Обещай спасти меня

      Утро приносит с собой яркий солнечный свет, ослепляющий и доставляющий дискомфорт глазам, которые закрылись только пару часов назад. Лидия не спала всю ночь, переживая из–за стычки Джексона и Стайлза. Укусила же какая – то муха последнего вступить в конфликт. Да, Уиттмор сорвался и нагрубил, но такой у него характер, и как бы девушка не хотела и не мечтала, он оставался прежним. Конечно, дьявольски красивый, сильный и уверенный в себе, любая мечтала о таком парне. А он был с ней, вот уже несколько лет.       Сегодня они всем классом отправляются в поход глубоко в лес, автобус должен приехать через час. А вообще в чью голову пришла эта «гениальная мысль»? Словно ученики старшей школы Бейкон Хиллс сами не смогут найти себе занятия на лето. Кроме того, далее их ждет «умопомрачительная», со слов матери, поездка в старинный замок, где ребята проведут еще полторы недели, приобщаясь к истории. «Ненавижу историю»- подумала Лидия, со злостью запихивая вещи в раскрытую дорожную сумку. И кто вообще понесет ее вещи? Их оказалось очень много и все такое необходимое: платья, косметика, утюжок.       Серьезно, Лидия? Ты не на праздник едешь. Это будет кошмар. Практически все лето в лесу и жутком замке, про который ходят не самые приятные слухи. Стайлз рассказывал, что когда – то там жил граф Белдфорд, не из самых добрых мужчин, имеющий привычку пытать своих гостей и устраивать кровавые пиры, поедая сердца и наматывая кишки на статуи в главном зале. Очевидно, что Стилински приукрасил и добавил своих подробностей, но слава все же у этого особняка была дурная. На попытки Лидии отлежаться дома или просьбы поехать на море, Натали Мартин закатывала глаза и просила, чтобы дочь уберегла ее от подобных заявлений. Девушка беспомощно взмахивала руками и уходила в свою комнату, и так вплоть до вчерашнего дня. Когда пришлось смириться с неизбежностью скитаний по лесной чаще и проведению ночей в холодных каменных стенах. Брр, мороз по коже.       Спустя час Лидия забиралась в автобус, на прощанье, окидывая взглядом маленький городок. Ну вот, она прощается! Совсем рехнулась? Что такого ужасного может произойти? Разве что Гринберга опять вырвет. А этого хотелось даже меньше, чем распрощаться с внутренностями.       Взгляд наткнулся на Эллисон, которая ворковала со Скоттом, откинувшимся на спинку сидения. Махнув им рукой, девушка поискала глазами Джексона. По идее он должен был быть здесь, но его, определенно, не было. Это заставило напрячься. Она направилась к Дэнни и Итану, парни весело смеялись и играли в «камень, ножницы, бумага». Детский сад! - Привет, мальчики. Дэнни, ты не знаешь где Джекс? Мы отправляемся через пять минут, а его все нет, – с беспокойством вклинилась в беседу Лидия, обращаясь к лучшему другу своего парня. - Привет, а его и не будет. Он же отправился отдыхать на Багамы или куда там, забыл уточнить, - непринужденно ответил тот, улыбнувшись, от чего на его щеке появились милые ямочки. Да, он хорош. У Итана отличный вкус.       Но какого черта? Он шутит? Пожалуйста, скажите, что это штука? Какие еще Багамы? И ни слова не сказал Лидии? - Что значит, его не будет? Разве это не обязательная поездка? И почему я не в курсе этого? – заваливает его вопросами девушка, все еще надеясь, что тот шутит над ней. Но Дэнни говорит вполне серьезно. И это настораживает. Он не шутит. Он, правда, не шутит? - Лидия, я не знаю, почему ты не в курсе, но мне он о своих планах рассказал очень давно. Пару недель назад. Ты же знаешь, что его ни капли не волнует обязательная поездка или нет. Это Джексон,- произнес молодой человек, терпеливо выслушивая поток вопросов.       Будто имя являлось объяснением непонятных поступков, совершаемых этим несносным человеком. Нет уж! Не выйдет, в этот раз он ответит за все. И Мартин ему это гарантирует. Только вот найдет телефон и заставит его объясниться перед своей девушкой, чего он не делал очень давно. А делал ли вообще? Джексон – это сплошной пафос, желание выделиться и огромное нежелание распинаться о своих дерьмовых поступках. Нет, конечно, он мог быть любезен, обходителен и нежен, но этого было настолько мало и недостаточно, что сводило челюсть. - А знаешь что?- внезапно сказала девушка, обращаясь, скорее, к себе, чем к Дэнни и встряхивая копной рыжих волос, - Пусть катится на свои Багамы. Раз он не посчитал нужным рассказать мне о своих планах, я вычеркну его из своих. – Резко развернувшись и пройдя пару шагов по салону, она с ходу уселась на первое попавшееся место.       Несколько минут Стайлз наблюдал за взбешенной одноклассницей, что свалилась как снег на голову, точнее на соседнее сидение. Ее грудь тяжело вздымалась, а ресницы слегка подрагивали, невооруженным глазом было видно, что она в ярости. Как он вчера. Интересно, на кого она так рассержена? Он вглядывался в ее лицо, пытаясь понять, о чем та думает или о ком… - Да чтоб тебя, Джексон,- сквозь зубы процедила Лидия, забрасывая телефон в свою маленькую бежевую сумочку и наконец решив посмотреть с кем придется ехать всю дорогу до лесной чащи.        Мало того, что они будут в лесу, так еще не в окрестностях Бейкон Хиллз. Два часа пути, чтобы прогуляться среди деревьев? Отлично, блин! Лучше бы сходила в кино с ребятами на новый ужастик. Сидела бы и вздрагивала на каждом жутком моменте, уткнувшись в плечо Джексона. «Так, хватит думать о нем, он же о тебе не думает»- одернула себя девушка и посмотрела на своего соседа в этой не самой приятной поездке.       Рядом, немного смущенный и озадаченный, сидел Стайлз, переводивший карие глаза то на ее лицо то на сумочку, которую девушка с усердием силилась застегнуть, но ничего не получалось и это выводило ее из себя еще больше. - Привет, – кратко бросила она, дергая несчастный замок, словно тот был виноват в черствости Джексона Уиттмора.       Стайлз еще немного позабавился над ее стараниями и протянул руку, предлагая свою помощь. Лидия недоверчиво посмотрела на раскрытую ладонь, но, немного поколебавшись, все же сунула свою сумку Стилински. - И что это вчера было, Стайлз? – не выдержав спросила девушка, выжидающе смотря на своего вчерашнего заступника, на самом деле не особо желая слушать и вникать в то, что он скажет. Но это отвлекало от мыслей о Джексоне. Да и заняться было особо не чем, разве что смотреть в окно автобуса, где мелькали пейзажи. Солнце светило ярко, заставляя щуриться и отворачиваться, то и дело, бросая взгляд на сына шерифа, который немного опешил от ее вопроса, но сразу же взял себя в руки и произнес: - Я не хотел, чтобы в свое день рождение ты была расстроена, а он накричал на тебя, – это было плохой идеей, обсуждать произошедшее, настроение резко пропало, хотя итак было не радужное, и Лидия хмуро уставилась перед собой, жалея, что открыла рот. Разговор все равно свелся к Джексону. Парень протянул сумочку обратно и добавил,- Вот держи, там кожу зажевало.       Всю оставшуюся дорогу они ехали молча, но Мартин то и дело ловила на себе осторожный взгляд карих глаз. Он боялся сделать или сказать что – то не так, и это чувствовалось. Повисшее в воздухе напряжение доставляло такой дискомфорт, что хотелось подняться и пересесть на другое свободное место, или же спровадить Скотта от Эллисон и поболтать с подругой. Например, о моде, или о недавно просмотренной мелодраме, или о…       Почему он молчит? Он молчит уже два часа, рассматривая свои ладошки и теребя в руках телефон, который по всем законам физики должен был загореться от такого трения. Это так не похоже на Стайлза Стилински, что невольно девушка задается вопросом - что с ним? Где неугомонная болтовня? Где шутки и подколы? Почему ни одного мини - представления с тренером Финстоком, который является их сопровождающим? Где юмор и неуклюжие попытки подкатить к ней, к Лидии?       Но поразмыслить над ними не получается, потому что впереди уже виднеется опушка леса. А это значит, что ребятам совсем скоро предстоит увеселительная прогулка.       «О нет, это не просто лес, это какая – то непроходимая чаща» - с горечью подумала девушка, предчувствуя, что ее новой одежде и ботинкам пришел конец. Деревья располагались так близко к друг другу, что с трудом проберется ребенок, не говоря уже о толпе подростков с рюкзаками и сумками. К тому же, там очень темно, из-за огромной кроны густой растительности, загораживающей солнце, которое, кажется, совсем затерялось между листвой и позабыло дорогу обратно. - Так, сейчас каждый из вас встанет в пару, и все мы потопаем вон туда. – громогласно объявил тренер, показывая пальцем в сторону небольшого просвета между деревьями, кажется, там была тропинка.       Ребята переглянулись, но молча послушались, прекрасно понимая, что спорить с тренером бесполезно. Единственный, кто решался на это, был Стайлз, но сегодняшнее его настроения не располагало к препирательству и возмущениям. Он опять же молча встал рядом с Лидией и скрестил на груди руки, ожидая дальнейших указаний. А девушка не стала возражать их внезапно сложившемуся сотрудничеству. Это было удобно, не бегать в поисках пары, когда все уже будто было решено за них. Стоп! Что это еще за мысли такие? Совсем не вовремя, да и совсем не хочется разбираться, ведь они даже не были друзьями. Эллисон? Да. Денни? Да. Скотт? Намного вероятнее, чем Стайлз.       Через некоторое время стройными рядами, одноклассники двинулись по узкой, но все же вмещающей два человека, тропинке, негромко переговариваясь. Кое – кто даже насвистывал незатейливый мотивчик и щелкал пальцами.

***

      Стайлз был потерян. Когда вчера он вернулся домой и застал на пороге отца, собирающегося на свидание, с букетом роз и в стареньком, потертом костюме, то просто не нашел слов. Это было крайне неожиданно. Да, черт возьми, это было больно! Молодой человек не считал, да и не мог считать себя одним из тех эгоистичных подростков, которые во имя своего счастья и спокойствия готовы устраивать истерики родителям, наконец нашедшим свою вторую половину. Устраивать сцены, бить посуду и убегать из дома. Он точно не подходил на эту роль. Но мысль о том, что кто – то хочет занять место его матери, причинила боль. Где – то в глубине он понимает, что это ничерта не так, но мерзкое чувство, что его предали и обманули надежды, поднимает свою голову и недовольно рычит внутри, вызывая самые темные и негативные эмоции.       Поборов порыв сказать пару грубых слов отцу, он коротко кивает, пожелав удачи, и уходит в свою комнату, где бросает взгляд на старую фотографию на прикроватной тумбочке. Она так беззаботна и весела, обнимает Стайлза и своего абсолютно счастливого мужа, устремив в объектив невероятно красивые карие глаза с проблесками янтарных крапинок. И нет ничего лучше этой улыбки, что больше никогда не будет обращена к нему, и это в который раз отдается болью где - то глубоко внутри.       Стилински быстро смаргивает, отгоняя образы, что преследуют его со вчерашнего вечера и украдкой смотрит на свою попутчицу. Лидия сегодня тоже не в настроении. Он буквально чувствует витающее в воздухе раздражение, что исходит от нее. Ах, да, «чтоб тебя, Джексон» проносится в голове и все становится на свои места. Кто же еще может вот так обидеть ее, вывести из себя и остаться безнаказанным. Только этот заносчивый мудила, чтоб ему пусто было!       Конечно, он заметил, что Уиттмора нет в этом дурацком походе. Интересно, что же может быть увлекательнее для него, чем это? Чем стоять рядом с ней или даже держать ее за руку? Но Стайлз не может держать ее за руку. Он даже говорить с ней спокойно не может, чтобы не выглядеть полным идиотом. Да, обычно он рассказывает какие – то глупости, на которые она снисходительно улыбается. И только. Словно давая понять, что большего, такому как он, не светит. Он это понимает, но продолжает надеяться, что когда – то ее ладони все же будут крепко сжимать его плечи, а его имя будет первым, что произнесут ее губы по утрам. Это так банально, но это так нужно.

***

      Через полчаса они под руководством Финстока оказываются на небольшой поляне, со всех сторон окруженной непроходимой стеной деревьев. Это их последняя остановка, именно здесь будет разбит лагерь, чтобы уставшие школьники отдохнули и набрались сил.       Каждому командный голос тренера дает задание, Скотт и Стайлз отправляются за хворостом, Лидия и Эллисон помогают еще парочке девчонок с приготовлением ужина, кто – то расставляет палатки. В общем, каждый занят делом, и только тренер стоит, махая руками и раздавая команды направо и налево, давая провинившимся или сделавшим что – то не так ребятам разнообразные прозвища, начиная с банального «криворукие», заканчивая «вы-просто-недопустимо-бесящие-меня-маленькие-ничертанеумеющие-сопляки». И все в этом духе. - В чем дело, Стайлз? – спрашивает, не выдержав, Скотт, заглядывая прямо в глаза своему другу в надежде увидеть в них ответ на внезапную замкнутость и отчужденность. – Это ведь не из-за вчерашней вечеринки. Мне кажется, здесь все намного глубже. - Ты просто экстрасенс, Скотт, не думал податься в эту область знаний? Всезнающий оборотень, это будет что – то. – Переводит все в шутку парнишка, горько усмехнувшись и подбирая под ногами разбросанные палки, останавливая выбор на более менее сухих. - Я серьезно, - не отстает МакКолл и хлопает того по плечу, - Я не собираюсь давить, но ты же знаешь, что можешь рассказать мне все? - Да, знаю. Просто сейчас я сам не готов говорить об этом, – горько заканчивает Стилински, даже как – то сжавшись от навалившейся на плечи тоски. Тоски по маме. Но тут же встряхивает непослушной темной шевелюрой, не давая мыслям взять верх над своим и без того унылым настроением.       Он знает, что у него есть Скотт, которому можно доверить абсолютно все, даже свою жизнь, что не раз подтверждалось при невероятных обстоятельствах, врывающихся в их жизни, сбивая с повседневного ритма. Это опасности, пугающие, ударяющие в голову, выплеском адреналина. Его лучший друг оборотень, а его девушка охотница на оборотней. А еще есть Дерек, Питер, и конечно же Малия. Вздорная, упрямая, девушка - койот. Они даже несколько месяцев встречались, но поняли, что это абсолютно не то, чего требовали. И как после такого, их жизни могут стать прежними? Жизнь в Бейкон Хиллс не может быть обычной.       В своих раздумьях Стайлз отошел на приличное расстояние от друга, тот скрылся за густотой лесной чащи, деревья закрывали обзор, нагоняя небольшую панику куда - то в область груди, но что плохого может произойти? Лагерь рядом, поэтому стоит успокоиться. Сердце, перестань так стучать. Но в подсознание уже забралась гадкая мысль о том, что что – то не так.       «Чем это пахнет?»- до ноздрей дошел омерзительный запах, напоминающий разлагающееся на солнце тело дохлого скунса. Блин, что за ассоциации в его голове? Подавив в себе острое желание бежать подальше, парень медленно повернулся и чуть не закричал от открывшейся взору картины.       Вот это, правда, было нечто. На небольшом пне лежала голова, мать твою, скунса. Из выдавленных глазниц выползали черви, копошились, они проскальзывали в раскрытый рот животного, словно к себе домой и продолжали свой путь глубоко в горло. От одного вида тянуло пойти и хорошенько проблеваться.       Взгляд скользнул на незамеченную сразу темную фигуру, свернувшуюся клубком рядом с тем же пнем. Сделав шаг вперед, Стайлз замер. Это был человек. Это был самый настоящий человек, которому, судя по всему, была необходима помощь. Парень сорвался с места, обогнул злосчастный пень, скривившись от шевелящейся кучи и подавляя рвотный позыв, и присел на корточки рядом с телом человека, который едва заметно шевелил длинными пальцами, вздрагивая всем телом.       Это был молодой парень, примерно двадцати лет, губы его безостановочно шептали слова, которые трудно было разобрать. Возможно, из-за скопившейся в его рту крови, а возможно, потому что язык был совершенно незнакомым. - Кто – нибудь, на помощь! Скотт!? Здесь человек! – закричал Стайлз, пытаясь выложиться на максимум, чтобы его услышали. Он не смотрел по сторонам, он смотрел в огромные синие глаза этого парня, боясь, что если отвернется, то вместе с разорванным контактом их глаз, оборвется и эта хрупкая жизнь. Но продолжал кричать и звать на помощь. Где – то недалеко послышались шаги и громкие голоса тренера и, кажется, Скотта.       Незнакомец смотрел, не отрываясь, с непонятным выражением лица, трудно было распознать, что значит этот взгляд. Обреченность? Благодарность? Торжество? Да что, черт возьми, с ним такое? Внезапно, он подался вперед и схватил Стайлза за воротник клетчатой рубашки (одной из любимых) и притянул к себе, все еще вглядываясь в карие глаза. - Какого ты творишь, чувак? Все нормально, помощь уже идет, – ободряюще забормотал Стилински и попытался разжать руки, но хватка была крепкой. Он надавил на грудь, но тот подался вперед еще сильнее, бормоча какую – то чушь на непонятном языке. И когда парень, готов был оттолкнуть незнакомца, тот разжал пальцы и, как в замедленной съемке, упал на землю, устремив взгляд в темный свод над собой, делая последний вздох. Стайлзу показалось, что прошла вечность, прежде чем тот сорвался с его губ, обрываясь на полуслове. И его накрыла оглушающая тишина.       Прошло пару мгновений, прежде чем Скотт поднял его на ноги, отряхивая и пытаясь привести в чувство, но друг молчал, хватая ртом воздух, не в силах поверить, что он опоздал, что этот парень мертв. Он не успел спасти. Он не успел. И это было самым страшным – не успеть…