Через... к звёздам

      Хищный, узкий силуэт корабля устремлялся вверх, выгодно выделяясь грозной красотой на фоне бочонкообразных транспортников, плоских летающих «тарелок» или хвостатых «бубликов» других рас. На последней ступеньке узкого трапа сидел ещё один чужак, только у этого лицо было не такое узкое, да волосы тёмные. Он ждал, мечтательно глядя куда-то, видное только ему одному и встрепенулся, когда заметил приближающегося Икиру. Позади серокожего топали ребята и старались не слишком сильно пялиться по сторонам. — Вот, Таскэ, я не слишком долго выбирал, эти продавались парой, закупные. Тебе они как? — Ты с покупкой, — улыбнулся Таскэ, — а это уже хорошо. Откуда они? — Не знаю, торг был от гуиннгов. — Ааааа, слышал, они в последнее время три планеты колонизировали. Ты инструкцию-то взял? — Сказали стандартная. Ну, идём, знакомиться с покупками?       Внутри корабль оказался неожиданно большим и пустым. Центральный отсек состоял из полукруглой рубки управления с огромным обзорным экраном посредине, сейчас через него виднелся чужой корабль, и двух жилых кают, между которыми располагалась зона отдыха, служившая одновременно столовой. Вдоль одной стены располагалось то, что после размышления ребятами было принято за кухню, потом оказалось, что они не ошиблись, вдоль другой находились полки, заставленные тонкими пластинами с символами по краю. У дальней стены, как раз напротив экрана стоял обычный стол с парой узких диванов по обе стороны. В общем, если бы ребята не знали, что это корабль чужаков, то решили бы что это декорации какого-нибудь фантастического фильма. Но стоявшие позади инопланетяне развеивали первое впечатление.       Чужаки дали возможность осмотреться, а затем сели в кресла, и развернулись к своему приобретению. Первым начал беловолосый. — Я, Окума Икиру, капитан «Туманной звезды», это Нигаи Таскэ, пилот-навигатор и мой иши*. Вы наши тархи. Я приобрёл вас для выполнения некоторых обязанностей. В них входит уборка, приготовление пищи, выполнение приказов по необходимости, предоставление тела для снятия сексуального напряжения. От вас требуется послушание, молчаливость, подчинение приказам, телесная чистота и безотказность. Вопросы?       Ребята переглянулись и помотали отрицательно головой. — Отрадно видеть такое единодушие. Назовитесь. Коротко. — Тимка, ой Тим, наверное. — Тимкаойтимнаверное? Я сказал — коротко! — Тим! — Хорошо. Второй. — Не знаю… я… ну… Зиновий. Можно Зяма, Зямка, Зям… — Твоё имя на вашем языке что-то означает? — Ну… да. Да, это что-то вроде «посвящённый Зевсу» это такой бог был в Греции. — Я буду звать тебя Кэйко, на нашем языке это означает «посвящённый богу». Похоже, верно? — проговорил второй чужак. — Икиру, ты не против, чтобы я взял себе этого? — Нет, иши, — едва заметно улыбнулся Икиру. — Тогда позволь мне насладиться своим тархи, пока не прозвучал сигнал вылета.       Чужак взял своего Зямку и увёл в комнату с изображением какой-то птицы, похожей на ящерицу с крыльями. Очень реалистично нарисована была зверюга, одни зубы только чего стоили. — Спрашивай, — проговорил капитан, как только за парой закрылась дверь. — О чём? — вызывающе глянул на него Тим. — Обо всём, но не думай, что я отвечу на все вопросы.       Парень задумался и, поколебавшись, спросил: — А вы кто вообще?       Чужак забавно склонил голову к правому плечу и подвески, закреплённые на заколке, чуть слышно звякнули. — Мы принадлежим к народу авакуни. — А это ваш корабль? — Да. Это курьерский корабль. Мы доставляем небольшие грузы и информацию. — А тут ещё кто-нибудь есть? Ну, кроме вас двоих? — Нет, бортовые системы полностью автоматизированы. Почему ты не спросишь, что я буду с тобой делать? — Потому, что узнаю это сам, — буркнул Тимка, — и скоро. — Ты прав. Мой иши уже изучает подарок. Пришло время для меня. Идём.       Тимка тоскливо вздохнул и потопал вслед за своим хозяином.       Каюта, в отличие от общих помещений не была безликой, в ней чувствовалась индивидуальность хозяина, немного своеобразная, но всё же. Вместо кровати или тахты Тимка увидел овальное углубление в стене, своим молочно-белым свечением неприятно напомнившее те капсулы, в которых их привезли на Базу. Вдоль второй стены — полукругом изгибался низкий диванчик с валиком вместо спинки и подлокотников. За ним в стене было такое же закруглённое сверху углубление с полками и полочками, на которых лежали всякие безделушки. Наверное, они имели для капитана какое-то значение, а иначе, зачем бы ему хранить раскрытую двустворчатую раковину с лиловой жемчужиной внутри, синий с золотыми прожилками минерал, статуэтку крылатой женщины, протягивающей наблюдателю звезду на ладонях. Это не было местом проживания, это был дом, куда хотелось возвращаться. — Раздевайся.       Спокойный голос развеял надежду, что они просто посидят на диванчике, нальют из узкого кувшина чего-то необычного и выпьют, обсуждая метеоритные дожди, например.       «Размечтался» — с горькой иронией подумал Тимка, стягивая с себя комбинезон. — У тебя были раньше мужчины? — спросил капитан, оглядывая сверху вниз замершего парня. — Нет. У… нас это… нельзя было. — Вот как? — Тимка засмотрелся на то, как изящно взлетает вверх тонкая бровь.       «Выщипывает он их что ли? О чём я думаю? Меня сейчас в задницу отдолбят, а я тут про брови». — Тебя нужно привязать? — Зачем? — вскинулся Тим. — Некоторые особи пугаются в первый раз, — пожал плечами Икиру, — Хотя по сути нечего. Больно не будет. — Как это не будет? — чуть не возмутился Тимка, мигом вспомнивший все слухи об анальном сексе. — Тебе встроили прибор, очищающий задний проход и расслабляющий его мышцы. Сегодня я активирую его сам, — капитан показал кнопку на узком ремешке. — А с завтрашнего дня это входит в твои обязанности. Ты будешь сам готовиться к сексу, как только получишь соответствующий приказ. — Жуть какая, трахаться строго по приказу, — тихонько, чтобы не рассердить хозяина пробормотал Тимка. — Вставай сюда, наклонись и возьмись руками за поручень.       Тимка сглотнул и принял указанную позу. Перед носом оказался тонкий свиток с письменами, повешенный на стену. Наверное, он означал что-то важное, раз висел здесь, но Тим не знал, что именно, как оказалось то, что впихнули ему в голову, переводило только устную речь. Он думал о чём угодно — о записях на тонкой бумаге или что там у них использовалось для этого, о корабле, о том, что за богиня та крылатая девушка на полке. Только не думалось о происходящем сзади. А там что-то шелестело, похрустывало и поскрипывало. Прошлёпали по полу босые ноги и на ягодицы легли узкие прохладные ладони. Чуть потянули их в разные стороны, открывая доступ. Потом ануса коснулись смазанные чем-то пальцы.       «Странно прибамбас засунули, и чистит-то он, и расслабляет мышцы, а вот про смазку не подумали. А что было бы проще — нажал кнопочку и я весь чистый, растянутый и смазанный, бери — не хочу! Ай!»       Тимка вытаращил глаза и дёрнулся вперёд, пытаясь уйти от проникновения.       «Ну и в чём тут кайф? Он мне туда что засовывает? Колбасу? Бля, больно-то как!» — Не зажимайся. Ты делаешь только хуже. — Куда уж хуууууже! — огрызнулся Тим и тут же получил удар по любимой пятой точке. — Ай! — Ты не представляешь, но может, — голос у Икиру звучал настолько спокойно, будто он пересказывал неважные новости, а не засовывал свой член в задницу другому. — Ууууууу… — Не лги, тебе не настолько больно. — Ыыыыааауууу… ой! — Уже всё.       «Что, закончил?» — обрадовался, было, Тим. И тут же понял что зря, так как в заднице начал равномерно орудовать мощный поршень. Туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда…       «Раз, два, три… шесть… двенадцать… тридцать пять… пятьдесят…. Да кончишь ты или нет, зараза серая?»       Икиру вдруг сильно прижал к себе парня и замер на несколько мгновений. Потом спокойно отошел в сторону, обмякший член неприятно мазнул по ноге, оставляя мокрый след, и произнёс. — А теперь тебе следует нажать кнопку повторно, чтобы очистить кишечник от моей спермы и вернуть мышцы к их привычному состоянию.       «Лектор, мать твою так!» — восхитился Тим, просто физически чувствуя, что внутри становится чисто, а растраханной дыры больше нет.       «Мерзость эта ваша гомосятина, однако» — подумал Тим, натягивая комбинезон. И замер пронзённый мыслью — а как там друг?       С Зямкой дело обстояло немного лучше, ему сначала объяснили, что прежнее имя следует забыть и откликаться теперь он должен на Кэйко, а уж потом уложили на кровать и медленно и вдумчиво отлюбили — ему попался авакуни — романтик.       Изголодавшиеся по сексу хозяева, однако, набрасываться на парней, чтобы получить всё и сразу не стали, дали отдохнуть и привыкнуть. После краткой экскурсии по кораблю, заключавшейся главным образом в наставлениях, куда лезть не стоит, ребятам показали их крошечную каюту, где главным достоинством была совсем уж миниатюрная душевая, затем познакомили с оборудованием, упирая что нельзя трогать, а что безопасно. Пришлось поднапрячься, чтобы запомнить, хотя бы первые десятка полтора, выдали другую одежду и накормили.       И только потом, одуревших от впечатлений, отпустили отдыхать. — Ну? — первым делом спросил Тимка, стоило только закрыться двери. — Что? — Ты как? — А ты? — Спать хочу, — подумав, выдал Тим. — И я. Только помоюсь и сразу лягу. Ты на какой кровати? — На верхней, конечно, — пожал плечами Тим, знавший, как вертится ночами его друг. — Ладно. Ну, я пошёл? — Иди.       Кэйко, хочешь — не хочешь, а придётся привыкать к новому имени, постоял еще несколько секунд и шагнул под душ. И чуть не выскочил назад, когда его вдруг отгородила от остальной каюты непроницаемая для воды завеса.       Гораздо позже, когда ребята уже лежали на узких ложах, пытаясь уложить голову на жёсткий валик в изголовье, Тим тихонько спросил, как прошёл у друга первый опыт. — Так себе, — было видно, что Кэйко пожал плечами, — нет, он старался, конечно. Но мне как-то не очень. — И мне. — И что теперь делать? — Расслабиться и получать удовольствие, — мрачно ответил Тим. ______________ *иши — младший побратим, тот, кого взял под опеку и покровительство сын высшего клана. Обычно это бывают члены экипажа, раньше воздушных кораблей, теперь космических.