Тени на песке

Найти что-то приличное из одежды — что-то, что не пахло бы задницей бомжа, — было ещё труднее, чем успокоить Салемскую ведьму Саске в момент её триумфа. Наруто было любопытно, замечали ли клиенты Кибы его негигиеничную обстановку или были слишком зациклены на своих больных питомцах, когда он, стоя у шкафа, повернул голову, скривившись от аромата фекалий на рубашке, которую держал. — Ты их вообще когда-нибудь стираешь? — пробурчал Наруто, бросив негодную вещь позади себя. Киба сидел в кресле в своей спальне, слишком занятый тем, что заряжал транквилизатор для подкожных инъекций, и ответил средним пальцем. Саске всё ещё спал на кровати Кибы и, казалось, не собирался просыпаться; однако у Кибы было право осторожничать. Как Наруто заметил ранее, раны Саске полностью зажили. Он думал, что сам себе это придумал, когда свет, равномерно продырявивший потолок, рассеялся и ничего не оставил, кроме чистой и гладкой молочной кожи. Тем не менее, он осматривал Саске много раз, и сколько бы он не тянул и не массировал кожу, он приходил к тому же тревожному заключению. Кровоточащих, перевязанных Сакурой глубоких ран больше не было, и голова Наруто раздувалась от множества как и почему. Было бы глупо сидеть и сходить из-за этого с ума. Конечно же он понимал, что всё, с чем ему приходилось иметь дело в последнее время, было за пределами разумного. Наруто хотел бы только избавиться от беспокойства, накатившего на него в момент, когда луч выстрелил в небо. Пусть Киба и разрешил им остаться на несколько дней, навряд они были единственными свидетелями причудливого зрелища. Это могло привлечь ненужное внимание, и Наруто опасался, что недоброго характера. Он прикусил нижнюю губу. Найти гостиницу после встречи с Ли было бы неплохо, как и привести себя в порядок. Стоя в одном пушистом полотенце посреди беспорядка Кибы, Наруто пытался найти что-нибудь подходящее. Он надел белую футболку Кибы и натянул его же тёмно-коричневые брюки хаки и желтовато-коричневый жилет. Он наклонился, чтобы поднять свою сумку, и метнул взгляд на торбу Саске, откуда торчал зловеще поблёскивающий древний кинжал. — Я ухожу, Киба, — задумчиво произнёс Наруто после короткой паузы. — С тобой… с тобой всё будет в порядке? Киба приподнял бровь и помахал пистолетом, как будто всё и так очевидно. — Я буду в порядке, если он тоже будет, — пробормотал Киба, впившись в Саске раздражённым взглядом. — И сколько мне быть один на один с этим Гудини? — Не знаю, Киб, час? — Наруто почесал щёку. Он не знал, сколько это займёт, но должен был вернуться перед наступлением темноты. — Зависит от того, сколько он знает о Кабуто. — Ка-ба-кто? — Киба прищурился, перекатывая имя в верхней части рта. Наруто не ответил, ощущая приближавшуюся мигрень от одной мысли попытаться всё это объяснить. Его взгляд задержался на кинжале, не в силах игнорировать праздно лежащий на полу Кибы мистический предмет. У Наруто не начали появляться марки, как у Саске, с тех пор, как он коснулся артефакта; хотя, может, он уже заразился. Наруто знал, что слишком рано делать выводы, но казалось, что проклятие Саске предназначалось только для одного человека и влияние кинжала больше ни на кого не распространялось. Он не был уверен. В отличие от того момента, когда он его коснулся и вызвал тёплый свет, сейчас кинжал выглядел безобидно. Киба проследил за взглядом Наруто к Саске и обратно, замечая, что зубы археолога стиснуты и кулаки сжаты по бокам. — Киба, пока меня не будет, не трогай кинжал. Из-за него Саске сейчас в таком состоянии… — указал Наруто охрипшим голосом. Если это было правдой и проклятие действовало только на одного человека, то, получается, Саске спас его, нет? Хоть и без умысла, Саске теперь лежал здесь, потому что первым дотронулся до проклятого предмета, верно? Только неделю назад подобный сценарий выглядел бы как карма. Наруто бы ликующе посмеялся на полученное Саске проклятие, потому что много лет он желал этому парню всех казней египетских. И всё же Наруто никогда по-настоящему не хотел, чтобы жизнь Саске была в опасности, как сейчас. Даже когда они столкнулись под землёй, обмениваясь пулями, кровью и плевками, Наруто никогда не имел цели убить и чувствовал, что с Саске было так же. После всей той боли, через которую прошёл Саске, Наруто знал, что должен быть благодарен. Если бы не Саске, сейчас Наруто страдал бы тем, из-за чего мучился вор. Неподвижно и бессознательно лежал бы в постели. Саске был сильнее, чем он. — Я вернусь, Киба, — пообещал Наруто, энергично подошёл к безвольному телу Саске и вжал колено в матрас. Колеблясь, он склонился над Саске и прижал к его бледному лбу свой, закрыв глаза. Давным-давно этот жест помог ему справиться с потерей родителей. Это дарило силы тогда, когда он нуждался в них больше всего. Ресницы Наруто затрепетали, касаясь щеки Саске, когда Наруто прошептал: — …верь в меня. Он надеялся, что, как и тогда, Саске придётся тоже этому покориться.

***

Закусочная «Jabha Lutis» была эксцентричным местечком на берегу Нила, приятно пахнущая кошари* и фетир мешалтет (Fetir Meshaltet)*. Ресторан, окружённый сверкающими водами, купался в лучах заходящего солнца. Наруто сел за подходящий столик и повернулся к солнцу, позволяя его теплу окутать свои щёки, наполняясь кратким неописуемым чувством спокойствия посреди, казалось бы, бесконечного хаоса. После разговора по телефону он мог думать только о Кабуто и о том, что за информация у Ли, которую он не может обсуждать по телефону. Он не мог справиться с собой и чувствовал тревогу из-за того, что был на таком открытом месте — после атаки Анко. Нежелание Ли обсудить по телефону источник его последних несчастий только усиливало паранойю. Нервы всё ещё были на пределе, не восстановившиеся от шока после вчерашнего магического взрыва. Наруто было трудно избавиться от ощущения, что за ним следят. — Наруто? — его вежливо позвали. — Можно мне осмелиться и предположить, что это вы? Наруто посмотрел на источник звука, лицо постепенно исказилось причудливым очарованием. Он не просил Ли описать себя, потому думал, что ему будет трудно опознать мужчину по чём-то, кроме занятной риторики. Тем не менее, он ошибся: к нему бросился вышедший из уборной человек, одетый в зелёную шёлковую рубашку в зелёных штанах и туфлях, зубы ослепительно сияли в извиняющейся улыбке. У Наруто возникло ощущение, что кое-кто дальтоник, хотя было трудно уклониться от подобного стилистического провала. Ли явно не соответствовал образу Генерального секретаря древностей, который построил себе Наруто. — Это вы! Мои глаза меня не обманывают. Очень приятно, Наруто Узумаки! — Он протянул руку для энергичного рукопожатия; у него были короткие чёрные волосы; совиные глаза, обрамлённые длинными ресницами, возбуждённо расширились. — Меня зовут Рок Ли. Огромное спасибо за встречу в этот изумительный вечер! Прошу прощения за опоздание, так как мне пришлось воспользоваться услугой заведения перед нашей беседой. Вау! Должен сказать, вы действительно так красивы, как мне часто описывает вас Хината! — Хах. С-спасибо? — заикаясь, произнёс Наруто, его щёки загорелись на последнем предложении, которое Ли практически прокричал. Наруто оглянулся, без удивления замечая уставившихся на них других посетителей. Он пригласил Генерального за стол, опасаясь, как бы земля не начала трястись от его энтузиазма. Ли сел, хоть и после активного жестикулирования Наруто. — С вами тоже приятно познакомиться. Э, я ценю, что вы уделили мне время и устроили встречу так скоро, несмотря на занятость. — Для друзей я не бываю слишком занят! Однако должен признать, я заинтересован в нашей встрече уже некоторое время. Я слышал много рассказов о вас и ваших доблестных делах, — начал Ли, взяв со стола салфетку и аккуратно постелив её на коленях. Наруто неумело повторил сей акт столового этикета, только из вежливости. — Помимо того, что вы гениальный товарищ, вы ещё и самый талантливый археолог! На самом деле это честь наконец встретить вас лично, поскольку вы оказали мне и Египту множество услуг своими находками за последние несколько лет. — Честно, это не такое уж и большое дело, — сказал ему Наруто, положительно краснея от ушей до самой шеи. Было в искренности Ли что-то такое, что граничило со смущением. — Я просто запускаю руки в грязь ради удовольствия. Это ведь твоя организация выполняет всю грязную работу, знаешь? Наруто не скромничал. Египетская организация древностей разработала стратегию, которая не давала раскопкам превратиться в полный бедлам. Если бы не они, каждый бы мог пойти копать — как Саске — и потом называть себя археологом. Они установили границы для экскаваторов и были огромной, растущей силой, сохраняющей артефакты; именно поэтому снаружи Музея Хьюга их логотип можно увидеть на обеих сторонах египетского флага. — Вы, ребята, настоящие герои. — Это очень мило с твоей стороны. — Ли ласково улыбнулся. — И всё же, Наруто, наш успех сильно обуславливается добросовестными действиями молодых людей, как ты, которые верят в важность сохранения истории. Если бы не такие люди, как ты, мы бы давным-давно растеряли последние частички того, что имеем. — Ну, делаю всё, что в моих силах, — пробормотал Наруто, отвечая Ли полуулыбкой, потому что временами его сил не хватало. Саске был не единственным расхитителем гробниц, который доставлял ему неприятности столько лет. Как и многие другие археологи, он иногда появлялся на уже разграбленных раскопках, что было разочарованием и проверкой его терпения. — Для археолога время одновременно враг и союзник. Так раньше поучал папа за обеденным столом. — Мудрые слова, — признал Ли, наклонился вперёд, упираясь локтями в стол и кладя голову на ладони. — К сказанному, пока в нашей организации работают, укрепляя наши правила, у нас всё ещё много работы, которую надо сделать в нашей гонке со временем. Ли остановился, потом полез под стол. Наруто не ожидал услышать мягкий щелчок, как и не ожидал, что всё это время под скатертью стоял незакрытый кожаный чемоданчик. Когда Ли открыл его с характерным звуком, он достал комплект документов. Наруто не упустил на одном из них имя Кабуто; неосознанно расправил плечи, мышцы напряглись. — Незаконная депортация товаров посредством коррупции и обмана является нарастающей проблемой… проблемой, из-за которой я с тобой встретился, — продолжил Ли после того, как щёлкнул пальцами, подзывая к их столику официантку. Его улыбка, незначительно увядшая из-за серьёзности темы, вспыхнула вновь. — О, я почти забыл спросить. Хочешь чего-нибудь поесть, пока мы здесь? Не волнуйся о цене. Всё на мне. — Я буду только воду, но спасибо, — ответил Наруто, несмотря на свой голод. Было трудно что-то есть, пока он пытался переварить реальность. Взгляд прожигал имя Кабуто, частично закрытое рукой Ли, когда он заказывал хлеб Балади. После, казалось бы, целой вечности, Ли прошептал что-то официантке на ухо. Та улыбнулась и исчезла. Наруто проследил за тем, как посетители, евшие недалеко от них, отодвинулись назад. — Это конфиденциальная информация, ты должен понимать. — Ли удержал его взгляд, подвинув к нему документы. Наруто потянулся к ним нарочито медленно, кивая. — Я приобрёл эту сборку от моего хорошего друга, который работает в департаменте полиции. В наши дни в Египте не так много людей, стоящих доверия. Раздражающая улыбка Сая тут же возникла на периферии. — Можно и так сказать, — проурчал Наруто, пытаясь и проваливая попытки не злиться от одной мысли. Пальцы вдавились в бумагу. Он осторожно глянул вниз, готовя себя к тому, что собирался увидеть. Он сформировал в голове образ таинственного покупателя ещё со времен красочного эпизода с Саске в его квартире. После всего, что произошло, его фантазия о Кабуто выглядела как минимум интересно и уж точно необыкновенно. Именно поэтому, вглядываясь, он боялся увидеть самого обычного середнячка. Перед ним была фотография Кабуто — никаких горящих глаз или змеиного языка — в чёрном костюме. На нём были чёрные круглые очки в оправе, прикрытые пепельно-серой чёлкой; тёмные глаза, смотрящие прямо в объектив камеры, почти высокомерно улыбались. Наруто заметил на его лице ухмылку и поборол в себе желание впечататься кулаком в лист. Отморозок, который перевернул его мир с ног на голову. — Кабуто Якуши тридцать семь лет. Вырос в детском доме к востоку от Каира, — принялся озвучивать Ли. Наруто стремительно просканировал содержимое листа, каждый слог запечатлелся в его памяти. Вымогательство. Убийство. Незаконные раскопки. Торговля людьми. Эти слова выскакивали перед Наруто, пока он листал страницы, слушая Ли с приглушённым страхом. — Когда ему исполнилось семнадцать, женился на мисс Тори Союри. Её брат, Медо Союри, владел почти всеми казино в Каире и Шарм-эш-Шейхе. — Игра во власть, — отметил Наруто, морщась, когда Ли кивнул. — В восемьдесят втором Медо покончил с собой. Он оставил всё имущество мистеру Якуши, но полиция подозревает, что имеет место быть грязная игра. Они считают, его воля была подделана, однако… — Было недостаточно доказательств, и Кабуто получает деньги и наследие одного из крупнейших предпринимателей Египта, — закончил за него Наруто, уже читая между строк. Он вытащил следующий листок, его глаза расширились, когда он ткнул пальцем на фразу: — Пару месяцев спустя Тори тоже совершает самоубийство, с горя? Вы, мать вашу, надо мной издеваетесь? Выглядит как сюжет плохого кино. — За исключением того, что это не фильм. Теперь мистер Якуши один из самых богатых людей Египта и, как таковой, вложил свои деньги и влияние в… не-юношескую деятельность, — рассудительно констатировал Ли, поджав губы в тонкую линию. Наруто потёр руки друг о друга и нахмурился от огорчения. — Наруто, наша организация отследила более сотни незаконно вывезенных к мистеру Якуши артефактов. Все они были приобретены чёрными археологами — как тот, с которым ты столкнулся. Но мы были неспособны предпринять какие-либо действия. Несмотря на неопровержимые доказательства, отчёты, которые я отправлял в Министерство внутренних дел, никогда туда не доходили. Боюсь, он заплатил выдающимся чиновникам правоохранительных органов, и из-за этого к нему ещё труднее подобраться. Это даже не половина того, что Наруто прочитал в документах, с каждым предложением жёлчь в горле росла. Этот урод Кабуто подозревался в использовании своего казино как прикрытия для проституции. Также были не лицензированные раскопки в Фивах и безразличная продажа древних керамики и брошей на местном базаре. Наруто был уверен, что его родители вместе с Говардом Картером* в гробу бы перевернулись, если бы прочитали о деяниях этого парня. Само его существование кричало кровавым убийством. — Он так просто не отделается. — Наруто поверить не мог, что это столько продолжается. Более ста артефактов украдены какой-то богатенькой елдой с вываливающимися банкнотами из задницы, а он ходит по земле абсолютно безнаказанно? — И его никак нельзя остановить? — Пока нет, — подтвердил Ли, но на лице разрослась широкая улыбка. — Тем не менее, я уверен, что это изменится. Я отказываюсь позволять этой несправедливости заходить ещё дальше — не в мою смену. Я даже работаю с офицером, который помогает мне разоблачать злодеяния Кабуто. А до тех пор просто хотел бы держать тебя в курсе. — Знать — уже большой шаг. — На самом деле Наруто был скорее взбешён, чем чувствовал себя просвещённым. Хоть эта информация пригодилась бы при нормальных обстоятельствах, она всё ещё не дала то понимание, которое ему было нужно. Саске по-прежнему проклят, а Кабуто по-прежнему его преследует. К несчастью, на листах Ли не было ничего, что помогло бы этому. — Я боялся, что обсуждение по телефону не очень благоразумно, так как он доказал, что у него везде есть уши. Наруто откинул голову от стола, уже не пытаясь скрыть ужасную гримасу, змеившуюся по его лицу. — Выглядишь разочарованным, Наруто. Конечно он разочарован. Он пришёл в надежде получить объяснение недавно произошедшим события, но у него до сих пор ни черта не было. Наруто думал, что этого и следовало ожидать. Пока Ли искал способы наказать Кабуто за преступления, как кража и шантаж, Наруто столкнулся с чем-то менее приземлённым — с чем-то имеющим потустороннюю природу. У него до сих пор ничего, и Наруто ненавидел это чувство бессилия. Он больше не знал, что предпринять… — А, нет… Ничего. Просто пытаюсь это всё переварить, — промямлил Наруто, делая глоток воды, чтобы смыть горький привкус во рту. Может он так помочь Саске? Ему не с чего начать. Здесь Наруто был слеп, блуждая в темноте без трости и малейшей подсказки. Тем не менее, Ли прошёл весь этот путь, чтобы встретиться с ним, предупредить археолога и выпустить некоторые страхи на свободу. Он был славным приятелем, и Наруто не собирался вести себя так, словно весь разговор был пустой тратой времени. Он всё-таки кое-что узнал, пускай и не то, на что надеялся. Наруто вздохнул и передал бумаги Ли. Он поднялся и протянул руку, чтобы благодарно пожать руку Ли, симулируя облегчение. Он и так ему задолжал. — Спасибо, — сказал Наруто, изогнув губы в сторону, стараясь, чтобы это не выглядело слишком напряжённо. — Теперь мне лучше, когда я знаю, что ты над этим работаешь. — Пожалуйста, Наруто. — Ли стукнул себе в грудь, энергично качая головой. — Я буду держать тебя в курсе событий по мере их продвижения, хотя это будет самой трудной задачей. Обещаю, что верну тебе тот кинжал, Наруто. Попомни мои слова! Наруто усмехнулся. Ли точно был серьёзен в своих обещаниях, и на какую-то долю секунду ему стало жалко Кабуто, когда он столкнётся с непоколебимой решимостью Ли. В тот момент Наруто задумался, стоит ли ему сказать про кинжал. Но, взглянув на ослепительную улыбку Ли, передумал, не желая втягивать этого искреннего парня во весь этот бардак. Киба уже был травмирован. Последнее, чего он хотел, — напугать Генерального секретаря. Наруто склонил голову, махая на прощание. Он наблюдал, как Ли удаляется в обратном направлении, с неподдельным энтузиазмом размахивая руками. Хоть он вышел из закусочной без информации, в которой так нуждался, у него появился новый стоящий друг. И это заставляло неудачу не такой тяжестью оседать в желудке.

***

Узел в животе Наруто затягивался ещё сильнее, когда он свернул в переулок; подошвы его ботинок стучали о мостовую, и звук отражался в мёртвом воздухе. Солнце принялось скрываться за облаками, и Наруто ускорил шаг, размышляя, успеет ли добраться обратно до наступления темноты. Он представлял, что может найти, когда вернётся к Кибе: лежащее и давно почившее тело Саске. Наруто споткнулся о собственную ногу из-за тревожных мыслей, тихо матерясь, когда его грязные ладони с шершавым шлепком встретились со стеной в переулке. Совсем на него не похоже. Пытаясь заставить себя удержаться на ногах, он одеревенел при звуке шаркающих позади него шагов, не уверенный, что вызвало растущее внутри беспокойство; однако он давным давно научился доверять инстинктам. Он обернулся, но увидел только пустой мусорный бак и не менее пустой проход. Наруто заворчал себе под нос. Может, он терял своё чутьё, с тех пор как серьёзно взялся за своё убогое раннее решение. Ему следовало принять предложение Ли и поесть, потому что голод и усталость только усугубляли паранойю. Шаги, которые он слышал, становились громче. Наруто скосил глаза в сторону, которую теперь тщательно исследовал с новым подозрением. В конце концов это не его воображение. Там шли люди. Но местные ли? Он не единственный, кто шёл по этой дороге, так что не так всё и серьёзно. И всё же его теория быстро развеялась, когда к приближающимся шагам добавились грубые, злорадные голоса, все кричали одно: — Вот и он! Наруто сорвался с места и побежал. Он спустился в узкий проход, кусая губы, пока люди за ним набирали скорость. Наруто думал, выследила ли его Анко. А если и так, знала ли она, где Саске? Саске и Киба в опасности? Только мысль заставила Наруто рвануть быстрее, после чего он приблизился к ближайшему переулку и, скользя, затормозил. Направо или налево? Наруто был дезориентирован. Ему нужно быстро добраться до Кибы — но перед этим, понимал он, следовало сбросить этих ребят, кем бы они не были, с хвоста. Наруто сжал челюсть, повернув влево — обратную сторону от жилища Кибы. Крики только нарастали, и женщина, которая звучала не так, как Анко, говорила, что это абсолютно бесполезно; тон был не таким игривым, как у незваной гостьи, ворвавшейся к нему в квартиру, а скорее неодобрительным. Этакий намёк на будущие страдания Наруто, когда он будет пойман. — Хватит бежать, тебе же хуже будет, чувак! — прокричал ему вслед мужской голос. Наруто единожды обернулся, надеясь кратко ухватить взглядом преследователей. Короткого мига хватило, чтобы полететь на пол, и голова Наруто столкнулась с чем-то потяжелее, с чем-то более внушительным. Наруто был потрясён, когда осознал, что те, кто его преследовали, теперь прямо перед ним; он медленно перевёл взгляд наверх. Челюсть отвисла, когда увидел массивную фигуру, пытаясь не казаться таким испуганным, каким был. Парень, в которого он врезался, был просто громадным. Ну, громадный — ещё преуменьшение. Он был около метра девяносто и двухсот килограмм и всматривался в Наруто под собой с бессмысленнейшим выражением, которое тот когда-либо видел. Светлая кожа и раскосые желтовато-розовые глаза. Оранжевый ирокез торчал посредине головы, и две подобные колючки выступали по бокам; Наруто громко сглотнул, когда суровый толстяк угрожающе щёлкнул луковичными костяшками пальцев. — Нашёл тебя… Наруто вскочил в боевую позицию. Он расставил ноги, обороняясь, заметив других, показывающихся из-за спины колосса. У следующего были тёмная кожа и чёрные лохмы, завязанные в конский хвост. Его настораживающие угольные глаза зацепились за Наруто, ухмылка заиграла на тонких губах, когда он махнул рукой. — Йо. Он был второй среди четырёх по росту, остальные оба были одного роста и стояли друг возле друга. Маленький, изящный мужчина и женщина ступили на авансцену, бледный с синими волосами коварно улыбался сквозь длинные пряди, покрывавшие лицо. Губы накрашены тёмно-зеленым оттенком помады, с такими же тусклыми отметинами вокруг глаз, что придавало ему некоторый андрогинный вид. Девушка возле него, напротив, имела красные волосы и обёрнутые вокруг лодыжек повязки. На всех надеты соответствующие туники и одинаковые кинжалы из слоновой кости. Неповоротливый мамонт сделал к нему первый шаг. Наруто уставился, когда тупая сторона оружия противников была приставлена к его горлу. — Моё имя — Джиробо, — сказал его поработитель, быстро переглядываясь с компаньонами. — Это Кидомару, Сакон и Таюя. Мы наняты, чтобы вернуть мальчишку Учиха… и ты скажешь нам, где он, — приказал Джиробо, его голос такой раскатистый, что мог проткнуть и лопнуть ушные перепонки Наруто. Наруто безразлично засмеялся, понимая, как тупо облажался. Несмотря на неблагоприятное неравенство, он продолжал посмеиваться, пусто и пренебрежительно от уверенности в том, что с ним покончено. — Пошёл. Нахер, — выплюнул он, взор практически прожигал в них дыры. — Не собираюсь я никуда вас отводить. Парень по имени Кидомару ухмыльнулся, находя его смелость такой же глупой, как и саму ситуацию. Наруто за волосы придавил к стене Джиробо, его крик оборвался, когда Кидомару присоединился и запустил колено ему в живот, выбивая весь воздух из лёгких. Наруто был тряпичной куклой, бессильной перед чудовищными размерами этого мужика. Его отбросили на землю, и он попытался встать, едва успевая блокировать удар женщины предплечьями, когда она занесла своё колено и порывисто им дёрнула. Сила удара заставила Наруто повернуться, трение опаляло подошвы. — Это не было выбором. — Таюя фыркнула, бросившись на него с ножом. Наруто увернулся, после чего отчаянно полез в сумку, надеясь вытащить свой кинжал. И ничего не нащупал. Он так спешил встретиться с Ли, что забыл проверить, есть ли в его сумке оружие. Чёрт. — Ты же знаешь, что мы с тобой сделаем, не так ли?! — маниакально визжала Таюя, со звериным оскалом ступая поближе; её волосы взбиты, как какая-то рваная, пропитанная кровью тряпка, которую выставили на просушку. — Я не такая как последний провал. Если не поведёшь нас к Учихе, я перережу тебе горло. Ха-ха-ха, мы будем волочить тебя с собой по окрестностям, пока его не найдём. Остальные начали собираться вокруг Наруто, сжимая его в узкий круг. Таюя сделала шаг к его животу, острым краем ножа разорвав рубашку Кибы и протыкая бок. Наруто сдерживал болезненное шипение, пока боль отступала, — не сильно глубоко, но достаточно, чтобы разослать жгучую боль по его телу. Плохо — Наруто прищурился, ища отверстие. Очень плохо — и он во всех смыслах кончен, если сейчас же не выкрутится из положения. Археолог знал, что не потянет сразу четырёх. Он был обучен бою, конечно, но не со множеством одновременно. Потому Наруто сдвинул вместе брови, подготавливая себя к тому, что собирался делать. Когда Таюя снова набросилась, Наруто перестал обдумывать невозможность борьбы. Он отскочил в сторону и использовал мощь своего тела, чтобы сбить самого худого и быстро пробежать через образовавшееся пространство. Он пустился по направлению, из которого пришёл, и повернул на незнакомый путь. Игнорируя призывы остановиться. Абсолютно не обращая внимания на затруднённое дыхание Джиробо, он активно думал, стараясь понять, куда ему идти и какого чёрта делать. — Дерьмо, дерьмо, дерьмо..! — Наруто не любил прятаться, но сейчас это было единственным вариантом, по крайней мере пока ему не выпадет возможность прихлопнуть мудил. Он опустился вниз по лестнице, ведущей в очередной переулок, потом завернул за угол, затем за другой. — Ты не можешь бежать от нас! Он был до чёртиков уверен, что хотя бы попытается. Наруто шумно вдохнул, пролетая через другой набор шагов, заметив узкое пространство, разделявшее две ветхие лачуги. Такой сценарий он видел только в фильмах и никогда не понимал, почему преследователи не замечали героя, зажатого между стенами; сейчас же он считал свои благословения — вот он, тут, собирается сделать то же самое. Паника творит чудеса, и Наруто каким-то образом, по милости Ра, умудрился стать меньше. Он осторожно втиснулся в пространство, сердце колотилось о рёбра, из-за чего было трудно отличить стук шагов от стука в грудной клетке, когда головорезы Кабуто помчались туда, где он был. Они пробежали мимо, упуская его вздох облегчения. — С ума сойти… — Радость Наруто была непередаваемой. Но он всё ещё был не у дома собачника. Наруто выпустил ещё один выдох, который так долго сдерживал, и прижался лбом к холодной стене, наслаждаясь температурой. Лицо горело. Как бы он не любил великие приключения, эта история была совершенно отличной от книжной или той, которую он мог посмотреть в кинотеатре. Быть главным героем рискованной схватки утомляло физически, и он был чертовски уверен, что вторая закончится сердечным приступом. Наруто подождал ещё несколько минут прежде, чем медленно высунуться из стены, споткнувшись в центре аллеи. Теперь нужно было вернуться к Кибе и предупредить — если только один из лакеев Кабуто уже до него не добрался. — Ты не меняешься, — раздался за ним низкий, гортанный голос, напугав его. Наруто резко повернулся и увидел мужчину лишь слегка моложе его самого, который всматривался в него из-под пепельного плаща и коротких красных волос. Незнакомец прислонился к забрызганной стене с особым выражением, его ярко-зелёные глаза и без намёка на зрачок. Вокруг глаз тёмные круги, и трудно было сказать: от недосыпа или подводки. Но как только мужчина двинулся вперёд, Наруто инстинктивно отступил назад, ни в чём не уверенный. Наруто не знал, как тот сюда пробрался. Он не слышал, чтобы кто-то шёл, но этот человек не казался враждебным, просто… осторожным. Наблюдательным. Что, честно говоря, пугало больше, чем тупая злоба. Мужчина не был одет так же, как асассины Кабуто. Он был… другим: низкие шёлковые мешковатые брюки и плотная хлопчатая рубашка без рукавов, которая подчёркивала его тренированные мышцы. Одна рука, заметил Наруто, была вся в детальном египетском тату, отчего он выглядел сурово. Значительно. Также Наруто заметил на левой стороне чёрный символ Анх* над глазом. От этого человека веяло стойким бесстрашием, и Наруто от удивления не знал, что сказать; от того, как он неторопливо встал перед ним в позу, до того, как он безмолвно наблюдал за ёрзаньем Наруто. Несомненно, с таким Наруто никогда не хотел бы связываться. Он мог только наблюдать, странно парализованный, как таинственный человек сокращает между ними дистанцию. Золотые браслеты обрамляли его запястья, а рот частично скрыт длинным шарфом, достигавшим колен. Впрочем, скрыть лицо полностью не получилось; приблизившись, он осторожно улыбнулся, — улыбка быстро исчезла за непроницаемой маской. — Слишком долго я ждал… — Что... — Наруто было трудно складывать вместе слоги, застигнутому врасплох сюрреалистической атмосферой, которую создавал незнакомец. И снова это чувство. То же чувство искалечило его в гробнице Ауручимару, то же чувство украло его дыхание вместе с обжигающим поцелуем Саске. Сознание всё больше размывалось, пока он смотрел на этого человека, зрение то становилось чётким, то снова терялось. Они виделись первый раз, но он выглядел почти… знакомым. Как такое возможно? — Кто… кто ты? В глазах вспыхнуло скрытое изумление — разительный контраст с его тусклым выражением лица. Наруто удивлённо размышлял, сказал ли он что-то странное. В голове внезапно забило молотом. — Гаара, — пришёл ответ. Имя вызвало мощный отклик. Он едва успел обдумать ответ, когда Гаара стал за ним. Лазурные глаза увеличились вдвое, когда он заметил вынутый из ножен большой серповидный меч. Гаара просто повернулся, держа перед собой меч, до жути сдержанный. Как раз тогда Наруто услышал голоса приближающейся к ним компании. — Стань за мной, — приказал ему Гаара, не допуская возражение. — И Наруто… Рад тебя видеть.