Сладкие игры

*** Но и вечерний душ Паша использовал больше ради приучения жены к своему присутствию в душе и к своим прикосновениям, чем для приставаний. Ну и конечно для собственных восторгов от возможности видеть жену без одежды, касаться её. А больше всего ему хотелось видеть её радость от его внимания, хоть и с примесью её смущения. Паша пощадил впечатлительность Алисы (а может и свою заодно), и не стал акцентировать это своё пристальное внимание на эрогенных зонах девушки, ласки которых могли бы повергнуть её в шок, на грани которого она то и дело оказывалась, стоило ему приблизиться к чему-то слишком интимному. Поэтому он постарался сделать вид, что вид обнажённой жены его не так уж и впечатляет. На этот раз это получилось более убедительно, чем в бассейне или тем более на водопадах, где он не скрывал, что жаждет созерцать жену. Особенно на водопадах. Лучше пока не вспоминать даже. Всё недолгое Алисино купание Паша смирно простоял рядом с непроницаемым выражением лица, ограничившись маской вежливого одобрения. Никак не комментируя свои впечатления от увиденного. И вмешался, только когда Алиса выключила воду и взяла полотенце. Забрав это самое полотенце и кладя его обратно на полку. На вопросительный взгляд Алисы Паша попросил: — Постой ещё под водой. — Зачем? — Просто ради моей просьбы. — Ну хорошо, — уступила Алиса и включила снова воду. Теперь уже и Алиса внимательно посматривала на то, как Паша смотрит на неё. До этого она только мельком бросала на него взгляды краем зрения, сосредоточившись на самом душе и спеша поскорее закончить с этим делом. Ей пока стеснительно было стоять под душем в присутствии мужа. Всё же она только в третий раз перед ним в таком виде. До этого только на водопадах да возле бассейна. — Вода красиво стекает по телу… — пояснил Паша. —  Это помогает увидеть новые оттенки твоей красоты… — Тогда это лучше на водопадах смотреть. Как вчера. А в квартирах экономить воду. — Немного можно и потратить. Хотя на водопадах конечно лучше. Ладно, заворачивайся, — внезапно передумал Паша, подставляя Алисе полотенце. Он решил больше не испытывать своё терпение красотой обнажённой жены. Да и обнять её хотелось. А Алисе пришлось смириться с тем, что в полотенце её укутал Паша. И с тем, что, завернув её в него, ещё и обнял. Алиса была рада, что она при этом хоть в полотенце была. Поскольку не чувствовала себя готовой к взрыву чувств вроде того, который был вызван их обнажённым объятием на водопадах. — И что это за чудесная отдушка? — спросил Паша, решив не думать о том, что ему хочется убрать мешающее полотенце и обнять жену голенькой, как на водопадах. Но тогда весь его план улетит в сторону. И придётся обольстить жену не медленно, а немедленно, в экспресс-режиме. Так что лучше отвлечься на что-нибудь. Хоть на отдушку. Алиса молча подала ему гель для душа. — А, понятно. «Афродита». Ну ещё бы. Какое ещё название может быть у твоего геля. — Не ёрничай. Я же не виновата, что у такого классного геля такое кричащее название. — Да нет, правильное название. И картинка красивая. — Конечно красивая. Голая девушка на картинке. — Не в том дело, что голая. А фигура красивая. Кстати, очень похожа на твою. — Неужели? — Да, очень. Посмотри внимательно. Паша отошёл от зеркала, которое он загораживал, и стёр с него влагу. Затем стянул полотенце с Алисы и показал ей на её отражение. — Видишь сходство? — Да какая разница. — Просто забавное совпадение. Твоя фигура и фигура на геле. Один в один. — Просто фигур такого типа много. — Не такого, а лишь похожего. Но твою фигурку с другими я не перепутаю. Слушай, а это не с тебя случайно делали изображение для геля? — Паша, а обязательно быть таким наблюдательным? Мне теперь и соврать нельзя, и признаваться неудобно. — Что, правда с тебя? — Ну в общем да. Вроде бы. — А что неудобного в признании в этом? — Будешь теперь знать, что я засветилась на косметике. Да ещё и в таком виде. — Если ты стесняешься этого, то зачем соглашалась позировать? — А кто сказал, что это я соглашалась? Зачем мне это? — Ты хочешь сказать, что без твоего разрешения использовали … ммм… твою фактуру? — Вот именно. Поставили перед фактом. — Э, подожди. Тогда ты должна подать на них в суд. — Какой суд, Паша? Как я должна доказывать, что в дизайне использована моя фактура? Дефилировать там в бикини? — Но должен же быть какой-то выход. — Ну… можно просто не обращать внимание на это. Лица-то на тюбиках не разглядеть… спасибо и на этом. — Зато всё остальное во всей красе. И любой желающий может пялиться на это. Наверняка же есть рекламные плакаты и страницы в журналах? — Есть… — Нет, ну это просто некрасиво со стороны производителя. За такие дела их и закрыть не грех. — Паш, но это хорошая фирма. И продукция у них качественная. — Зато манеры нечистоплотные. — Не сердись так на них. Не такие уж они и плохие. Они готовы были уничтожить всю партию продукции с моими изображениями, если я этого потребую. — Но ты конечно же не потребовала. — Нет конечно. Это было бы варварством. Как можно столько труда выбросить. — И они наверняка знали, что именно поэтому ты простишь им их бесцеремонность. А как ты узнала про их делишки? — Они сами сообщили. Прислали ящик гелей и прочих тюбиков в качестве «маленького презента». С благодарностями за «предоставленную фактуру» и извинениями за то, что использовали «пропорции» без согласования. — Ясно. И конечно же догадывались, что ты не станешь обращаться в суд и вообще устраивать скандал, чтобы не раздувать огласку. Ты не стала бы привлекать внимание к своей фигуре. И как ты только не вышвырнула их ящик. — Ну как… мне же интересно стало, что они там такое намутили под обложкой с моей фактурой. И попробовала гель. Оказался вполне приличным. Даже отличным. Ну я и смирилась окончательно. — Ну-ка, дай и я посмотрю это гель. Хм… пахнет хорошо… И пена мягкая… И твоей коже, похоже, не навредил, судя по её состоянию. Простить их, что ли? А уж сам дизайн … и в самом деле красивый. — Ну да… — А вот откуда они взяли твои фотографии? — Обычное дело. Соцсети и фотошоп. Да и вообще. В мире, где сделать фотографию может любой встречный… — Ну понятно. Хотя фотошоп подозрительно проницательный получился. — Надеюсь, ты не подозреваешь, что я позировала обнажённой. — Нет. Жена Цезаря вне подозрений. У меня нет причин подозревать. Разве что ты сама скажешь, что позировала. — Спасибо за доверие. — Надеюсь на такое же и с твоей стороны. Алис, а что ещё в том ящике? — Я не успела посмотреть. — Ну ты даёшь. — Добавь: «тоже мне девушка, даже косметику не посмотрела». — Я не это хотел сказать. Я давно знаю, что ты со своей занятостью слегка пренебрегаешь всякими косметическими штучками. Но всё равно удивительно. — Если хочешь, вместе посмотрим. — Очень хочу. *** — Так, Алис, я пока не разобрался во всём этом богатстве и вряд ли смогу на этом сосредоточиться. Поэтому ты просто скажи мне — тут есть крем или средство для нанесения на кожу тела после душа? — Должен быть. … Вот этот, например, — показала Алиса. — О, хорошо. Нанесём? — В смысле? — Хочу сам нанести крем на тебя. А если ты ляжешь, то мне будет удобнее наносить. — Но у меня одно условие. — Любое. — Я видела тут пару штучек… Да, вот оно. Держи. — «Друг Афродиты»? — Ага. Здесь и это предусмотрено, — улыбнулась Алиса. — На что ты намекаешь. — Ты позволишь и на тебя нанести крем? — Ну… если ты только на таких условиях согласна довериться моим рукам, то да. Позволю. Но после тебя. Ложись. — На спину или на живот? — спросила Алиса. Сама Алиса не знала, как она больше стесняется. Грудью вверх или ягодицами. И так, и этак было стеснительно. — Ммм… даже не знаю, как мне больше нравится. А тебе как удобнее прятать взгляд? Алиса легла на живот. — И почему я не удивлён. Алиса сразу же перевернулась на спину. — О, так намного интереснее. ***