you can stitch me up (but i'm broken on the inside)

саммари: Тайлер воюет с самим собой. Джош продолжает вести себя отстранённо.

Последний день Тайлера в больнице горько-сладкий. Конечно, Дженна и его семья по-прежнему будут приходить и видеться с ним, но он не хочет прощаться с работниками. Эти люди заботились о нем тогда, когда он сам этого делать не мог. Так что после парочки слезных прощаний, Тайлер молча сел на заднее сиденье машины его родителей. Он и правда чувствовал себя подростком, особенно учитывая то, как все заботились о нем. — Как себя чувствуешь, дорогой? — спрашивает его мать, глядя на него через переднее зеркало. Тайлер натягивает улыбку. — Все хорошо. На самом деле, даже очень хорошо. — Врачи дали нам твои лекарства и настаивают на продолжении терапии. Ещё у нас есть твой телефон и остальная техника, так что ты получишь все назад. — Наконец-то, — бормочет он. — Мы с твоим отцом также обсуждали твоё будущее место проживания. — Я же еду домой вместе с вами, да? В мою комнату? — Тайлер вздыхает. Он снова забыл, забыл, что это больше не его комната, потому что он не живет в этом доме. Его мать могла превратить ее в склад или типа того. — Прости. Не мою комнату. — Мы ничего в ней не поменяли, — заверяет его отец, и Келли настойчиво сверлит его взглядом. Тайлер с любопытством наблюдает за ними. — Что ж, Тайлер, вот в чем дело. Мы знаем, что доктора говорили с тобой про способы возвращения твоей памяти, и мы с твоим отцом решили, что лучшим способом вспомнить все было бы пожить немного в незнакомом месте. Может, всплывут какие-то воспоминания. Конечно, если тебе будет неудобно, ты можешь пожить и дома. Незнакомое для него место. Он ненавидит признавать это, но его мысли тут же переносятся к Джошу. — Я могу пожить с Джошем? Его родители обмениваются взглядами. — Мы больше думали о твоей жене, — говорит его отец, и Тайлер разочарованно смотрит в окно. — Мы правда любим Джоша и доверяем ему, но он живет в Калифорнии, милый, а тебе лучше не уезжать от нас слишком далеко. — Вы шутите, — бормочет Тайлер, потирая ладонью лоб. — Я останусь в Огайо? — Тайлер, — голос его отца становится строже, но Тайлер использует повисшую паузу, чтобы перебить его. — Я вырос в Огайо. Весь штат знаком мне как мои пять пальцев. Очевидно, я был почти во всем мире. Не думаете, что мне лучше жить в штате, который мне не знаком? Калифорния отлично подходит. Я помню только, что, когда мне было двенадцать, мы все ездили в Диснейлэнд. Чтобы вывести меня из зоны комфорта я должен быть в штате, в котором мне когда-то было хорошо. — А если ты заскучаешь по дому? Что, если забудешь принять свои таблетки? Что насчёт терапии, Тайлер? И Дженны? О, а когда тебе придётся снимать этот гипс- — Мам, последнее, что я помню — баскетбольный матч моего выпускного года. Я из дома не выходил, если мне не нужно было тренироваться. Я не заскучаю по дому. Со всем остальным мне поможет Джош. А Дженна все поймёт. — Тайлер, мы с твоей матерью не- — Я думаю, вы, ребята, забыли, что мне не семнадцать, — наконец, огрызается он, и его родители замолкают. — Я взрослый человек, прекрасно умеющий принимать собственные решения. Если я заскучаю по дому, я полечу домой. У меня, должно быть, полно денег. Его мама вздыхает. — Тайлер Роберт- — Дорогая, — успокаивает его отец свою жену, касаясь ее руки и не отводя взгляда от дороги. — Пожалуйста. Я вас умоляю. Я хочу вспомнить так же как и вы, потому что заново знакомиться со своей жизнью очень странно для меня. Я знаю, что вы разочаровались во мне из-за всей этой «забудьте о баскетболе, я буду писать стихи и жать на клавиши» фигни. Я знаю, что вы разочаровались во мне. И я знаю, что я в какой-то очень успешной группе, возглавляющей чарты и собирающей полные арены, но это ничего для меня не значит. Мне плевать на музыку. Я просто хочу поспать в своей кровати пару ночей и вернуться на баскетбольное поле. Мать Тайлера всхлипывает и тут же начинает рыдать, пряча лицо в ладонях. Его отец любовно поглаживает ее по ноге, шепча: — Келли, милая, все хорошо, — пока Тайлер смотрит на них распахнутыми глазами. — Простите, — начинает он. — Я не хотел- — Все в порядке, Тайлер. Ты не должен извиняться, — он снова смотрит на свою жену, а потом поворачивается к Тайлеру, глядя на него из-под солнцезащитных очков. — Я сегодня же свяжусь с Джошем.

—

Его родители были правы. Комната Тайлера выглядит в точности, как он ее помнит, и он очень благодарен за что-то не новое. Глубоко вздохнув, он падает на свою кровать и пялится в потолок. Он устал. А ещё он скучает по Джошу. Что немного странно, потому что он все ещё очень плохо знает его, но все равно хочет быть рядом. Дверь в его комнату со скрипом открывается. — Милый? — это его мама, и она натянуто улыбается. — К тебе пришёл друг. Марк. — Марк, — повторяет он, и его мама принимает это за вопрос. — Да, он- — Я знаю, кто такой Марк, — прерывает ее он и встаёт с кровати, следуя вниз за матерью. Там, во всей своей красе, стоит Марк Эшельман. Немного странно видеть его, особенно после всех тех видео и интервью, что Тайлер смотрел. Он будто бы встречается со знаменитостью. — Хей, Тайлер, — тихо говорит он, сгибая и разгибая пальцы, глядя в пол не в силах поднять взгляд. — Привет, Марк. Рад тебя видеть. Я, эм, даже несмотря на то, что я не помню тебя, я смотрел видео. Те, что ты спродюсировал. Они и правда хороши, чувак, — Тайлер выдавливает улыбку просто чтобы немного обнадежить Марка. Он не хочет потерять очередного друга. И когда Марк тут же приободряется, Тайлер знает, что ему удалось. — О, спасибо, чувак! Я рад, что они, эм, все ещё нравятся тебе, — в ту же секунду улыбка сползает с его лица, и он все ещё отказывается поднимать взгляд на Тайлера. — Мне правда очень жаль из-за случившегося, но еще больше мне жаль из-за того, что я не был рядом с тобой. Многие из нас потеряли надежду, потому что были уверены, что ты уже мертв. И я должен был навестить тебя в больнице, но я не мог заставить себя. Я был там, когда ты упал, Тайлер, и я никогда так не боялся за всю свою жизнь. Если бы ты только видел. Это был полный хаос, и Джош-, — Марк обрывает предложение и прочищает горло. — Я просто рад, что тебе лучше, Тайлер. Даже с амнезией. Это лучше, чем умереть. Тайлер усмехается, но кивает, и они долго обнимаются. Марк пахнет очень знакомо, хотя Тайлер не помнит о нем ни капли. Может, где-то в глубине он и правда знает его. Если бы он только мог сделать то же самое с Джошем. — Так значит, ты смотрел клипы? — говорит он, когда они отпускают друг друга. Тайлер кивает. — Ага. Очень странные клипы. Марк смеётся. — О, да.

—

Оставшееся время они разговаривают, ну или лучше сказать, что разговаривает Марк, эмоционально вскидывая руки в воздух, рассказывая подробности съёмок на их концертах и турах. Когда Марк уходит, Тайлер замечает свой телефон на шкафу, но не может заставить себя дотронуться до него. Слишком много всего за один раз, и он не хочет перегружать себя. Позже ночью его родители с пустыми выражениями лиц заходят к нему в комнату, и Тайлер взволнованно смотрит на них. — Мам? Пап? Все хорошо? — Я, эм, я говорил с Джошем, — отвечает его отец, потирая шею, — и, ну, он, эм, — Твой отец пытается сказать, что Джош думает, что ехать с ним — не лучшая идея, — его мать переводит взгляд на ковёр, и сердце Тайлера глухо ухает в его груди. Конечно, Джош не хочет жить с ним. Джош ненавидит его. — О, — Тайлер начинает кивать. — Я понимаю. — Дженна более чем счастлива принять тебя в вашем доме, и, конечно, ты можешь остаться тут ненадолго. Что для тебя комфортнее, милый. — Я хочу остаться тут ненадолго, если вы не против. Его мать кивает и указывает на его гипс. — Нам звонили врачи. Хотели напомнить, что через пару дней тебе можно будет снять его и начать работать над развитием мышц. Тайлер натянуто улыбается. — Прекрасно. — Если что, мы идём спать. Увидимся утром, дорогой, — и, поцеловав Тайлера в щеку, его родители уходят из комнаты, оставляя потерянного Тайлера наедине со своими мыслями. Он снова смотрит на телефон, наконец решаясь взять его. И, конечно, он запаролен. Он разочарованно вздыхает и снова падает на кровать, драматично вскидывая руку. Он чувствует, будто готов заплакать. Все должно становиться лучше, а не хуже. Но Тайлер думает, что ему, вообще-то, нужно приложить какие-то усилия, чтобы все становилось лучше. Так что он снова тянется за телефоном и вводит дату своего рождения. Он тут же смеётся, потому что пароль оказывается правильным. Типичный Тайлер. У него так много уведомлений, что это почти смешно. Тайлер решает начать с сообщений. У него их полно от совершенно разных людей: его родителей, Дженны, Марка, каких-то неизвестных, и Джоша. Тайлер автоматически нажимает на его имя. Серых окон гораздо больше, чем голубых, и Джош писал ему в то время, когда Тайлер был не в состоянии ответить   Май, 8 22:07 Ох, пожалуйста, будь в порядке.   Май, 25 11:06 Мне тяжело без тебя. Май, 27 4:04 Я люблю тебя, Тайлер. Этого не может быть. Ты не можешь оставить меня. Я никогда не плакал так много. Как такое могло случиться с тобой? Ты всегда делал для всех только хорошее. Май, 30 14:37 Каждый раз, когда я захожу в интернет, я вижу статьи о твоём выздоровлении. Я надеюсь, что ты на самом деле выздоровеешь, Тай, я правда надеюсь. Все теряют надежду, и мне кажется, что я тоже должен. Я больше так не могу. Я разрываюсь. Май, 31 23:59 Сегодня звонил твой брат. Он сказал, что если ты не очнёшься на следующей неделе, они отключат аппарат. Я кричал на них минут двадцать. Все думают, что ты мертв, Тайлер. Может, и мне стоит отпустить. Июнь, 4 00:45 Ты не помнишь меня.   Тайлер даже не осознаёт, что плачет, пока слеза не ударяется о экран его телефона, и он тут же вытирает ее рукавом. Все это разбивает ему сердце. Тайлер закрывает диалог, потому что попросту не может читать дальше. Он проверяет Фэйсбук, Твиттер, Инстаграм и все остальное, просто чтобы избавиться от висящих оповещений. Потом он совершенно случайно открывает заметки и лицом к лицу сталкивается с текстами своих песен. Конечно, Тайлер не может удержаться и смотрит, но чувствует себя так, будто врывается в чье-то личное пространство. Так что он закрывает заметки и набирает Джоша. Это, наверное, очень глупо — звонить кому-то, кто тебя ненавидит, но Тайлер не может не. Ему нужно поговорить с человеком, по которому он начинает сходить с ума. — Алло? — голос Джоша низкий, хриплый и тихий. — Хей, Джош? Это я, Тайлер. — Я знаю. Чего ты хочешь? — он все ещё резок. — Ты все ещё в Огайо? — Да. В доме родителей. Тебе нужно что-нибудь? — Я, эм, — Тайлер гулко сглатывает. — Я нашёл сообщения. Которые ты мне отправлял. Джош сбрасывает вызов. Тайлер кричит. Тайлер хрипло кричит, бросает телефон в стену и зарывается в одеяло, снова чувствуя обжигающие слезы на щеках. Он устал от всего. Устал ничего не понимать, теряться, болеть и устал от того, что Джош ненавидит его. Он не хочет всего этого. Оба его родителя вламываются в комнату в миллисекунды, обнимая его и успокаивая. Его мать гладит его по волосам, и ему остаётся только плакать.