Истинная сущность

      Завулон прикрыл глаза, погружаясь в транс. Мысли были короткие, рубленные.       Он так больше не может. Приступы становятся все чаще. Откладывать ритуал больше нельзя. Маг откинулся в кресле, прозревая линии реальности. Он шел по нитям, прослеживал их переплетения, передвигал тоненькие ниточки и спутывал в огромные узлы судеб нити потолще. Линии никак не хотели связываться в нужную ему вязь, он хмурился и повторял свои действия, переплетая и перекручивая. Спустя час маг наконец добился нужной ему картины. Разумеется, его визуализация — только иллюзия, на реальность это никак не влияет, но позволяет сконцентрироваться.       Нужные нити переплетутся через неделю. Надо подготовиться к тому времени и расставить всех участников действа по своим местам. Но он слишком долго был в трансе, это вредно, учитывая то, что его состояние стало резко ухудшаться в последнее время, и приступы участились настолько, что он старался как можно реже выходить из офиса, делая лишь редкие вылазки в первые дни после очередного приступа.       Как же Завулон ненавидит эксперименты Инквизиции! Но после того случая ему дали лицензию на лечение, а лично он приобрел еще и вмешательство первого уровня, на что Светлые отреагировали крайне негативно.       Темный выдохнул через нос. Виски резко прошило болью, и сознание, грациозно помахивая голыми пятками, выпало из оконного проема реальности.

***

      Завулон мирно сидел на кухне Городецкого, перед ним настороженно пила чай Надя Назарова. Абсолютная девчонка.       Маг чуть прищурился и глянул на нее через Сумрак, защита мощная, ничего не скажешь, да вот только умения у него побольше будет. Темный аккуратно скользнул в брешь в ментальной защите Светлой, но, едва проскользнув туда, почувствовал как смыкаются за его незримым щупом мерцающие стены кокона. Завулон резво вынул щуп, утаскивая на его конце отголоски мыслей Назаровой. После чего мило улыбнулся Наде, получив в ответ не менее милую улыбку.       — Зачем вы третесь в нашем доме, Темный? — Вежливо, по ее мнению, поинтересовалась Надя, кроша в тарелке печенье.       — Артур. — Улыбнулся ей Завулон, анализируя образы, выуженные им из сознания Светлой. — Ты же умная девушка, Надежда. Давай не будем задавать друг другу глупых и бессмысленных вопросов. А можно мне еще чаю?       — С какой травой у вас чай? — Полюбопытствовала Надя, заглядывая в кружку Темного. — Вы часто улыбаетесь, мне это не нравится. Хотя. — Она истуканом замерла посреди кухни с кружкой в руках. Потом повела рукой, и чайник начал усердно кипятить воду для застывшей рядом кружки и кружащей вокруг заварки. Надя же в это время залезла в карман домашних штанов и вытащила расписанный телефон. — Этим надо воспользоваться. Давайте-ка я вас сфоткаю! — Радостно сказала она, включая дополнительную лампочку.       Завулон, пребывавший в некотором замешательстве, неуверенно кивнул и снова улыбнулся, глядя прямо в микроскопическую камеру телефона и стараясь не щуриться.       — Так, так, хорошо. — Удовлетворенно сказала Светлая, не спеша демонстрировать магу фотографию. — И номер продиктуйте. А вдруг у меня снова появятся вопросы, и я захочу узнать у вас, глупые они или нет. — Разъяснила она.       Темный, не желавший, чтобы его выгнали отсюда, а учитывая то, что Назарова была напрямую связана с защитой квартиры, ей это будет не сложно, смиренно продиктовал номер мобильного.       «А интересные мыслишки роятся у тебя в голове, Светлая. Весьма занятные. И какие знакомые все лица.»       — Вымогательство закончено? — Уведомился он.       Тут из спальни раздалось шебуршание, и Надя взволнованной осой унеслась туда, но впрочем скоро вернулась обратно и подхватила кружащую по кухне чашку.       — Я сам отнесу. — Поспешно сказал Завулон, выхватывая у Назаровой чашку, и резво удалился в комнату к Городецкому.       Вслед ему ехидно глядела Надежда Назарова, мысленно рассаживающая гостей на их с Антоном свадьбе.        «Жаль, что придется ехать в Европу, надо будет подтянуть английский.»

***

      Завулон медленно поводит рукой над лежащим перед ним перышком. От пера заметно несло травяным отваром, в котором его пропитывал Темный последнее время. Маг хрустнул пальцами и бросил искрящееся магией перышко в морозилку. Раньше пришлось бы отдельно выстраивать несколько сфер, что бы охладить перо, так как структура наложенной на него магии крайне хрупка и нежна, чуть что и все старания насмарку.       Через час Артур достал перо из морозилки, некоторое время полюбовался застывшими на его поверхности капельками отвара, после чего опустил его в кипяток, к покрывшемуся пузырьками воздуха обломку меча.       Ведьмовские ритуалы требуют много усилий и четкого соблюдения правил, что совершенно не нравилось Завулону. Он, как свободный художник, хочет творить, а не следовать четким инструкциям, подобно некоторым старым тибетцам.       Темный запустил руку в кипяток и вытащил оттуда изделие.       «Теперь, ему требуется подходящий чехол.»       Удовлетворенно подумал Завулон, оглаживая нож большим пальцем.

***

      Глава московского Дневного дозора устало поднялся из кресла, придерживая гудящую голову. Хорошо хоть он сидел, подниматься с ковра собственного кабинета ему не улыбалось, если, конечно, лежание на ковре не было его решением.       Темный размял плечи, подошел к зеркалу и пригладил волосы. Пора начинать. Все должны оказаться там, где он хочет, и именно тогда, когда ему надо.