К Вашим Услугам

Пока остальные гриффиндорцы поднимались в башню, Гарри побежал вниз по лестнице. — Малфой, подожди! — крикнул он, нагоняя компанию слизеринцев. Малфой кивнул сестрам Гринграсс и Забини и обернулся. Гарри схватил его за руку. — Ты как? — спросил он. Ему ой как не нравилось пустое выражение на лице Драко. — Замечательно, — отозвался Малфой. Пальцы Гарри сжались вокруг руки Малфоя. — Собирайся быстро, хорошо? Ты трижды чуть не умер. — Магия Комнаты не слишком привечает меня. Я приложил к ее уничтожению руку. — Нет! — воскликнул Гарри, несмотря на то, что эта мысль посещала его. Возможно, исполнить желания Причарда и Смита Комната стремилась слишком рьяно. Или мои желания? Эта мысль привела Гарри в ужас, но он не мог просто взять и отбросить ее. Что, если это он жаждал спасать Малфоя, вновь и вновь? Что, если из-за него Малфой снова и снова оказывался на волосок от смерти? Но ведь такого не могло быть, не так ли? Он отчаянно желал, чтобы Малфой оставался жив; могла ли Комната исказить его желание? Гарри вспомнил ночь, которую искалеченный Малфой провел под открытым небом: ему снилась точка «Драко Малфой» на Карте Мародеров. А затем она исчезла, и Гарри разрыдался, отчаянно желая, чтобы она вернулась. Возможно, именно из-за отчаяния Гарри Малфой, вопреки всему, и остался жив? Но тогда, раз его желание исполнилось, это противоречило тому, если бы он подверг Малфоя опасности сам. Если он был не причем, тогда как Комната так быстро услышала желание Смита и исполнила его? Ведь Смит захотел Малфою смерти совсем незадолго до происшествия, а потом его быстро усыпили зельем Сна-Без-Сновидений. Он ни о чем не думал, ему ничего не снилось. И зачем Комната привела его на поле? Можно ведь было просто сломать метлу Малфоя, чтобы он разбился, и не вовлекая во все Смита. — Комнату сжег Крэбб. — Но я привел его туда. А Комната читает мысли, помнишь? Гарри еще сильнее сжал руку Малфоя; ему уже, наверное, было больно. — Мы с тобой поедем в самой первой карете, ясно? Губы Малфоя сжались. — Как пожелаешь. — Выпендрежник, — Гарри едва успел произнести это слово: Малфой наклонился и поцеловал его. Глубоким, жестким поцелуем, от которого у Гарри закружилась голова. — Так, — выдохнул он, когда Малфой отстранился. Малфой улыбнулся, но от его улыбки у Гарри внутри что-то болезненно сжалось. — Прощай, Поттер, — произнес Малфой, развернулся и поспешил прочь. — Увидимся! — крикнул Гарри, чувствуя растущее беспокойство. Малфой даже не обернулся. Гарри хотелось подбежать к Малфою, схватить его в охапку, призвать метлу и рвануть отсюда как можно скорее. Но рядом с ним вдруг появились Рон и Гермиона, и его секундное желание пропало. — Ты не думаешь, что это может подождать, а, дружище? — сказал Рон. — Вот я целуюсь с подружкой? Нет. Вообще-то, нам нужно идти и собирать вещи. Что, кстати, ты сам и предложил. Гарри силой вытолкнул Малфоя из головы и посмотрел на друзей. — Вы двое хоть верите мне? — пронзил он взглядом Гермиону. — Ожившая магия, захватывающая замок... чему не верить-то? Гарри, почуяв сарказм, прищурился. — Конечно, я верю тебе, Гарри, — сказала Гермиона. — Я просто не могу решить, нарушает ли твоя теория законы магии или просто дополняет их. А может, я изначально неправильно их истолковала, — казалось, возможность того, что Гермиона что-то не так истолковала, приводила ее в ужас. — Сомневаюсь, что подобное есть в какой бы то ни было книге, — сказал Гарри.— Может, ты самостоятельно изучишь этот феномен, а потом напишешь свою книгу. — Хм, — промычала она. — Интересно, если магия Хогвартса восстала против нас, то, что станет с замком? Его же только что починили, и вот... — она расстроено вздохнула. — А нельзя... пожелать, чтобы магия ушла? — спросил Рон. — Сказать ей, чтобы возвращалась в Выручай-Комнату? Или еще куда? — Но ощущает ли она саму себя, свою сущность? — задумчиво возразила Гермиона. — Догадается ли, чего мы просим? Что, если под магией мы имеем в виду наши палочки, или даже нас самих? Сбежав из Выручай-Комнаты, магия действовала инстинктивно, но сознательно ей такое не под силу. По крайней мере, вне какой-либо серьезной угрозы. — Лучше не рисковать, — согласился Гарри. Он надеялся, что специалисты смогут во всем разобраться и вернуть школу в прежнее состояние. Мне нужно прекратить загадывать желания, напомнил он себе. — Сперва позаботимся об учениках. Она кивнула, и они поспешили обратно в гриффиндорскую башню. Вбежав в гостиную, они обнаружили, что она была пуста. Сверху кто-то властно кричал: — Собирайтесь! Собирайтесь! Собирайтесь! Гарри показалось, что это Лаванда. — Нельзя позволять людям паниковать, — сказал Гарри. — Когда паникуешь, в голову лезут просто дикие мысли. — Уже слишком поздно, — нахмурилась Гермиона, напоследок сжала руку Рона и бросилась в свою спальню. Гарри и Рон поспешили к себе. Забежав в спальню, они увидели, что Дин и Симус собирают вещи, а Невилл с мрачным лицом сидел и гипнотизировал свою цветокрылку. — Собирайся! — крикнул ему Рон. Невилл не шевельнулся. — Думаешь, она настоящая? — спросил он. — Ханна ведь говорила, что не она прислала ее. Рон уставился на него. — Ты о чем, о цветке? Невилл кивнул. — С синими лепестками. Очень редкий цвет. — Э-э, — проговорил Гарри. — Ты отчаянно мечтал о ней? Достаточно долго? Невилл вновь кивнул. — О чем, о цветке? — еще более недоверчиво повторил Рон. — Прости, Невилл, — сказал Гарри и пожал плечами в ответ на беззвучную реплику Рона: «Псих». Дин вскрикнул. Гарри обернулся и увидел, что все его книги о вещи друг за дружкой сами прыгают в сундук. — Это не я! — воскликнул Дин. — Дин, возьми себя в руки, — произнес Гарри. — Она помогает нам собираться? — Рон повертел головой по сторонам, словно ждал, что сейчас откуда-то появится та самая таинственная магия. Гарри нахмурился. — Нужно торопиться. Ученикам велели срочно покинуть замок, они паникуют, и потому Комната может не так понять их мысли и просто вытряхнуть всех из окон, как блошек. — Не говори так! — вскричал Рон. — Не подавай ей идей. — Ладно. Наверное, лучше будет стараться вообще не думать, — и, как назло, именно после этих слов к нему прилипла навязчивая мысль, смогут ли они выйти отсюда живьем. Со стоном Гарри бросился собирать свой чемодан. Беда настигла их примерно через два часа, когда время было уже около полуночи. Гарри, Рон, Дин, Симус и Невилл задержались, чтобы убедиться, что все гриффиндорские мальчики собраны и готовы уходить. По мнению Гарри, все это заняло слишком много времени. В гостиной было яблоку негде упасть. Стоял громовой гул голосов, и Гарри, пытаясь его игнорировать, стал проталкиваться к выходу. — Гарри, лестницы! — вскрикнула Гермиона и, бросившись в его сторону, схватила за руку и потянула в коридор, к главным лестницам. Увидев их, Гарри застыл. Они словно одичали: дергались из стороны в сторону, летали то вправо, то влево, или вверх, или вниз, от одного коридора к другому. Постепенно все они сдвигались вниз, к первому этажу. — Думаю... думаю, они пытаются помочь, — сказала Гермиона. — Быстрее доставить всех нас вниз. — Я же говорил, нужно остановить панику, — в панике проговорил Гарри. — ВСЕ УСПОКОЙТЕСЬ! — прогремел голос Рона. Гарри вздрогнул и обернулся к нему. Ухмыляющийся Рон стоял возле портрета Полной Дамы. — ЧАРЫ СОНОРУС! — пояснил он. — ВСЕ СЕЙЧАС ЖЕ ПОЖЕЛАЙТЕ, ЧТОБЫ ЛЕСТНИЦЫ ОСТАНОВИЛИСЬ! СОСРЕДОТОЧЬТЕСЬ! — Как это поможет? — спросил кто-то. По толпе учеников пролетел ропот согласия. Кто-то требовал объяснить, что происходит. Может, лучше было бы рассказать им, что их желания опасны, но это лишь подхлестнуло бы панику и отняло драгоценное время. — НЕ ЗАМОРАЧИВАЙТЕСЬ! — прогудел Рон. — ПРОСТО ВЫПОЛНЯЙТЕ! Гермиона обеспокоенно оглянулась. — Поможет ли это? Что, если лестницы опять задвигаются, когда мы будем на полпути вниз? — У нас нет выбора, Гермиона. Опасность может угрожать отовсюду, но сейчас главное — выбраться из замка. С громким гулом лестницы прислонились друг к другу и замерли. На лицах учеников появилось настоящее потрясение. — Пойдем, Гермиона, — Гарри потянул ее за руку. — Не двигайтесь, не двигайтесь, не двигайтесь, — запричитала Гермиона, как только они шагнули на первую ступеньку. — ПРОДОЛЖАЙТЕ ЖЕЛАТЬ, ЧТОБЫ ОНИ НЕ ДВИГАЛИСЬ! — командовал Рон. Это сработало, хотя ученики не спешили последовать за Гарри и Гермионой. Члены О.Д. схватили нескольких человек за руки и потащили их к лестницам. Хоть и медленно, но благополучно, они наконец добрались до первого этажа, и Гермиона повела всех по темному коридору, ведущему в вестибюль. Но не успели они сделать и нескольких шагов, как вдруг факелы вдоль стен ярко вспыхнули. Ученики завопили, когда на нескольких людях загорелись мантии, а у одной девочки даже волосы. Гермиона повернулась, и огонь мгновенно исчез. — Честное слово! — воскликнула она и потушила волосы девочки. — В коридоре итак достаточно светло, — стоило ей это сказать, как все факелы потухли, погрузив их в кромешную тьму. — О, ради Бога! — застонала она и зажгла крохотный огонек на кончике своей палочки. Гарри, как и несколько других учеников, последовал ее примеру. Освещая путь светом из палочек, они достигли вестибюля. К ним тут же подбежала Макгонагалл в сопровождении нескольких других учителей. — Мы как раз собирались пойти и забрать вас. Все в порядке? Остальные факультеты уже на улице. — Небольшая неприятность с лестницами, — сказал Гарри. — Но все в порядке. — В СМЫСЛЕ, ВСЕ ОСТАЛЬНЫЕ УЖЕ НА УЛИЦЕ? РАЗВЕ КОГТЕВРАНЦЫ НЕ СПУСКАЛИСЬ ПО ЛЕСТНИЦЕ, КАК И МЫ? — Мистер Уизли! — испуганно подскочила Макгонагалл. — Что, ради Мерлина... — ПРОСТИТЕ, ПРОФЕССОР! — Рон потупился, а Гермиона развернулась к нему и, указав палочкой на его горло, прошипела: — Квиетус! — Ух-ты! Как горло дерет! — Рон поморщился. — Все-таки странно, что когтевранцы вышли раньше нас. — Ну, они же когтевранцы, — сказала Гермиона. — Они очень организованные и быстрые, — она грустно проводила взглядом прошедшую мимо нее толпу учеников. — Не могу поверить, что мы уезжаем. Как же Ж.А.Б.А.? — Не волнуйся, — проговорил Гарри. — Уверен, ты сдашь все экзамены на «Превосходно», Гермиона. Она ядовито посмотрела на него. — Ну, если бы мы остались здесь, я бы могла пожелать хороших оценок, и это сбылось бы. — Вряд ли вы нуждаетесь в подобном трюке, мисс Грейнджер, — сказала Макгонагалл. — Поспешим. Кареты ждут. Кроме нас в замке больше никого нет. Она огляделась. Гарри показалось, что ее глаза сверкают больше обычного. Члены О.Д. стояли возле учителей и ждали их. — Я уверен, что замок э-э, починят, — сказал Гарри Макгонагалл. Она поджала губы. — Томми Райта и Грегори Гойла вывели из замка одними из первых. Они оба в порядке. Мистер Райт очнулся, а мистер Гойл вернулся к своему первоначальному размеру. Да и профессор Хлопкетт чудесным образом излечился. Кажется, отсутствием голоса он обязан прихотям учеников, — она укоризненно покачала головой. — Ты был прав. И это означает, что его не удастся так просто починить. Хотя я уверена, что способ обуздать магию будет найден, мне кажется, произойдет это нескоро. Гарри был рад слышать, что Томми в порядке, но не подал виду. В данный момент Макгонагалл казалась слишком подавленной, чтобы оценить его радость. Но затем Макгонагалл улыбнулась и даже рассмеялась, хотя прозвучал ее смех горько. Она посмотрела в сторону. — Мне нравилось быть директрисой, — призналась она. Но затем покачала головой и посерьезнела. — Должна была догадаться, что ты, Поттер, снова все испортишь. От негодования у Гарри аж отвисла челюсть. — Я? Я не... — Тише-тише! — она остановила на нем успокаивающий взгляд. — С другой стороны, наконец я смогу со спокойной совестью уйти на отдых. Пойдемте. Нам нужно уйти, пока меня не посетило желание остаться. Снаружи в длинную колонну выстроились десятки карет. Ученики левитировали свои багажи в кабины, хотя, как Гарри заметил, некоторые чемоданы летели сами по себе. Вдруг высоко над ним появилось несколько сотен свечей, ярко осветив заснеженный двор. Магия — добрая, подумал Гарри. Она лишь пыталась помочь, пыталась сослужить службу. Обернувшись через правое плечо, Гарри заметил неподалеку жемчужное сияние: в воздухе зависли хогвартские привидения. — Привидения тоже уходят? — спросил Гарри у Макгонагалл. — Разве магия может исполнять их желания? — Я не знаю. Я все им рассказала, и то, что случилось с Пивзом, встревожило их. Но, мне кажется, они не хотят уходить. Домовики уже покинули замок: они трансгрессировали. — Может, нам стоит попытаться вернуть Пивза? — Я думаю, нам стоит уйти отсюда, — она окинула взглядом плавающие в воздухе свечи. — Вернуть Пивза еще будет время. Замок от нас никуда не денется. А теперь ступай и загрузи свой чемодан. Карет на всех не хватает, потому до ворот мы дойдем пешком, а потом они группами довезут нас до Хогсмида. — О, — Гарри огляделся. — Я забыл свой чемодан, — он остался в гостиной, когда Гермиона силой выпихнула его в коридор. — Я его призо... — перед ним материализовался его чемодан. — Спасибо, — проворчал он. Макгонагалл покачала головой. — Уже достаточно одной мысли. Кажется, она учится с каждой секундой. Может и так, но, учитывая, что все только и думали, что о сборах и переезде, возможно, Комната была сосредоточена именно на этом. Нахмурившись, Гарри поднял свой чемодан и пошел к каретам, чтобы сгрузить его. Тут его взгляд выловил в толпе знакомое лицо. — Сейчас вернусь, — сказал он Рону и подбежал к слизеринцам. — Забини! — крикнул он, расталкивая всех локтями. — Ты видел Малфоя? Где он? — Гарри никак не мог найти в толпе белоснежную макушку. Забини сжал губы и так презрительно посмотрел на Гарри, словно говорил: «Мы, что, друзья, что ли? Почему ты разговариваешь со мной?». За руку он держал маленького мальчика. Гарри улыбнулся, когда малыш презрительно поднял бровь точь-в-точь, как брат. Гарри выжидающе посмотрел на Забини, готовый, если что, вымаливать у него ответ. Забини пожал плечами. — Он был тут. Должно быть, уже ушел. — Ты видел, как он уходил? — Гарри еще раз осмотрелся, пытаясь увидеть Малфоя. — Он, что, в шапке? — Нет, я не видел. И, как бы странно это ни прозвучало, я не знаю, кто был в шапке, а кто — нет. Но впредь буду стараться обращать на такие вещи внимание, клянусь, — он задрал голову. — Пожелай, чтобы он появился здесь. Гарри уже пытался, хотя и не нарочно. Он хотел подчеркнуть это, но передумал и нахмурился. Протиснувшись мимо Забини, он допросил сестер Гринграсс, Миллисенту Булстроуд и даже Нотта. Еще он пытался узнать, где Малфой, у Пэнси Паркинсон, но она сбежала от него. Никто не знал, куда он подевался, хотя Астория заверила его, что точно помнит, как он выводил их из подземелий. Гарри вздохнул и изо всех сил пожелал, чтобы Драко появился перед ним. Может, он уже за воротами. Тогда и звать его бессмысленно. Гарри ведь просил его уходить как можно скорее. Может быть, Малфой его послушал. Прощай, Поттер. У Гарри перехватило дыхание, а сердце понеслось галопом. Почему Малфой сказал прощай? Почему сказал это так, словно подводил какой-то итог? Это просто слова. Они ничего не значат. Но Гарри не мог избавиться от растущей в нем паники. Он заметался, спрашивая о Драко у каждого слизеринца на пути. Никто его не видел, и Гарри постепенно охватывало отчаяние. Мне нужен Малфой, мне нужен Малфой, мне нужен Малфой. Безрезультатно. Немного впереди он заметил Лаванду и Парвати. Парвати ругалась на Лаванду, пока та с поразительной легкостью загружала в карету свой огромный чемодан. Гарри подбежал к ним: их он еще не спрашивал. — Почему ты ничего не рассказала мне? — выговаривала Парвати, почти срываясь на крик. — Ешь то, что должна! В этом нет ничего постыдного! — Тебе легко говорить, выплюнула Лаванда. — Тебе нечего стыдиться. Взгляни на себя! Ты такая же хорошенькая, как и всегда. А я? Я монстр, — Лаванда вздохнула. — Иногда даже смотреть на тебя больно. У тебя есть все, чего у меня уже нет. Гарри нахмурился и осторожно шагнул назад, собираясь уйти: лучше было не лезть к ним с расспросами. Вряд ли они видели Малфоя, ведь из замка они уходили вместе с Гарри. Гарри почти развернулся чтобы уйти, но вдруг замер, глядя на Парвати. В ее руке появился большой бифштекс с кровью. Она злобно посмотрела на Лаванду и так резко сомкнула зубы на окровавленной плоти, что Гарри испугался, как бы ее челюсти не треснули. — Вот! — крикнула она; на ее щеки брызнула кровь. Она свирепо задвигала челюстями и проглотила. — Теперь я тоже монстр! Из горла Лаванды вырвался всхлип, и через секунду они уже, рыдая, обнимались. — Ты очень красива, — повторяла Парвати. — Очень. Очень. Гарри стало неловко за посмотренную сцену, и он хотел как можно незаметнее ретироваться, но Лаванда заметила его. — Гарри! — крикнула она, осторожно высвобождаясь из рук Парвати. — Все хорошо? — Я..., э-э, простите, — замялся Гарри, пока Парвати стирала со щек слезы и кровь. — Я просто не могу найти Малфоя. Парвати нахмурилась. — Я его не видела. — Ты уже посылал ему сообщение? — спросила Лаванда. Черт возьми. Галлеон. — Забыл. Сейчас пошлю. Спасибо, — Гарри еще разок осторожно шагнул назад. Лаванда укоризненно покачала головой. Гарри замер, уговаривая себя просто промолчать и уйти, как услышал свой голос: — Знаешь, Лаванда, эти шрамы просто классные. Ты с ними прямо как воин, — он нервно рассмеялся, когда она вопросительно подняла брови. — Не хочешь стать мракоборцем? Тебе бы пошло. На миг Гарри показалось, что она сейчас подойдет, даст ему в нос и скажет, чтобы он шел и занимался своими делами, а не приставал к другим с советами о том, чего ему не понять. Однако она лишь фыркнула и сказала: — Можно попробовать. Гарри просиял. Можно предложить ей встретиться, например, с Биллом Уизли. Может, он мог бы ей помочь. Сам он тоже предпочитал бифштексы, но нечасто. Может, если Лаванда не будет сдерживать себя, то вскоре пресытится, и ее голос спадет. Однако сейчас для этого разговора не было времени. Гарри побежал, на ходу вынимая галлеон. Окрестности Хогвартса медленно пустели. Большинство учеников уже ушли. Гарри коснулся галеона палочкой и сосредоточился. Галлеон засиял золотой надписью, и Гарри, замерев, уставился на нее. Он не знал, сколько так простоял, пока кто-то не потянул его за рукав. — Ты его нашел? — спросила Гермиона. Должно быть, она услышала от кого-то, что он искал Малфоя. Он покачал головой. — Он мне не отвечает. — Может, он уже ушел? — спросил Рон. — И не заметил твое сообщение. А что? Ты думаешь, он остался в замке? — Рон обернулся, окинув взглядом Хогвартс. — Зачем? Прощай, Поттер. — Нет. Я не знаю. Гермиона уставилась на него. — Думаешь, Комната пытается его убить? — Я не знаю, — расстроено повторил Гарри. — Я просто хочу своими глазами увидеть, что он в порядке, — Прошу, не угоди в беду. Прошу, будь здесь. Гарри все сильнее отчаивался, но магия не слушала его. — А может, нам попробовать пожелать, чтобы он появился здесь? — предложил Рон. — Ну, вместе. Гермиона тут же отклонила это предложение: — Не думаю, что это сработает. Магия может не так нас понять. Что, если она заставит его прилететь сюда, и он сломает себе шею? — Можно пожелать, чтобы он просто появился перед нами целый и невредимый, — сказал Гарри. — Стоит попытаться. На улице его нет. Я везде уже искал. Он или ушел, или в замке. А если он в замке, то он в опасности. Поэтому стоит рискнуть. — Стойте, — Гермиона указала в сторону замка палочкой. — Гоменум Ревелио, — прошептала она. Ничего не произошло. — Замок пуст. — Значит, ничего страшного, если мы пожелаем, чтобы он оказался здесь, — настаивал Гарри. Он не собирался уходить, пока лично не убедится, что Драко жив и здоров. — Ох, ну ладно, — в конце концов, сдалась Гермиона. Они втроем закрыли глаза и мысленно произнесли желание. Открыв глаза, никто ничего не увидел. Малфой не появился. — М-может, нужно больше людей, — проговорил Гарри. — Но все уже ушли, — возразила Гермиона. Гарри огляделся. Кроме них у замка не было никого. Лишь у ворот стояло несколько учителей. Макгонагалл сверлила их нетерпеливым взглядом. — Раз кроме нас никого нет, — сказала Гермиона, — то наши желания Комнате хорошо слышны. Если бы Малфой остался в замке, он бы появился перед нами. Кроме того, если Комната и пыталась убить Малфоя, но ни разу не довела дело до конца. Так что я думаю, ты ошибаешься. — Да, ты права, — Гарри почти до крови прикусил губу. Прощай, Поттер. — Пойдем, — сказал Гарри. — Пока Макгонагалл не призвала нас Акцио. Они поторопились к воротам. На территории Хогвартса, кроме них, еще оставалось два человека: Джинни и Макгонагалл. — Что-то случилось? — спросила директриса. — Нет, — выпалил Гарри, прежде чем Рон и Гермиона упомянули Малфоя. — Да, случилось! — воскликнула Джинни. — Мисс Уизли, — произнесла Макгонагалл. — Уходите. Рон нахмурился. — Что не так? Она явно с облегчением взглянула на него. — Лошади Хагрида пропали, как только он перевел их через ворота. И цветок Невилла тоже. — Э-э, ну, — Рон перевел взгляд на Джинни, прижимающую что-то к груди. — Что бы это ни было, Джинни, оно не стоит того, чтобы оставаться здесь. — Пойдем, — Гермиона мягко подхватила прижимающую к себе какую-то книгу Джинни под локоть и вывела за ворота. — Я не могу посмотреть! Не могу! — запричитала Джинни и сунула книгу Гермионе в руки. — Посмотри ты! Письмо там? Гермиона пролистала книгу. — Хм-м, я не зн... О, вот оно. Письмо от... Гвеног Джонс? Воздух тут же расчертил восторженный крик Джинни. — Оно настоящее! Рон! Оно настоящее! Рон тут же очутился рядом с ней. Осталась только Макгонагалл, подумал Гарри. Рон выхватил письмо из ее рук и погрузился в чтение. — Охотник... В Гарпиях... Черт возьми! — на лице Рона отразился шок. — Профессор Слизнорт показал ей записи омниноклей и сказал обо мне! Можешь в это поверить? — Черт возьми! — вновь выкрикнул Рон и, рассмеявшись, подхватил Джинни и закружил ее в воздухе. Макгонагалл фыркнула. — Ну хоть кто-то сегодня счастлив. — Скоро все будет по-прежнему, профессор, — сказал Гарри. — Я уверен. Она улыбнулась ему. — Ах, ну все, теперь я спокойна. Идите. Пожалуйста, уходите. Она двинулась в сторону ворот. Шаг, другой, и она уже за ними. Гарри с облегчением выдохнул. — Слышишь, Гарри! — сказал Рон. — Моя младшая сестренка! В Холихэдских Гарпиях! — Здорово, — ответил Гарри. Что-то не то прозвучало в его голосе, потому что все сразу повернулись к нему. Улыбка Рона потухла. — Гарри? — Нам нужно идти, Гарри, — сказала Гермиона. Гарри покачал головой. — Я должен убедиться, что его там нет. Глаза Гермионы предупреждающе расширились. - Кто там? Ученик? — Макгонагалл взглянула на замок и поспешила назад. Гарри вздрогнул, когда она врезалась в невидимый барьер. Директриса пораженно уставилась на него. — Поттер? Ты что делаешь? — Он думает, Малфой внутри, — сказал Рон. — Но это невозможно, Гарри. Прощай, Поттер. — Я только проверю. Я мигом. — Гарри, нет! — Гермиона выхватила палочку и атаковала барьер. Безрезультатно. — Позволь нам войти! Мы пойдем с тобой! — Со мной ничего не случится, Гермиона. — Ты не можешь этого знать, Поттер, — сказала Макгонагалл, тоже вытащив палочку. — Все ушли; магия потеряла цель. Она может исполнять твои желания все до единого. Опасно будет даже думать. Если кто-то внутри, то его спасут специалисты из Министерства. Беги, Поттер! Беги, Поттер, кричал Малфой ему во сне, но Гарри не ушел. Он должен победить дракона. — Простите, профессор. Я не могу ждать так долго, — произнес Гарри и развернулся. — Гарри! — разрезал воздух отчаянный крик Джинни, за которым последовали многочисленные выкрики "Гарри" и "Поттер". За его спиной ночь взорвалась вспышками заклинаний. Они не войдут. Пока я не позволю. Гарри сильнее сжал в руке галлеон и побежал в замок.

***

Гарри направился прямиком в подземелья. Астория сказала, что Малфой вывел слизеринцев из гостиной, а пропал после этого. Может, он просто что-то забыл и вернулся в спальню. А может, и нет. Иногда я оказываюсь в разных местах, но не помню, как добрался туда. Я хотел пойти на поле, но вместо этого оказался там. У Комнаты. Я часто там оказываюсь. Гарри развернулся и устремился к лестницам. Они бешено вращались вокруг своей оси, но Гарри даже глазом не моргнул. Стойте, приказал он, и лестницы подчинились. Его здесь нет. Нет. Нет. Его здесь быть не могло. Зачем бы ему? Он давным-давно в Хогсмиде. Но Гарри припустил вверх по лестнице, по пути заглядывая на этажи. Он не здесь. Прошу, не окажись здесь. Гарри вылетел в коридор, ведущий к Выручай-Комнате и шокировано застыл. В конце коридора стоял Малфой. Его ладонь лежала на дверной ручке, а сам он напряженно вглядывался в черноту Комнаты. — Малфой! Уходи оттуда! — заорал Гарри, но Малфой даже не шелохнулся, хотя Гарри стоял в нескольких шагах от него. Гарри хотел подбежать к нему, схватить в охапку и унести прочь от Комнаты, из замка, но не успел. Что-то взорвалось, рыкнуло, полыхнуло в конце коридора напротив них, который оканчивался тупиком. До ушей Гарри донеслись чьи-то крики. Этого не может быть. Все уже ушли. Некому было кричать. Крики становились громче, рядом содрогнулась стена, осветившись сперва желтым, затем алым. — Помогите! — закричал кто-то, и внезапно Гарри все понял. Сотни отчаянно кричащих голосов: хогвартские портреты были в агонии. — Малфой, — прошептал Гарри, но тот лишь обернулся в сторону осветившейся стены, не остановив взгляд на Гарри ни на миг. — Малфой! — повторил Гарри, выхватывая палочку. Стена растворилась в воздухе, и в образовавшееся окно просунулась голова огненного дракона, безошибочно уставившись на Малфоя. — Акцио Малфой! Сработало. Малфой сорвался с места и врезался в Гарри. Она повалились на пол: голова Гарри с глухим стуком ударилась о камень. В его глазах потемнело. — Поттер? — проговорил Малфой, лежа на нем сверху. Гарри едва смог различить его белокурые волосы. — БЕЖИМ! — завопил Гарри, пытаясь подняться на ноги. Голова раскалывалась, а перед глазами все качалось. Спиной он чувствовал жар Адского Пламени. Малфой поставил его на ноги и потянул к лестницам. — Держись крепче! — прокричал Малфой, так сильно прижав Гарри своим телом к перилам, что тот испугался, что перекувыркнется через них и упадет. Перед глазами все плыло. — ВНИЗ! — заорал Малфой, и желудок Гарри вмиг очутился в горле. Лестница под ними как сломанный лифт полетела вниз. Перед глазами Гарри мерцал свет. Почему я не вижу? Перед глазами все плыло, голова трещала, и он понял, что потерял очки. Должно быть, они свалились, когда он упал на пол. Гарри пожелал их возвращения, и тут же почувствовал, как очки очутились у него на носу. Он посмотрел вниз, сквозь перила, на стремительно приближающийся первый этаж. — СТОП! — заорал он. — Что...? — воскликнул Малфой, обернулся, посмотрел вниз и ахнул. Лестницы остановились. Весь первый этаж кишел огненными химерами, змеями и драконами, которые, сжигая дотла кричащие от ужаса картины, пытались добраться до них. Малфой запрокинул голову и сипло вдохнул. Над ними шумно хлопал огромными крыльями, закрывавшими весь потолок, огненный дракон. Гарри завертел головой в поисках выхода. — Коридор! — указал он рукой вниз. Путь в тот коридор лежал в опасной близости к огненным химерам внизу, но лестница стремительно полетела к нему, и они кувырком полетели на каменный пол. — Где мы? — задыхаясь, спросил Гарри. Соседняя картина вспыхнула. Высокий рыцарь на ней истошно заорал и превратился в пепел. Огонь перескочил на следующую картину, а затем на следующую и на следующую. Малфой дико оглядывался по сторонам. — Кажется, второй этаж, — его потемневшие глаза нашли Гарри. — Мы в ловушке. Гарри схватил Малфоя за плечо. — Пожелай, чтобы он исчез! Пожелай, чтобы огонь исчез! — А чем я, по-твоему, занимаюсь, Поттер? Не работает! Это Адский Огонь. Мы не можем его контролировать. — Зачем ты...? — для этого не было времени. Нужно было выбираться. Найти окно, путь на башню, что угодно. Но огонь отрезал им путь в вестибюль. До окон добраться было нельзя. Они находились в самом центре замка, и все окна были слишком далеко. В коридор выпрыгнула огненная химера. Гарри схватил Малфоя за руку, и они побежали, уворачиваясь от огненных искр, сыпавшихся на них с пылающих портретов. Второй этаж. Здесь есть один проход, который они могли бы использовать. Он вел под землю, но выбора у них не было. — Я знаю, куда идти! — закричал Гарри. — За мной! — они повернули направо, затем налево. Огонь повсюду следовал за ними, но замедлялся на поворотах. Потому, немного отстав от огненных химер, они очутились перед дверью в туалет для мальчиков. Гарри ворвался внутрь и бросился к раковинам, быстро найдя ту, на кране которой была выгравирована маленькая змейка. — Откройся! — сказал Гарри. — ОТКРОЙСЯ! Малфой захлопнул дверь и подбежал к Гарри, вытаращившись на него. — Что с тобой, черт побери? Гарри с надеждой воззрился на него. — Я сомневаюсь, что ты знаешь, как сказать Откройся на Парселтанге, — Рон знал, Гарри — нет. Каждый раз, когда из его рта вырывались шипящие звуки, он не мог сдержать удивления. И при случае не смог бы повторить их. В конце концов, для Гарри шипение змей звучало как... шипение змей. Малфой вопросительно уставился на него, и Гарри лишь покачал головой. — Неважно, — он вновь обернулся к раковине. — Откройся! — если Комната помогла ему с лестницами, может, поможет и сейчас? — Попробуй ты! Малфой моргнул. — Поттер, это раковина. — Я заметил! Но еще это вход в Тайную Комнату. Малфой не поверил ему; это ясно отразилось на его лице. — Малфой, пожалуйста! Просто поверь мне и помоги открыть эту штуку, — в щель под дверью засочился дым; Гарри слышал, как снаружи трещал огонь. В конце концов, Малфой сморщился и проговорил: — Откройся, — никакого эффекта. — Откройся! — ничего не произошло. Мы умрем в этом туалете. Это было немногим хуже, чем, если бы они умерли в Тайной Комнате, уверил себя Гарри. Они в любом случае в ловушке. Все, что могла дать им Тайная Комната — время. Хотя Гарри не мог избавиться от надежды, что, возможно, Комната находится слишком глубоко под землей, и там магия их не достанет. Или, их не сможет достать огонь. Ведь Тайная Комната очень хорошо защищена. Хотя она и является частью замка, как и Выручай-Комната, может, Салазар Слизерин наложил на нее какие-нибудь чары, недоступные никому. Может, поэтому магия Выручай-Комнаты и не может ее открыть. Малфой наставил на раковину волшебную палочку. - Риктусемпра! Раковина задрожала и заходила ходуном. В панике Гарри указал на нее палочкой и воскликнул: — Протего! В следующий миг раковина разлетелась на мелкие кусочки. Осколки, столкнувшись с щитом, упали у их ног. Посреди комнаты появилось отверстие, ведущее вниз. Гарри нервно рассмеялся. Однако Малфой выглядел разочарованным. — От Салазара Слизерина я ожидал большего, — признался он. — Флитвику бы понравилось. Гарри усмехнулся. — Я мог бы поцеловать тебя прямо сейчас. Сам-то я совсем забыл про эти проклятые Чары Щекотки. Целовать Малфоя Гарри не стал; вместо этого он указал на отверстие. — Прошу. Малфой моргнул. — Туда? Это труба. Это грязная труба. Дверь туалета жалобно заскрипела, а комнату наполнил дым. — Малфой, пожал... Малфой выругался и приземлился на пол, свесив ноги с края трубы. — К черту все, — произнес он и соскользнул вниз. Гарри немного погодя последовал за ним. У него тут же перехватило дыхание, когда он стремительно заскользил по извивающейся трубе, ускоряясь с каждой секундой. Ему уже начало казаться, что она никогда не кончится, как, наконец, он вылетел наружу, приземлившись аккурат на Малфоя. Малфой выругался, и они опять кувырком полетели на землю. — Ненавижу тебя, Поттер, — прошипел Малфой, столкнул Гарри с себя и встал. Затем он схватил Гарри за руку и рывком дернул вверх, одновременно зажигая огонек на кончике палочки. — Не похоже на комнату. Скорее, на старую грязную пещеру, — в голосе Малфоя опять прозвучало разочарование. — Вперед, — Гарри зажег палочку. Они поспешили вглубь; под ногами хлюпала вода, и этот звук отражался от обшарпанных стен. Они шли вперед и вперед, блуждая по бесконечным поворотам. Гарри казалось, что они ушли уже так далеко, что миновали границу Хогвартса. Тайная Комната находилась под озером, а оно, в свою очередь не было частью Хогвартса целиком. Так что, наверное, Комната находилась за пределами защитных хогвартских барьеров. Наконец, они добрались до каменной стены, с которой на них изумрудными глазами взирали две каменные змеи. — Опять Чары Щекотки? — спросил Малфой, и Гарри за неимением лучших идей кивнул. Малфой поднял палочку, но стена раздвинулась еще до того, как он открыл рот. Она преследует нас, подумал Гарри. На сей раз, магия смогла помочь им открыть дверь. В туалете им помогли простенькие чары, которые мощная защита Слизерина не смогла распознать. Они сломили эту защиту. Комната была безопасным местом, но теперь они сами пустили магию внутрь. Они вошли в длинный, тускло освещенный зал. В воздухе, как Гарри и помнил, был разлит зеленоватый свет. Он запечатал дверь позади себя, хотя и подозревал, что его усилия напрасны. Взгляд Малфоя блуждал по вырезанным из камня змеиным головам, высоким колоннам, а затем замер на гигантской статуе Салазара Слизерина. — Фу! — выплюнул Малфой, когда они подошли поближе. Чтобы лучше видеть, он задрал голову. — Ну и урод, — тем не менее, теперь в голосе Малфоя прозвучал восторг. Чудовищная статуя внушала настоящий трепет. Внезапно из горла Малфоя вырвался пораженный вздох. Гарри проследил за его взглядом и наткнулся на скелет василиска, которого Гарри убил кучу лет назад. Царь Змей, подумал Гарри. Теперь, мертвый и полусгнивший, он не выглядел впечатляюще. Однако, Малфой, похоже, не был солидарен с Гарри. — Это... — его голос сорвался. — Это невозможно! — ахнул он и побежал к лежащему на полу черепу, остановившись и замерев в нескольких шагах от него, словно мертвый василиск смог обратить его в камень. Гарри улыбнулся и огляделся вокруг. — Думаю, тут мы в безопасности, — на несколько минут, или вроде того. Рано или поздно огонь и здесь достанет их, но, по крайней мере, у них было время на размышления. Он не мог понять, с чего Комнате так внезапно захотелось убить Малфоя. Похоже, Гермиона была права. У магии уже было бесконечное количество возможностей прикончить его, но она этого не сделала. Скорее, там, на поле, они его спасла. Что же изменилось? Может, она поняла, что это — ее последний шанс? Но откуда бы ей знать это? Но ведь магия добрая, напомнил себе Гарри. Ну, или, она просто пыталась услужить. И никого не могла бы убить по собственной воле. Хотя, Гарри не мог знать этого наверняка. Гарри дотянулся до своего лица и провел рукой по очкам. Он призвал их, или же это новые, что Комната создала для него? Если последнее было правдой, то значит, ее магия здесь сильна так же, как и в остальном замке. Мне нужно чего-нибудь пожелать. Гарри представил стакан воды. Безрезультатно. — Малфой! Пожелай чего-нибудь, — Гарри развернулся. Малфой все еще стоял перед огромной головой василиска. Гарри подошел к нему. — Малфой? — Это василиск, Поттер, — сообщил ему Малфой. Гарри кивнул. — Мертвый. — Огромный, — Малфой перевел на него немигающий взгляд. — На самом деле, сейчас он выглядит немного меньше, — сказал Гарри, почувствовав себя неловко. Он действительно казался меньше, но все равно был огромным. Это был лишь скелет, и когда Гарри последний раз видел его, он был выше. Малфой не отводил взгляда. — Значит, это правда, — он покачал головой. — Этого не может быть. Это василиск, Поттер. — Что правда? Что в замке был василиск? Ты же знал, что на учеников нападали, Малфой. Ты сам угрожал маглорожденным большим злым слизеринским чудовищем. Малфой покачал головой. — Но я просто... я слышал слухи, но думал, что за всем кто-то стоит. Человек. Не василиск, — Малфой сморщил лоб. — Который мертв. — Думаешь? — Гарри не смог сдержать улыбку, несмотря на то, что они попросту теряли время. — Может, он просто спит? — предложил он. — Ты убил его. Ты, в самом деле, на втором курсе убил его. Гарри начал терять терпение. — Малфой, это — старые новости. Все же знают, что там было. Я дал больше интервью, чем хотел, — фактически интервью было лишь два, но Гарри и их хватило с лихвой. — Старые новости? — повторил Малфой. — Все знали? Кто в здравом уме поверил бы тебе, Поттер? Нам сказали, что школа будет закрыта, а на следующий день Дамблдор объявляет нам, что прославленный Гарри Поттер спас нас, спустившись в Тайную Комнату и убив василиска мечом Гриффиндора. Все в безопасности! — Малфой не смог сдержать смешок. — Вещей глупее я в жизни не слышал! По школе рыщет монстр, которого никто не видел. Но не бойтесь! Храбрый мальчик-второкурсник нашел и убил его, хотя никто и не видел, как это случилось. И, нет, вы не можете посмотреть на змеиный труп, потому что он лежит в комнате, которую, как вы уже догадались, тоже никто не видел, — Малфой внезапно расхохотался. — И Дамблдор! Он выглядел так, словно и в самом деле верил тебе. Я никогда еще не был настолько уверен, что он пропащий, дряхлый, доверчивый и больной старик. Я думал, что Локонс поднатаскал тебя, и ты пошел по его стопам, выдумывая безумные истории. Даже безумнее, чем у самого Локонса. Я думал, что ты собираешься, как и он, написать книгу. — Э-э, — Гарри не знал, что и сказать. — Ну, полагаю, если рассматривать все с этой стороны, история звучит немного глупо... — Немного? — Малфой недоверчиво посмотрел на Гарри. — Гарри Поттер сокрушил Волан-де-Морта и нашел философский камень, но никто этого не видел. Гриффиндор получает почти сотню очков и выигрывает Кубок Школы. Гарри Поттер сразился с сотней дементоров! С сотней! Но, опять же, никто этого не видел. Славьте Гарри Поттера! Нашего героя! Он вершит великие дела, пока никто не смотрит! Честное слово! — взгляд Малфоя упал на скелет василиска и застыл там. Похоже, он выдохся. — Но все это было правдой, — сказал Гарри. Он не смог сдержаться и не подчеркнуть это. Хотя бы для того, чтобы защитить Дамблдора. Хотя бы для того, чтобы впечатлить Малфоя, пропел голосок в его голове. Гарри мрачно отбросил эту мысль. — Я понял, — тихо проговорил Малфой. — Я еще больший идиот, чем думал. — Что? Ты не идиот! Малфой не ответил. — В смысле, — начал Гарри, — ты прав. Сложно поверить, если смотреть на все с такого ракурса, — Гарри было сложно говорить: сам-то он не сомневался в тех событиях. Он точно знал, что они были на самом деле, что он вправду прошел через все это. Он знал, что люди не верили ему, но они ошибались, потому что он не лгал. Гарри поверить не мог, что Малфой сравнил его с Локонсом. Хотя и понимал, что его россказни были такими же безумными, как и у него. — В этом есть смысл, — сказал Малфой, внезапно разозлившись. — Но я был идиотом, был за одну лишь мысль о... — его взгляд нашел Гарри. — На какую-то секунду, там, в больничном крыле, я подумал... и теперь, когда ты вернулся за мной... — он вновь расхохотался; на сей раз, горько. — Ведь, в этом весь ты, да? Бежишь в пасть к василиску, навстречу дементорам, прыгаешь в огонь. И для тебя не важно... Гарри не поспевал за мыслями Малфоя. — Что для меня не важно? — Достоин ли человек, которого ты вытащил из огня, спасения. Гарри моргнул. — Ты достоин спасения, — недоверчиво проговорил он. Малфой вновь рассмеялся, качая головой. — Так вот что ты говоришь, да? А знаешь, почему ты это говоришь? Потому что я хочу, — глаза Малфоя потемнели. — Знаешь, я думал, все это время, что же случилось с Комнатой, с магией внутри нее. Я думал, раз я так много времени провел там на шестом курсе, я был там, когда она погибла, и, может, м-может, между нами образовались какие-то... узы, и она дает мне то, чего я хочу. А все, чего я хочу, все, о чем я мечтаю — ты. И Комната прочла это в моих мыслях, так? Я думал, что ты наколдован: ты всегда был недалеко от меня, и ты так... переживал, и то, как ты смотрел на меня! Я и подумать не смел, что это по-настоящему. Что ты настоящий. Но, в какой-то миг, я почти поверил в тебя. Я начал думать, что моя теория — бред, что Комната мертва, и никогда ни с чем мне не помогала. А затем ты врываешься в кабинет Макгонагалл, раскрываешь нам свои предположения, и я понимаю, что был прав. За исключением того, что ты не наколдован. Ты подвластен. Моему желанию. Гарри не верил собственным ушам. Он тряхнул головой, пытаясь вымолвить хоть слово. — Это... это неправда, Малфой. Ничему я не подвластен. Малфой улыбнулся. Снисходительно и печально улыбнулся. — Ты выходил за ворота? — Что? — Ты покинул Хогвартс и вернулся, или ты никогда не покидал его? Гарри открыл рот, чтобы ответить, и понял, что лучше будет солгать. Прощай, Поттер. Малфой сказал «прощай». Он попрощался с ним, потому что думал, в тот миг, когда Гарри выйдет за пределы Хогвартса, чары на нем спадут, и Гарри поймет, что никогда не хотел его. Молчание Гарри продлилось слишком долго. — Так я и думал, — сказал Малфой. — Это я пожелал, чтобы ты вернулся. — Нет! — Гарри подбежал к нему и схватил за руку. — Не говори ерунды! Меня ничто не контролирует. Все не так, все не может быть так. Есть вещи, которые даже Выручай-Комната не может дать тебе. — Откуда ты знаешь, Поттер? Нам ничего неизвестно о подобном волшебстве. Разве Комната не дала Харпера Парвати Патил? Она хотела его, и он был с ней, ты сам сказал. — Но они оба хотели этого! И Харпер был болен, легко поддавался манипуляции, его разум был не в порядке. У меня же все не так. Я знаю, что чувствую, я знаю, чего хочу, — Гарри солгал. Он не знал, что чувствовал и не был уверен в своих желаниях. Иногда он рвался на части, не зная, поцеловать Малфоя или ударить его, притянуть ближе или оттолкнуть. Все это было слишком запутанно, слишком глупо, слишком ново. Но это было по-настоящему. Не бездумное блаженство Заклятия Империус, не навязчивая идея Любовного Зелья. Все это было сбивающе с толку и сводяще с ума, и необыкновенно, и пугающе. Слишком сложно для Комнаты, слишком чувственно, чтобы она смогла понять. Малфой вновь улыбнулся. — Враки. Он вырвал руку из руки Гарри. — Все равно, это уже неважно. Мы здесь умрем. — Не говори так! — Это правда! Мало того... — лицо Малфоя исказилось. — Я убил тебя. Ты здесь из-за меня. Я пожелал, чтобы ты вернулся. — Я здесь, потому что это мое, помнишь? Я прыгаю в огонь. — Нет. Нет. Я мог пожелать, чтобы ты ушел. Я должен был, но не смог. Я пытался, но не смог. — Пожелать, чтобы я ушел? — Гарри вытаращился на него. Пожелать, чтобы мы ушли. Он имел в виду, пожелать, чтобы мы ушли. — Почему ты здесь? Почему ты остался? — Я не оставался. Я уже вышел из замка — и оказался внутри него. Опять. Я очутился перед дверью Комнаты. Я попытался убежать, но все время возвращался обратно. Так что я сдался. Перестал вырываться. Она хочет убить меня: ты знаешь это. Ее нельзя остановить. Гарри говорил это: он поверил в это. А теперь передумал. — Она хочет убить тебя, да? Если она и вправду предпочла бы видеть тебя мертвым, то зачем давать тебе то, что ты хочешь? В этом нет никакого смысла. — Чтобы наказать меня, полагаю. Чтобы мне было еще больнее, Нет, магия добрая. — За что тебя наказывать? — О да, за что же? — Малфой усмехнулся. — Это что, тоже часть моего желания? Чтобы ты стал таким забывчивым? Я чуть не убил двоих человек, я несколько месяцев контролировал мадам Розмерту, я провел в школу Пожирателей Смерти, из-за меня Комната сгорела и Крэбб погиб. Как ты не понимаешь? Магия не слишком-то привечает меня. Мало кто вообще привечает подобных мне людей, не так ли? — Нет, Драко, это не так. Магия лишь служит. По большей части она служила О.Д., слушала их мысли, — но что, если бы Парвати понравился кто-нибудь другой? Не слизеринец, чьи родители служили Волан-де-Морту? Желал бы Энтони ему смерти так же сильно? Наверное, дело не только в Голдстейне. Никто в Отряде Дамблдора не любил Харпера. Он был одним из тех слизеринцев, которые превыше всего ставили чистоту крови. На него были направлены лишь негативные чувства; Комната поняла это. — Она никогда не хотела причинять вред Питерсону. Она лишь давала ему то, что он хотел. Она дает тебе то, что ты хочешь, — теперь Гарри это понимал. Пожар в кабинете Трансфигурации не был поджогом: он был желанием Драко. Его пытали, и он смирился с этим, даже не пытаясь вырываться. Хотя мог; в одном Драко был прав: его Комната знала лучше всех. Он провел там так много времени: без малого год. Комната уже была настроена на его мысли. Он был связан с ней; она была связана с ним. Если бы он пожелал, то смог бы остановить пытки в тот миг, когда Причард произносил заклинание. Малфой сказал, что тоже хотел, чтобы Причард и его шайка исчезли, но вот вопрос: он пожелал этого после того, как начался пожар, или до? Если бы он мог, то трансгрессировал бы в больничное крыло прямо с поля. Но вместо этого Малфой пожелал, чтобы желание Смита воплотилось в жизнь. Той ночью Малфоя, должно быть, мучило чувство вины. Он не мог знать, что Люциус помогает Министерству; тот не имел возможности сообщить ему — такие вещи нельзя писать в письмах. Наверное, Драко поверил Смиту, что его отец хочет возродить Волан-де-Морта. Какую же боль это известие, должно быть, принесло ему. И на лестницах, тем воскресеньем, то происшествие тоже могло быть делом рук Малфоя. Что творилось тогда в его голове? Гарри вспомнил свои слова: твой отец был бы рад, если бы мы проводили вместе больше времени, не так ли? Малфой был шокирован; неужели ему и тогда было неловко за отца? Плохо оттого, что его заставляют подружиться с тем, с кем он подружиться не сможет? Страшно, что Гарри мог догадаться о его истинных чувствах? Как долго он хотел его? Неужели тогда он пожелал в прямом смысле провалиться сквозь землю? Малфой уставился на него. — Не глупи, Поттер. Я не хочу умирать. А тем более, сгореть заживо. — Ты уверен в этом? Разве не ты только что сказал, что не достоин спасения? — Это не... — Малфой запнулся. Заговорил вновь он лишь спустя несколько долгих мгновений. — Я хочу жить. Поверь, хочу. Но Комната не позволяет мне. Разве ты не видишь? Она пытается исправить твою ошибку. — Мою ошибку? — Да, — Малфой подошел ближе и взглянул Гарри в глаза. — Ошибку, которую ты допустил в мае. Когда огонь поглотил Комнату Спрятанных Вещей, я был уверен, что умру. Я не мог прекратить думать: Это моя вина. И это действительно так. Если бы не я, Крэбб и Гойл в жизни бы не нашли тебя. Я знал, какие они отморозки, но мне было все равно. Крэбб начал тот пожар, не зная, что не сможет контролировать его, но я привел их в Комнату, зная, что не смогу контролировать их. Я думал лишь о себе самом и о своих родителях. Я думал, что, если бы я только смог передать тебя Темному Лорду... А потом, когда мы с Гойлом стояли на той куче хлама, дожидаясь, пока пламя поглотит нас, все стало кристально ясно. Все, что я сделал, все люди, пострадавшие и погибшие из-за меня... Я точно знаю, что вершилось там — правосудие, Поттер. Правосудие, которое я заслужил. Я думал, что ты тоже погиб. Что вы все погибли. Знаешь, я никогда по-настоящему не верил, что ты сможешь победить Волан-де-Морта. Никогда. Но в ту секунду... в ту секунду я подумал: а вдруг, ты смог бы? Что, если ты был единственным, кто вообще мог? А я убил тебя. И тем самым убил своих родителей. Убил всех. И теперь я получаю то, что заслужил. Но затем я увидел тебя. Что ты жив, что ты возвращаешься за мной. Ты был прощением, шансом, данным мне несмотря ни на что. И я посмел подумать: эх, может, не такой уж ты пропащий, Драко? Вот — кто-то, кто считает, что тебя стоит спасти. Но я ошибся. Ведь в это весь ты, в этом твое предназначение, а мне лишь повезло. И мое везение истекает. Все это время я знал, что смерть настигнет меня. Я ждал ее. Магия лишь хочет быть уверенной, что то, что должно было случиться тогда, случится сейчас. Гарри подлетел к Драко, пропуская сквозь пальцы светлые пряди, беря в ладони его лицо. — Драко, нет. Твое везение все еще с тобой. Тебе повезло, что ни Кэти Белл, ни Рон не погибли. Тебе повезло, что у меня был шанс спасти тебя. И что такого? Это не наказание, это шанс. Мне тоже повезло: повезло, что я забрал твою палочку в Поместье Малфоев, и тем самым стал хозяином Бузинной палочки. Если бы этого не произошло, мы оба были бы мертвы. Да и все остальные, наверное, тоже. Ты мог стать тем кусочком пазла, который бы все разрушил, но ты не стал. Ты был тем, кто помог мне уничтожить Волан-де-Морта. — Если бы я знал, что владею чем-то, чего хочет Волан-де-Морт, то без колебаний отдал бы это. Я отдал бы что угодно, чтобы он оставил в покое меня и мою семью. — А теперь? Зная то, что знаешь сейчас, ты все равно поступил бы так же? — Какая теперь разница? — Драко попытался вывернуться из рук Гарри, но он не позволил. — Разница есть, — сказал Гарри. — Потому что тебе был дан второй шанс, а ты собственными руками пытаешься уничтожить его. Прекрати двигаться назад. Я верю, что ты хочешь жить: будь все наоборот, ты бы уже был мертв. Ты бы умер на поле, или тебя убил бы тот огненный дракон. Я бы не смог спасти тебя. Если ты не прекратишь винить себя, если не простишь себя, если не избавишься от мысли, что это заслуженное наказание, что это правосудие, то магия не прекратит давать это тебе. Она думает, что этого ты хочешь; она думает, что оказывает тебе услугу. Она наколдовала Адский Огонь для тебя, Драко. Тот Адский Огонь, что чуть не убил ее саму. Огонь проклят, она не может его контролировать, мы знаем, что не может. На этот раз одним везением мы не отделаемся. На этот раз я не могу спасти тебя. Пожалуйста. Только у тебя достаточно власти. Только ты сможешь спасти нас. Пожелай, чтобы мы выбрались. Трансгрессировали. Магия поможет нам. Тебе нужно лишь хорошенько захотеть. — Я и так хочу этого! — Малфой оттолкнул Гарри. — Я пытался унести нас отсюда, но это не работает. Ты ошибся, Поттер. Она не выполняет мои... — внезапно Драко застыл и побледнел, глядя на Гарри, ему в глаза. Нет, не в глаза — на стекла очков. Отдаленный грохот заставил Гарри заглянуть за спину Драко, в то время как он сам крутанулся на месте. Дальний конец комнаты слабо осветился. А Драко, наверное, увидел в стеклах очков Гарри отражение. Огонь рвался к ним, сквозь трубы, сквозь пещеры. Свет становился все ярче. Гарри бросился к Малфою, дернул его за плечо и развернул к себе. — Малфой, прошу, попытайся! — Не сработает! — глаза Драко были дикими. — Я ничего не могу поделать, Поттер. Ты должен спасти нас. Меня она не слушает! Трансгрессируй, что угодно. Он слишком верит в меня. Малфой ждал, что Гарри и сейчас спасет его, но Гарри не мог. Не в этот раз. Он пытался, пытался вырваться отсюда. Он даже подумал, что они могли бы появиться возле ворот, но отмел эту возможность. Он мог только навлечь на них беду, они бы все равно погибли. Разве он не пытался с Роном и Гермионой призвать Драко из замка? Трое против одного — и то не вышло. А сколько нужно человек, чтобы остановить огонь? Это было совершенно неважно. Гарри мог бы пожелать, чтобы Комната создала для них что-то вроде выхода, но знал, что ничего не вышло бы, если бы магия решила, что его желание идет вразрез с желанием Драко. Магия питалась отчаянием Драко, его виной, его безысходностью. Она никогда не позволит Драко уйти, не до тех пор, пока самая крошечная его часть верит, что он все это заслужил. Может, когда огонь настигнет их, Драко сможет преодолеть себя. Может, будет уже слишком поздно. К тому времени Адский Огонь уничтожит весь замок, и магия опять, как и в тот раз, сбежит. Тайная Комната сияла все ярче, нагревалась все сильнее. Нужно заставить его видеть... Но как? Как убедить кого-то, что он достоин спасения? Что все это не высшее правосудие? Что они еще могут все изменить? Гермиона знала бы, что делать. Гарри — нет. Но кое-что он мог сделать. Заставить Драко драться за жизнь, драться за свою честь, встать в оборону. Как это было в прошлом, так это может быть и сейчас. Драко обхватил плечи Гарри. — Поттер, — в отчаянии прошептал он. — Ты должен... — Я не могу помочь... — Ты должен уйти. Я хочу, чтобы ты ушел. Сердце Гарри остановилось. Он хочет, чтобы я ушел. Взор Гарри застила темнота, хватка Драко на плечах ослабла. Я ускользаю. Трансгрессирую. Бросаю его. — НЕТ! — закричал Гарри. Он ничего не мог поделать. Кроме одной вещи. Гарри выбросил вперед сжатую в кулак руку и треснул Драко в челюсть. Костяшки пальцев взорвались болью, а Драко с криком отлетел назад. Зрение тут же приобрело четкость. Лишнюю четкость: все ослепительно осветилось, и в зал влетел огненный дракон, с рыком расправив крылья и заслонив ими высокий потолок. Но Драко даже не посмотрел в его сторону, не отводя от Гарри расширенных глаз. — Думаешь, я не настоящий? — Гарри подошел ближе. — Думаешь, я под твоим контролем? — он еще раз ударил Драко в челюсть, вложив в удар всю силу. Драко опять отпрянул назад; его глаза вспыхнули. — А как тебе это? По-настоящему? — прокричал Гарри. — Думаешь, что не можешь помочь нам? Конечно не можешь! Посмотри на себя! Вечно ждешь, что я тебя спасу. А стоит мне один единственный раз попросить тебя о помощи — ты не можешь! Знаешь, почему? Потому что ты слабак. И хорек. Вот кто ты. Просто слабый, жалкий, мерзкий хорек, который, стоит его жизни стать чуточку сложнее, опускает свои лапки. Ложится на землю и принимает это, — сердце Гарри обливалось кровью, умоляя его заткнуться. Мой монстр, подумал Гарри. Монстр внутри него пытался заставить его остановиться, но Гарри не слушал. Не в этот раз. — Вот почему ты хотел, чтобы я засунул член тебе в задницу, не так ли? Вот почему ты умолял об этом. Или тебя попросил твой папочка? Хочешь стать таким же, как он? Хочешь, как он, униженно ползать? Хочешь, да? — кулак Гарри вновь устремился к челюсти Драко, но тот перехватил его и сокрушительно больно сжал, а его лицо исказил гнев. Тонкие ноздри затрепетали. — Ты, самоуверенный кусок дерьма, — низко и угрожающе проговорил Драко. Не буди спящего дракона, подумал Гарри и втянул голову в плечи. Кулак врезался в щеку Гарри; перед его глазами засверкали звезды. Он упал бы, но Драко не выпускал его руку, удерживая его в стоячем положении. Следующий удар пришелся в живот, выбив из Гарри весь воздух. Потом кулак со всей силы врезался в его ухо. От боли у Гарри кружилась голова, и когда Драко толкнул его, он упал навзничь. Малфой тут же очутился на Гарри сверху, поставив колено между его раздвинутых ног, и схватил его запястья, удерживая их у Гарри над головой. Гарри ждал следующего удара. Перед глазами прояснилось: лицо Драко нависло над его собственным, горящее и искаженное яростью. Его палочка упиралась Гарри в лоб. Он был в таком гневе, что его трясло. — Хочешь еще один шрам, Поттер? — прошептал он. — Я знаю подходящее заклинание. Ты сам мне его показал, помнишь? Секунды шли, но заклинания не последовало. Малфой продолжал дрожать крупной дрожью. Гарри не смог сдержаться — он рассмеялся. Смех разлился в воздухе, наполняя Гарри радостью и светом. Малфой замер, глядя на Гарри. В его глазах пылал огонь. В комнате — нет. Гарри посмотрел в потолок. Он думал, что Комната не сможет остановить Адский Огонь, но, очевидно, остановить то, что создала сама, она была способна. Или, может, не было никакого Адского Огня, лишь иллюзия. Гарри не знал; Гарри было все равно. Все было позади. Малфой сел на корточки и уставился в потолок. Его взгляд устремился к выходу из Тайной Комнаты, а затем опять к Гарри. — Господи, ну я и извращенец, — сказал Гарри. Его задница мирно покоилась на бедрах Драко, его ноги были раздвинуты, и у него был жуткий стояк. Очевидно, так на него подействовала драка. Наверное, лучше Гарри просто с этим смириться. Малфой моргнул и перевел взгляд на пах Гарри и на заметный бугор на брюках. Затем он вновь опасливо осмотрелся вокруг. — Ты... — начал Малфой. — Я был прав. Не принимай все близко к сердцу, идет? Малфой покачал головой. — То, что ты сказал... — Реверсивная психология, — Гарри наморщил лоб. — По-моему. — Ты не... не думаешь так? — Нет, разумеется, — уверил его Гарри. — Ну, кроме части про хорька. Но тебе повезло: я люблю хорьков. — Ты... — Драко судорожно вздохнул. — Ты идиот. Я же мог... — он посмотрел на палочку в своих руках и испуганно убрал ее. — Нет, не мог, — сказал Гарри. — Потому что это не ты. Больше не ты. Ты не знаешь, но знаю я. Малфой не мигая смотрел на него, а затем резко подался вперед, и нежное прикосновение к губам стало для Гарри настоящим шоком. — Ты идиот, — пробормотал Драко и углубил поцелуй. Тело Гарри подалось вверх, прижимаясь к Драко так сильно, как только можно. Он почувствовал, что его брюки и трусы исчезли; холодный воздух ожег его голую кожу. Малфоя это было желание, или его, Гарри не знал. Нам нужно уйти. Им вправду нужно было уходить. Магия все еще была здесь, все еще угрожала им. Но Драко думает, что я не хочу его. И показать, как сильно чувство Гарри было важнее любой угрозы. — Идиот, идиот, — повторял между поцелуями Малфой. — Нельзя... Мы должны... — рука Малфоя скользнула по члену Гарри, его яичкам, а затем внутрь проник палец. Чувство было резким, до невозможности странным, но Гарри все равно услышал свой стон. Сама ситуация могла смутить его, но стоило ему поймать напряженный, горящий желанием взгляд Малфоя, устремленный на его пылающее лицо, и смущение было забыто; Гарри теперь мог думать лишь о глазах Малфоя и о пальцах, двигающихся у него внутри. — Черт! — выругался Малфой и отстранился. Гарри хотел было возразить, но рука Малфоя обернулась вокруг члена Гарри и так сильно сжала его, что возражение Гарри превратилось в крик. — Нет, нет, — ахнул Гарри. — Я хочу, хочу тебя... внутри... — это было ему просто жизненно необходимо. Сейчас же. — Да, — выдохнул Малфой, лаская рукой член Гарри и прижимаясь поцелуем к его губам. — Потом, завтра, когда захочешь. Не сейчас. — Сейчас, — настаивал Гарри, но удовольствие, вспыхнувшее в его члене и яичках, поглотило его. Сильнее всего он мечтал, чтобы этот миг длился вечно, но Комната не могла дать этого ему. Гарри простил ее: она дала ему даже кое-что получше — Малфоя, живого и здорового, тяжело дышащего в шею Гарри и трущегося о его бедро, прежде чем обмякнуть и рухнуть Гарри в объятия. Кровь, должно быть, вернулась к голове Гарри, потому что он пришел в ужас от собственных мыслей. Две минуты итак потеряны зря. Им нужно уходить. Чем скорее, тем лучше. Малфой ахнул, вновь задрожал, а затем приподнялся на локтях. Гарри замер, не сводя с него взгляда. Волосы Малфоя были в беспорядке, щеки пылали, глаза горели, а на скуле расцветал нехилый синяк. Острый нос, острый подбородок, которые он видел уже тысячу раз, но только сейчас осознание настигло Гарри — Малфой был прекрасен. — Тебе нужно еще разок треснуть меня, — проговорил Гарри, устыдившись собственных мыслей. Малфой нахмурился. — Я не хочу. — Тогда я настаиваю на поцелуе, — улыбаясь, Гарри запустил руку Драко в волосы, притянул его ближе, и их губы соприкоснулись. Боль в щеке Гарри исчезла: должно быть, Драко пожелал, чтобы синяк, который он сам оставил, исчез. — Вот так мне больше нравится, — минуту спустя произнес задыхающийся Гарри. — Неторопливо, прямо после... Малфой вытаращился на него. Ну, классно же, чего ты? хотел было сказать Гарри, но Малфой вскинул голову. — Ты слышал? — Ты о чем? — нахмурился Гарри и прислушался. До него донесся отдаленный рокот. С каждой секундой он приближался. Гарри резко отодвинул Малфоя и сел. — Драко, нет! — он потряс Малфоя за плечи. — Что ты делаешь? О чем ты только что подумал? Глаза Малфоя в ужасе расширились. — Это не я! Это не... это не я, Поттер! — Малфой, пожалуйста! — Это не я! — завопил Малфой. — Я понял, Поттер, я все понял. Мне дан шанс, и я воспользуюсь им. Поверь, больше мне ничего не нужно. Я просто хочу выбраться отсюда и выжить. К черту наказание. И... — он обхватил лицо Гарри. — Ты настоящий. Теперь я знаю это. Знаю, — он впился в губы Гарри долгим, отчаянным поцелуем. — Знаю, — повторил он. — Черт, да я просто счастлив. Гарри нервно сглотнул. — Тогда унеси нас отсюда, — он попытался встать. Малфой тут же вскочил и поставил Гарри на ноги. Гарри пожелал, чтобы его штаны и трусы вернулись на место, но ничего не произошло. Малфой схватил его за руку. — Мы трансгрессируем. — Ради Бога, Малфой, мне нужны штаны! Малфой моргнул, а затем указал палочкой на Гарри. — Апарекиум! — одежда Гарри появилась там, где должна быть. — Отлично, — произнес Гарри, облегченный тем, что он больше не полуголый. — Нам нужно... — пол под ними заходил ходуном. Этого не может быть. Гарри ошибся? Малфой был прав? Магия и вправду хочет убить его? — Поттер, я пытаюсь, но не могу перенести нас, — пол под их ногами закачался сильнее, колонны заскрипели, с потолка посыпались мелкие камни. Мир превратился в размытое пятно. Очки Гарри исчезли. Они были наколдованы; они не были моими. — Малфой, — прошептал Гарри. — Мои очки... Последовала яркая вспышка, и на носу Гарри появились очки. Они были ужасны. Хотя они и помогали ему видеть, все расплывалось, и его голова мгновенно заболела. — На первое время сойдет, — сказал Малфой. — Давай, нам нужно сосредоточиться. Гарри покачал головой; перед глазами все тут же закружилось. — Не поможет, Малфой. Мои очки были наколдованы. Комнатой. А теперь они исчезли. Грохот усилился. Колонны не выстоят. — Но... — Малфой огляделся по сторонам. — Что, тогда, происходит? Магия уничтожена? Адским Огнем? — Возможно, — выдохнул Гарри. — Тайная Комната рушится. Нужно срочно выбираться отсюда, — но как? Трансгрессировать было нельзя, а в пещерах было слишком опасно. — Поттер, — в ужасе прошептал Малфой. — Смотри! Гарри взглянул вверх и ахнул. Каменная голова Салазара Слизерина с треском накренилась и соскользнула вниз. У них не было времени сбежать от чего-то настолько большого. — ПРОТЕГО! — одновременно выкрикнули они, и голова рухнула перед ними, вблизи оказавшись еще огромнее. Левая сторона лица сокрушительным ударом обрушилась на их щит. Сквозь руку Гарри тут же прошла сильная вибрация, отчего она онемела. Их яркие щиты сразу почти погасли, но тут голова откатилась от них и с хрустом раздавила скелет василиска. Об их слабеющий щит ударились обломки костей. — Поттер, колонны! Они рушились, по кругу, одна за другой. Все таки мы умрем здесь. Рука Гарри нашла и сжала ладонь Малфоя. А затем все стихло. Пальцы Малфоя казались ледяными в руке Гарри. — Все кончено? — спросил он. Это не имело значения. Гарри мог сказать только одно. — БЕЖИМ! — выкрикнул он и потянул Малфоя за руку. Они рванули по пещере; от стен отражался хлюпающий звук их шагов. Если вновь начнется землетрясение, здесь было небезопасно, но, по крайней мере, в Тайной Комнате их точно ждала смерть. Щиты бы не спасли их. — Поттер, — настойчиво произнес Малфой, пытаясь высвободить руку. — Мы бежали бы быстрее, если бы не держались... — Терпи! — оборвал Гарри. У него не было ни малейшего желания отпускать Малфоя. В некоторых местах пещеры обрушились, но Гарри и Драко палочками расчищали себе путь. Путь обратно казался короче, они оба совершенно выдохлись, но, наконец, достигли трубы, ведущей в туалет для мальчиков. Гарри подошел и заглянул в трубу. Внутри она было обгоревшая, но все же, хоть какой-то путь. — Есть предложения? — раз магии больше нет, то Рон и Гермиона смогут пройти в замок. Они могут случайно найти Гарри и Драко. Но сидеть и ждать было плохой идеей. Можно было бы призвать метлы, но они, мало того, что были уже на пути в Хогсмид, так и путь по узкой трубе мог стать для них, мягко говоря, сложным. Гарри повернулся к Малфою. — Думаю, придется ползти. — Стой, я... — Малфой огляделся и левитировал к себе большой камень. Тот приземлился у его ног, и Малфой, нахмурившись, наложил на него несколько чар. — Это сложная магия, — пояснил он. — Я о ней только читал, — камень превратился в каменный блок: он выглядел, как ступенька. Малфой бросил в нее еще несколькими заклинаниями. Гарри узнал чары, которые лежали на квоффлах, чтобы они, находясь в открытом воздухе, замедлили свое падение, а еще многократно повторяемое Геминио, копировавшее ступеньку. Гарри мог только смотреть на Драко; он смутно понимал, что тот делает, хотя и догадывался, что Драко создает лестницу. Он наложил еще несколько чар, но отчего-то был недоволен ими. Его губы поджались, а брови насупились. Гарри обнаружил, что улыбается. — Что? — рыкнул Драко. Должно быть, он заметил улыбку Гарри. — Все получится. Просто подожди. — Я верю тебе! — быстро воскликнул Гарри. Ему не хотелось объяснять, почему он улыбался. Вид Драко, тяжело трудящегося, чтобы вызволить их, наполнял его теплотой. Это напомнило ему о том, как недавно Драко попытался спасти Гарри, унести его в безопасное место, самому при этом оставаясь в замке. Тогда Гарри был разъярен таким поведением, но теперь ему казалось, что он мог бы влететь в эту трубу без помощи магии. Драко указал палочкой сперва на ступеньки, затем на трубу. Ступеньки плавно поплыли в указанном направлении и вплыли в трубу, образуя внутри лестницу. — Э-э, — Гарри не хотелось ругаться с Драко. — Не маловата лестница-то? Драко сморщился. — Она заколдованная, так что, по идее, будет двигаться вместе с нами. — По идее? — Мы выберемся, не так ли? — он изобразил рукой полет вверх. — Ты первый. Это, правда, безопасно, — добавил он, заметив, что Гарри колеблется. — Нет, я просто... — хочу присматривать за тобой, — ...думал, что по пути буду любоваться на твою задницу. Малфой презрительно посмотрел на него, хотя его щеки порозовели. — Последняя ступенька настоящая, Поттер. Если чары выветрятся, я наложу их снова. Гарри не шевельнулся, и Драко вздохнул: — Я пойду прямо за тобой, — он подошел, взял лицо Гарри в ладони и запечатлел на его губах крепкий поцелуй. — Обещаю. Гарри неохотно полез в трубу, но не раньше, чем указал палочкой на скулу Драко и вылечил синяк, который там поставил. На это Драко лишь закатил глаза. Ползти по лестнице на четвереньках оказалось проще, чем Гарри думал. Малфой, похоже, наложил больше чар, чем казалось на первый взгляд. Ступеньки слабо светились в темноте, освещая им путь, и Гарри мог видеть, как прямо перед ним из воздуха появляются новые ступеньки вверх. Во многих местах труба прохудилась или прогорела насквозь, но тогда ступеньки просто зависали в воздухе. Гарри не смог сдержаться и обернулся, чтобы убедиться, что Драко тут. — Повернешься еще раз, Поттер, и я начну тыкать тебя палочкой, — предупредил Малфой. — И догадайся, куда я буду тыкать? Гарри сдержал порыв поддразнить Драко, чтобы тот исполнил угрозу, вместо этого превратившись в слух, чтобы лучше слышать шорох ползущего за ним Малфоя. Труба все не кончалась, и руки Гарри грозились подломиться от усталости. Во многих местах труба была завалена, и Гарри приходилось расчищать дорогу магией. Когда он сделал это в третий раз, над его головой раздался звук, похожий на звон стекла или треск кафельной раковины, и в ноздри ударил свежий воздух. — Кажется, мы близко! — радостно обернулся к Малфою Гарри. Но Малфой хмуро вглядывался вперед. — Что это? — Где? — Гарри повернулся, и что-то холодное упало ему на нос. Он вытаращился на облако танцующих в трубе и медленно тающих снежинок. — Откуда они взялись? — прошептал Гарри и пополз быстрее. Они должны были выбраться в туалете для мальчиков, куда снег попасть не может. Может, они полезли не в ту трубу? Быть такого не может. Сердце Гарри забилось быстрее, когда в его легкие проник морозный воздух. Он увидел выход; и над ним темное, звездное... Гарри выбрался наружу, в ужасе озираясь. Следом вылез Малфой: его глаза распахнулись, а на лице отразилось глубокое потрясение. — Где он? — спросил Малфой. — Как он мог просто... — Я не знаю. Каким-то образом Хогвартс исчез. Все вокруг покрывали обломки. Камней, мебели, раковин, настолько, насколько хватало глаз. Все, что осталось от замка, было под их ногами. Не может быть. Это огонь? Огонь поглотил весь замок? Внезапно в глаза Гарри ударил яркий свет, и он, ослепленный, отскочил. — ГАРРИ! — раздался крик над их головой. — СЮДА! ОНИ ЗДЕСЬ! ОНИ ЖИВЫ! Лучи света окружили их, становясь ближе, становясь ярче. Сотни лучей. Рядом на землю опустилась метла, и Гарри узнал Рона и Гермиону за его спиной. Она соскочила с метлы и так стремительно бросилась к нему, словно ее кто-то бросил в его направлении. Ее руки обвились вокруг него в душащем объятии. — Я думала, тебя больше нет! Я думала, ты мертв! О, Гарри! Гарри понял, что она плакала. Он обнял ее в ответ. — Все хорошо. Все в порядке. К ним подбежал Рон. Он был бледен, практически зелен, и его голубые глаза казались ненормально большими на его лице. — Думал, мы потеряли тебя, дружище, — выдохнул он. Взгляд Рона упал на Малфоя, одиноко стоящего в стороне. Гарри показалось, что Рон сейчас кинется на него с кулаками, за то что тот чуть не угробил Гарри. Вместо этого Рон отвернулся от него. — Мы думали, ты сгорел. Гермиона дрожала в руках Гарри. К ним отовсюду сбегались люди; ученики летели к ним на метлах. Кто-то пронесся над головой Гарри, взъерошив ему волосы. — Упс! Прости! — крикнул сверху Симус. Гермиона отстранилась, и Гарри собрался глотнуть немного воздуха, как оказался в стальной хватке Лаванды. Вокруг собирались все члены О.Д., и Гарри ужаснулся, что они сейчас разделят их с Малфоем. Он шагнул в сторону и нашел руку Малфоя, крепко сжав ее, чтобы тот не ушел, но Драко сразу сжал его руку в ответ. Похоже, здесь собралась половина школы, ученики со всех факультетов. Гарри заметил, как несколько слизеринцев неподалеку кивнули Малфою. Учителя тоже были здесь; Гарри изрядно удивился, увидев Макгонагаллл на метле. Она грациозно приземлилась, но запнулась, стоило ей сделать шаг. В толпе мелькнули незнакомые лица: Гарри узнал нескольких жителей Хогсмида и даже двух мракоборцев. А затем он оказался в объятиях Джинни, которая вталкивала в его свободную руку Молнию. — Она была в моем чемодане, — прошептала она. — Ох, если бы только она была у тебя... — Это бы не помогло, Джинни, — возразил он. — К тому же, даже будь она в моем чемодане, я бы не стал брать ее. Она недовольно фыркнула. И ее взгляд упал на их с Малфоем соединенные руки. Она покачала головой. — Теперь тебе тепло? — спросила она у Гарри. — Или нужно одеяло? Гарри закусил губу. — Я в порядке, спасибо. Она вновь покачала головой и фыркнула. Макгонагалл не сводила с них глаз; Гарри подумал, что она заметила взгляд Джинни и их с Драко сцепленные руки. Ее бровь приподнялась, но комментировать она не стала. — Где вы были? — спросила она. — В Тайной Комнате. Я подумал, что там магия нас не достанет. Что мы достаточно далеко. Что мы за пределами Хогвартса. — Но она вас все таки достала? — спросила Гермиона. Гарри кивнул. — Да. Ведь Тайная Комната — часть Хогвартса. — Что случилось с замком? — Малфой вопросительно уставился на Макгонагалл. Гермиона фыркнула. — Мы... — голос Макгонагалл сорвался. — Мы его уничтожили. Гарри моргнул. — Вы что? — Ох, Гарри! — запричитала Гермиона. — Там был огонь, а ты был внутри. А мы не могли зайти! Мы не знали, что делать. Бушевал пожар, и это огненные монстры пытались освободиться. Добраться до нас. — Мы позвали всех, кого смогли, сюда, — сказала Макгонагалл. — Учеников, учителей, всех. Сквозь защитный барьер вокруг Хогвартса мы пробились легко, но вот замок... Адский Огонь нельзя подчинить. Он захватывал замок, до последней башни. Мы должны были что-то сделать. Огонь был наколдован, и потому лучше всего было воспользоваться Чарами Исчезновения, что мы и сделали. Сперва в группах, затем все вместе. — И это сработало, — сказала Гермиона. — Исчез огонь, замок, вообще все. Мы подумал, может, это магия нас услышала и помогла нам, даже хотя мы были снаружи. Она не поняла, что, если замка не станет, она потеряет свою цель. Или поняла. Я не знаю. Может, она больше знала о себе, чем я думала. А мы... мы были так испуганы и злы, ведь магия потеряла контроль над собственным огнем. И потому... раз она не могла остановить огонь, она остановила саму себя. Мне кажется, это единственное объяснение. Она уничтожила замок, саму себя изнутри, так что мы смогли справиться с огнем. Мы думали, что вы исчезли вместе с замком. Мы думали, вы сгорели, — ее глаза вновь наполнились слезами. — Но мы здесь, — сказал Гарри. — Мы в порядке. — Магии больше нет, — сказала Макгонагалл, — но нам все равно нужно уходить. Сперва местность должны проверить, прежде чем объявлять ее безопасной. — А Хогвартс? — спросил Гарри. — Его восстановят? На лице Макгонагалл появилась горечь. — Я не знаю. Гарри оглядел расстроенные лица вокруг и слабо улыбнулся. — Спасибо. Симус пожал плечами. — Ну, мы взорвали школу, — сказал он. — Разве это не мечта любого ребенка? — А еще мы спасли Спасителя, — радостно, несмотря на дорожки слез на ее щеках, произнесла Парвати. Ученики озирали окружающую их картину: парты и школьные доски, обломки статуй и картинные рамы, награды и сверкающие камни, красные, зеленые, синие, желтые. Часы факультетов были разбиты. История школы сгорела и рухнула. Гарри уставился на драгоценные камни, в беспорядке разбросанные вокруг, больше не разделенные по факультетам. Мы уже не сможем двигаться назад, внезапно понял Гарри. И узел в его животе ослаб. — Вперед, — скомандовала Макгонагалл и оседлала свою метлу. Один за другим, ученики последовали за ней. Никто не сказал ни слова, когда позади севшего на Молнию Гарри скользнул Драко, обвив руки вокруг его талии. Они оттолкнулись от земли и взмыли в небо. Окрыленный, Гарри не смог сдержать улыбки. Он был жив, Драко был с ним, и они летели по небу. Гарри пришлось притормозить метлу: вокруг них на метлах столпился весь О.Д.. Драко наклонился и зашептал Гарри в ухо: — Но огонь не добрался бы в Тайную Комнату. Мы были в безопасности. Магия помогла нам. — Наверное, это все, что ей оставалось, — сказал Гарри. — Ты хотел защитить нас, и она послушала тебя. — Я еще я хотел... — Драко судорожно вздохнул. — Я сжег Хогвартс. Гарри резко развернулся. — Нет! Драко, ты не виноват. Ты не сжигал замок, а наши друзья не уничтожали его. Он исчез сам. Потому что только так он мог помочь нам. Потому что он служил нам до последнего вздоха, — Гарри ехидно прищурился. — Теперь кивни и скажи «Ты прав, Гарри». Малфой усмехнулся и прикусил Гарри мочку уха. — Ты зануда, Поттер. — Для начала достаточно, — Гарри мягко улыбнулся. Он развернулся и неуклюже чмокнул Драко в губы, совершенно забыв, что рядом с ними летит, по меньшей мере, сотня человек. Если кто-то и заметил и что-то сказал, Гарри не слышал. — Смотри вперед, Поттер, — сказал Драко. — Ты везешь сокровище. — Все-все, буду осторожнее, сокровище. Глаза Драко сузились, но губы дрогнули. — Я имел в виду твой член. Гарри рассмеялся. Он залился бы краской, если бы его внимание не привлек неяркий свет вдалеке. Они еще не успели отлететь далеко от Хогвартса, но его уже поглотила ночь. На секунду Гарри показалось, что они кого-то забыли, но свет был слишком тускл. — Это... — Гарри нахмурился. Драко проследил за его взглядом. — Пивз? Это Пивз? Это был Пивз. Гарри не знал, откуда он взялся, но он был там, кружа над руинами замка. Он скорбно снял с головы шляпу, прижал ее к груди и замер над обломками. Медленно, его слабо светящееся тело гасло, и он исчез. Единственной вещью на мили вокруг оставалась белая каменная плита. Могила Дамблдора, подумал Гарри, и горе затопило его. Портрет Дамблдора тоже канул в Лету. Исчез, а, может, сгорел. Руки Драко сильнее обняли Гарри. — Мы построим новую школу, — сказал Гарри. Новый Хогвартс, без прошлого, без истории, как чистый лист. Драко прижался губами к его шее. — Лети. Гарри повернулся, крепче схватил метлу и устремился к платформе Хогсмида.