Could you do me a favor?

POV Changgu Я не знал как долго я отсутствовал для всех остальных. В комнате не было ни часов, ни моего телефона, ни даже живого человека, чтобы спросить. Я был уверен в том, что долго, ведь желудок, который и часа без еды продержаться не мог, со всем отчаянием просил еды. Но я старался не обращать на это внимания, ведь у меня были проблемы похуже. Я вспомнил пирамиду Маслоу, и думал о том, получится ли у меня перехитрить первую ступень, чтобы сосредоточиться на второй. Я никак не мог понять, что произошло. Я помнил, отчётливо помнил, как меня похитили, но я не понимал мотива. Совершенно ясно то, что это всё связано с прошлым Ана, с мафией, с его семьей. Но почему именно сейчас? Почему не вчера, не неделю назад, не с самого начала? Мыслил я удивительно трезво, не давая панике пробиться. Однако, я отлично понимал, что этой трезвости хватит до того самого момента, как я увижу любого живого человека. Наверное, паника и истерика, всё же, социальные явления. Я думал о Ян Ане, и в моей голове было несколько миллиардов вариантов того, где он сейчас, и что с ним происходит. Но все эти варианты, почему то, заканчивались тем, что он рано или поздно встречается со своим отцом. В коридоре послышались тяжелые шаркающие шаги. Я напрягся всем телом, что оказалось довольно таки болезненным. Я видел порезы и синяки по своему телу, но в комнате не было зеркала, чтобы я мог полноценно оценить нанесённый мне урон. Я сидел на жесткой кровати посреди комнаты. Рядом с ней стояла тумбочка, а всё остальное пространство в комнате, выкрашенной в отвратный оттенок серого цвета, было пустым. Даже лампочка светила еле-еле, будто ей было лень тратить электроэнергию на меня. В замочной скважине повернулся ключ, и дверь с громким хлопающим звуком открылась. На меня смотрел высокий мужчина в чёрном костюме. Даже рубашка была чёрной, и я подумал о том, что он выглядит как моя смерть. Он молча кивнул головой на коридор, и я заспешил в указанном направлении. Мужчина шёл сзади меня молча, время от времени хватая меня за руку и поворачивая меня в другую сторону. Мы шли будто по какому-то лабиринту, отделанному метального цвета панелями. В какой-то момент я даже подумал, что мы где-то под землёй. Кроме таких глупых мыслей у меня в голове не было ничего, а по венам растекался только холодящий страх. Это всё вряд ли было шуткой. Мы зашли в комнату с высокими потолками, отделанную деревянной обшивкой, с широким камином, массивным деревянным столом и стульями. Всё в этой комнате кричало о богатстве, и я нервно сглотнул. Спиной к нам сидел мужчина с седыми висками, и эту манеру держаться и общую устрашающую ауру было невозможно не узнать. Я не знал, как мне себя вести, что говорить и делать ли что-либо вообще. Кажется, в вашем любимом корейском блюде перца совсем не осталось, господин Ян. - Цекей, ты можешь быть свободен, - прогремел его голос. – А вы, Йо Чангу, подходите и присаживайтесь рядом со мной. Я не был уверен, к чему всё это шло. Меня пригласили за стол, что не было похоже на то, чтобы я был пленником или нежеланным гостем. Он определённо ожидал нас, и сам факт того, что он приказал сесть рядом с ним, меня очень настораживал. - Йо Чангу, садитесь справа от меня, пока Вас не усадили, - повторил он, даже не поворачиваясь. Я повиновался и сел рядом, боясь поднять свой взгляд на него. Он не угрожал мне, ничего мне не делал, но почему-то я страшился того, что он мог бы сделать. Чисто теоретически, он, наверняка, мог бы спокойно меня убить, и переживать лишь о том, что на изысканном ковре глубокого нефритового цвета останется кровавое пятно. Всё это время я оставался ужасно напряженным, не будучи в состоянии даже вдохнуть полной грудью. - Мы ожидаем ещё нескольких гостей, поэтому, надеюсь, Вы сможете потерпеть до того, как принесут еду, - совершенно спокойно сказал мужчина. Мне нужно было ответить? Или кивка было достаточно? Или не нужно было сглатывать так громко? Он хмыкнул насмешливо, и даже в его дыхании я мог слышать презрение к моей персоне. Поэтому я не понимал, что я тут делаю и зачем. Гости? Мы будем трапезничать с кем-то? Я должен буду сидеть всё это время рядом с ним? Они будут обсуждать что-то важное? То, что я не должен был слышать? Меня убьют затем? - Сегодня у нас на ужин корейская кухня, - сказал мужчина. – Ты, наверное, скучаешь по родному дому, - вдруг он перешёл на неформальный язык. – Твоя мама продолжала звонить, и пришлось выключить твой телефон. Она, наверное, переживает там, в Корее. Хотел бы её увидеть? Я не знал, как мне реагировать на всё это. Мама? Конечно же, она звонила. Я боялся за то, что же она могла подумать, и чего она даже представить не могла о том, что на самом деле со мной происходит. - Так хотел бы? – снова повторил мужчина совершенно безразличным тоном. - Да, сэр, - выдавил я из себя. - Сэр? – немного насмешливо переспросил он. – Она хорошо тебя воспитала, ты знаешь когда нужно проявлять уважение. К моему сыну ты так же обращался? Ян Ан. Вот о чём всё это. Это отцовская ревность, или что-то большее? Это всё из-за того, что мы истинные? Или из-за того, что Ян Ан отошёл от всего этого? Или из-за того, что я обычный парень? Или из-за того, что я именно парень? - Я знаю, что вы истинные. Знаешь, изначально это даже было мило и забавно: будто Ан снова стал ребёнком, - продолжал он. – Я был уверен в том, что он нашёл себе новую игрушку, ведь раньше он не брезговал множеством разных партнёров. Мне было всё равно, что вы парные, ведь я знал, как он сам к этому относится. Он ненавидел твоё имя, то, что вы должны были принадлежать друг другу, что кто-то что-то решил за него. Он очень свободолюбивый, и даже я не всегда мог ему указывать. У него талант, он был бы невероятным лидером, он стал бы на моё место, и мог бы даже превзойти меня в этом. Но вместо величия и власти он выбрал обычную жизнь с тобой. В комнате стало тихо. И только поленья в камине потрескивали из-за жара огня, и мне казалось, что мой мозг вместе с ними тихонько потрескивал в том камине. Семейные драмы всегда неприятны, но особенно когда это не обычная семья, а такая, в которой родился Ан. - Что в тебе особенного? Да, ты симпатичненький, и мне даже не так противно от того, что ты мальчишка. Ты искусный любовник? Или же ты прирождённый манипулятор? Как ты смог убедить моего сына в том, что он должен бросить всё ради тебя? - Я не убеждал его в этом, - тихо произнёс я в свою защиту. - Хочешь сказать он влюбился в тебя? Что он сам принял это решение? Он ненавидел тебя всей своей душой ещё до того, как встретил тебя в жизни! Очнись, наконец! Даже если ты ничего не делал, то у Ана должен быть какой-то свой план, и ты был только жалкой отговоркой, прикрытием, чтобы о его настоящих планах никто не узнал. Он всегда был мастером, когда доходило до планов, скрытых заговоров и переворотов. Я окончательно потерялся в том, что происходило. То, что говорил отец Ана одновременно имело смысл, и не отличалось логичностью. Я частично верил этому и понимал, что на самом деле это не так. Кому он пытается сделать хуже или лучше? Он хочет меня переубедить в том, что мы пара, чтобы у меня не было разбито сердце, чтобы я не строил ложных надежд? Или планы невероятной сложности умеет строить именно он, а не его сын? Я путался в мыслях, не будучи в состоянии разобраться во всей этой каше в голове. Две совершенно противоположные мысли борются за лидерство, но я пытаюсь найти какие-то лазейки в каждой из них, ведь может быть такое, что на самом деле они одна и та же реальность. - Ты хорошо знаешь моего сына? – немного мягче проговорил мужчина, как отец нашкодившему ребёнку. – Ты думаешь, что то, что происходило в стенах вашей квартирки на двоих было реальностью, которую вы должны были проживать до конца своих дней? Даже если всё то, что было, было взаправду, всё это изменится в скором времени. Если не из-за меня, то из-за самого Ана. Ты не знал его месяц, полгода, три года назад. Если ты думаешь, что та картинка, которую ты сложил у себя в голове о моём сыне, правдива, то ты заблуждаешься. На этом моменте я уже даже не знал, что я чувствую. Кажется, страх отступил, но я был таким потерянным (?). Я не знал во что верить, и стоит ли верить во что-либо вообще. Мне было больно отказываться от идеальной картинки нас, от того, что, как я думал, было для нас правдой. Я никогда не мог понять, что в голове у Ана, и сейчас я начал задумываться об этом серьёзнее. А что, если его отец прав, и он меня ненавидит и просто использует ради чего-то большего? Даже если так, то зачем его отцу пытаться мне это объяснить? Это совсем не вписывается в моё представление того, каким должен быть глава мафиозной группировки. Или ему просто нравится мучить своих жертв? Он так спокойно говорит обо всём этом, будто это совершенно нормально, и он точно такие же слова уже говорил множеству людей до этого. Здесь были все те, с кем Ан встречался до этого? - Чангу, ты как открытая книга – по твоему лицу легко понять о чём ты думаешь, - сказал он. – Ан появится здесь сегодня, как я надеюсь. Сможешь услышать всё из его уст. - А если Вы окажетесь неправы? – вдруг выпалил я. - Оу, а перец, кажется, всё же остался, - ухмыльнулся он. – Не только Ан умеет составлять планы. Если ты думаешь, что ты здесь для того, чтобы я по доброте душевной тебе рассказал, кем на самом деле является мой сын, то ты заблуждаешься. Я здесь, чтобы вернуть сына туда, куда он принадлежит, и если для этого мне нужен ты, то я буду держать тебя рядом… живым или мёртвым. Внутри всё похолодело. И почему я надеялся на то, что меня оставят в живых после этого? Если этому суждено быть самым роскошным ужином в моей жизни, то зачем вообще ужинать когда-либо после этого? Дверь в комнату открылась, и внутрь зашло несколько мужчин. Они уселись за столом, не обращая на меня внимания, и я подумал о том, что они все давно знают, к чему сведётся сегодняшняя трапеза. Все они были на удивление красиво официально одеты. Каждый из них был в дорогом костюме, правда, уже не в черном. Я никогда не видел никого из них, поэтому мог судить о них только по их внешнему виду. Вскоре начали приходить ещё гости, среди которых не было ни одной женщины. И мне показалось забавным то, что женщины, будучи хорошими манипуляторами и блистательными составителями скрытых планов, по словам самих же мужчин, не занимали высоких постов даже в кругах мафии. На столе постепенно начали появляться блюда, названий которых я не знал. Выглядело всё просто великолепно, и мой живот несдержанно заурчал. И сделал он это с такой гордостью и величием, что услышали это все за столом. Ко мне подошёл один из прислуги, и налил в высокий стакан воды. Я посмотрел на него, и в голову пришла шальная мысль о том, что, если бы моя судьба сложилась немного иначе, я мог бы быть сейчас на его месте. - Спасибо за то, что собрались сегодня здесь, - громко промолвил мужчина. – Приступим же к трапезе. Все те, кто опаздывают, присоединятся к нам позже, если, конечно же, придут, - он бросил на меня взгляд полный ликования. Я скептически осмотрел еду, следя за тем, что берут другие за столом. В итоге я решил съесть что-то, и не пожалел об этом. Я не знаю, что я положил себе в тарелку, но в тот момент я понял, что мои кулинарные навыки далеки от идеала, как Млечный Путь от Великого Аттрактора, то есть, невероятно далеко. - Если он не придёт, - господин Ян шепнул мне на ухо, - я застрелю тебя здесь же по окончанию ужина. Дальше горла еда не пошла. Я поперхнулся и начал долго откашливаться. На глаза из-за раздражения навернулись слёзы, но я молниеносно смахнул их, чтобы не радовать мужчину, сидящего рядом со мной. Больше ни кусочка я не мог даже ко рту поднести. Мало того, что у меня пропал аппетит и что у меня началась ужасная мигрень, моя жизнь зависела от грёбанных пробок в Шанхае. - Где он?! – в комнату влетел Ан. Все мужчины за столом спокойно повернулись в его сторону и учтиво кивнули головой, прежде чем вернуться к своим тарелкам. Я посмотрел на Ана, и моё сердце зашлось в бешенном ритме, ведь вот он, живой и здоровый, стоял передо мной. С ним было всё в порядке, он пришёл, он не бросил меня. - Присядь за стол и раздели с нами ужин, - спокойно сказал его отец. - Я пришёл сюда не есть, а забрать Чангу, и ты это прекрасно знаешь, отец, - грубо парировал Ан. - Ян Ан, если я сказал сесть и тихо ужинать, ты садишься и тихо ужинаешь, - уже грозно произнёс мужчина. Из-за этих слов и его манеры разговора мне было даже вдохнуть страшно. Наверное, поэтому Ан всё же сел за стол, напротив меня. К нему сразу же подбежал тот же парень, который раньше налил мне воды, и сделал то же и ему. Мы смотрели друг в другу глаза, пытаясь коммуницировать без слов, но получалось у нас из рук вон плохо. Я был счастлив хотя бы видеть его. Я был готов забыть всё, что сказал его отец ранее, и даже если это было правдой, я был готов и дальше продолжать жить в своей фантазии. - Ты добрался довольно быстро, - уже спокойным тоном сказал его отец. – Беспокоился, наверное. - Да, беспокоился, - подтвердил Ан. – Если ты переживаешь о том, что мои чувства ложные, то ты ошибаешься. Так что дай нам спокойно уйти отсюда. - Ты готов пойти на все эти жертвы? – уже менее сдержано сказал мужчина. – Ради кого? Ради ничтожного мальчишки! Только из-за того, что у тебя на рёбрах его имя! Это же смешно! Ты понимаешь, что потеряешь деньги, власть, своих людей, семью в конце концов! - Да, я это прекрасно понимаю, - смиренно произнёс Ян Ан. – Я это прекрасно понимаю, - уже твёрже повторил он. – И поэтому я иду на это. Чтобы потерять всё это! Ничего из этого списка никогда не делало меня счастливым, в отличии от Чангу! Когда он улыбается, улыбаюсь я! Когда он плачет, я плачу вместе с ним! Раньше я этого не понимал… какого это быть истинными. Я пытался убежать от этого, не хотел связывать судьбу с человеком из-за того, что это за нас решили свыше. Но сейчас я понял, что нить моей судьбы наконец привела меня к счастью. Я счастлив! Ты слышишь?! - Я даю тебе последний шанс выкинуть всё это из головы, - пригрозил старший. - Считай, что я им уже воспользовался, - взгляд Ян Ана похолодел. – Я сделал выбор, и теперь не собираюсь ничего менять. Меня раздирало на куски от того, что я услышал. Я стал причиной стольких проблем! Это то, чего я так боялся всю свою жизнь. Я боялся быть бременем, проблемой, но даже никогда не задумывался о том, что всё может набрать таких масштабов. Ан готов бросить всё ради того, чтобы быть со мной. На самом деле, внутри я ликовал – это было доказательством того, что его отец был неправ, и что я всё же не жил в своей фантазии. Но с другой стороны мне было страшно за то, что теперь случится. Мне не казалось, что вдруг его отец потеплеет, отпустит нас домой и в судочках даст с собой еды. - Глупый мальчишка, - раздраженно произнёс его отец. – Ты хоть понимаешь, какой выбор ты делаешь? - Отлично понимаю, - голос Ана отличался от того, каким он был обычно; он был намного жестче. – Я понимаю, и готов взять на себя ответственность за любые последствия. - Даже за его смерть, - мужчина кивнул в мою сторону, и я совсем перестал дышать. - Ты не тронешь его, - мне казалось, что Ан сейчас начнёт рычать. - Серьёзно? – мужчина достал пистолет и приставил его к моему виску. – Скажи мне это ещё раз. Ан, я думал, что ты наиграешься и остынешь, но ты, оказывается, воспринимал всё это всерьёз. Не будет проблемы с отношениями, если не будет самих отношений. А в одиночку отношения не построишь, не так ли? – он обращался уже ко мне. Я нервно сглотнул и перевёл взгляд с Ана на его отца. Ни один мускул не дрогнул на его лице, оно всё так же оставалось совершенно спокойным, будто он вышел в бильярд поиграть, а не застрелить любимого человека своего сына прямо перед ним. - Если тебе так сильно хочется кого-то убить, найди себе шлюху в переулке, - прошипел Ан. - Бэй сказал, что твой любимый Чангу отличился похожей деятельностью, - ухмыльнулся мужчина. - Так может Бэй станет твоим наследником, твоим сыном, которым ты сможешь гордиться? - Зачем мне Бэй, если я могу гордиться тобой? Всё, что от тебя требуется, это стать собой, тем, кем ты был до того, как встретил это ничтожество. А знаешь, - он вдруг убрал пистолет от моего виска. – Чего это я постоянно спрашиваю твоего мнения? У Чангу, наверное, тоже есть, что сказать. Ну, что, Чангу? – он повернулся ко мне. – У меня есть предложение, выигрышное для всех. Более-менее. Я предлагаю тебе быть со мной каждую ночь на протяжении месяца, и затем вы с Аном можете тихо исчезнуть отсюда, и я обещаю вас не преследовать и не пытаться найти. Желудок у меня свернулся в трубочку и мотался со стороны в сторону. Я хотел убежать, хотел уехать как можно дальше отсюда, чтобы больше никогда не иметь никаких связей с прошлым Ана. Я хотел уехать вместе с ним и строить совместное будущее в другом месте. Но плата за такое мнимое счастье казалась мне слишком большой. Даже если я смог бы это выдержать… Всего месяц я мог бы выдержать всё, что он хотел бы со мной делать. Я боюсь за то, что после этого Ан больше никогда не сможет на меня посмотреть таким же взглядом. Он будет чувствовать себя преданным, разбитым. - Чангу, не смей соглашаться, - прошипел Ан. - Дай парню самому принять решение, - отрезал его отец. Я не знал что мне ответить и стоит ли отвечать вообще. Я переводил взгляд с Ана обратно на его отца, пытаясь прочитать правильный ответ на их лицах. Это было слишком для меня, я не мог нести на своих плечах ответственность за последствия этого решения, каким бы оно ни было. - Хорошо, я понял, это сложно, - сказал мужчина. – Тогда я дам тебе второй вариант, и ты сможешь выбрать. Если не это, и ты боишься предать Ана, и вашу светлую непорочную любовь, – мужчины за столом начали хихикать – то, я вас обоих убью и похороню в общей могиле, чтобы вы могли быть вместе хотя бы в загробном мире. Не знаю как тебе, но мне кажется, что это очень благородно с моей стороны. Теперь я всё же начал рассматривать предыдущее предложение как достойный вариант. Это было лучше, чем умереть самому и принести смерть единственному человеку, с которым вы делите одно счастье на двоих. Я посмотрел на Ана, и он еле заметно покачал головой. Я знал, что он предпочитает второй вариант первому, но я не мог принять такое решение. Я снова посмотрел на его отца, который уже начал терять терпение. - Йо Чангу, пора бы уже принять решение. Ты не девица, и я не сделал тебе предложение руки и сердца, чтобы дать тебе пару дней подумать. - Я не могу принять такое решение, - попытался я ответить спокойно. – Это решение касается не только меня, но и Ана, и я не могу решать за него. - Тогда я помогу тебе, - произнёс мужчина и молниеносно выстрелил мне аккурат в плечо. Я закричал от боли и схватился здоровой рукой за плечо, пытаясь приостановить кровь. Ан был дёрнулся ко мне навстречу, но несколько мужчин из-за стола поднялись намного быстрее и схватили его под руки, не давая вырваться из захвата. Плечо будто окунули в кипяток, а затем всё вокруг самого ранения странно онемело и неприятно покалывало. Голова начала кружиться, а на лбу выступил холодный пот. - У тебя не так уж и много времени до того, как ты истечешь кровью. Решай сейчас, чтобы я знал, стоит ли тратить ещё пули, или лучше позвать врача, - пригрозил мужчина. – Выбор ведь вполне несложный. Рана не давала спокойно думать, а озноб, пробиравший до костей, отбивал восприятие реальности. Так будет всегда, если я стану его шлюхой? Весь месяц я буду ожидать такого отношения к себе, терпеть побои или даже хуже? А затем, измученный физически и морально, как я вернусь к Ану, который отвернётся от меня в тот момент, когда я соглашусь на это? Есть ли вообще смысл в принятии такого решения? - Я выбираю второй вариант, - достаточно громко произнёс я перед тем как потерять сознание.