"Возожрем же!" и все-все-все...

-С чего начнем поиски Кисаме? - Пейн оглядел Коноху. -Как мы будем его искать?! Нас АНБУ схватят, да! Я, конечно, покажу им свое искусство, да, но... -Хочешь что-то спрятать - прячь под носом у врага, - авторитетно заявил Пейн, стараясь показать, что он очень умный. Может, это бы и прокатило, если бы он не добавил. - Хенге - фигня. Мы Акацки, и мы пройдем по этой деревне не таясь - если нас и засекут, никто не поверит, что Акацки решили пройтись по деревне не скрываясь, а, значит, нас никто не тронет! Конан покрутила пальцем у виска: -Ты давно у психиатра проверялся? -Да, а что? -Нет, уже ничего. Идем, - и Акацки вошли в Коноху. *-*-*-*-* -Я дойду до истины, чего бы мне это не стоило! - заявила Хината, обращаясь к Орочимару. - Ничто не скроется от моих восьми триграмм! Мимо восьмой команды прошли "паровозиком" выстроенные в ряд по росту Акацки. -Это же Акацки! - воскликнул Киба, выхватывая кунай. -Вы поможете мне, Орочимару-сама? - вопросила Хьюга. -Были Акацки там, - формируя печать, сообщил Шино команде. -Конечно! - Орочимару доверительно склонился к Хинате. - Я знаю, кто нам поможет. И они пошли куда-то в сторону Академии. Киба и Шино, понимая, что с Акацки вдвоем не справятся, направились за ними. *-*-*-*-* -До чего же мы несчастные Акацки, Нам законом запрещается любить, Постоянно носим чьи-то маски И с Саннином по расчету нужно жить, - тоскливо разносилось по деревне. -Что за мерзкие звуки? - поморщился Пейн. - Такое ощущение, что Хошикаге петь начал. -А я не хочу, не хочу по расчету, А я по любви, по любви хочу! Свободу, свободу, мне дайте свободу! Я рыба, я в море сбегу! - продолжал кто-то. Хидан дернул Какузу за край плаща и кивком указал на окно, в которое высунулся Кисаме. Потом указал на бар и вытащил из кармана купюру в тысячу йен. -Разделимся, - правильно поняв намек напарника, сообщил Лидеру Какузу и, схватив напарника, направился в сторону бара. Где-то наверху послышалась ругань и пение резко оборвалось. Акацки продолжили поиски Кисаме. *-*-*-*-* -Ученик мой, сколько мы с тобой не виделись! - растроганно обнимая кого-то причитал Орочимару. - Ты должен помочь нам - я такое узнал..! -Конечно, - согласился "ученик" и поправил черные очки. - Я помогу. -ЭБИСУ-СЕНСЕЙ?!! - в один голос спросили восьмые. -Да. Я веду передачу "Пусть огребут" и я помогу вам. -Эх, - вздохнул Саннин. - помню я то время, когда только создавал эту передачу... *-*-*-*-* Давным-давно, когда Орочимару не знал про всяких Мери Сью, их дорогу приключений и такое явление, как хайпожерство, он создал передачу... Так, обо всем по порядку. Когда Орочимару состоял в Акацки и являлся напарником Сасори, случилось нечто. Нечто заключалось в споре с Сасори на тему искусства, в котором Орочимару обнаружил, что у них с напарником совсем разное мировоззрение. -Понимаешь, -воодушевленно говорил Сасори. -Искусство - вечно. Оно должно существовать вне временных рамок. Орочимару, соглашаясь, кивал. -Мои марионетки - лучшее тому доказательство, - продолжал вещать Сасори. -Нет! - возразил ему Орочимару. - Мои волосы - вот лучшее тому доказательство. Они такие шелковистые, мягкие и ароматные, что даже Хаширама с Мадарой позавидовали бы! - продолжал Саннин, переставая слушать собеседника и начав расчесывать свою роскошную шевелюру. Сасори не хило так бомбануло из-за этого, и, в общем-то, так и произошел этот конфликт: -Во всем виноват Орочимару! - отмахивался марионеточник, не слушая всех претензий Пейна. -Это все потому, что ты мне завидуешь! -Пожалуй, соглашусь с Орочимару, - встрял Итачи. - Волосы - главное достоинство мужика! - "Жалко, братик так этого до сих пор не понял". -Ты... Вы ведь... Аааа! - Сасори схватился за голову. -Почему? Мои куклы - это самое лучшее, что только есть! -Для девочек, - огрызнулся Итачи. -Тогда... Тогда я подарю одну твоей маленькой сестренке! Итачи разозлился: -Шаринган! -Танец сотни марионеток! Орочимару вздрогнул: -Постойте! Вам может помочь независимый эксперт! Этот эксперт - я! *-*-*-*-* -Так она и появилась - моя первая хайповая тема. Эх, были же времена! - с ностальгией вздохнул Саннин, заканчивая свой рассказ о том, что было когда-то давно.