Сладкие игры

*** С этими словами Паша завалился на кровать, увлекая за собой и Алису и тесно прижав её к себе. Через пару минут немного успокоившийся Паша спросил: — Алис, а о чём ты сейчас думаешь? — О том, что мне хорошо с тобой. Особенно когда ты держишь меня так близко к себе. — Это не предел близости. Бывает и больше… — Я знаю. И рада буду этой большей. — Я тоже… А пока смакую близость от простого объятия. И хотя оно так сладостно, что тянет и на большее… Но есть что-то очень приятное и в нашей неспешности. Так ведь? — Так. — Ведь мы же сейчас считай в первый раз обнялись, как муж с женой. — Первый? А на водопадах? — Вчера-то? — Ну да. — На водопадах… На водопадах не считается. — Почему? — Там было что-то совсем уж особенное. Словно не явь, а… сон какой-то. — Ты прав. Это было словно сон. — Но такой сон, из-за которого я посчитал, что сейчас лучше одеть тебя перед тем, как обнять. — А мне казалось, что тебе понравилось вчера. Обниматься без одежды. — Так поэтому и пришлось тебя одевать. — Неожиданная логика. — Ну Алис, что тут неожиданного. Наше голое объятие оказалось для меня слишком острым переживанием. Вот мне и пришлось выбирать — или совсем не обнимать тебя сейчас, или обнимать, но только одетую. Конечно я выбрал обнимать одетую. Так понятно? — Да. Но я буду ждать, когда ты станешь обниматься со мной не одетой. — Ты станешь этого ждать? — Стану. — Хм… Приятно знать такое… А знаешь, что ещё нас ждёт в ближайшее время и чего я хочу? — Приблизительно. — Слишком приблизительно. Кроме обнимашек без одежды, я хочу гладить твою кожу. — Ты и так, когда крем наносил. — Да. Но это немного другое. Я хочу и просто так тоже. Без повода в виде крема. А просто потому, что хочется дотрагиваться до тебя, а тебе это тоже приятно. — Я не возражаю. — Знаю… А ещё мне надо в дУше самому водить руками по твоему телу, когда пена… Вот так, — Паша стал показывать, какие движения рук он имеет в виду, проводя ими по одежде Алисы. —  Не забывая намылить грудь и между ног… — на этот раз Паша не стал распускать руки в названных местах, остановив руки на животе девушки. Смыв с тебя пену… хочу обцеловывать и облизывать твою кожу… Каждый миллиметрик ароматной плоти… Вздрагивая, когда вздрагиваешь ты… Как сейчас… Ловя твои вздохи… Вот сейчас ты рано вздохнула. — Просто ты говоришь возбуждающие вещи. И… твоё горячее дыхание обжигает мне шею. — Шею? — Да. — А если так? Паша поискал в лице Алисы ответ на какой-то вопрос, а затем начал медленно расстёгивать её рубашку, не отрывая взгляд от её глаз и стараясь понять, что она чувствует, чувствуя такие его действия. Каких действий от него ждёт или ожидает, на какие надеется, а каких не прочь избежать. Обнажив её грудь, Паша стал тихо дышать на соски девушки, согревая их своим дыханием и посматривая в её глаза. — Как ты думаешь… что я сейчас сделаю? — прошептал он, когда соски совсем затвердели. — Не знаю… — Ну варианты-то знаешь? — Ну знаю. — Озвучь. — А если я стесняюсь? — Кого? Меня? Мужа? — Да… — Скорее озвучивай. Мне же не терпится. — Ну… дотронешься? — До чего? — До того, на что дуешь. — Назови. — До сосков. — Может быть и дотронусь. А как я до них дотронусь? — … Погладишь? — Продолжай… — А что ещё можно делать руками? — Подумай. — Ущипнёшь? — Ты хочешь, чтобы я тебя ущипнул? — Нет… но что ещё-то можно делать? — Ещё можно слегка оттягивать. Покручивать. Массировать. — Ну хорошо. Пусть… — Если не хочешь… — Да нет… Нормально… — А чем ещё я трогаю твою грудь? — Ещё? — Ещё… — Языком? — Дальше. — Губами. — А членом? Головка очень нежная. — Можешь и головкой. — А облизать и пососать можно? — Это ты диапазон приемлемости выспрашиваешь? — Ага. — Можно. — Что можно? — То, что ты сказал. — А что я сказал? — А то ты не помнишь. — А то ты не можешь повторить. — Облизать и пососать… — Можно, значит… Хорошо-то как… Повтори полностью. Скажи: «Пашенька, ты можешь облизывать и сосать мои сосочки». — Паша, ты можешь делать то, что сказал. — Упрямица. Тем не менее, Паша прижался губами к коже возле соска. Но через несколько секунд с явным сожалением отстранился. — Я обязательно воспользуюсь твоими разрешениями. В ближайшее время. — Через минуту? — Позже. — А зачем тогда вопросы были сейчас? — Но я же не знаю точно, когда мне понадобятся разрешения… Так что лучше заранее знать всё необходимое. — Можно спросить на ходу. — Можно. А вдруг я захочу разбудить тебя какой-то из лаской. Тогда лучшее заранее знать, что она из числа приемлемых для тебя. — Логично. То есть сейчас я могу уже застёгиваться? — Да. Но я сам застегну. И… небольшой аванс на будущее. Паша вобрал вершину груди в рот и медленно провёл губами по ней, закончив на соске. Помедлив пару секунд, он сделал пару сосущих движений, и наконец отпустил сосок совсем. Алиса хотела вежливо поблагодарить друга за подаренную ласку, но не могла произнести ни слова. Способность говорить вернулась, когда Паша, застегнув верхнюю пуговку, просто сказал: — Спи… — Спать? — Да. А что тебя так удивляет? — Как после такого спать? — Какого «такого»? — Такого… приятного. — Попробуй. Я же собираюсь спать. Хотя тоже… — Что тоже? — Возбуждён твоим присутствием. — Я не против того чтобы ты снял это возбуждение. — Я помню это. Не переживай. Сниму, когда придёт время. А пока будем спать. — А мы сможем уснуть? — Я да. Вот смотри — уже сплю. Паша закрыл глаза и задышал так, как его представлениям, он дышит во сне. Алиса невольно улыбнулась. Она-то знала, как Паша на самом деле дышит, когда спит. — Паш, ты совсем не так дышишь, когда спишь на самом деле. — Возможно. Но зато я дышу так, как дышу перед тем как заснуть. Так что не отвлекай. Алиса не стала мешать Паше заниматься самоусыплением. В конце концов, может, ему так проще. Через некоторое время Паша стал дышать так, как дышал во время настоящего сна. — Паш, ты спишь? — едва слышно спросила Алиса. Ответа не последовало. — Паш… тебе тоже нужна моя защита… Тишина. — Хотя ты сам… божество… Тишина. — Да ещё и мужчина при этом… Неожиданно Паша сгрёб охнувшую от удивления его бодрствованию Алису и снова прижал к себе, приложив к её губам палец. — Спи, защитница моя. Божество велит тебе спать. Выполняй его волю. После этого Алиса в самом деле вскоре уснула, несмотря на всплеск эмоций в момент, когда якобы спящий Паша ответил. Но его слова оказались такими умиротворяющими… ***