"Всё" означает всё

      Сидеть на подоконнике было неудобно, но Катце как будто не замечал этого. Вытянув длинные босые ноги и прижавшись спиной к стене, он продолжал задумчиво смотреть на ночное сверкание Мидаса. Он долго лежал в постели, рассматривая на потолке причудливые отсветы уличных огней. Когда это ему надоело, он вылез из-под одеяла и, накинув на себя легкий короткий халат, устроился на подоконнике — давняя привычка еще со времен службы в Эос. Квартира Катце располагалась на одном из верхних этажей фешенебельного мистральского небоскреба. Так что бывший фурнитур продолжал смотреть на Мидас сверху вниз, как когда-то из окна апартаментов Ясона. Вот только это уже давно не приносило удовлетворения, а теперь и вовсе утратило смысл. «А на что ты надеялся, идиот? — спросил Катце самого себя, глядя на далекую башню Эос. — Думал, что произойдет чудо и этот Рики останется рядом, станет твоим преемником? Что Ясон вдруг проявит щедрость и поделится с тобой? Да кто ты такой!» Катце стал рассматривать сеть воздушных трасс, где среди голографической разметки мелькали многочисленные рекламные изображения. Томная девица-пэт в прозрачном розовом белье приглашала посетить Кварталы Утех: она строила глазки, вытягивала алые губки, как для поцелуя, и возле них появлялось облачко с адресом заведения. Немного ниже — под рекламой с девицей — из вихря голубых и зеленых искр «вырастал» миниатюрный отель «Лагуна», а чуть дальше фиолетовая голограмма показывала местное время. Катце вздохнул: через час Рики достигнет Алцедона. До системы Дельвия не так уж далеко, трасса известная, довольно безопасная, так что пилотом Катце отправил новичка из мэджисто, того, кто еще не успел столкнуться с Рики и не мог узнать его в одной из кукол. Катце снова вздохнул и поднял взгляд к небу, едва различимому сквозь разноцветье городских огней. «Всё когда-нибудь заканчивается, — попытался философствовать он. — Вчера закончилась история Рики на Амои, вот-вот подойдет к концу твоя собственная. Стоит ли страдать, если даже все эти далекие звезды не вечны?» Вдруг в глубине комнаты запищал комм. Катце снова взглянул на фиолетовые цифры в небе: через три часа только начнет светать — не слишком подходящее время для звонков, даже для Ясона. Катце неохотно опустил ноги на пол и, потирая отсиженный на жесткой поверхности зад, побрел к комму. С голоэкрана на него смотрел Ясон, но звонил он явно не из Эос. Блонди стоял посреди незнакомой, очень скромно обставленной комнаты, в глубине которой виднелась кровать со скомканной постелью и кое-как брошенной одеждой. От догадки у Катце по спине побежали мурашки — Ясон звонил из квартиры Рики.  — Рики работает сегодня? — спросил Ясон. — Нет, — глухо ответил Катце, — он поменялся сменами, взял отгулы. Это было правдой, и Катце даже не пришлось отводить взгляд. — Он уже вторые сутки не покидает одну точку, — сказал Ясон, — я дам тебе координаты, отправь туда кого-то, чтобы проверили. Катце передернуло, как от озноба. Он покорно склонил голову и пробормотал: — Да, господин Ясон. Наверное, устроили посиделки с друзьями… — Проверь, — перебил его Ясон, — и доложи. Катце наклонил голову еще ниже, прячась от пронзительного взгляда. — В чем дело, Катце? Есть какие-то проблемы? — вдруг спросил Ясон. Катце медленно поднял взгляд. —Нет, господин Ясон. Всё в порядке. Мне просто… нездоровится. Сканирующий взгляд блонди был невыносим. — Я пришлю к тебе врача, — отрезал Ясон. — Сегодня в полдень будь дома. Ты нужен мне здоровым. Голоэкран погас. Катце бросил комм на кровать, подхватил с прикроватного столика сигареты и вернулся на подоконник. «Ты нужен мне…» — звучало как укор. Катце снова посмотрел на фиолетовую голограмму: до посадки на Алцедоне осталось меньше часа. Он закурил, с прищуром глядя в окно. Теперь вместо девицы в розовом, застенчиво глядя через плечо, в Кварталы Утех зазывал красивый золотоволосый юноша, а правее от него и чуть ближе к Катце из красноватой дымки появлялся фасад знаменитого на весь Мидас борделя. Катце ненавидел эту рекламу, но глаза сами так и выискивали ее среди сотен других. Статуи были не таким уж редким украшением мидасских заведений, но только у «Фавна» одна из них с недавних пор напоминала Катце Рауля. У этого обнаженного полубога было такое же прекрасное неподвижное лицо и взгляд — невидяще-высокомерный, каким обычно смотрел на Катце Рауль Ам. «И сострадания в нем примерно столько же, как в этом изваянии», — подумал Катце и закрыл глаза. Когда он открыл их снова, уже было почти светло. Катце снова посмотрел на фиолетовую голограмму: корабль с грузом для Алцедона должен был сесть три часа назад. Катце соскочил с подоконника и поспешил к рабочему столу. Развернув голоэкран, он пробежал глазами отчет о доставке и облегченно вздохнул: Горан Кальке забрал свой груз сразу после посадки.

***

      В ушах оглушительно звенели колокольчики, а перед глазами с большой скоростью вращалось пятно света. Рики замутило, и он зажмурился. Сквозь звон в ушах до него донеслось: — Он про...пается. Наконец звон сменился тихим шуршанием, и Рики снова открыл глаза. Световое пятно побледнело и начало рассеиваться. Рики несколько раз моргнул и теперь отчетливо увидел стоящего над ним человека. Руки незнакомца были сложены на груди, рот сжат в тонкую линию. Рики уже видел этого человека раньше — на одной из улиц в Мистраль Парке — и еще тогда подумал, с чего бы этому типу смотреть на него с такой неприкрытой неприязнью. Он осмотрелся и понял, что лежит в открытой криокапсуле. Человек продолжал молча сверлить его взглядом. Рики почувствовал то же самое, что при первой встрече с Ясоном — на него смотрели сверху вниз, всем своим видом выражая превосходство. Этот незнакомец явно привык повелевать. Такой никак не мог быть должником Катце. — Вы… не Горан Кальке, — хрипло прошептал Рики. Уголок рта незнакомца дернулся в презрительной усмешке. Он посмотрел в сторону и кому-то кивнул. Рики дернулся, ощутив прикосновение к шее. «Нет! Нет!» — только успел подумать он, но крикнуть вслух уже не смог. Свет померк. Когда Рики открыл глаза снова, рядом никого не было. Он лежал, глядя в потолок, откуда струился мягкий рассеянный свет. Рики медленно сел и осмотрелся: он сидел на кровати в странной незнакомой комнате с серым полом и непроницаемо черными стенами — в их глянцевой поверхности можно было рассмотреть свое отражение. Увидев его, Рики понял, что его переодели: теперь на нем были белые свободные штаны и такого же цвета майка. «Какого хрена?» — подумал он, оттянув край майки. Во рту пересохло, и очень хотелось пить. На полу рядом с кроватью Рики заметил несколько бутылок с водой. Он взял одну, открыл, понюхал, осторожно попробовал на вкус и залпом выпил. Жажда не проходила. Рики растерянно повертел в руках опустевшую бутылку и покосился на следующую. — Жажда — это нормально, это быстро пройдет, — послышался незнакомый скрипучий голос. Казалось, он раздался совсем рядом, но Рики был совершенно один. Вдруг стены комнаты вспыхнули ярким светом, и Рики с ужасом увидел, где находится. «Комната» оказалась прозрачным кубом, который стоял в центре большого помещения с такими же, как и пол, серыми стенами. Прямо перед Рики в нескольких метрах от «куба» стоял большой терминал с множеством панелей — такого ему видеть еще не приходилось. В стороне от терминала стояла открытая криокапсула. Рики обернулся и ощутил, как к горлу подступила тошнота — он как будто опять почувствовал на языке мерзкий вкус «сока», которым однажды в Попечительском Центре с ним поделился Тео. Возле одной из стен «куба» стоял человек. Он был одет примерно так же, как и ненавистные Рики «консультанты» — в светло-серый противно шелестящий комбинезон. Рики передернуло — этого типа неопределенного возраста он тоже уже видел. Когда-то он столкнулся с ним в отеле «Лагуна», и это именно он пялился на него на мистральской улице вместе с тем, первым. «Кто они оба такие?» — подумал Рики. Он подошел к стене и крикнул: — Кто вы? Почему я здесь? Незнакомец скривился. — Не нужно кричать, — его голос «заскрипел» еще сильнее, — здесь отличная звукопередача, и я прекрасно тебя слышу. — Что это за место? — продолжил Рики уже тише. — Это Алцедон? — Ты должен быть на Алцедоне? — вкрадчиво спросил незнакомец. — Значит, это он и есть, потому что ты именно там, где должен быть. — Но здесь я не должен быть! — Рики шлепнул ладонями по прозрачной стене. — Это какая-то ошибка! — Разве? — мужчина выглядел удивленным. — Разве по прибытии тебя не должны были забрать и надежно спрятать? В голосе незнакомца Рики различил знакомый ласковый упрек. «Ты ведь хочешь, чтобы Тео поправился?» — говорила ему мамка-воспитательница точно таким же тоном. — Тебя не должны найти, разве не так? — повторил свой вопрос незнакомец и улыбнулся. — Но… — неуверенно возразил Рики, — мне должны были дать документы и деньги, а не держать в прозрачной коробке! Незнакомец продолжал улыбаться. — Так это часть соглашения, — мягко сказал он. — Разве тебя не предупредили? Рики хотелось взвыть. «Катце не мог обмануть меня… — соображал он. — Он не мог отдать меня кому-то вроде этого… Может, меня с кем-то спутали?» — Меня с кем-то перепутали! — закричал он. — Не нужно нервничать, Рики, — «проскрипел» незнакомец. Услышав свое имя, Рики в замешательстве уставился на него. «Он знает, как меня зовут, — пронеслось в мыслях, — и то, что я прячусь — тоже…» — Вы… — потрясенно заговорил он, — Вы… Горан Кальке? Незнакомец рассмеялся и кивнул. Его серые глаза блестели, как у пьяного. «Обдолбанный он, что ли? — вдруг подумал Рики. — Или псих». — Нет! — сказал он вдруг. — Что-то здесь не так. Человек, который отправил меня на Алцедон, не мог согласиться на… это! Рики снова шлепнул по стене. — На что? — спросил тот, кто назвался Гораном Кальке. — Тебе ничто не угрожает, ты в безопасности. И, — он понизил голос почти до шепота, — я гарантирую, что тебя никто не найдет! От последних слов у Рики по спине поползли мурашки. — Всё, что от тебя требуется — немного терпения, — продолжал Горан. — Я ученый, и ты меня очень интересуешь. Всего пара недель и ряд тестов, и ты получишь всё, что тебе обещали. Он отошел вглубь помещения, и свет снаружи опять погас. Рики окинул взглядом свою «комнату» и прорычал: — А меня обязательно держать здесь, как пэта на витрине?! До него донесся тихий смех, а потом режущий слух голос произнес: — Так удобнее наблюдать за тобой. Позже я расскажу, что именно в тебе меня интересует, Рики. А пока — осваивайся. Сейчас время обеда, тебе нужно поесть. Выбери на панели заказа чего тебе хотелось бы. Она на боковой стороне твоей кровати. Поешь хорошо — тебе понадобятся силы. Позже вечером можем начать. «Это какая-то херня, — подумал Рики, вглядываясь в темноту за прозрачной стеной. — Наверняка я всё еще сплю и этот мне приснился, как и тот, первый. Такого просто быть не может! Катце не отправил бы меня к типу вроде этого! Он сказал, что Горан Кальке ему должен, а этот псих ведет себя так, будто должны ему. Вот дерьмо…» Рики почувствовал, как от голода его желудок свело судорогой. «И это мне тоже снится, — подумал он. — Ладно, если в этом сне можно съесть хороший кусок мяса, то я согласен еще немного поспать. А там будет видно». На боковой части кровати был целый набор панелей: туалет, душ, книги, еда — всё выдвигалось из пола. На панели с меню был неплохой выбор — точно получше, чем у Херма. Рики ткнул в мясной рулет, какой-то салат и напиток в высоком стакане. «Попробую, что за бурда», — подумал он. Не прошло и трех минут, как из пола выдвинулся полый цилиндр, в нем оказался круглый стол на колесиках, на котором был сервирован обед. Выбранное блюдо выглядело аппетитно, а пар от него шел настолько ароматный, что Рики чуть не захлебнулся слюной. «Эта часть сна мне нравится больше», — подумал он и принялся за еду.

***

      Паору не терпелось покинуть мягкое удобное кресло в салоне шаттла, триумфально сойти по трапу на грунт своих новых владений и отправить Ясону весточку о Рики. С гиперпереходом от Санэо до Амои было три часа лету, но даже они показались Паору вечностью. Он успешно провел небольшое совещание одного из комитетов Совета Содружества, чья штаб-квартира располагалась на этой маленькой планете. Обычный рабочий визит — отличная ширма для того, чтобы тайком наведаться в одну из лабораторий военно-промышленного комплекса. Концерн, которому принадлежал исследовательский центр на Санэо, негласно сменил владельца четыре месяца назад. Так в список собственности «серого» правителя Содружества добавился еще один пункт — основной поставщик новейших оборонных технологий. Паор закрыл глаза. Какой-то час назад он наконец рассмотрел того, кто перешел ему дорогу в постель и сердце Ясона Минка. — Ты посмотри! — воскликнул Алледа. Он почти распластался на крышке криокапсулы, жадно рассматривая лежащего в ней Рики. — Это точно он! Тот ребенок, о котором я говорил! Это… посмотри, это те же черты… с учетом возрастных изменений, конечно… Это, Паор, не просто мальчишка, не просто личная кукла Ясона Минка — это еще одна украденная у Юпитера тайна! — Смотри не съешь его, — фыркнул Паор. Он не разделял восторга Алледы и видел в Рики лишь товар, предмет торговли с Ясоном. Алледа отлепился от криокапсулы и уставился горящими глазами на сына. — О-о-о! Я его не съем, — ухмыльнулся он, хищно скрючив тощие, с выступающими суставами, пальцы, — но я залезу в его разум! В его мозг! В его ДНК! Всюду, куда только смогу дотянуться! Паор сложил на груди руки и сухо бросил: — Да хоть трахай его — мне безразлично! Но помни об одном: он должен оставаться в своем уме и здоровым физически. Сломанная игрушка Ясону не нужна, мертвая — тем более. Лицо Алледы приняло скучающее выражение, а рот капризно скривился. — Ты меня понял, Алледа? —повторил Паор ледяным тоном. — Я обеспечил тебя этой лабораторией и одолжил тебе ценный трофей не для того, чтобы ты испортил мне игру, в которой я почти выиграл! — Ладно-ладно! — скривившись, отмахнулся Алледа. — Ничего с ним не случится. В этот момент в кармане Паора запищал комм. — У тебя такое лицо, будто тебя сместили с должности, — заметил Алледа, наблюдая за сыном. — Нет, — ответил Паор, возвращая комм в карман, — но в последнее время под меня активно копают. Это очередной отчет по сетевым запросам. Кто-то вычисляет масштабы моего влияния и делает это весьма результативно. — Кто? — спросил Алледа, сосредоточенно оттягивая прядь своих волос. Невидяще уставившись на криокапсулу, Паор задумчиво потер подбородок. — Пока не знаю, — ответил он, — список моих недоброжелателей немногим длиннее экватора Лиадосу. Меня давно пытаются подвинуть, но я действовал превентивно, так что все удары попадали в пустоту. Сейчас же мое внимание приковано к Танагуре, и попытки пошатнуть подо мной кресло возобновились. Выбрали удачный момент, надо сказать, я сам поступил бы так же. Алледа оставил в покое свои волосы и в упор посмотрел на сына. — Тебя это беспокоит? — Не очень, пока меня щупают, — равнодушно ответил Паор, — но если ущипнут, это может оказаться болезненно. — Ты ведь уже фактически хозяин Танагуры, — вкрадчиво заговорил Алледа, — мог бы отложить ее до лучших времен и вплотную заняться этими дармоедами из Совета, укоротить их длинный нос. Но нет! Тебе не терпится вернуться на Амои! Происходит именно то, о чем я говорил: ты рискуешь всем из-за страсти. Ты готов отбросить все свои достижения и мои мечты ради того, чтобы поскакать верхом на Ясоне Минке! Паор его как будто не слышал. Он подошел ближе к криокапсуле. «Не понимаю, что ты в нем нашел, — скрипнул он зубами, ощупывая взглядом тело Рики. — Уверен, что этот мальчишка никогда не был в тебе. Да и… — Паор остановил свой взгляд на красноречивых очертаниях в области паха, — вряд ли он одарен достаточным размером, чтобы впечатлить элиту…» — Разбуди его, — сказал он вслух. — Но, — возразил Алледа, — еще не всё готово. — Усыпишь его снова, — бросил Паор. — Я хочу посмотреть ему в глаза. Вспомнив взгляд Рики, Паор беспокойно заерзал в кресле. Что-то в этом мальчишке определенно было — казалось, в его черных глазах плещется жидкий огонь, как магма в глубине вулкана. «Вы… не Горан Кальке» — Паор вспомнил слова Рики и снова усмехнулся: «Конечно, нет. Настоящему Горану Кальке уготована важная роль — его тело послужит науке в одной из лабораторий моего концерна».

***

      День начал клониться к вечеру. Ясон стоял у окна в своем рабочем кабинете и задумчиво смотрел вдаль. За шпилями Танагуры и небоскребами Мидаса Керес не был виден, но взгляд Ясона был устремлен именно туда, будто пытался проникнуть сквозь преграды и расстояние. Всю прошлую ночь он ждал возвращения Рики, сидя на его маленькой кровати и держа в руках подушку, которая еще хранила знакомый запах. В тот момент Ясон жалел, что до сих пор не поселил Рики в Мидасе — подальше от трущобных связей. Сегодня чип Рики по-прежнему подавал сигнал из центра Кереса. «Всей компанией кутят в закусочной, — еле слышно сказал Катце, когда позвонил с докладом несколько часов назад. — Что-то празднуют. Там же спали». Вид у него был совсем больной: взгляд потух, вокруг глаз появились темные круги, щеки ввалились, от чего высокие скулы проступили еще четче. «Нервное истощение и переутомление» — так звучал вердикт врача. Ясон был озадачен, ведь никогда раньше Катце не болел. Похоже, Рауль не внял предупреждению. Прошел еще час — Рики так и не покинул закусочную. Ясон подошел к терминалу, набрал номер, быстро ввел данные и снова отошел к окну. Он долго смотрел, как тускнеют краски неба и лишь когда в его восточной части засветились диски амойских лун, вернулся к столу. Два звонка раздались почти одновременно: один в дверь, другой на терминал. Ясон впустил посетителя. Курьер-андроид поклонился и со словами «это личная доставка» вручил ему запечатанный конверт. Не дожидаясь, пока закроется дверь, Ясон вернулся к терминалу, бросил конверт на стол и, приняв звонок, услышал: «Источник сигнала найден по указанным координатам. Идентификационный чип был завернут в салфетку со следами крови и находился среди отходов на заднем дворе заведения под названием «У Херма»». Ясон прервал связь и замер, глядя прямо перед собой. Катце соврал. Рики пропал. Взгляд Ясона упал на конверт. Внутри оказалась карточка с выгравированным именем Паора Таассы. Аккуратным твердым почерком на ней было написано: «Вы ничего не потеряли, господин Минк?». Судя по сигналу с комма, Катце находился в своем мистральском офисе. Ясон опустил карточку в карман, накинул плащ на плечи и вышел из кабинета.

***

      Катце поставил точку и перечитал написанное. Уже второй час он подбирал слова, писал, стирал и начинал заново. Теперь наконец прощальное письмо Ясону было дописано. Катце положил перед собой сигарету и поправил галстук. Перед тем как приехать в офис он долго выбирал его. Темно-синий, мягкий, шелковистый — его закрепленные элегантной булавкой складки как ласковое объятие — единственное, которое было у Катце. Он еще раз взглянул на голоэкран, на сухие строчки, которые не передавали и сотой части его отчаяния. Рука потянулась к сигарете и замерла в нерешительности. «Боли не будет» — Катце вспомнил собственные слова и посмотрел в окно, где Мидас уже блистал своим ночным великолепием. Внезапно звякнул сенсор, открылась дверь — и руки Катце задрожали. Ясон молча прошел к столу, плавно опустился в кресло, положил ногу на ногу и устремил на Катце холодный взгляд. Катце попытался встать и поклониться, но ноги отказали ему — он упал обратно в свое кресло. Он смотрел на блонди и не мог понять, отчего его лицо расплывается у него перед глазами. Вдруг он почувствовал, как по щеке поползла прохладная капля. Он быстро смахнул ее и нащупал на столе зажигалку. Ясон встал. — Ты забыл, Катце, — тихо заговорил он, обходя стол, — что ты моя собственность и только мне решать, жить тебе или нет. Он высвободил сигарету из застывших пальцев Катце. — Мне знаком этот окрашенный фильтр, — продолжал Ясон, — я даже знаю, каков на вкус проходящий сквозь него дым. Катце трясло — умереть в ласковых объятиях наркотика Ясон ему не позволит. Всё потеряно. Шансов нет. И скрывать уже тоже нечего. — Господин Ясон, — хрипло заговорил он. — Я обманул вас. — Да, — ответил Ясон, — удалить чип — не идея Рики, ведь он о нем не знал. То есть ты не просто прикрыл его побег — ты его организовал. И ты не мог не понимать, что тебя за это ждет. — Виной больше, виной меньше, — прохрипел Катце и сглотнул. — Мне уже нечего было терять, я решил сделать хоть что-то для него. Глаза Ясона сузились. — Виной больше или меньше? — тихо спросил он. Катце опустил глаза и выдохнул: — Господин Рауль поставил вас в известность о моих махинациях с тиллоном… Я был бы слишком наивным, если бы ждал снисхождения. — С тиллоном? — переспросил Ясон таким тоном, что Катце затрясло еще сильнее. — Хочешь сказать, что попрощался с жизнью из-за своих ничтожных сделок и только поэтому допустил глупость с Рики?! Катце непонимающе уставился на Ясона. Тот навис над ним и прошипел: — Неужели ты думаешь, что я не знал о твоих делишках, глупец? Если бы меня это хоть сколько-то беспокоило, я бы давно принял меры! Катце показалось, что его сердце вот-вот остановится. — Но… — промямлил он едва слышно, — …господин Рауль ясно дал понять… И тут Катце осенило. Он не закончил и со стоном уронил голову на руки. «Ясон знает о твоих тайных сделках». Рауль сказал правду, прекрасно зная, как она подействует на Катце. «Он знал, что это напугает меня, — подумал Катце, — лучше бы он и правда меня просто убил — до того, как я начал думать о смерти сам». — Я сделал глупость, господин Ясон, — прошептал Катце, с усилием поднимая взгляд, — поставил под удар себя и репутацию Танагуры… Но я не раскаиваюсь, что помог Рики бежать. — Репутацию Танагуры ты поставил под удар? — ядовито процедил Ясон. — Эти жалкие чиновники сегодня есть — завтра нет, и твои сделки — даже не капля в океане. Да кого они вообще интересуют! Ты поставил под удар не Танагуру. Благодаря тебе Рики лишился единственного, что могло помочь его найти! Ясон сделал резкое движение, и Катце сжался в ожидании удара. Вместо этого перед ним на стол шлепнулась белая гравированная карточка. Несмело, как будто она могла его обжечь, он взял ее в руки, осмотрел с обеих сторон и потрясенно уставился на Ясона. — Поздравляю, — сказал тот, придавив Катце взглядом, — ты подарил моему противнику самое действенное оружие против меня. Ты преподнес ему Рики. Катце обвел комнату непонимающим взглядом, коротко вздохнул и провалился в темноту. К действительности его вернула увесистая пощечина. Ясон по-прежнему возвышался над ним. — Я не понимаю… — безжизненным голосом заговорил Катце, — …никто не знал, как и к кому я отправил Рики. Ясон усмехнулся и, возвращаясь в кресло, ответил: — Ты зарегистрировал груз. И это здраво. Сделай ты что-то необычное, это тут же привлекло бы внимание, а так — обычная процедура. Никто и не обратил бы на нее внимания, если бы не исчезновение Рики. — Он должен быть в безопасности, — Катце провел рукой по лбу, — я доверяю своему человеку. Он не мог… — Мог, — резко прервал его Ясон, — а если не мог он, то могли его. Катце закрыл лицо руками. — Я не предполагал, что такое может случиться, господин Ясон, — прошептал он. Он снова посмотрел на Ясона. — Так это не ваши люди следили за Рики? Он говорил… — Не мои, — перебил его Ясон, — но ты должен был за ним присматривать и если бы ты это делал, то заметил бы слежку за ним. Катце отвел взгляд и хрипло проговорил: — Я не мог. Я наблюдал за ним, пока… пока вы не вернулись в его жизнь. Он почувствовал легкую тошноту от нахлынувшего откровения. Его внутренний голос был безжалостен: «Ты ревновал! Ты понял, что Рики бежит не от поводка пэта, а от равнодушия Ясона! Он хотел, чтобы Ясон любил не прежнего Рики, а его самого. А ты… Теперь получается, что фактически ты украл Рики у Ясона. Какой же ты идиот…» — Я прочитал твое письмо, пока ты был в отключке, — насмешливо сказал Ясон. Катце будто кнутом стегнуло — Ясон, элита из элиты, отказывал ему в праве на чувства. — Меня лишили гениталий, — срывающимся от волнения голосом проговорил Катце, — но не сердца. Я был мебелью, но чувствовать не разучился. Вы не знаете, что я чувствовал, видя, как Рики растет, взрослеет… Как маленький мальчик с серьезным недетским взглядом превращается в красивого юношу. Вы не знаете, каково было находиться рядом, хотеть протянуть руку и прикоснуться к его волосам, но не сметь! Вы не знаете… — Почему ты думаешь, что я этого не знаю? — резко оборвал его Ясон. — Ты решил, что если Рики рос на твоих глазах, то это дает тебе какие-то права на него! На что ты надеялся? Этот вопрос Катце уже задавал самому себе. — На что я мог надеяться? — почти шепотом ответил он. — Для меня было бы великим счастьем знать, что Рики просто будет рядом, будет летать, перенимать мой опыт и однажды займет мое место… — Но и тут ты рассудил по-своему, — ядовито заметил Ясон. — С чего ты взял, глупец, что это не входило в мои планы? Если бы Катце на голову внезапно рухнул потолок, его это потрясло бы не так сильно. — Почему? — прошептал он. — Почему я не знал об этом? Почему он не знал? Почему вы позволили ему сомневаться и мучиться? Если бы вы рассказали ему обо всем сами, он не захотел бы бежать. А я… я… — А ты не взял бы на себя роль вершителя судеб, — резко бросил Ясон. — Неужели ты настолько любишь Рики, что отказался от своего положения и самой жизни, пойдя на поводу у его заблуждений? — Заблуждений? — прохрипел Катце. Ясон встал и приблизился к нему. — Несколько минут назад ты, сверкая глазами, отстаивал свое право на чувства, — ледяным тоном сказал он, наклонившись к Катце. — Но при этом не заметил, как лишил такого права меня. Катце растерянно смотрел в глаза Ясона. «Он прав, — мысленно согласился он, — он всегда прав…» — Мне никогда не исправить своих ошибок, — выдавил он из себя. — На это всей жизни мало. А у меня ее уже просто не остается. — Всё еще думаешь покончить с собой? — с ноткой презрения бросил Ясон. Катце посмотрел на него и на удивление спокойно ответил: — Такой роскоши вы мне не позволите. Меня всегда пугала мысль об утилизации, но в последнее время я так устал бояться, что сейчас мне уже почти не страшно. — Утилизации! — фыркнул Ясон. — Если бы я разбрасывался ценными кадрами, ты был бы утилизирован много лет назад. Ты так ничему и не научился, Катце. Ты не незаменим, но ты хорош на своем месте. Я не прощаю тебе сделанных глупостей, но даю шанс искупить вину. Сейчас ценные кадры мне нужны больше чем когда-либо. Катце спрятал лицо в ладонях, чтобы Ясон не увидел его слёз. — Господин Ясон, спасибо, — глухо сказал он. — Это лишнее, — бросил Ясон и направился к выходу. Катце украдкой стер слезы и бросил взгляд на карточку. — Я знаю это имя, — пробормотал он. — Чего хочет этот человек в обмен на Рики? — Именно это я намерен выяснить прямо сейчас, — ответил Ясон и скрылся за дверью.