— Ненавижу тебя! — А я тебя люблю!

Я плыву по озеру. Оно такое красивое, аж дух захватывает. Вода чистая, тёплая. Игривые солнечные блики заставляют жмуриться. Как хорошо! Доплываю до самой его середины и разворачиваюсь, смотря в сторону берега. На берегу стоит Стас и машет мне, счастливо улыбаясь. Такой красивый, любимый. Хочу ответить ему тем же. Собираюсь поднять руку в ответ. Но вдруг резко начинаю тонуть, захлёбываясь. Мне не хватает воздуха. Я вскидываю руки и начинаю уходить под воду. Последнее, что вижу, это то, как Стас резко стаскивает с себя футболку и с ужасом на лице бежит к воде. Я резко вскочил, хватая ртом воздух. Оказывается, чтобы я пришёл в себя, меня поливали водой. Ну, как поливали, практически топили. Я, сплёвывая воду, сел, вытирая лицо футболкой и пытаясь привести дыхание в норму, но никак не мог надышаться. Было очень светло. Оказывается, в этом помещении можно включить свет. Глаза с непривычки снова сильно заболели и начали слезиться, поэтому смотрел в пол, часто-часто моргая. — Очухался? — опять этот наполненный ядом голос. Я прислушался повнимательнее. Чёрт, почему он кажется мне таким знакомым? Я поднял взгляд на говорившего. Мои глаза уже более-менее привыкли к свету. — Ну, чё уставился-то? Соскучился, небось? А? Я узнал этого человека. Мать твою, не может быть!? Этого просто не может быть! — Что вылупился? — болезненный удар под дых. Я закашлялся. — В том, что я тебя бросил тогда, был всё-таки один существенный минус, — начал говорить он, — после расставания с тобой никто не делал мне такого охуительного минета, от которого аж звёздочки перед глазами плясали. Но всё равно до него тебе ещё далеко. — До кого "до него"? — машинально уточнил я, за что поплатился ещё одним ударом теперь уже по рёбрам. Сука! А на вопрос так не ответил. Это, мать твою трижды за ногу, Костя! Это Костя! Как так-то? Поверить не могу. Но глаза не врут. Это он. Мой бывший парень. Охуеть! Охуеть! Просто слов нет. А он изменился. Волосы отстриг, вытянулся. Такие волосы короткие, даже и не узнал бы сразу, если б не голос. Ведь сколько мы с ним встречались, он всегда собирал волосы в хвостик и ни разу за то время, что мы были вместе, не ходил в парикмахерскую. А я и не настаивал. Мне было похуй. Хотя волосы у него, по моему мнению, были слишком длинные для парня, аж до лопаток, и чёлка. А сейчас обычная модельная короткая мужская стрижка. А говорил, что никогда не отстрижёт свои драгоценные патлы. Врал. Он всегда и по любому поводу мне врал. Сукин сын! Ублюдок! Урод! Он что-то снова начал говорить и с пеной у рта доказывать. Но я даже слушать его перестал. Просто привык абстрагироваться от звука его голоса ещё со времён наших отношений. Ведь всегда он потрещать любил. Эгоист! Лишь бы были уши, а он в них своё говно зальёт с удовольствием. Как заведёт свою шарманку, так не заткнёшь до самого заката. Бубубу-бубубу! Аж бесит! Только во время секса затыкался. Вот поэтому мы с ним столько и трахались. Нет, иногда мне просто хотелось, но чаще всего я соблазнял и ложился под него, лишь бы не слушать его вечное нытьё по поводу и без. Хотя раньше я не концентрировал на этом своего внимания. Ну, трахались мы как кролики и трахались. Мне не казалось это чем-то странным, необычным или диким. Просто регулярная сексуальная жизнь. И только сейчас ощутил, как же изводили, раздражали меня его постоянные жалобы на жизнь, а жаловаться он очень любил, просто обожал. А я ещё совсем недавно размышлял над тем, что должен быть благодарен ему за наши отношения. Дурак, я просто дурак! Да, сколько всего нового узнаёшь о человеке, стоит с ним только расстаться. Столько всего осознаёшь, стоит ему тебя похитить... — .. Эй, придурок! Ты меня слушаешь вообще? — я получил болезненный тычок в плечо. — Блин, каким ты был недалёким, таким и остался, — потирая плечо, язвил я, — я же тебе уже говорил, что меня Паша зовут, Паша Мальцев. Ох, я и не думал, что твоя память настолько плоха. Мы же с тобой целых два года встречались. А ты до сих пор не смог запомнить моего имени, записывай, что ли, или таблеточки какие-нибудь для памяти попей. Говорят, помогает. Да, и ещё, кончай пиздеть над ухом. Заебал! Уже голова болит от твоего трёпа. Я знал, что говорить этого не следовало, знал, но смолчать не смог, поэтому, закончив свою пламенную речь, сразу же получил тяжелым ботинком пару раз по рёбрам. Я задохнулся от боли, но продолжал скалиться. Он моей покорности не дождётся. — Заткнись! — истерично завопили над ухом. Так и хотелось оттолкнуть этот дичайший источник шума, который выводил из равновесия, но боль ощущалась слишком сильно, дать отпор не было сил. — А то "что"? Перейдёшь на ультразвук? — в очередной раз отбрил я этого урода. Пусть я и не мог ему врезать, язык-то мой всегда оставался при мне. Хе-хе! — Да что ты с ним возишься!? — я услышал ещё один голос. Переведя взгляд, я увидел своего врача. — Эд, ты мне, конечно, родной брат, но это не твоё дело! Не лезь, я с ним сам разберусь! — Костя бесился. Блядь, и как я мог встречаться с этой истеричкой? Я же гей, а не конченый мазохист, чтобы нацелено разрешать трахать себе мозг. Да уж! — Ну ладно, как знаешь, — пожав плечами, он направился к выходу, но перед этим как-то странно посмотрел на меня и.. облизнулся? Что за нахуй? Когда тот окончательно покинул помещение, я сказал: — Ты чего ко мне пристал-то? Отпусти меня, я никому не расскажу об этом. — Ты и так ничего не расскажешь, даже если я тебя не выпущу, я при любом раскладе в плюсе, поэтому сиди. — Что ты хочешь от меня? — От тебя? — пауза. — Чтобы ты под ногами не путался! — В смысле? — В прямом, я не позволю тебе нам помешать, я тебе его не отдам, я всё равно буду с ним. — С кем? Я вообще ничего не понимал. Либо я такой тупой валенок, либо Костя на ком-то помешался и думает, что я им могу как-то помешать. Ну, дебиил... — Всё потом, всё потом, — сказал он, загадочно размахивая рукой. Он вышел и запер дверь снаружи, а потом снова помещение погрузилось во тьму. Я обессиленно рухнул на матрас, судорожно вздохнув. Тело отзывалось болью при каждом резком или неловком движении. Да уж, убежать далеко не получится. Всё болело. Аж выть хотелось. Что ему надо? Мы же вообще три года с ним не общались. Нет, первое время, конечно, я пытался вернуть его, но он совершенно не шёл на контакт, просто исчез: на звонки не отвечал, в его универе вообще сказали, что он перевёлся куда-то. И я опустил руки. Но бросил я попытки ещё и из-за Стаса. Он со своими придурками проходу мне не давал. Уже, если честно, было не до возврата своего бывшего, который бросил меня после минета. Ублюдок! Как же я устал! Почему мне не дают просто спокойно жить? То одно, то другое. Как будто издеваются надо мной! Я закрыл глаза. *** В этой темноте хрен поймёшь, сколько времени прошло. Может, я уже тут двое суток сижу, а может, и больше, кто знает? И словно в подтверждение этому у меня заурчало в животе. Ну, конечно! Я повернулся на бок и потянулся к подносу с хлебом и бутылкой, которую припас на особо сложные времена. Нащупав и случайно опрокинув бутылку, которая с гулким шумом упала на пол, я осторожно схватил всё и сел на матрасе. Аккуратно дотрагиваясь, я понял, что теперь еды там было побольше. Вроде бы, на подносе лежал какой-то пакетик с чем-то. Я открыл его, ну как открыл, разорвал, я не мастер развязывать эти морские узлы, и понюхал. Пахло копченым мясом, кстати, и хлеба больше стало.. Ммм, а неплохо так. Хоть перекушу более-менее по-человечески. Да и бутылок теперь было две. Потряс одну. Она была полная. — Ну хоть голодной смертью не помру, да и нужду теперь есть куда справлять, — с издёвкой в голосе произнёс я в тишину и начал есть. Хотя вряд ли мне позволят здесь помереть, я тут зачем-то им нужен. Я ел медленно, основательно пережёвывая, чтобы сосредоточиться на ощущениях. Устал, я просто устал. Устал злиться, устал бояться. Устал. Вдруг раздался щелчок замка. И я снова вздрогнул от неожиданности. Свет включился. Дверь отворилась. Я зажмурился, прикрыв глаза рукой. Проморгавшись, я резко вскочил на ноги, уронив еду на матрас. Но меня быстро осадили, больно ударив в район солнечного сплетения. Я задохнулся воздухом и рухнул на матрас. — Сука! — прошипел я, но Костя меня проигнорировал, что было очень странно. — Жрёшь? А, ну жри-жри, — произнёс парень, будто в помещение был только он один. — Что тебе ещё делать-то? Только спать и жрать, — прозвучало даже как-то ласково. Я промолчал. А что говорить-то? Подняться я не мог, ответить что-то толковое тоже. Вздохнуть и то мог с трудом. А ему, видимо, вообще было похуй, отвечу ли. Ему, наверное, срать было, как я отреагировал бы. Он был полностью поглощён собой и не слышал меня. Он был в жутко хорошем расположении духа, даже странно стало. Практически насвистывал от счастья. — Выпусти меня! Сука! Я тебя ненавижу! — Тоже мне, новость! И без сопливых в курсе! — Костя гаденько улыбнулся. — Кстати, всё забываю спросить: как тебе мои цветочки? Понравились? — он аж засветился весь. — Какие цветочки? — недоумённо выдал я, нахмурив брови. — Те самые, ещё записочка к ним такая прелестненькая прилагалась, ах, — он захлопал в ладоши, кретин. — Сам сочинял! Я погрузился в недра памяти, пытаясь вспомнить про его "цветочки". — Уу, ну ты и тормоз! Ладно, ты вспоминай, а я пойду. Дела у меня. И снова помещение погрузилось во тьму. Я тяжело вздохнул. Держась за живот, аккуратно повернулся на бок, зашипев от боли. Я продолжил копаться в памяти и, как только меня посетило озарение, открыл рот от удивления: — Так это был он! — неловко вскочив, я задохнулся от боли. — Ох! — я схватился за рёбра и осторожно, стараясь не делать резких движений, лёг обратно. — Сука! Как же я тебя ненавижу! Да, Костя, это я тебе говорю! Очень надеюсь, что ты меня сейчас слышишь и примешь эту информацию к сведению! Я в сердцах ударил по полу кулаком и ещё больше разозлился. Бля.. Получается, что букет прислал не Стас? Неужели, неужели Стас не причастен к этой записке дебильной? А ведь в ней русским по белому было написано, что написавший принимает поражение и что я не дурак, раз не повёлся. Это было сделано для того, чтобы настроить меня против Стаса? То есть, может быть, что и к спору он никакого отношения не имеет? Но мог ли Стас посмеяться надо мной с помощью Кости? "..я не позволю тебе нам помешать, я тебе его не отдам, я всё равно буду с ним.." Эта фраза набатом прозвучала в моей голове, напомнив о себе. Кого он не хотел мне отдавать, если я за всё время встречался только с ним и Стасом. И больше вообще ни с кем не общался. Неужели... Стас и Костя... Они были парой раньше? А отец Стаса развёл их. Кстати, опять он встрял. Что за человек? Как можно настолько не желать счастья своему сыну? — Да ну, нахуй! Не может быть такого! — вскрикнул я от того, насколько абсурдно было моё предположение. Стас и Костя встречались? Да ну, бред собачий. Ещё Эд этот. Как говорится, не пришей кобыле.. И тут меня снова словно обухом по голове стукнуло! Блядь, ну точно! Стас же рассказывал об Эде как о брате своего бывшего. И сам Костя обращался к нему "брат". Да, а ведь всё сходится. Ещё в больнице черты лица этого молодого врача мне показались крайне знакомыми. Получается, это его брат. Да и фамилия у них одна. Идиот я, не смог сложить два и два. Но Костя мне никогда о нём не рассказывал ничего. Ещё один камень в его огород! Но.. Стас.. если этот спор и букет был красиво преподнесён Костей, значит ли это, что Стас к этому не имеет никакого отношения? Он просто стал жертвой обстоятельств. Костя захотел его вернуть после стольких лет разлуки. Но тут не вовремя я нарисовался. Стас влюбился. О Косте забыл. Но вот Костя-то ничего не забыл. Ничего не понимаю. Стас говорил, что не видел его много лет. Тогда откуда Косте известны такие подробности его личной жизни? Сумасшествие какое-то! Может, они заодно? Тогда почему Стас так странно вёл себя? Всё это время просидел под моей дверью, он выглядел очень несчастным. И потом просто скрылся, а затем мне доставили букет с запиской. Хмм, это так странно.. А главное, непонятно. Просто не понимаю, зачем Стасу было меня завоёвывать? А Косте далекие три года назад бросать меня как раз после минета, который видел Стас, если они заодно? Но тогда по выражению лица и по эмоциям в глазах Стаса не было видно, что он узнал Костю. Стас смотрел только на меня. Зато Костя был в таком шоке, у него аж опал. Получается, всё это время Костя лелеял план отыскать и завоевать парня снова. Но тот, судя по всему, не поддавался, поэтому Костя пошёл на крайние меры. Он решил нас рассорить. И у него это практически получилось. Правда, когда я уже был готов поговорить со Стасом, он тут же исчезает. А мне приходит букет, который заставляет меня убедиться, что Стас просто использовал меня. Но это не правда! Я чувствую! Он, да, он непричастен к этому! Тупой развод вырисовывается, точнее вообще кажется, что и не было никакого спора. Чушь какая-то! У меня за спиной словно крылья появились. Нет, Стас не предавал меня. Да, пусть мои умозаключения не слишком логичны и практически не имеют доказательств, но тогда зачем мне Костя намекнул о цветах!? Да, именно для того чтобы я понял, что как последний долбаёб повёлся на детский развод. Может, я стараюсь оправдать Стаса. Но мне непонятно, зачем нужно было меня похищать, чтобы просто посмеяться надо мной и унизить? Неужели победа в споре, в существовании которого я уже очень сомневаюсь, настолько важна, что стоит похищения человека? Да и Стас, не знаю даже, не выглядел как-то подозрительно. Нет, я его великую актёрскую игру не отменяю, конечно. Но выглядел он разбитым, по-настоящему разбитым. Будто теряет что-то очень важное в жизни. Осознание того, что, а точнее, кого он теряет, окатило меня холодной волной. Это был я. Все его крики, шёпот, злость и несдержанность были лишь для того, чтобы не потерять меня. Я вздохнул. Никому такого не пожелал бы, даже злейшему врагу. Ведь если это так и есть, Стас просто оказался жертвой обстоятельств и неправильного окружения. Стас... Костя хочет вернуть Стаса. А для этого тот должен меня забыть. Не видеть. Не слышать. Не чувствовать. Вообще не вспоминать обо мне. И Костя для этого всё сделал бы. Поэтому меня и похитили. Но куда делся сам Стас, который дневал и ночевал под моей дверью несколько суток. Может, с ним что-то случилось? Может, Костя и сюда влез? Неужели ему хватило ума что-то сделать и с ним? Сомневаюсь, что похищение самого Стаса вернёт тому былые чувства. Если Стас не виноват, то я зря на него наехал. Зря ударил, зря мучил. Зря сам мучился и истерил. Однако ведь ни я, ни Стас не могли предположить, что встрянет наш "общий" бывший. Да уж, кому расскажешь — не поверят. Это ж бред. Встречаться с двумя совершенно разными парнями, которые впоследствии полюбили друг друга. Хмм... полюбили. Стас... Я закрыл глаза. Передо мной встал его образ. Его глаза, его улыбка. Мои собственные глаза подозрительно защипало. Я открыл их и поднял к потолку, пытаясь проморгаться. — Стас, где же ты? А вдруг.. вдруг я его больше не увижу никогда? А я так и не сказал ему этих трёх самых заветных слов! — Я люблю тебя, Стас, — прошептал я в темноту, надеясь, что, где бы он сейчас ни был, он услышит меня.