Обещай спасти меня

      Лидия нервно стучала по полу обломанными ногтями, не находя себе места от беспокойства. Ее тело ломило от долгого пребывания на холодном полу, а в голове шумело, будто она подключилась к старому радио.       Девушка не могла сориентироваться, как долго находится в этом месте. Время смешалось в одну тягучую гущу из бесконечной вереницы мучений.       Голоса становились все громче, но по-прежнему оставались неразборчивы. Единственное, что удалось понять – все они сливались в одно слово. Лидия концентрировалась на этом слове, но боль в барабанных перепонках становилась все сильнее, и приходилось отвлекать себя, чтобы окончательно не сойти с ума.       Спустя некоторое время вернулась Джен, которая была подозрительно веселой. Даже в полумраке было заметно, как блестит холодный лед ее глаз. Она распустила свои непозволительно длинные волосы и присела рядом с Мартин, которая непроизвольно вжалась в стену.       - Малышка, ты не представляешь, как он волнуется, – с усмешкой произнесла та, заглядывая в лицо своей пленнице, - Тебе невероятно повезло с парнем. И я не о том, что сейчас дохлый весит на стене.       - У меня больше нет парня. – подала голос Лидия, стараясь скрыть в нем страх.       - А кто же он тебе? Знакомый? Друг? Боже, Лидия, признай, наконец, что ты запала на нашего милого Стилински. – ядовитый смех прокатился по помещению, заставляя Мартин почувствовать легкий укол злости. – Или ты с каждым встречным ложишься в постель?       Это стало последней каплей, и холодный воздух рассекла ладонь Лидии, оставляя красный отпечаток на бледной щеке Джен. Девушка ошарашенно смотрела на Мартин, не веря в происходящее. Ярость вспыхнула в каменном взгляде, пригвождая рыжеволосую к месту. Первой мыслью было придушить, но взяв себя в руки, она лишь рассмеялась, и этот смех был намного пугающе и злее, чем любое телесное наказание. Мурашки пробежали по спине Лидии, от звенящего шепота.       - Скажи мне, Лидия, насколько больно видеть его равнодушие и не иметь ни малейшего представления, как спасти его? Неужели ты, в самом деле, решила, что он снова влюбился в тебя? Ты ведь не настолько глупа, или все-таки…       - Что ты знаешь об этом?       - Он настолько сильно любил тебя, эгоистичную стерву, что наложил заклинание на свои чувства, чтобы ты перестала причинять ему боль. Только вот не знал, что ты уже по уши в него…       - Заткнись! Ты не имеешь ни малейшего понятия о том, что я чувствую! – Мартин заводилась все сильнее.       - Конечно, это ведь не ты в отключке шептала его имя. – Джен скривилась в ухмылке. – Сейчас он ищет тебя по всему замку, хотя и прекрасно осознает, что ты ему больше не нужна. Так сказать по инерции.       - Ты ведь сказала, что он волнуется. – поддела ее Лидия, откидывая спутанные волосы назад.       - Я ведь не сказала, что о тебе, – девушка выдержала паузу, и многозначительно приподняла брови. – Ох, Мартин, как же классно он целуется, хотя кому я говорю? Уж мы-то с тобой знаем.       Лидия пожалела, что слух все еще принадлежит ей. Было бы прекрасно сейчас оказаться слепо-глухо-немой, чтобы не слышать эту хвальбу в голосе свихнувшейся маньячки и не видеть ничего вокруг.       Нет, Стайлз не мог. Это ведь ложь? Он не мог ее предать!       Лидия уверенно подняла подбородок, делая над собой усилие.       - Ты лжешь.       - Да. – обнажив ряд ровных белых зубов, захохотала Белдфорд. – Но как это приятно – мучить тебя, видеть, как ты страдаешь.       - Почему? Что я сделала тебе? – с дрожью в голосе прошептала Лидия, с каждой секундой теряя надежду на спасение.       - Видишь, в чем самое забавное, принцесса, я не чувствую ничего, кроме желания причинить кому-либо боль. И почему бы этой жертвой не побыть тебе? – она присела напротив, откинувшись на стену, - Эти псинки позабавили меня, когда я перенесла тело Джексона в другой подвал, отвлекая их от самого важного, от тебя. Так что у нас полно времени посплетничать о вашем со Стайлзом влечении друг к другу.       - Пошла ты! – сквозь зубы прошипела Лидия, опуская голову на колени, ощущая, что шум в голове становится все громче       Ей хотелось кричать.             Убийственно громко.

***

      - Я все еще думаю, что это бредовая и опасная затея. – в сотый раз повторял Скотт, оглядывая подготовленную к ритуалу комнату. – А что, если ты не вернешься?       - У тебя есть мысли получше? – Стайлз поджигал свечи и в который раз перечитывал подходящее заклинание, которое нашел в дневнике Ривена.       - Только потому, что я не знаю, что еще мы можем сделать, я согласился на эту авантюру. Узнай, куда она пропала, и немедленно возвращайся. – напутствовал МакКолл своего друга как маленького ребенка.       - Я и не собирался задерживаться в прошлом. – убеждает его Стилински, которого уже мутит от приторного аромата, исходящего от свеч и витающего в душной комнате.       - Мы сможем тебя вытащить, если что-то пойдет не так? – интересуется Эллисон и улыбается, пытаясь подбодрить друга, который выглядит максимально напряженным. Темные брови съезжаются к переносице, а карие глаза, щурясь, вглядываются в потрепанную тетрадку.       Он находится где-то в своих мыслях, которые парню явно не нравятся. Стайлз ничего не может с собой поделать, не получается избавиться от ощущения, что он что-то упускает. Что-то важное, которое в итоге может стоить ему всего.       - Да, я набросал примерный план действий, если меня не будет слишком долго. – он протянул мятый листок Арджент, и охотница принялась изучать написанное.       Она выразительно поднимает карий взгляд на Стилински и неуверенно кивает, протягивая писанину Скотту. МакКолл нервно хлопает черными ресницами, размышляя, как корректнее назвать своего друга идиотом. Не нравится ему план, и все тут!       - Я знаю, что ты думаешь, но это нужно будет сделать, Скотти.       - Клянусь, когда ты вернешься, я убью тебя. – бормочет тот, комкая «гениальный план» и засовывая в карман.       - Теперь у меня есть еще больший стимул вернуться.       - Ты готов? – отец чувствует беспокойство за Стайлза, но понимает, что выбора у них нет. Заклинание поиска не срабатывает ни с первого, ни с двадцатого раза и приходится отказаться от этой затеи.       Альтернатива, предложенная Стайлзом, не нравится никому, включая его самого, но выбор ограничивается только этим. Заклинание перемещения охренительно сложное, придется потратить кучу сил и энергии, чтобы переместиться во вчерашний день, плюс скрыться от похитителей Лидии – придется попотеть.       Главное, чтобы заклинание сработало, и сработало верно. Последствия неправильного перемещения могут быть разнообразными, но со слов Лиама (Стайлз не понимает почему, но все еще доверяет призраку, при том, что тот обманул его о темных силах, способных уничтожить своего владельца) .       Об этих самых последствиях, Стилински младший старается не думать. Он должен вернуть Мартин любой ценой.       - Готов. – он кивает, по инерции представляя, как отреагировала бы Лидия на подобное безумство – отбросит со лба прядь огненных волос и слегка подожмет полные губы, в который раз удивляясь глупости этого паренька. Но в глазах промелькнет что-то отдаленно напоминающее гордость, причиной которой является его храбрость и его преданность, как всегда брошенная к ее ногам.       - Все получится, - выдавливает улыбку Мелисса, слегка сжимая плечо Стайлза.       Всем приходится выйти из помещения, чтобы перемещающее заклинание случайно не задело кого-либо. Оставшись один, Стайлз поджигает последнюю свечу и произносит заклинание. В этот же момент его подхватывает воздушный вихрь, и уносит в вереницу цветных картинок, в которых парень узнает моменты своего недавнего прошлого. Он должен найти нужное воспоминание, и уцепиться за него. В глазах рябит, и все вертится как в калейдоскопе, Стайлза тенет вырвать.       Он продолжает шептать заклинание, чтобы найти нужный день и нужное время – перед глазами предстает фрагмент стычки с Мартин и Уиттмором. Делает шаг вперед.       Резкий удар в спину сбивает Стайлза с намеченного пути, и он падает в бездну. Ощущения похожи на то падение со скалы, но удара об водную гладь не следует, будто теряется во времени и пространстве. Дыхание перехватывает, а краем глаза Стилински замечает, как мимо проносится нужный момент.       «Твою мать!»- мысленно матерится парень, относительно мягко приземляясь на жесткий, грязный пол. Ему определенно помешали, но кто? Хавьер Белдфорд? Он единственный опасный маг в окружении, да и как можно помешать этому без использования магии?       Голова все еще кружится от перемещения во времени, а перед глазами пляшут звездочки, как в каком-то диснеевском мультике. Он усмехается своим мыслям и оглядывается вокруг.       Стилински выдыхает сквозь крепко стиснутые зубы, с некоторым облегчением отмечая, что все еще находится в замке. Осталось определиться, как далеко он провалился во времени.       На помощь ему приходят влюбленно хихикающие Скотт и Эллисон, которые вприпрыжку идут по коридору, попутно покрывая друг друга поцелуями. МакКолл подхватывает девушку на руки и кружит в воздухе. Звонкий смех Элли разносится по темным коридорам, но эти двое совершенно не боятся попасться миссис Мартин или тренеру, которые оборвали бы эту идиллию нарушителей порядка на корню. Особенно тренер.       Стилински скрывается в одной из ниш, пропуская «Арджентов» вперед, так по-Стайлзовски кривясь и закатывая глаза от приторно-сладкой парочки, но в душе радуясь за друзей. Когда голоса стихают, он выбирается в коридор и направляется в комнату Мартин.       Он не находит Лидию в комнате, и сердце уходит в пятки. Где так поздно ее носят черти? Он на всякий случай заглядывает под идеально заправленную кровать, лицезря кучу пыли и пачку заплесневевшего печенья. На и под кроватью Эллисон Мартин тоже не наблюдается. Стайлз рассерженно рычит и отправляется на поиски.       «Если в комнате нет папы и остальных, то я точно в прошлом, но прошло не больше недели, раз МакКолл и Арджент снова в мире и согласии. Я не посещал ее почти неделю. Блин, я вообще ее всячески динамил и избегал. Придурок» - мысленно проклинает себя парень, решая проверить, спит ли он сам из прошлого.       Убедившись, что Стилински-недельной-давности сладко посапывает на кровати, Стайлз перебарывает желания задушить самого себя подушкой за то, что тот не бросается разыскивать Лидию, хотя тот даже не в курсе, что девушки нет в постели.       Он прогуливается по замку, прислушиваясь к любому шороху и подозрительным движениям. Оглушающая тишина давит на брюнета, от чего тот испытывает дискомфорт и (вернувшуюся из детства?) боязнь темноты.       По мрачным коридорам проносится прохладный ветерок, вызывая мелкие мурашки блуждать по коже. Стайлз опускает рукава рубашки, чтобы согреться.       Он чувствует странный холод, но тот исходит словно изнутри. Вокруг веет чем-то замогильным и мерзким, проникая внутрь и создавая внутри вакуум, наполненный леденящим страхом. Стайлзу впервые хочется закричать.       Убийственно громко.       Но все проходит так же быстро, как началось. Тепло наполняет легкие и внутренности, расползаясь по венам и вливаясь в, барабанящее дробью об ребра, сердце. И как не странно, причиной этому один милый ангел с волосами «клубничный блонд». Ее неожиданное появление в коридоре расслабляет Стайлза и он уже готов заключить Мартин в своих объятиях, но вовремя понимает, что этого ни в коем случае нельзя делать. Он должен просто разузнать, куда ее утащили. «Нельзя менять прошлое» - вспоминает слова Лиама и готовится скрыться в актовом зале, но девушка замечает парня намного раньше.       - Стайлз, что ты тут делаешь? – она в мгновение ока оказывается рядом и, скрестив руки на груди, дожидается ответа. Черт возьми! Она еще даже не в курсе о магии. Что же делать? Что делать?! Паника овладевает парнем, а план побега кажется абсурдным, но он все-таки делает попытку.       - Я уже собирался уходить. - он резко разворачивается, но теплая ладошка хватает его за запястье и притягивает обратно.       - Ты так и будешь бегать от меня, Стилински? – Мартин недовольно морщит носик и заискивающе смотрит своими зелеными омутами.       - Я, правда, очень спешу, Лидия. – жалкие попытки уйти злят девушку.       - Ничего, твои важные дела подождут пять минут. – не выдерживает она, - Я хочу знать, что с тобой творится. Чем я заслужила такое отношение, Стайлз?!       - Я не хотел тебя обижать, пойми… - начинает оправдываться, но его резко обрывают.       - Но именно это ты и делаешь! Зачем приходить ко мне среди ночи, а затем игнорировать все попытки завести разговор? Со стороны может показаться, что я легкомысленная, но, поверь, я не каждому позволяю засыпать в своей постели. – Лидия рассерженно тычет Стилински в грудь, от нее волнами исходит ярость.       И, черт, черт, черт, как же она сейчас сексуальна. Стайлз закусывает губы почти до крови, чтобы отвлечь себя от мысли снова ее поцеловать и прижать к стене. Взгляд скользит по стройному телу, обтянутому черной майкой и рваными джинсами. И Лидия это видит, она возмущенно хватает ртом воздух, пока он пытается отвести взгляд, что выходит скверно.        Зря она напомнила о постели, потому что он помнит кое-что, чего не помнит она. Этого еще не было для нее, но было для него. Стайлз практически заполучил девушку своей мечты. Правда она чуть не взорвала ему мозг своим криком, но это уже второстепенно.       - Хватит так смотреть. – она хмурится и делает шаг назад. – Если ты снова ко мне прикоснешься, я сломаю тебе нос.       - Заживет, - уверяет он и нависает над рыжеволосой, которая мечтает стереть ухмылку с этого милого лица, но мысль снова поцеловать его мягкие губы уже не кажется такой дикой. Снова.       Стайлз понимает, что все испортит, поддавшись сейчас чувствам, и навсегда изменит будущее, возможно, усугубит ситуацию, но все это меркнет в сравнении с ее лихорадочно блестящими в полумраке глазами и приоткрытыми лепестками губ.       К черту все! Он срывается с места и, обхватив, холодными ладонями ее горящее лицо накрывает ее губы своими. Дверь актового зала легко поддается легкому толчку ноги, и Стайлз затаскивает Лидию внутрь.       Лидия не понимает, что поменялось в этом парне снова, но рада таким переменам. Она жадно глотает воздух в перерывах между бешенными поцелуями, которые дарят ей такую бурю эмоций, что Мартин боится – после них не останется ничего.       Беспорядочное движение рук, губ сводит с ума. На ее губах выступает капелька крови от зубов Стайлза, которую он осторожно убирает языком и слегка проникает в рот. Стилински не понимает, как по собственной воле мог отказаться от всего этого. От возможности страстно прижимать к себе самую красивую девушку на свете, покрывая влажными поцелуями идеальную персиковую кожу.       Он на мгновение замирает и шепчет ей в самые губы:       - Я люблю тебя. Лидия хлопает ресницами и ошарашенно смотрит в его медовые глаза, ощущая сумасшедшее тепло, расползающееся по телу, и расплывается в самой искренней за всю свою жизнь улыбке.       Она хочет ответить, но голос неожиданно отказывает ей и она чувствует резкую боль в затылке. Теряет сознание.       Стайлз проваливается вслед за ней, но только в вереницу межвременного портала.

***

Он приходит в себя, начиная ненавидеть постоянные отключки. Она приходит в себя в своей комнате, в пустой постели, с твердым убеждением, что происходящее ночью было реально. Он слышит птичью трель и жмурится от яркого солнечного света. Она проводит ладонью по спутанным волосам, чувствуя слабый отголосок боли. Он понимает, что снова провалился во времени. Она ничерта не понимает, и списывает ночное приключение на очень реалистичный сон. Он обнаруживает себя у заваленного входа в пещеру и слышит издалека свой же крик. Она смахивает слезы с глаз и наносит розовый блеск на искусанные (им) губы. Он мчится на звук голоса и с удивлением наблюдает, как Стайлз-недельной-давности захлебывается под водной толщей. Она убеждает себя, что это просто сон, глупое стечение обстоятельств, но тело почему-то ощущает чужое тепло. Он не находит ничего лучше, чем броситься спасать самого себя из передряги, мысленно отмечая, что все-таки стоит сбросить пару килограмм. Она идет на репетицию, снова наталкиваясь на холод со стороны Стайлза, и убеждается, что его признание прозвучало только во сне. Он тащит утопающего к выходу из пещеры. Один взмах уже умелых рук отбрасывает большую часть камней, освобождая проход. И снова проваливается в яркий калейдоскоп времени.