и её чувство снега

все мои орхидеи внутри распускаются, застывает вселенная на века, мурашки на запястьях и океаны волнами к берегам, когда ты прикасаешься к моим рукам.

Крис срывается злостью на обшарпанные оконные рамы с пейзажами одиноких рассветов; у него маниакальная страсть дробовиком выбить Нуре все промежкостные, а он смотрит на Вильяма, хлопает по плечу:

- Твоя птичка никуда не улетала.

(только лёгкие дырами выклевала к чёрту; до фаталити)

душные щупальца её вздохов колотят ему по барабанным перепонкам, он готов выгрызть из её кожи белизну и впечатать неоспоримым доказательством собственного превосходства карминово-космическую акварель в созвездиях и туманностях; у неё бледные губы и растерянность, потому что грёбаный Крис растерял все её принципы. у неё ядерные выхлопы по смеющейся надменно радужке, она вся - фальсифицированная прокрастинация, она вся - магматическая слепота дурмана, она вся - его, и Криса бесит, что снежная пташка балеринит на тоненьких ножках в чужих - не-его - руках, а потом слепой чайкой врезается отчаянно губами в его губы, - безумная, вырезанная из бумаги и горящая нещадно в керосиновых лампах глаз Вильяма под водопадом искр на серпообразные ключицы. она полумесяцами ногтей выскребает ему на спине протокол нереальности, а он стучится межклеточными в её одеревеневший рассудок, высуживает шкалярность чувств вдоль выгибающихся под инеем кожи лопаток. Нура дрожит под ветром его прикосновений, а он: - ты никогда не сможешь полюбить меня, как его. и Нура глупо, вымученно - но так по-настоящему, - улыбается, ему хочется прыгнуть с крыши её улыбки, выброситься из окна муссонных глаз, а он держит её за руку, и она гнёт пальцы, поддаётся, но весна сдувает с её щёк слёзы, и она всё ещё девушка его лучшего друга. Крис плюёт на асфальт и думает, что нахер ему не сдались друзья. Нура не знает, что делает, когда вдалбливается проворным горячим языком ему в рот. (хорошо, что Крис знает прекрасно)

два человека - он и она - глядели друг другу в глаза... реки набухли. народ бежал и жмурился от тепла. кто-то кричал: "пожар!.. пожар!.." а это любовь была.