you can stitch me up (but i'm broken on the inside)

саммари: Тайлер возвращается домой. А что ещё ему остаётся?

На следующее утро Тайлер звонит своей матери, потому что ему очень нужно поговорить с кем-нибудь. Он достаточно хорошо себя знает, чтобы понимать, что никогда не был стопроцентным натуралом, что любил Джоша всем сердцем и что испугался общественных устоев. — Милый? Ты в порядке? — Мамочка, — отвечает он, смаргивая слезы. — Я разозлил Джоша. И мне кажется, что ничего уже не исправить. Она вздыхает. — Ты вспомнил что-то? — Вспомнил пару вещей. Все случилось настолько быстро, что я не успел понять, что к чему. — Расскажи мне, что ты вспомнил, милый, посмотрим, чем я могу помочь. — Ну, эм, — он гулко сглатывает. — Я вспомнил толпу. Это было круто. — Это уже что-то, Тайлер! — Я вспомнил струны укулеле. Я ещё не умею хорошо играть, но хотя бы знаю, как это делается, — после того как его мама заканчивает хвалить его, Тайлер затаивает дыхание. Он знает, что, наверное, не должен рассказывать такое своей матери. Он не знает, как она ответит. Но Тайлер слишком отчаянно нуждается в совете. — Я вспомнил свои отношения с Джошем. — Милый, это невероятно! — восклицает она. — Нет. Не нашу дружбу. Типа… мы встречались, — он пару мгновений сидит в тишине, грызя ногти и ожидая ответа. Наконец, из трубки доносится вздох. — В каком году? — говорит она. — 2011. Так сказал Джош. Он сказал, что мы расстались, чтобы защитить группу. Но проблема в том, что даже после того как я начал встречаться с другими людьми, с Дженной, я не мог забыть его. И я изменил, — слезы полились сильнее. — Я не помню, как делал это с Дженной или с ним, и у меня сердце разрывается, мам. Ему так плохо из-за меня, и мы собирались рассказать обо всем Дженне, но потом произошёл этот несчастный случай, и я не думаю, что смогу сказать ей теперь, потому что даже не помню про это. Она милая и она так помогла мне, но я не могу-, — он давится всхлипом, стирая слезы с щёк. — Я чувствую это, мам. Я знаю, что был влюблён в Джоша и что все ещё влюблён в Джоша. Я хочу быть с ним, но этого никогда не произойдёт. И я не знаю, что мне делать. — Милый, — тихо начинает его мама, словно подыскивая слова, — ты знаешь, что мы всем сердцем любим Джоша. Он очень помог нам, и влюбиться в своего лучшего друга — не редкость. Но ты женился лишь год назад, и если ты не можешь перестать думать о Джоше… Я не знаю. Я не знаю, что тебе делать. Но я знаю, что тебе нужно сесть с Дженной лицом к лицу и поговорить. — Я прилечу домой, — соглашается Тайлер. — Думаешь, Джош тебе поможет? Он кивает. — Ему это не понравится, но он поможет. — Я люблю тебя, дорогой, и все мы совершаем ошибки. Просто нужно уметь нести за них ответственность. Я хочу, чтобы ты был счастлив. И если ты не счастлив с Дженной, тогда тебе стоит сделать то, что ты считаешь нужным. Я так горжусь тобой, Тай, за все, чего ты достиг. — Из-за этого как раз и начались все проблемы, — вздыхает он. Они обмениваются очередными 'я люблю тебя' и прощаются, после чего Тайлер в отчаянии падает на кровать. Он должен все сделать правильно. Тайлер помнит куски и отрывки когда-то произошедших событий. Он помнит отношения с Джошем, помнит давящее чувство нужды в секретности и помнит преследующее его чувство вины. Он знает достаточно, чтобы рассказать обо всем Дженне.

—

Он ждёт, пока Джош проснётся, прежде чем задать ему вопрос. — Джош? — тихим голосом зовёт он, заходя в гостиную. Джош даже не оборачивается. — Я хочу улететь обратно в Коламбус. — Ага, — горько усмехается Джош. — Наверное, это хорошая идея. — Мне так жаль, Джош. Ты не обязан принимать это извинение, но я знаю, что то, что я сделал, было неправильным, и я все исправлю. Я научусь на своих прошлых ошибках, и все изменится. Время пришло. Джош отрывает взгляд от своей кружки кофе и переводит его на Тайлера. — Что ты планируешь делать? — Я собираюсь все исправить. Джош помогает Тайлеру купить билет на самолёт. Они молча собирают его вещи, и это напоминает Тайлеру о их первых днях совместного проживания. На следующий день Джош довозит Тайлера до аэропорта. Они все ещё не разговаривают, но Джош все равно провожает его до выхода на посадку. — Спасибо, — бормочет Тайлер. Он боялся потеряться или не найти нужный рейс. — Мне жаль, что вся эта затея провалилась, — Джош звучит устало и подавлено. От этого сердце Тайлера разбивается только сильнее. — Я вспомнил что-то. Так что это было не бесполезно. Кроме того, теперь я знаю, как играть на укулеле, — он чуть улыбается, желая преподнести эту информацию сюрпризом, как он и планировал с тех пор как вспомнил. — Хорошо. Продолжай тренироваться. Я знаю, что может казаться, будто это не так, но музыка — очень важная часть твоей жизни. Просто пусть она такой и останется, ради меня. — Знаешь, это не прощание. Джош вздыхает. — На данный момент — да. Тайлер хочет обнять его, но не двигается с места. Просто смотрит, как Джош уходит и растворяется в толпе. Он заходит на борт самолёта, как можно ниже склоняя голову и пытаясь не заплакать. У него не выходит. Так что он вытирает слезы, поворачиваясь к окну и включая музыку. Тайлер слушает Regional at Best. Он знает, что это был первый альбом, над которым они с Джошем работали вместе, и всем телом чувствует, через что они проходили во время его написания. Он должен все исправить.

—

Когда он приземляется в Коламбусе, в аэропорту его ждёт Дженна. Он виновато глядит на неё, направляясь к машине и таща за собой чемодан. — Хей, Тай, — тихо говорит она, чуть улыбаясь. — Рада снова видеть тебя. — Да, — отвечает он. Она помогает ему закинуть чемодан в машину, после чего оба садятся внутрь. Тайлер невольно замечает, что девушка постоянно бросает на него взгляды, когда они застревают в пробке. — Дженна, мы можем поговорить? — Я как раз собиралась сказать это, — вздыхает она. — Я думаю, нам надо развестись. — Что? — он переводит на неё удивлённый взгляд. Он видит, что по ее щекам текут слезы. Нет, думает он, я ведь должен был все исправить! — Я знаю, что ты не много помнишь, Тайлер, но за весь год ты ни разу не сказал мне, что любишь меня. И ты не выглядел счастливым. Не думаю, что я сама счастлива. Мне кажется, мы слишком поторопились, а все в этом мире заслуживают счастья. Пожалуйста, не думай, что это из-за твоей амнезии. Это было неизбежно с самого начала. И она была права. Он помнил чувства, которые к ней испытывал. Они неназванными висели где-то на задворках его сознания, но теперь он все понимает. — Ты одна из моих ближайших друзей, — шепчет Тайлер. Теперь он чувствует слезы и на своих щеках. — А ты один из моих. Но мы заслуживаем быть счастливыми, Тай, а застрять в браке, от которого никто из нас не в восторге, не даст нам этого. Мы все ещё можем быть друзьями. Мне кажется, мы просто не сможем перестать ими быть. Нам просто нужно найти тех людей, с которыми нам будет по-настоящему хорошо. Тайлер, у тебя есть тот, с кем тебе хорошо каждый день. Я знаю, что ты любишь его, — она снова переводит взгляд на Тайлера, но на этот раз на ее губах играет небольшая улыбка. — Я знаю, что он тоже любит тебя. И я думаю, что расставаться было очень глупо с вашей стороны. Что бы вы ни делали тогда, это хорошо. Я знаю, что мы с тобой слишком спешили. Я знаю, что ты боялся, о чем подумают твои родители, если у тебя не будет девушки, и я была более чем счастлива быть той, кто удовлетворяет их желания. Но теперь, Тайлер, настало время двигаться дальше. — Мне так жаль, — выдыхает он. — Я не хотел делать больно тебе или Джошу, и так отстойно ничего из этого не помнить. Но я знаю, как был виноват перед вами, и знаю, что использовал любую возможность, чтобы свалить на кого-нибудь свои просчеты. Но это только моя вина. Это всегда было только моей виной, и я так ненавижу себя, что моя голова просто разрывается от мыслей. Дженна снова улыбается. — Все в порядке, Тайлер. Я прощаю тебя. Это не такое уж и большое дело. Мы все ещё будем друзьями, и я не собираюсь пропустить ни секунды этой сочной драмы. — Что, если Джош не захочет- — Захочет. Я знаю, что захочет, — она замолкает. — А ты зрелый для подростка. — Чш, — отвечает Тайлер, но тут же краснеет. — Спасибо тебе за это. За то, что терпишь меня. — Для чего ещё нужны друзья? Теперь мне отвезти тебя к родителям? — Да. Было бы неплохо, — он снова улыбается ей, все ещё чувствуя давящее на грудь чувство вины. Он не может понять, что она чувствует. — Дженна? — Тайлер. — Ты когда-нибудь любила меня? Она думает пару мгновений, смахивая выбившуюся прядь волос и прикусывая губу. — Нет, — наконец, отвечает она, и Тайлер выдыхает, едва осознавая, что задерживал дыхание. — Мы оба были такими отвлеченными, Тай, серьёзно. Я просто счастлива, что мы поговорили об этом сейчас, а не спустя пять лет несчастного брака. Оглянись на все эти спорящие пожилые пары, которым стоило развестись. Иметь чувства к кому-то и любить его — разные вещи. — Да, — соглашается он. — Думаю, так и есть. — Я со всем разберусь, хорошо? Бумаги по разводу и все остальное. Я уверена, что так будет правильнее, учитывая твоё состояние. — Спасибо. — Нам нужно поговорить об этом с твоими родителями. Я уверена, что они поймут. Уверена, что они заметили, насколько все рассеяно сложилось. — Мы хотя бы часто виделись? — Тайлер взволнованно ёрзает на кресле, поворачиваясь к ней. — Если я постоянно был в турах- — Не очень, но иногда ты брал меня с собой. Было неплохо, но ты все ещё был очень отстранённым. — Прости. — Хватит извиняться попусту, Тайлер. Теперь все наладится, хорошо? — Хорошо.

—

Воссоединение Тайлера с родителями недолгое и милое. Они с Дженной садятся перед ними, чтобы рассказать новости. Мама Тайлера восприняла все неплохо, просто потому что уже знала, что это произойдёт, но его отец, казалось, очень серьёзно отнёсся к этому. Он не сказал ни слова, но Тайлер по языку телодвижений понял, что расстроил его. — Твой отец смирится с этим, — шепчет его мать на ухо Тайлеру, когда Дженна уходит с обещанием рассказать все и своим родителям. — Он не знает того, что знаю я. Но обещаю, что мы оба поддержим тебя. Тайлер лишь вздыхает. Этой ночью он ложится спать с тяжёлым сердцем. Да, Дженна уверяла его в том, что все хорошо, но ощущалось это иначе. Он все еще помнит катастрофически мало, Джош ненавидит его, и теперь ему придётся разводиться с кем-то, кого он едва знает. Это слишком для семнадцатилетнего. Так что Тайлер пытается отвлечься. Он залезает в Твиттер и листает новости без особой цели, улыбаясь из-за мемов и картинок, быстро пролистывая всю информацию про Джоша или про группу. Но кое-что цепляет его. Он открывает интервью на радио станции Л.А. под названием «Не Ждите Скорого Возвращения Twenty One Pilots» чисто из любопытства. — Что ж, все фанаты и их мамы знают, что с Тайлером произошёл несчастный случай, — говорит интервьюер. Парень, который выглядит до ужаса знакомым. Тайлер думает, что, возможно, он видел ещё какие-то интервью с ним. Джош выпускает нервный смешок и поправляет свою кепку. На нем чёрная толстовка — та самая, которую носил Тайлер — и становится подозрительно. — Да, это было тяжело для нас всех. — Как он сейчас? Прошло пару месяцев с тех пор как мы говорили с вами в последний раз, ребята. И Тайлер действительно был тут какое-то время? Где же певец сейчас? — Эм, да, он жил тут пару месяцев, но, мм, заскучал по дому. Знаете, всегда тяжело быть далеко от дома, особенно когда ты не можешь вспомнить абсолютно ничего. На него навалилось много всего, но я верю, что он сильный. — Я могу только представить, каково это для тебя, Джош, особенно учитывая то, что он не помнит группу и весь успех, которого вы добились. — Нет, на самом деле, мне кажется, что возвращение в те дни хорошо влияет на него. Я и не осознавал, как сильно его утомляли все эти бесконечные написания песен, поездки в туры, фанаты и все остальное. И даже теперь, когда он идёт на поправку, все это очень давит на него. Впрочем, я могу только догадываться. Проснуться и услышать, что ты в знаменитой группе — просто безумие. — Особенно когда это одна из самых известных групп на Земле, да? Джош снова смеётся. — Нет, я бы так не сказал. Я просто счастлив, что с ним все хорошо. Он заново учится как жить, и всем просто нужно отнестись к этому с терпением. — Так что, где сейчас Тайлер? И есть ли у тебя какие-то новости по поводу его выздоровления? — Он на какое-то время вернулся в Коламбус и начал изредка вспоминать некоторые вещи. Как я и сказал, нам просто стоит потерпеть. — Какое будущее вырисовывается для Twenty One Pilots? Джош вздыхает. — Если честно, сейчас оно выглядит не слишком радужно. Мы на какое-то время отошли от дел, и настало время сказать всем вам правду. На данный момент Тайлер не хочет ничего связанного с группой и с музыкой в целом, и это его выбор. Пока он не вспомнит, что она делала с ним, мы должны уважать это. Я же, скорее всего, стану барабанщиком в каком-нибудь туре, даже не знаю. Слишком уж долго не делал того, что люблю, и если не выйдет вернуться с Тайлером, придётся брать все в свои руки. Интервьюер кивает, шокировано глядя на Джоша. — Хорошо, вы все слышали его! Джош Дан из-, — Тайлер закрывает видео, не желая больше слушать и бьет кулаком подушку. Он не знает, почему чувствует себя так, будто его предали, учитывая, что то, что он сделал с Джошем, было в разы хуже. Но в его животе все равно что-то невольно сжимается, отзываясь тупой болью в груди. Джош должен играть музыку со мной, МНОЙ! Не с кем-то другим! Но Тайлер знает, что это его наказание. Он долго смотрит на номер Джоша в телефоне, после чего засовывает его под подушку, будто от этого Джош тут же позвонит ему и извинится за все то, что сказал на интервью. Он игнорирует влагу на своих щеках и заставляет себя заснуть.