"Всё" означает всё

Наступил вечер, и Мидас снова облачился в свой роскошный вечерний наряд. Он засверкал огнями, как светская дама бриллиантами, и сегодня самым ярким из них был конференц-центр. Большой аукцион вновь собрал гостей, обещая новую порцию восторгов, разочарований и зависти. У витрин с пэтами монетке было негде упасть. Новую экспериментальную линию Академии — «Эклипс» — составляли всего несколько экземпляров. Одного из них — синеглазого самца — Маркус Джейд приобрел еще несколько недель назад. Аукционный зал был полон. Ясон со скучающим видом сидел в кресле, опершись локтем на мягкую обивку бортика ложи. Когда он пришел, Гидеон уже был здесь. Тот всерьез подумывал приобрести себе одного из «Эклипс», но в отличие от рационального Маркуса ему был ну­жен не столь­ко новый пэт, сколько развлечение — Гидеон ждал начала торгов, чтобы перебить последнюю цену, предложенную каким-нибудь инопланетным богачом. Это было расточительно, но и Большой аукцион бывал нечасто. Аиша Розен в новом пэте не особо нуждался, но он так давно не посещал аукционы, что в конце концов принял предложение Гидеона и каких-то десять минут назад явился в ложу. — Уходишь? — поинтересовался Гидеон, когда Аиша поднялся из своего кресла. — Ты же только что пришел. — Не вижу ничего стоящего внимания, — констатировал Аиша. — Я думал, только у Маркуса так испортился вкус. — Однако эта линейка пэтов вызвала почти ажиотаж. Уверен, все они будут распроданы, как только начнутся торги, — заметил Гидеон. — И пусть, — равнодушно бросил Аиша, — не вижу в этой линии ничего особенного, кроме одного — их вид напоминает мне твоего полукровку, Ясон. — Выпусти Академия эту линию двадцать лет назад, ты вряд ли сказал бы, что у Маркуса дурной вкус, — усмехнулся Ясон, — а мой полукровка был бы очень модным аксессуаром. — Полукровка в качестве пэта блонди — в любом случае признак дурного вкуса, Ясон, — возразил Аиша, — даже если он выглядит, как товар производства Академии. Он не годится в аксессуары блонди. Не говоря о постели… Гидеон хмыкнул в ответ на слова Аиши, а тот внезапно замолчал, устремив взгляд на противоположную сторону огромного зала, в ложу, которую занимал всего один человек — молодой мужчина в иссиня-черном костюме с наглухо застегнутым воротником-стойкой. Его можно было бы назвать привлекательным, если бы не хищное выражение лица и тяжелый взгляд, что придавало ему мрачный вид. — Я вижу, у нас неплохие перспективы, — снова заговорил Аиша. — Ес­ли гос­по­дин ку­ратор при­был на а­ук­ци­он, то ду­маю, мяг­кие паль­чи­ки соб­лазна могут смять лю­бую во­лю. — Я с самого начала гадаю: приобретет он сегодня что-нибудь или нет, — не отводя взгляда от экрана, признался Гидеон. — Теперь, когда верхушка Совета стала делать у нас покупки, ничто не мешает ему поступить так же. — Думаю, он здесь вовсе не за тем, чтобы сделать приобретение, — заметил Ясон. — Я наблюдаю за ним с тех пор, как сел в это кресло. Паор Таасса уже двадцать две минуты не отрываясь смотрит на демонстрационный экран, но уверен, он так и не увидел ни одного лота. Всё его внимание сосредоточено на нашей ложе. — Оценивает противников, — усмехнулся Гидеон. В этот момент Паор наконец позволил себе посмотреть на ложу блонди открыто. — Аиша Розен, — послышался за его спиной голос Алледы. Тот опустился в соседнее кресло. — Красавец. Эти длинные светлые волосы и такого же оттенка костюм придают ему сходство с мифическими воинами света с картин… э-э-э… проклятье, забыл его имя… А Юпитер знал, что делает: отправь такого на любые переговоры… — Какого черта тебя принесло именно сейчас, — почти не шевеля губами прервал его Паор и медленно кивнул смотрящему на него блонди. Аиша коротко кивнул в ответ, взглянул на Алледу, поздоровался с ним и, сказав что-то своим коллегам, ушел. — Сейчас или в любое другое время — какая разница, — невозмутимо ответил Алледа, поправляя свой расшитый жилет, видневшийся из-под расстегнутого пиджака удлиненного покроя. — Ты не можешь верить в то, что они не связали нас с тобой. Так какой смысл шарахаться друг от друга, пытаясь скрыть очевидное… А ты все-таки воспользовался моим советом и пришел. — Ты знал, что он будет здесь, — произнес Паор внезапно охрипшим голосом — как раз в этот момент Ясон наконец впервые взглянул на него и сдержанно поприветствовал кивком. Паор едва заметным движением потер пальцем внутреннюю поверхность своего кольца — массивного перстня. Квадратный черный камень в гладкой оправе из темно-серого металла был одним из тех, что даже на черном рынке было днем с огнем не найти — настолько они были редки и дороги. Через несколько секунд сердце Паора прекратило свою бешеную скачку и забилось более размеренно. — Знал, — согласился Алледа, — Рауль упомянул об этом… Ты что, не ответишь ему? Паор и не заметил, что продолжает неотрывно смотреть на Ясона тяжелым взглядом, никак не реагируя на приветствие. — Если бы я не знал тебя и его, то сказал бы, что он ненавидит тебя, Ясон, — заметил Гидеон в своей манере — так, будто его развлекает создавшаяся ситуация и он готов делать ставки на ее дальнейшее развитие. — Есть за что, — не отводя взгляда от серых глаз Паора, ответил Ясон. — Ты поставил партию продукции Раная его подчиненным? — пошутил Гидеон и взял в руки пульт — начались торги. — Держит удар, — заметил Алледа, наблюдая за поединком Паора и Ясона. — Когда я следил за тобой с Лиадосу, помню, до меня дошел слух, что от твоего взгляда чиновники чуть ли в обморок не падают. А сейчас, похоже, ты сам на грани обморока. Творение Юпитера… — Ты знал, что он будет здесь, — едва слышно прошипел Паор, наконец разорвав зрительный контакт с Ясоном. — Какого черта, Алледа! — Сколько ты собирался отсиживаться в апартаментах и слушать доклады своих шпионов? — парировал тот, в свою очередь кивнув Ясону. — Чем дольше ты тянул бы, тем труднее тебе было бы. К тому же я знаю, насколько ты умен и предусмотрителен. Ты наверняка имеешь при себе всё необходимое… Ведь так? Паор молча продемонстрировал свое кольцо. На губах Алледы расцвела удовлетворенная полуулыбка. — Творение Юпитера… — прошептал Паор, глядя на Ясона. — Кстати… — как бы между прочим заметил Алледа. — Я считал анекдотом слух о том, что элита обладает навыками секс-андроидов… — Я тоже слышал эти сказки, — равнодушно отозвался Паор. — Так вот… я убедился в том, что это не анекдот и не сказка, когда Рауль осматривал меня, желая убедиться в том, что я не прячу под одеждой морщины или следы омолаживающих операций. — Объяснись, — потребовал Паор, придавив отца тяжестью своего взгляда. Алледа потер лоб кончиком указательного пальца и, хихикнув, пробормотал: — Он точно знал, как и где нужно прикоснуться, чтобы вызвать незамедлительный и мощный… стояк. Прикосновения этих пальцев к моим не таким уж искушенным ягодицам стали для меня откровением. Даже не знаю, что потрясло меня больше: мои собственные желания и возможности или то, как много я еще не знаю об элите. Паор посмотрел на Алледу долгим откровенным взглядом, возможно, впервые за всю свою жизнь увидев в нем не отца, не ученого, не одиозную фигуру, а человека, мужчину. Когда Паор снова посмотрел в ложу на противоположной стороне зала, у него внутри как будто что-то оборвалось — Ясона там уже не было.

***

Паор стремительным шагом вошел в док, где для него оставили аэрокар. Фиолетовый глянец дорогой машины отразил его искаженное му́кой лицо. Он никогда не будет достаточно готов для встречи… Ясон! Так близко и так далеко. Казалось, вот он рядом — только руку протяни, и так недосягаемо далек. Ну почему именно он? Ведь тот же А­иша Ро­зен ни­чуть не ус­ту­па­ет Ясо­ну внеш­ностью и вряд ли — ин­теллек­том. Так что же в Ясоне Минке такого особенного? Паор задавал себе этот вопрос бесчисленное множество раз, но так и не смог ответить на него. Единственное, что он знал — это бессонные ночи, когда постель будто обжигала его, а мозг плавился от картин, что и как будет, когда Юпитер перейдет под его контроль, а Ясон ответит ему взаимностью… Алледа был прав, говоря, что Паор тянет время — перспектива оказаться с Ясоном наедине манила и пугала, и са­ма мысль о ней мог­ла свес­ти с ума. — Не могу сказать, что я был удивлен увидеть вас сегодня, господин Таасса, — от низких бархатных ноток этого голоса Паор едва не застонал. Он замер, боясь обернуться, но в этом и не было необходимости — в отражении на поверхности аэрокара было видно, как Ясон подошел и встал у него за спиной. Паор мог поклясться, что чувствует его тонкий запах. Он стиснул зубы и потер пальцем внутреннюю сторону кольца, чтобы доза антидота впиталась в кожу. Стало чуть легче, и Паор медленно повернулся к Ясону. — Но я все-таки надеялся, — продолжил Ясон, — что вы позволите Танагуре выразить вам свое уважение в виде, скажем, небольшого приема в вашу честь. Паор собрал в кулак свою волю и спокойно ответил: — В этом нет необходимости. Я прибыл не развлекаться, а работать. Ясон с задумчивым видом сделал пару шагов и встал еще ближе. У Паора едва не перехватило дыхание, он снова провел пальцем по кольцу и, подавив дрожь, нажал на полированную поверхность камня. — Да, я помню наш договор, — согласился Ясон. — Комиссия Содружества по гражданским правам людей, которые якобы ущемляет элита. Показалось Паору, или в голосе блонди в самом деле были иронические нотки? Паор был го­тов к то­му, что Юпи­тер зна­ет об осев­ших в Ми­дасе «ту­рис­тах», но не о «топ­ля­ках» в Нил Дартс. Те при­быва­ли по од­но­му, в раз­ное вре­мя — на про­тяже­нии мно­гих лет, ос­ва­ива­лись, ус­та­нав­ли­вали свя­зи и по кру­пицам со­бира­ли не­об­хо­димую ин­форма­цию. Об этом Ясон знать не мог — агенты Паора бы­ли опыт­ны­ми и замети­ли бы, попади они под кол­пак вни­мания. — Уверяю вас, — продолжил Ясон, — всё обстоит именно так, как я говорил вам в прошлую нашу встречу. — В таком случае у Содружества не останется вопросов к Танагуре, — заключил Паор и заставил себя взглянуть на Ясона. Теперь в синих глазах был незнакомый блеск, а зрачки расширились настолько, что скрыли половину радужки. Паор завороженно смотрел в бездонную черноту этих зрачков, думая о том, что она вот-вот поглотит и его, растворит в себе без остатка. Синие глаза приблизились, и как будто издалека зазвучал голос Ясона: — Что же, господин Таасса, мне остается только предложить вам мое всяческое содействие и, раз уж вы не хотите никакого официоза и помпы вокруг своего пребывания здесь… Обед? — Где и когда? — Паор произнес эти слова, как в трансе. Все его мысли были сосредоточены на глазах Ясона, его голосе и собственном оглушительно стучащем сердце. — Я пришлю приглашение, — прозвучало сладкой музыкой обещание. Паор молча кивнул и закрыл глаза. Ясон ушел, а он еще долго стоял так, пытаясь прийти в себя.

***

Ровные ряды однообразных пронумерованных контейнеров тянулись на многие десятки метров — к вечеру Рики уже начало подташнивать от их вида. Катце как будто издевался: отправить работать в одиночку на пятый подземный уровень конференц-центра в день Большого аукциона можно только в наказание. Парой уровней выше было на что посмотреть: аэрокары и редкие посетители, а тут… А с другой стороны, побитой физиономией в самый раз щеголять перед коробками, а не гостей Аукциона пугать. Ссадина над бровью была не страшной, но заметной. Хорошо, что вчера удалось увернуться, иначе кулак Люка попал бы в глаз, и один Рагон знает, как бы Рики выглядел сегодня. Вчера, когда Люк выскочил из закусочной, Рики догнал его на улице и схватил за куртку. — Что это за херня про блонди? Люк рванулся и прорычал: — Если у тебя нет ни одного знакомого блонди, то херня. А если вдруг завалялся один, то у него и спроси. Рики заорал: — Так какого хера ты открываешь рот, если говорить не собираешься? Может, это ты будешь лизать чьи-то сапоги? Или зад целовать! Они ударили одновременно. Рики увернулся и получил удар в бровь, Люк — приличный тычок в челюсть, такой, что лязгнули зубы. Рики осторожно опустил последний контейнер на предназначенное место и погнал погрузчик на стоянку. Заглушив двигатель, он спрыгнул на металлические плиты пола, с наслаждением потянулся и направился к лифтам, расстегивая на ходу рабочий комбинезон. Обогнув последний ряд ящиков, он замер: у лифта стоял не кто иной как Ясон Минк. «Какого черта ему тут понадобилось?» — подумал Рики и, сделав глубокий вдох, двинулся дальше. Блонди явился сюда явно не на коробки поглазеть. Сердце оглушительно стучало, и Рики едва узнал собственный голос: — Вот уж не ожидал увидеть тебя снова. Губы Ясона дрогнули в усмешке: — Рад? Рики вскинулся, уже готовый ввернуть что-нибудь дерзкое, но столкнувшись взглядом с синими глазами Ясона, почувствовал, как его лицо обдало жаром, а тело будто ударило током. Перед глазами возник калейдоскоп из обрывков картин той ночи в Апатии. Подойдя к лифту, Рики сунул руки в просторные карманы комбинезона и сжал кулаки с такой силой, что кончики ногтей больно впились в кожу. — Был бы рад больше никогда тебя не видеть! — как можно более равнодушно бросил он, собираясь обойти блонди и нырнуть в лифт. Но сильная рука обхватила его талию — и в следующую секунду Рики уткнулся в те самые шелковистые волосы, которые скользили по его телу, когда… — Тебе так не понравилось? — поинтересовался Ясон. Рики не знал, что сказать. И «да», и «нет» прозвучали бы одинаково нелепо. — Какая разница, если я с тобой уже расплатился! — буркнул он и попытался вывернуться из рук Ясона, но тот держал его слишком крепко. Послышался тихий смех, и Рики похолодел. — Ты настолько высоко себя оцениваешь? — насмешливо спросил Ясон. — Ты правда думал, что теперь мы в расчете? Рики взорвался: — Чего ты вцепился в меня?! Завел бы себе игрушку, которых сейчас продают там, наверху. Да у тебя наверняка их полно! Зачем тебе я? — Всё просто. Я хочу тебя. Без вопросов. Без объяснений. Такой ответ тебя устроит? Это было действительно самым простым объяснением — всему. Возможно, Рики хотел услышать именно его. — Меня? Почему? — единственное, что он смог выдавить из себя. — Потому что ты — это ты, Рики. Рики открыл было рот, чтобы задать хотя бы один из десятков мучивших его вопросов, но Ясон наклонился к нему и в самые губы прошептал: — Как ты говорил? Много болтаем? Рики едва успел сделать вдох, прежде чем Ясон поцеловал его. «Почему это каждый раз так…» — подумал он, и его мысли спутались. Ясон целовал его так, будто хотел вдохнуть, выпить, впитать в себя без остатка. А когда отпустил, тихо скомандовал «идем» и шагнул в открытые двери лифта. Рики не сдвинулся с места. Он посмотрел Ясону прямо в глаза и вдруг спросил: — Сколько я должен тебе на самом деле? Ясон загадочно улыбнулся: — Меньше, чем я тебе сказал, но больше, чем ты сам думал. — Ясно, — буркнул Рики и решительно вошел в лифт. Ясон бросил настороженный взгляд на черноволосую макушку и тихо заметил: — Выглядишь, как древний мученик с Букоана. Рики хмыкнул и возразил: — Я читал, что их быстро убивали. Им вроде не создавали проблем с сидением на собственной заднице. Казалось, Ясон его не услышал. Когда двери лифта раскрылись, он молча направился к одному из элегантных аэрокаров, припаркованных прямо тут же. Рики на минуту заскочил в помещение для персонала, где сбросил с себя комбинезон, надел свою куртку и с хмурым видом пошел следом за Ясоном. Злило не то, что оказался всё еще должен Ясону, а то, что испытал что-то вроде облегчения, когда узнал об этом.

***

Рики долго стоял под душем. Он знал, что Ясон ждет его, и специально тянул время. Постепенно кусочки складывались в картину: Ясон и Катце связаны, и Люк об этом что-то знает. А еще был кто-то, уже побывавший в похожей ситуации с блонди. И казалось, будто каждая встреча Рики с Ясоном была спланирована заранее. Но не мог же Ясон предвидеть, что та коробка треснет во время драки! И драку предвидеть он тоже не мог. Просто «везение». «Всё просто. Я хочу тебя. Без вопросов. Без объяснений», — так он сказал. Значит, бы­ла бы не сло­ман­ная вещь — так что-то другое. Ясон нашел бы способ получить желаемое. Но как блонди может хотеть полукровку из трущоб — это было невозможно уяснить. Рики вздохнул и выключил воду. Ясон ждал его, сидя на диване. Он был одет в легкий домашний халат и выглядел расслабленным. — Подойди ко мне, Рики, — сказал он. Это не было приказом, но и просьбой тоже. В Рики заговорило упрямство: — Тебе обязательно строить из себя хозяина и приказывать мне? Что, нравится, когда беспрекословно подчиняются? — Просто подойди ко мне, Рики. Голос Ясона был спокоен. — Тебе надо — ты и подходи, — дерзко ответил Рики. Это была игра с огнем, как кража кредиток из карманов туристов или деталей с утилизаторов. Рики несло: — Завел бы себе пэта, он бы и приходил к тебе по первому требованию. Дернул за поводок — и пэт у твоих ног. — Может, надеть поводок на тебя? — тихо спросил Ясон, и это прозвучало как угроза. Рики сам не понял, что его дернуло фыркнуть: — Может, еще и сапоги лизать заставишь? Глаза Ясона сузились, и через мгновение Рики почувствовал, как поднимается в воздух. «Доигрался», — только успел подумать он. Но Ясон прижал его к себе и, уткнувшись лицом в волосы, прошептал: — Никаких поводков. Никаких сапог. Никогда.