если рука Саске начала вяло елозить по его талии… Даже если Саске тянется к нему… Даже если Наруто уже наслаждался мягкими, приятными формами мужского тела, лежащего рядом с его собственным… не замечая сиреневый дымок, клубящийся из метки на шее Саске и заполняющий пространство вокруг.

***

— Теперь не спишь? Саске проснулся от толчка и поднёс беспокойные, липкие от пота руки к лицу. Древние покои исчезли, и теперь он стоял в густом фиолетовом тумане. Он сжал и разжал пальцы, проверяя их состояние. На них больше не было крови Наруто, слюней или слёз, однако конечности явно принадлежали не ему. Саске обнаружил у себя тонкие, как у подростка, руки. Однако они прекрасно подходили внезапно ставшему ниже росту тела, оценив который, он стиснул челюсти. Саске был одет в скромный чёрный костюм на двух пуговицах, словно для похорон; он мучительно втянул в себя воздух. Самую малость довольный тем, что исколотый Наруто исчез из поля зрения, Саске всё ещё переживал из-за своего внешнего вида — мрачного и шестнадцатилетнего. — Что-то ты долго… Тело Саске замерло, когда тот обернулся, и всё залило ослепительной вспышкой. Он закрыл глаза рукой, моргая в новой обстановке расфокусированным взглядом. Теперь Саске находился в больничной палате, а возле него стоял знакомый ребёнок в таком же облачении. Саске мог почти сразу назвать стоящего, когда знакомые чёрные, как смоль, глаза глянули на него из-под чернильных прядей. Молодой он направился к завесе в центре комнаты, затем задумчиво занеся над ней руку. Его лицо выражало смесь интриги и насмешливого безразличия, что оба нервировали Саске. — Привет, — скромно поприветствовал ребёнок. — Привет… — глухо сказал Саске, пристально разглядывая привидение. Его младшее подобие перекатилось с пятки на носок и обратно, словно балуясь. — Помнишь это место? Саске снова осмотрел комнату, и последствия не заставили себя ждать. Не лучшие последствия. Неизменное гудение энцефалограммы оглушительным эхом отражалось от чистых белых стен реанимации. Та ещё рутина. Больничные счета, все сделанные из-за Итачи Учиха, лежали на маленьком комоде — они были заметно длиннее прошлых. — Помню… — хрипло ответил Саске. Длинные тёмные волосы, забранные в неплотный конский хвост и обрамляющие нежные черты лица, всплыли из далёкого подсознания. Натиск воспоминаний вызвал у Саске рвотные позывы. — Конечно помнишь, — почти безучастно сказал ребёнок, теряя интерес. — Место, где я его подвёл. Точнее… где ты его подвёл. Саске сжал кулаки, кусая щёку изнутри. Он мог только беспомощно наблюдать, как его младшая версия отдёрнула занавес. Саске мог только затрястись и выдавить усталую улыбку в попытке успокоиться, когда взору предстал старый неудобный больничный матрас. Итачи… В постели лежал его старший брат и манил к себе протянутой к Саске рукой; Саске вспомнилась эта же рука, безвольно покоящаяся на простынях. Кома. — Он заслужил лучшего, в отличие от тебя… — пятилетний Саске ухмылялся. Он прислонился к краю кровати маленькой ножкой и страшно нахмурился. — Ты слаб, Саске. Всегда был слабым. Его положение — только твоя вина… только твоя вина, что он лежит в постели, в которой должен лежать ты. Лампочки в комнате замерцали и треснули. Стук сердца Саске гремел в ушах, когда он сделал шаг назад. Тело столкнулось со стеной. — Меня от тебя тошнит. Посмотри, чем ты зарабатываешь на жизнь. И что ты после этого стоишь? Ничего… Тебе не хватает денег… Тебе не хватает силы… — ребёнок хихикал и маниакально улыбался. — Ты даже не смог в этой жизни спасти собственного брата… Там, где стояло его младшее подобие, появился лучезарно улыбающийся Наруто. С той же экзотической внешностью — длинными колючими волосами и обласканной солнцем кожей. Тот же Наруто, который бесчисленное количество раз умирал в его объятьях. Саске застыл, когда фантом энергично подошёл к нему и наклонился. — …Так что, ублюдок… Мягкими губами он молча коснулся уха Саске с хитрым выражением лица. Наруто обвил руками шею Саске, дыхание чувственно холодило его кожу, отчего комната вокруг завертелась, стала нечёткой. Дыхание Саске сбилось. — …С чего ты взял, что можешь спасти меня? Сердечный ритм на мониторе превратился в плоскую линию.