Gimme More
10 февраля 2017 г., 10:02
— Эти таблетки не подходят, — заявила я с порога, и Шепард бросил на меня изумленный взгляд и снова уткнулся в папку с бумагам в руках, словно решив проигнорировать меня.
— И тебе привет, Эва, — с недавних пор мы решили перейти на «ты», чтобы улучшить связь «доктор-пациент», — с чего такие выводы?
— У меня были галлюцинации! — выпалила я, кидая свою сумку на пол рядом с диваном, совсем забыв, что там лежали очки, и от сильного удара могла пострадать оправа.
Хотя плевать на нее, я сейчас была в бешенстве! Я добилась своего и привлекла внимание Шепарда, который отложил бумаги и, сжав пальцы в замок, положил их на стол и уже с осторожной внимательностью слушал меня. — Я легла спать, а проснулась от того, что мистер П тряс меня за плечи в попытке привести в сознание, он подумал, что я что-то приняла. Наркотик, я думаю.
— Ты помнишь, что снилось?
— Нет. — Ответила я уже спокойней, сев на стул у стола напротив Шепарда.
— Ты говорила что-нибудь?
— Не знаю. Возможно, все же несла какой-то бред, потому что мистер П третий день меня избегает. Не отвечает на смс, звонки и игнорирует в школе. — Запустив пальцы в распущенные волосы, которые приобрели рыжий оттенок, я медленно провела по ним и опустила голову на стол, устало выдыхая. — У меня пропал аппетит, и я не могу спокойно спать, мне мешает постоянное чувство тревоги. Я же не перешла на следующую стадию депрессии?
— А сама как думаешь? — прямо спросил Шепард. Его голос звучал отстраненно, что заставило меня подняться и посмотреть на него.
— Я боюсь, что да, — ответила я, не отводя взгляда. — И я приняла решение уехать: доучусь этот год, а там мне скажут «собирай вещи», молча это сделаю и уеду, не буду против.
— Бежишь от мистера П?
— Чувствую себя гадко за то, что использую его как пилюлю.
— Что-то между вами изменилось?
— Это скорее изменилось от моего лица в его сторону, — ответила я, грустно ухмыляясь, четко ощутив гложущее чувство, поедающее изнутри, — сначала мне помогало то, что он рядом: я стала хорошо питаться, часто думала о еде, ведь он много раз оставался по вечерам, и нам надо было что-то есть. Я даже прибавила чуть-чуть в весе — это все равно достижение. Мне как-то легко думалось, ничего грустного не посещало мою голову.
— Что с танцами?
— Я вернулась в группу, пока хожу один раз в неделю — как испытательный срок, — но думаю, так и останусь на одно занятие.
— Ты начала чувствовать, что влюбилась?
— Хуже. Я начала чувствовать, что могу его полюбить, а этого мне не надо. Скоро выпускные экзамены, выпускной и вступительные испытания у мистера П, и тогда я спокойно исчезну из его жизни. Закончу игру, которую начала.
— Зачем? — он с прищуром посмотрел на меня. — Ты вроде счастлива, зачем ты хочешь положить конец этим…
— Недоотношениям, — подсказала я ему, — мы решили так это называть.
— Так зачем?
— Он не надежный, ему нельзя верить, а если это сделать, то потом можно сильно об этом пожалеть. Если я предложу полноценные отношения, он, конечно, согласится, а почему бы нет? Не обязательно любить, чтобы быть парой. — Я не уверена, любил ли он Ибен, когда они встречались. Или у них тоже были подобные нашим недоотношения? — Я, наверное, была бы готова пересмотреть свои взгляды ради него, но не стану этого делать. Потому что плата за это счастье будет слишком велика, и я прекрасно знаю, что мистер П не готов для отношений, для него это все игра. Его надолго не хватит, а я слишком быстро могу полюбить и никогда не смогу простить измену, которая станет первой его ошибкой.
— Ты хочешь обезопасить себя в будущем?
— Угу, — согласилась я с ним, снова опуская голову на холодное дерево, — я представляю, каково это любить его, и представляю, какого собирать себя по кусочкам, когда придет всему конец.
А я не готова к этому.
***
Я знала, что у него сегодня один из последних факультативов по какому-то из предметов, поэтому, не сомневаясь ни в чем, после Шепарда сразу отправилась туда, заскочив в аптеку, где по выписанному ранее рецепту забрала снотворное и успокоительное, которые буду должна принимать перед сном, чтобы спать без тревог за что-то или кого-то. Проходя мимо шкафчиков, я ненадолго остановилась возле своего, чтобы забрать некоторые тетради домой, но меня отвлек звонок. Бросив быстрый взгляд на телефон, я ответила и приложила телефон к уху, ловко закидывая нужные тетради в сумку и звонко захлопывая железную дверцу. — Привет, мама, — радостно ответила, счастливо отмечая, что это была правда искренняя радость. — Как дела? — Я с хорошими новостями, девочка моя, — я услышала ее хихиканье, и мне сразу стало легче, будто избавилась от непонятного груза, который упал с моих плеч. — На этих выходных я не смогу прилететь, но не расстраивайся, через три недели я вернусь домой на целый месяц! — Месяц? — недоверчиво спросила я, выходя на лестницу и запрыгивая на подоконник, на котором сидела каждый день, когда мы собирались с бандой, и плюс здесь было легче выловить Криса, который точно пройдет мимо. — И тебя правда отпустят на целый месяц? — Отпустят, у них нет выбора, если они хотят, чтобы я работала у них в Бергене. — Ты хочешь заняться переездом? — Да, надо придумать что делать с домом, потом твои документы со школы забрать, да и мне самой кучу бумаг заполнить. Перевод — это дело тяжкое. — Ага, — протянула я, выглядывая в окно, из которого увидела Юнаса с его девчонкой, и, кажется, они ругались. Опять. — А там жилье есть? — Служебная квартира в хорошем районе, это временная должность скорее всего. — А на сколько временная? — Года на три-четыре, не меньше. Это точно, малышка. Так, я сообщила тебе хорошие новости, мне пора бежать, люблю и целую. — Я тоже, пока. Сбросив, я убрала телефон в карман и хотела уже дальше продолжить наблюдать за ссорой не новоиспеченных влюбленных, но меня отвлёк гул, послышавшийся за дверью на верхнем этаже. Вскоре дверь раскрылась, и оттуда повалил народ и, когда они проходили мимо, кидали заинтересованные взгляды, перешептывались, но никто вслух ничего не сказал. Я вглядывалась в толпу людей в поисках Шистада, но не нашла его. Я уже было расстроилась, что не удалось поговорить, и собиралась спускаться вниз, как меня остановил Уильям, аккуратно потянув за локоть к себе. — Ищешь Криса? — спросил он, прищурившись. — С чего ты взял? — ответила я, потому что без понятия, что Крис рассказал ему о нас. — Ну, если ты не ищешь его, то тогда тебе не стоит знать, что он остался в кабинете, чтобы закончить вариант. — Едкая улыбка посетила его губы, когда продолжил. — И если он тебе все еще не нужен, то тогда тебе совсем не обязательно спешить, потому что осталось ему пару заданий, и он может уйти через другую лестницу, которую откроют. — Если бы я его искала, — ответила я с плохо скрываемой улыбкой на губах, — то сказала бы тебе спасибо, а так пока! — Ну, я бы сказал удачи, — ответил он, уже в открытую насмехаясь с нашего диалога, — а так пока! Я кивнула ему и поднялась на этаж выше, и почти сразу нашла нужный кабинет, ведь только у этого была открыта дверь, и с коридора я заметила Криса, который уже начал складывать учебники с тетрадями. Набравшись духу, я зашла в кабинет и захлопнула за собой дверь, еле сдерживая смех, когда Крис подскочил на месте, резко оборачиваясь назад. — А, это ты, — пробурчал он, когда не смог кинуть приготовленную книгу в того, кто посмел его напугать. — Это я, — ответила я, чувствуя, как моя былая уверенность испарилась, потому что я не ожидала увидеть Криса мрачным. Он был мрачнее тучи в страшную грозу. Но раз я пришла, значит, должна это сделать. — Меня, по идее, не должно волновать, что ты третий день меня игнорируешь, но я все же обратила на это внимание. Что происходит? — Ничего, мне просто некогда. — Отмахнулся он, начав складывать тетради и учебники в свой черный рюкзак. — Чувак, не лги давай. — Смелость снова проснулась во мне, и я осмелела настолько, что подошла к Крису, скинула его рюкзак на пол — отчего сам Шистад покрылся гневными пятнами, — и уже готовилась к этому извержению, но, стараясь этого не замечать, села на парту и прямо, снизу вверх, посмотрела на него, заставляя так же смотреть на меня. — Ну, давай расскажи Эве, что происходит в этой хорошо уложенной головке. — Ты что творишь? — глухо спросил он, уставившись на меня. — Что тебе вообще надо? — Не знаю, — протянула я, состроив вопросительную рожицу, — может, правду? Хотя есть другие варианты, но давай сначала правду. Давай, я жду. — Отстань, Эва, — Крис поднял свой рюкзак и уже собирался уходить, но я не дала ему, крепко схватив за края футболки и притягивая к себе. Я широко улыбнулась, когда словила его изумленный взгляд. — Что ты привязалась ко мне? — Потому что ты игноришь меня три дня! Три дня у меня не было секса! — я сама удивилась, как ловко я завуалировала причину. — Я хочу знать, почему его лишена. Что я сделала? Или не сделала? Не пожелала на ночь сладких снов? Не оставила тебе мороженого? Легла спать без тебя? Что случилось? — Мне надо было побыть одному. — Я снова услышала нотки ярости в его голосе, и мне это не нравилось. — Зачем? — прошептала я, придвигаясь к нему ближе. — Ты вообще помнишь, что было три дня назад? — тут это уже звучало отчетливее, и, не будь я сейчас под препаратом, я бы уже собрала манатки и бежала куда глаза глядят, но не сегодня, не сейчас. — Три недели как у нас с тобой недоотношения? — на его лице появился оскал, и я, рискнув его успокоить, положила руки ему на грудь. — Это шутка, расслабься. И, если честно, мне было слишком плохо, но я благодарна тебе, что ты был рядом. Я правда думала, что ты или придешь раньше, или не придешь вообще, но ты удивил, выбрав золотую середину. — Когда ты там успела удивиться? — Утром, — ответила я, отведя взгляд в сторону, — когда проснулась в твоих руках. Спасибо тебе, Крис. — Ты сказала, я нужен тебе, а это уже не то, на что мы с тобой договаривались. Я выдохнула и уперлась взглядом в надпись на его толстовке. Правда я так сильно задумалась, что так и не поняла, что там было написано, но это не важно. — И что? — это все, на что сейчас был способен мой мозг. Вот что я должна была сказать? — Мои чувства — это мои чувства, мои желания — это мои желания, тебя они не должны волновать. — Я перестал понимать тебя уже давно. — Мне кажется, у нас интуитивная связь, — я заглянула ему в глаза и, наклонившись к нему, быстро провела губами по его щеке, опускаясь на шею, оставляя на ней быстрый, почти невесомый поцелуй, — иначе почему все так хорошо складывается? — Эва, — выдохнул он, положив руки мне на плечи. — Крис, — повторила я за ним, положив руки на мою любимую попку. — Так, все, кончай давай, хорошо? Серьезно, ты паришься из-за пустяка. Если ты мне нужен, это не значит, что я должна быть тебе нужна или еще что-то. Да и от тебя такого не допросишься, если бы мне вдруг это понадобилось. Я знаю, на что иду. — И что ты мне предлагаешь? Забыть обо всем? — У нас не так много времени, — ответила я, смотря ему в глаза. — Поэтому не будем думать о том, что не так важно. — Что будет… — Крис, — резко остановила я его, притягивая к себе за зад, — с каких пор тебя волнует такая ерунда? Я начала тебе нравиться? А? — Ты сама сказала, — ответил он, наклоняясь ко мне, касаясь своим дыханием моей щеки. Он, подобно мне, сладко провел губами по ней и оставил легкий поцелуй в уголке губ, — что у нас с тобой интуитивная связь. — Тогда будем держаться за нее, — ответила я с выдохом, когда его губы коснулись место под подбородком и начали опускаться ниже. — Ты перестанешь меня игнорировать? — У тебя весьма убедительные доводы, — ответил Крис, обжигая мою кожу своим горячим дыханием. — Стараюсь, — глухо ответила я, когда его руки легли мне на бедра и подтолкнули еще ближе к нему. Я быстро обхватила его ногами, выгибаясь навстречу его губам, которые продолжили спускаться по шее к ключицам, и они готовы были опуститься к груди, которую уже освобождали его проворные пальцы от платья-рубашки. — Не боишься быть застуканным? — Я выпускаюсь, — ответил он, вмиг оказавшись лицом со мной на одной уровне. В его темных глазах я увидела огонь, жаром которого обдало меня, и я, забыв обо всем, хотела только его. — Мне плевать. А тебе? — Мне… — тоже, по идее, не страшно, потому что это мой последний год здесь, который совсем скоро закончится, но ему об этом пока что не стоит знать, — тоже плевать. Иди сюда, мудачок! Я обвила пальцами его шею и притянула его к себе для поцелуя, на который Крис сразу ответил, стоило нам коснуться друг друга. Его губы рьяно раскрывали мои, сладко и маняще касаясь языком моих губ. Сначала это был рваный, выходящий из-под контроля, поцелуй. Просто из-за того, что мы не виделись, хотели быстро восполнить этот недолгий пробел, и, когда жажда спала, поцелуй стал спокойным, но не менее будоражащим, возбуждающим и страстным. Поцелуй стал похожим на страстный танец с ритмом, который поддерживал каждый, с четким движением и плавными переходами из позиции в позицию, словно мы двигались под музыку, что слышали сами, которую придумали сами для себя. Крис медленно приподнял меня, обхватив рукой за талию, другой рукой он приподнял юбку платья до бедер и резко опустил меня на стол, тут же извиняющее отдавая ветку первенства в наших ласках, позволяя ласкать теперь его, чтобы утолиться самой. Своим языком я коснулась языка Криса, и по моему телу прошел разряд тока, вроде бы обыденное для нас действие, а происходит как в первый раз: те же яркие эмоции, те же яркие чувства — все слишком чувственно и невероятно притягательно, отчего хочется повторять еще и еще. Я вздрогнула, когда его пальцы отодвинули ткань между ног и мягко коснулись нежных складок, медленно проникая внутрь, заставляя меня резко вздохнуть и сильнее держаться за плечи Шистада, пока он играет мной. — Тише. — Прошептал он мне в губы, когда с моих губ сорвался стон, стоило ему начать движение своими длинными музыкальными пальцами внутри меня. Я сильнее прижалась к торсу Криса, когда его пальцы начали входить глубже и медленно, словно наслаждаясь сладкой пыткой, при этом изучая и наблюдая за тем, как звучит мое тело при его касаниях. Крис играл сейчас, он выжимал невероятные звуки с музыкального инструмента под названием «Эва Мун», он знал это, и ему хотелось изучить мой предел. Крис оторвался от моих губ и, прислонившись лбом к моему, смотрел мне в глаза молча, просто вынуждая смотреть ему в ответ, пока он играет на мне. Его пальцы начали ускоряться, пока большим он ласкал набухшую плоть, и с каждым его движением сдерживать стоны наслаждения было сложно. Я обхватила его за шею и сильнее взялась пальцами за его спину, сжимая крепче, когда он продолжил играть, доводя до близкого экстаза. Из моих губ собрался снова срываться стон наслаждения, но большой палец свободной руки быстро оборвал мои истомы. Аккуратно взяв мое лицо в руки, Крис мягко коснулся большим пальцем моих губ, желая показать, что мне лучше молчать, если мы не хотим быть застуканными. Но ему легко просить меня об этом, когда он лишь играет, а от возбуждения умираю тут я! Только эта мысль пронеслась в моей голове, как вдруг более безумная и не менее манящая пришла на ее место. Обдумать ее не выдалось шанса: в голове все спуталось, и я быстрее хотела получить разрядку, одновременно желая, чтобы это не заканчивалось и мое тело не ждало от меня приказов, оно действовало само. Мои губы разжались, и языком я коснулась мягкой подушечки пальца Криса, замечая, как его глаза заинтересовано смотрели на меня, а зрачки стали еще больше. Я мягко обхватила его палец губами, нежно проводя по нему языком. Его это тронуло, потому что Крис сбился с набранного ритма, он будто замер во мне, завороженно наблюдая над остальным. — Что ты со мной делаешь, — прошипел он, смотря мне в глаза. Сначала мне показалось, что он ожидал ответа, но, когда такого не последовало, он убрал свои руки, чем я была возмущена, и впился мне в губы грубым поцелуем, слишком настойчиво требуя, чтобы я приоткрыла рот и позволила его языку войти внутрь, чтобы там он продолжил свое дело. Стоило мне ответить, как поцелуй прекратился, а руки Криса сняли меня со стола. Я уже хотела было возмутиться, что так нельзя заканчивать, но он снова резко развернул меня к себе спиной, обвивая мою талию руками и прижимаясь ко мне. — Будь хорошей, — шептал он на ухо, едва касаясь губами края ушка. Его руки поднялись в плавном протяжном движении мне на руки и так же мягко опустились на мои ладони. Крис наклонился, наклоняя меня вместе с собой и ставя руки в нужном положении, убеждаясь, что я крепко держусь. — Веди себя тихо. — Как ты это себе это представляешь? — словно чужим голосом спросила я, прерывисто дыша, даже не стараясь привести мысли в порядок, потому что Крис задрал юбку вверх, а нижнее, которое явно здесь лишнее, быстро спустил. Моя спина невольно прогнулась, когда почувствовала жаркий пылающий огонь между ног, который необходимо было потушить мне и ему одновременно. — Эва, — почти умоляюще прорычал Крис, когда резким толчком вошел полностью, предусмотрительно зажав мне рот рукой, зная, что сейчас я не смогу сдержаться. В глазах потемнело, я закрыла их полностью, отдаваясь тем ощущением, сильнее сжимая край парты, за которую держалась. Когда его голос снова зазвучал рядом, у меня по телу прошла еще одна волна, покрывая мою кожу мурашками, которые не сходили последние пятнадцать минут. — Пожалуйста, Эва… Его движения стали глубокими, но медленными. Кажется, кто-то пересмотрел свои планы на секс в школе, делая его чувственным, а не быстрым перепихоном на парте. Он будто просил меня о чем-то, он убеждал меня в чем-то, я, может, понимала, но не хотела принимать, а потому просто игнорировала то, что проснулась во мне на ровне с возбуждением и тяжестью внизу живота, которая набирала обороты, и от чего было сложнее стоять на ногах. Он ускорился, но все же оставался чувственным. Крис увеличил темп, чтобы быстрее закончить. Я вздрогнула, когда его губы коснулись моей шеи, а руки взялись за грудь, мягко сжимая набухшие соски. Закусив губу, я не дала себе издать громких звуков, топя их в чаше удовольствия, которая была переполнена и готова перелиться за края. Губы Криса оставляли влажные поцелуи на моей шее, изводя мою кожу невидимыми узорами, которые рисовал его влажный язык. Я выгнулась сильнее, когда поцелуи переросли в засосы, а его движения стали еще быстрыми, и руки полностью держали грудь в своих ладонях, сжимая ее своими длинными пальцами. Я громко выдохнула, когда почувствовала свой яркий конец, который ярким фейерверком взорвался внутри, опаляя и без того разгоряченную кожу. Удовольствие накрыло меня двойной волной, когда Крис сделал еще два глубоких толчка. Когда разрядка настигла его, он навалился мне на спину, упершись подбородком в шею, шумно дыша где-то рядом с моим ухом. — Мне… надо что-нибудь сказать? — мой голос прозвучал тише, чем я думала, и казалось, будто Крис не услышал вопроса, но, когда он повернул голову и поцеловал меня в щеку быстрым неловким движением, я одумалась. — Пошли поедим, я голодный.
Примечания:
Хочу ещё
