Coexisting

— Ah… Mama… si… si pero uno momento… Эй, Амели! Амели едва успела опустить кипу книг и перехватить телефон, который ей бросили через всю комнату. Она раздосадованно зашипела, когда пара книг все же упала ей на ногу, но поймала телефон и тут же показала средний палец своему новому соседу, который лишь рассмеялся и послал ей воздушный поцелуй. Держа телефон в руке, Амели прокашлялась и произнесла с легким акцентом: — Bonjour, мадам Рейес! Габриэль закатил глаза, когда его мать по ту сторону телефона закричала от радости: — Mija, mi corazon [1], как приятно снова слышать твой голос! Сваливая стопку вещей, которую она должна была убрать, Амели упала на маленький диван и, пользуясь паузой, переложила телефон из одной руки в другую. — Взаимно. Я успела соскучиться. — Амели, я слышала, что случилось. Мне так жаль. Ты в порядке? Амели выдержала паузу, прежде чем ответить: — Я… Мне уже намного лучше, спасибо. — Она улыбнулась, намеренно избегая зрительного контакта с Габриэлем. Ей и не нужно было смотреть на него, чтобы знать, насколько у того обеспокоенный вид. И между тем она слишком поздно поймала себя на том, что буравит взглядом руку, на которой несколько недель назад сидело красивое обручальное кольцо. — Рано или поздно все наладится, если вы об этом. Габи нужен был сосед по комнате, и я вот-вот приступлю к новой работе, вниз по улице — и я там,— отшутилась Амели. — Со мной все будет в порядке, все это лишь к лучшему. — Ay mija, ты такая сильная. Приезжай ко мне поскорее, por favor [2]. Я опять что-нибудь приготовлю. Амели улыбнулась при мысли о её стряпне, при этом совершенно бесплатной. — Поверьте: это произойдет очень скоро. — Только вот… я хочу попросить тебя об одной услуге. — Все что угодно. — Это касается Джека… Амели закусила губу, разрываясь между желанием стукнуть безучастного мужчину на кухне и открыто рассмеяться. — Хорошо, я уже в деле. Мать Габриэля с облегчением вздохнула. — Он такой хороший парень, а я знаю: Гейб еще тот упрямец… — Я не успокоюсь, пока с этим не будет покончено. — Что это вы тут задумали?! — воскликнул Габриэль, размахивая перед Амели канцелярским ножом — ничуть не угрожающе. Она усмехнулась и, прикрыв динамик рукой, прокричала в ответ: — Твоя мама хочет, чтобы я убедилась, что ты стираешь свое белье, придурок. — Besa mi culo puta [3], — выругался он, но продолжил расставлять миски и чашки, стоящие в кухонном шкафу, среди которых теперь была и персональная посуда Амели. — Gracias mija, я скоро свяжусь с вами двумя. — Merci, мадам Рейес, до скорого. Переезд не доставил неудобств: большая часть мебели принадлежала Жерару, и он был намерен оставить её себе, так же как и уютный дом в горах, в котором они некогда жили. Меньше чем через неделю вся жизнь Амели перевернулась с ног на голову, но, к счастью, её лучший друг и редкостный придурок оказался рядом. Она заняла вторую спальню, в которой некогда жил бывший сосед Габриэля, Джесси, пока не переехал к своему парню. Здесь по-прежнему витал запах дешевых сигарет и еще более дешевого одеколона, но пара свечей и открытые окна легко исправили бы ситуацию. Коллекция Габриэля пополнилась книгами, фильмами и посудой Амели. Туалетные принадлежности, туфли и вещи, которых было слишком много, чтобы уместить в шкафу, пока что отложили в сторону. Так Амели и переехала. Они упали на диван, глядя на экран по-прежнему выключенного телевизора, и между ними установилась комфортная тишина, какой не бывало с самой старшей школы, пока Амели не нарушила её своей громкой фразой: — То местечко с китайской едой недалеко отсюда, верно? — Господи, только не это, — простонал Габриэль. Но Амели уже набирала номер, чтобы заказать еду на вынос. — Слишком поздно — я уже звоню. — Амели, ты живешь здесь меньше часа. Мы ведь не будем ругаться из-за этого? Но она уже делала заказ и, когда Габриэль собрался было возмутиться, приложила ладонь к его рту. На этот раз он признал свое поражение, твердя себе, что это первый день Амели в новом доме, где он — радушный хозяин. Кроме того, он рассчитывал на дополнительную порцию жареного риса. — В следующий раз закажем пиццу, — проворчал он, ударяясь своим плечом о плечо Амели, и остановил выбор на небольшой коробочке с рисом. — Это место ужасно. У тебя совсем нет вкуса? Габриэль замер с палочками с жареным рисом в паре сантиметров ото рта и обиженно выдохнул: — Даже не знаю, собираюсь ли я работать над этим, Амели. Она рассмеялась, опираясь о столешницу, держа в руке коробочку лапши на вынос. — Хуже для нас же двоих, но, полагаю, вместе мы как-нибудь справимся… По крайней мере, могло быть хуже. — Амели пожала плечами, окидывая взглядом свой новый дом. Он очень отличался от её предыдущего: он был намного меньше, но ничуть не тесным. Габриэль был неотесанным придурком, но хотя бы не грязнулей. Мужчина молча наблюдал за Амели, которая смотрела вокруг оценивающим взглядом. — Ay, ven aqui [4], — сказал он, кивая головой в сторону штор за небольшим диваном. — Хочу показать тебе мое любимое место, — он широко улыбнулся, подходя ближе и раздвигая шторы — Амели и не представляла, что может быть за ними. — И это ты, конечно же, исключил из нашей экскурсии? — Если честно, я планировал ограничиться тем, какая комната твоя и где ванная. Не желая выпускать из рук коробочку с рисом, Габриэль отодвинул стеклянную дверь плечом и прошел дальше, Амели — следом. Их квартира находилась на третьем этаже. Маленький балкон вмещал в себя два стула и небольшой стол и казался убежищем, принадлежащим лишь им двоим. Смотреть тут было особо не на что: отсюда открывался вид на малооживленную улицу, вдоль которой стояло еще больше домов и магазинов. Но здесь было чисто и уютно. — Миленько, — Амели улыбнулась, занимая место возле Габриэля. Некоторое время они сидели молча, глядя на редкие проезжающие мимо машины и людей, шагающих по пешеходной дорожке. Ничего примечательного — тишина и умиротворение. — Спасибо тебе, Гейб, — тихо сказала Амели, расслабляясь. У нее в руках была любимая лапша, вокруг витала спокойная атмосфера пригорода, а рядом сидел единственный человек, которого она могла назвать своим лучшим другом. — Я уже подыскиваю себе жилье, Амели. Она удовлетворенно хмыкнула. — Кажется, сейчас неплохое время, чтобы спросить тебя насчет питомца-паука? — Насчет… — Но он не закончил своей фразы: что-то привлекло его внимание настолько сильно, что он даже отставил в сторону свою коробочку с рисом. — Зацени-ка, — он ухмыльнулся, вставая с места и перевешиваясь через край балкона, и присвистнул: — Эй, Спиди [5]! Любопытство взяло верх — Амели отвлеклась от еды и тоже поднялась. На другой стороне улицы была одинокая бегунья в ярко-желтой толстовке с натянутым на голову капюшоном. Она тут же остановилась, как только услышала, что её зовут. При взгляде на испанца лицо девушки просветлело. Она вынула из ушей наушники и стянула с головы капюшон, улыбаясь настолько лучезарной улыбкой, что её можно было увидеть за несколько миль. — Габи! — она широко улыбнулась, активно помахивая рукой. Габриэль приложил ладонь ко рту и крикнул: — Ты снова забыла, да? Выражение лица девушки тут же изменилось. Она захлопала руками по карманам в поисках чего-то, но, разумеется, ничего не нашла. — Ох, дерьмо… Честное слово, я не собираюсь превращать это в привычку! Амели подперла кулаком подбородок, наблюдая за отработанными до автоматизма действиями. Бегунья, тяжело дыша, перебежала дорогу, когда Габриэль отошел от перил. — Это моя маленькая подружка, — он рассмеялся, вынимая бутылку воды из холодильника, стоящего в углу и по большей части заполненного как минимум полдюжиной таких же бутылок и пивом. — Она три или четыре раза за день обегает квартал и даже не останавливается. Я почти уверен, что она на самом деле машина или что-то вроде того. Амели испустила драматический вздох: — Я думала, я единственная женщина в твоей жизни, Гейб. — Замолчи… — фыркнул он, беря бутылку охлажденного пива, прежде чем перевеситься через край балкона. Внизу стояла миниатюрная бегунья, смущенная своей забывчивостью. — Берегись! — Спасибо! — девушка широко улыбнулась, поймав бутылку воды, и на мгновение замерла, пристально разглядывая её, прежде чем разразиться смехом: — О-о-о, в этот раз она даже не открытая. Амели усмехнулась. — Кто-то теряет хватку, м? — Эй, я не горю желанием давать свидетельские показания, если она упадет и умрет, — проворчал Габриэль, делая большой глоток пива, игнорируя осуждающий взгляд Амели и надменную улыбку. — Гейб, не хочешь объяснить мне, кого тебе пришлось убить, чтобы заполучить такую красотку? — Девушка указала на Амели уже полупустой бутылкой. — Ты никогда не найдешь тела. Это моя новая соседка — Амели. — Рада знакомству, — вежливо улыбнулась та, махая в ответ рукой. Глаза девушки расширились от удивления, когда она услышала акцент Амели, а затем её губы тронула легкая улыбка. — Лена Окстон! И я ужасно сожалею, что тебе приходится терпеть его. Амели пожала плечами: — Кому-нибудь, да пришлось бы. — Для этого есть я. — А где Джесси? — Со своим дружком, — фыркнул Габриэль, делая еще один большой глоток. Девушки обменялись между собой быстрыми взглядами, которые словно говорили, что думают они об одном и том же. — Кажется, кто-то немного завидует. — Даже с высоты трех этажей можно было увидеть, как изогнулась бровь Амели. — Определенно. — Знаете, идите вы обе к черту, — пробормотал Габриэль. — Эй, разве… Разве тебе не нужно никуда идти? Бежать вдоль дороги или что-то вроде того. — Мне осталась всего-то пара кругов! Еще увидимся. Но Габриэль уже занял свое место, отмахиваясь от девушки, словно от назойливого насекомого. Натягивая капюшон на непослушные каштановые волосы, Лена заскользила пальцем по экрану, выбирая новую песню, но, прежде чем двинуться, посмотрела на француженку и улыбнулась: — Приятно было познакомиться, Амели. — Взаимно, Лена, — промурлыкала она, подмигивая девушке и забавляясь тем, как щеки той покрываются легким румянцем. А затем Лена снова побежала, а вскоре и вовсе исчезла из поля зрения. Город продолжал жить своей неспешной жизнью. Вздохнув, Амели вновь опустилась на стул и вернулась к поеданию лапши. — Так что насчет питомца-паука… — Un deux trois. Un deux trois. Un deux trois. Держите осанку, дамы. Un deux trois. Амели поручили открыть новую балетную студию в историческом центре города, но на этот раз ей выдали ключи и доверили обучение. У неё был уже полный класс целеустремленных балерин, и она меньше чем за час отсеяла самых слабых. Её прищуренный взгляд и громкий голос вызывали трепет, но Амели нравилось ловить на себе взгляды учеников, полные страха или же решимости. — Очень хорошо. Перерыв на десять минут. Девушки синхронно вздохнули с облегчением, и, как только они подошли к кулеру с водой и утомленно опустились на холодный деревянный пол, от их грации и осанки не осталось и следа. Мадам Лакруа, воспользовавшись моментом, затянула волосы в тугой пучок и посмотрела в зеркальную стену, чтобы убедиться, что её внешний вид достаточно суров. Она планировала приобрести трость, когда придет время, чтобы выглядеть еще более внушительной, когда её внимание привлекло желтое пятно в отражении за окном. — А вот и снова она. — Постоянно видеть её перед глазами так утомительно. И действительно: развернувшись, Амели заметила девушку в знакомой желтой толстовке, которая совершала привычную пробежку через дорогу. — Она всегда такая? — Да, мадам. Вечно бегает. И никто не знает, почему именно. Лена добежала до угла, остановилась перед светофором, подождала, пока тот не переключится на зеленый, и спокойно пересекла дорогу. Она немного потрусила на месте, глядя на часы и сверяя пульс, а затем пулей рванула с места и исчезла из поля зрения. — Странная девчонка. — Амели пожала плечами, прежде чем хлопнуть в ладоши, привлекая тем самым внимание учеников. И хотя вполне очевидно прошло меньше десяти минут, никто не осмелился задавать вопросы. В какой-то момент желтое пятно пронеслось мимо окна, а спустя мгновение — еще раз, но уже намного быстрее. Девушки были настолько поглощены постановкой небольшого номера, что и не заметили, как их наставница отошла, чтобы поприветствовать бегунью, стоящую за окном, легким взмахом руки. Лена взволнованно улыбнулась, а затем показала пальцем на Амели, подняла руку высоко над головой и пробормотала: — Вот это да, какая ты высокая! Амели улыбнулась. Разумеется, они встречались, когда она стояла на балконе третьего этажа, так что сейчас, стоя уже на земле, она показала пальцем на Лену и, опустив руку, ответила: — А ты — крошечная… Короткий вскрик вернул Амели с небес на землю. Она развернулась и увидела растянувшуюся на полу девушку, во взгляде которой читался непередаваемый страх. Лена прикрыла рот, чтобы не рассмеяться, Амели же легко улыбнулась. — Au avoir [6], — пробормотала женщина, прежде чем развернуться, держа руки за спиной, и неторопливо вернуться к своим ученикам. А тем временем балерины смотрели на усмехающуюся бегунью, которая подняла свой палец и провела им по горлу, прежде чем убежать прочь. — Амели, где тебя, черт возьми, носило? Амели вернулась в новый дом после рабочего дня на новом месте с пауком-птицеедом. Удивленный Габриэль дважды заглянул в её комнату, прежде чем войти. Амели расслабленно сидела на кровати и держала на руке красивого черного паука, который немногим превышал размер её ладони. При этом он был совершенно неподвижен. Паук не шевельнулся даже тогда, когда Амели откинулась назад, любуясь им. Она обвела взглядом его мохнатое тельце и легко улыбнулась. — Всегда хотела завести паука. А Жерар ненавидел их. Слова здесь были излишни. Габриэль принял нового питомца в дом, не задавая лишних вопросов. — Да ладно, я знаю: ты хочешь погладить его… — подразнила Амели. Габриэль был крепким испанцем, которого на улице предпочитали обходить стороной или же просто избегали, лишь кинув взгляд на лицо с выражением едва сдерживаемой агрессии. И все же на короткое мгновение его охватил страх перед восьминогим существом. Однако он уверенным шагом прошел в её комнату, равнодушно пожав плечами. Амели свесила ноги с кровати и позволила Габриэлю сесть рядом, а затем протянула ему паука. От неё не ускользнуло секундное сомнение, которое тот испытал, перед тем как аккуратно дотронуться до спины самым кончиком пальца. Он тут же отдернул руку, как только потревоженный паук начал уползать. Амели фыркнула от смеха, поднося другую ладонь, чтобы паук перебрался на неё, пока Габриэль смущенно ерзал на месте. Тем не менее женщина еще не отпустила ни одного едкого комментария. Габриэль пожал плечами, бормоча под нос нечто вроде того, что его соседка, вероятно, какая-то ведьма, и мысленно успокаивая себя. — Что ж… И как ты его назвала? Надеюсь, Амели, это нечто классное. Амели замолчала, глядя на пушистое создание на её ладони, которое, казалось, выжидающе смотрело в ответ. После недолгих раздумий она кивнула сама себе и подняла руку вверх, словно желая обратиться к пауку как подобает. — Cauchemar… — наконец ответила Амели. Разумеется, паук никак на это не отреагировал, лишь блеснул своими глазками. Габриэль же глупо заморгал. — Это значит «кошмар». Мужчина бросил взгляд на паука, мысленно смакуя имя, пока его губы не тронула легкая улыбка. — Мне нравится. Они решили отметить неделю совместного проживания без убийства друг друга в здешнем баре. Он принадлежал крупной русской женщине по имени Заря, которая знала каждого в городе. Не успел Габриэль войти, как она уже приготовила напиток для него. — Текила… Ты серьезно? — Не будь расисткой, Амели, — рассмеялся Габриэль, закидывая дольку лимона себе в рот. Амели закатила глаза и сделала быстрый глоток, скользя взглядом по толпе. По её мнению, здесь было не слишком оживленно и несколько шумновато, но зато подавали неплохой для своей цены алкоголь. Вскоре в бар вошла большая группа людей. Их тут же поприветствовала владелица заведения крепкими объятиями и кружками пива. Амели ощутила подступающую головную боль. — О, смотри-ка — Джесси, — прокомментировала она, кивая на диванчик в дальнем конце помещения. Трудно было не заметить дурацкую ковбойскую шляпу, равно как и пустые стаканы. И хотя они сидели довольно далеко, Амели отчетливо слышала громкое чмоканье губ пьяного Джесси и его нового парня. — Чтобы ты понимал, Джесси определенно мальчик для утех в этих отношениях, — она прыснула от смеха, прячась за своим бокалом. — Ты только посмотри на эту седину в волосах… Поток ехидных комментариев был прерван, когда Габриэль чуть не подавился лимонной долькой. — Ох… Черт… Нам лучше уйти. Проследив за его испуганным взглядом, направленным на большую компанию друзей, даже Амели замерла на месте, когда узнала всклокоченные блондинистые волосы и глупую улыбку. Прошло много времени с тех пор, как она в последний раз видела Джека, и, откровенно говоря, перед таким красавцем у Габриэля не было и шанса. — В самом деле?.. Прямо сейчас? — фыркнула Амели. — Я не готов встретиться с ним снова, понимаешь? — Габриэль понизил голос, вернувшись на свое место, после того как убедился, что Джек его не заметил. Амели не стала донимать его расспросами. Они дружно допили свои напитки и тихо двинулись к выходу. Как только нога Габриэля касалась пола, большая часть людей тут же расступалась перед ним. Большая часть. Амели было нелегко нагнать его через сомкнувшуюся толпу до тех пор, пока тот чуть не налетел на кого-то и тут же не остановился. Она не могла с ходу сказать, кто именно это был. — Настолько торопитесь, да? Должно быть, Джек где-то поблизости, — Лена усмехнулась, нисколько не пытаясь его задеть. — Спиди, я не сразу узнал тебя без той ужасной толстовки. — У меня есть и другие вещи. Шокирует, понимаю. — Да-да, приму к сведению. А теперь, если не возражаете… — пробормотал Габриэль и двинулся дальше, ничуть не заботясь о том, в кого он врезался на пути к выходу. Амели вздохнула, легко потирая виски, когда тот, погруженный в свои мысли, вышел и, держа руки в карманах штанов, побрел домой. — Он еще придет сюда. Они не расходятся надолго. — Хочется верить, — Амели вздохнула, качая головой, но все же улыбнулась невысокой англичанке. — Вижу, ты быстрая не во всем. Щеки девушки покрылись ярким румянцем. И хотя она и попыталась обратить все в шутку, Амели была куда более внимательной. — Ну, знаешь ли, время от времени нужно отдыхать или… эм… что-то вроде того… — она прокашлялась. Вероятно, распускать волосы сегодня вечером было плохой идеей. Казалось, бедная девочка не могла сформулировать и предложения. — Я… Знаешь, я бы хотела узнать… — Но не успела Лена закончить своей фразы, как шумная и частично пьяная компания, собравшаяся возле бара, заметила её и дружно охнула. — Лена-а-а! Девушка заметно вздрогнула от оклика. — Ты довольно популярна. — Ну, вроде того… Толпа продолжила зазывать Лену. Девушка закусила губу, неловко махая ребятам рукой, чтобы те подождали, но они были настолько пьяны, что в них не осталось и элементарной вежливости. И неважно, как сильно Лене хотелось остаться. — Поговорим в другой раз. С тобой жаждут пообщаться и другие. Лена вздохнула, грустно кивая. — Значит, увидимся?.. — Ты знаешь, где меня найти, — Амели подмигнула и развернулась в сторону выхода. На её губах играла хитрая улыбка. Она знала, что Лена, замерев на месте, смотрит ей вслед. Уже очень давно Амели была одна. И как приятно было производить такое сильное впечатление на нового человека. И пока она была на достаточно близком расстоянии, до неё донесся отрывок весьма занятного диалога. Еще недавно возбужденные голоса неожиданно стали тише, и в них прозвучало не что иное, как волнение: — Лена, что ты здесь делаешь? Доктор же сказал… Но девушка лишь рассмеялась и взяла коктейль, до того как её успели остановить. — Ребята, в последний раз повторяю: я в порядке!