Колыбель тишины

       Когда в отделении что-то пропадает, первым делом начинаются активные поиски. Уже потом звучали вздохи-ахи-недовольства, и делегации сотрудников шествуют к психологу, где Максим элегантно отмалчивается, а Сашка показывает визитёрам язык, вертя в цепких лапках тот самый искомый объект.        На вопрос о том, когда её уже научат не красть что попало, и воспитатель, и воспитанница предпочитают не отвечать. Может, этого у них и в планах нет? Мефодий всё-таки предпочитает считать, что они над этим работают, потому что со временем, постепенно, но уверенно исчезает всё меньше вещей. Сашка — та ещё заноза, но к обучению она способна, а в некоторых областях даже таланты проявляет. Не так плохо.        В свою очередь, ему интересно, как работает механизм Сашкиной странности, так что он особо не выказывает учтивости, напрямую обращаясь к непоседливой девчонке. Следует фырканье, какие-то отмазки, а потом она нехотя поясняет:        — Ну, вот допустим, ты сидишь за столом в своей комнате, а рядом крепится полка с книгами. Это твоё место, ты знаешь, где что стоит. Чтобы достать определенную книгу тебе не нужно смотреть, ты и так знаешь, что она там, достаешь не глядя. Вот и у меня так же, только моя полка — весь мир.        Мефодий хмыкает задумчиво. Жаль, что к производству малышку не припахать, она уже закреплена за местом и человеком. А как удобно! Говоришь: «Достань гаечный ключ», — и она достаёт. Прелесть же. Никаких проблем. Кроме её поведения и шалостей, всё под рукой. Точно почуяв направление мыслей механика, Сашка напоминает, что нафиг он ей не сдался со своим гаражом, и Меф отмахивается.        — Но так-то ты можешь достать любую вещь? — любопытствует он.        — Не всё. — Девчонка морщит носик. — Типа, я не могу самолёт тебе в лицо кинуть. Разве что игрушечный. И не все вещи получается брать, но Максим говорит, что это дело времени и тренировок.        — А продукты? Еду или воду?        — Жидкости без сосуда не могу. Еду любую, даже кашу.        — Достань, к примеру… яйцо.        Мефодий называет случайный объект, и ему всё ещё интересно. Сашка презрительно усмехается, точно показывая, что проще быть не может, приподнимает руку и прямо и воздуха выхватывает… яйцо, да.        — Саш… — севшим голосом Меф выговаривает. — Ты уверена, что это то?        Девчонка смотрит на предмет с удовлетворением, потом на Мефа — с непониманием. Механик медленно хватается за голову и пытается заторможенным мозгом осмыслить, что они натворили и как скоро их посадят за кражу. Он заявляет:        — Мы идём к Сугу. Срочно.        — Как? — только и выдаёт Зверев Сергей, когда запыхавшиеся гости вваливаются в его квартиру. Аня машет им на прощание и выбегает за двери, направляясь на какую-то свою встречу. Сашка провожает её глазами и только потом суёт под нос Сугу трофей своей алчной странности. Хоть тот и в курсе, в какую передрягу коллеги попали, при материальном подтверждении у него дёргается глаз.        — Да чо вы все так взбаламутились? — недоумённо вопрошает Сашка, пытливо зыркая то на Мефа, то на Сугу.        Хакер подносит руку к лицу и качает головой.        — Восемнадцать с половиной, - говорит он.        — Чё?        — Миллионов долларов.        Сашка вертит в руках небольшой розовое яйцо с мелким белым циферблатом и фигуркой птички на макушке. Затем выдаёт:        — Оно, конечно, симпатичное, но это ведь не может быть ценой?        — Если в музее увидят пропажу, NOTE нас точно не пощадит, — стонет Мефодий, обхватывая голову руками. — Братишка, помоги срочно!        — Какой я тебе к чёрту братишка?! Убирайтесь, преступники, без вас полно забот!        — Сугу-у-у-у!        Хакер морщится и неохотно пропускает их в дом. Всё ещё не понимающая, что за штучку она выкрала прямо из-под носов, возможно, многих человек, деловито топает в комнату, пока Мефодий спешно объясняет ситуацию и то, почему он никому из организации ещё не рассказал. Сугу хмурится, Сугу кривится, но Сугу садится за свои компьютеры и стучит по клавиатуре, погружаясь в работу взлома.        — Может, себе оставим? — интересуется Сашка, вертя безделушку блестящую в пальцах. — Красивое же яйцо!        Мефодий только бьёт ладонью по лицу.        Когда заголовки газет вовсю заявляют о невероятной краже, отделение с подозрением косится на Сашку. Доказательств ни у кого нет, ведёт она себя, как обычно, на новости внимания не обращает, всё так же умыкая предметы с рабочих столов и из соседних комнат. В принципе, всё нормально.        В газетах прилагаются заметки, что все камеры наблюдения на момент похищения были таинственным образом выведены из строя, потому преступника разглядеть не удалось, а присутствовавшие туристы сообщают разные версии кражи, единого мнения нет. Мефодий с облегчением выдыхает и вручает Сашке брошюрку с описанием самых дорогих вещей в мире.        — Просто попробуй отличать яйца Фаберже от обычных, окей? — обращается он. — И вообще всё остальное тоже.        Сашка показывает ему язык и тырит из соседнего супермаркета яблочный сок, вновь не задумываясь над последствиями. Меф вздыхает и надеется, что если обошлось в тот раз, то в этот тоже никто ничего не заметит.        Хотя на самом деле Сашка тайком учится расценки различать. Может, потому что проблемы будут грозить не только ей, а ещё не хочется снова видеть физиономию мистера Воблы, маскирующего следы её пространственного воровства. Сашка просто пытается сделать так, чтобы больше не грабить супер-пупер-офигенные заведения.        У неё немножко получается.        До тех пор, пока случайно…        — Сашка, это что, «Сердце океана»?!