Я запомню этот день.

Я чувствую что-то мокрое. Оно ударяется прямо об мою голову и катится вниз по моему телу. Постепенно моя одежда начинает мокнуть. Открываю глаза и вижу сильнейший ливень. Моя голова еще не работает и я не понимаю, что происходит. Я осматриваю окрестности и внезапно в висках начинает пульсировать. Я на Арене, все ясно. Я попытался привстать, но как назло мои ноги оттекли и начали гудеть в разных местах. Я попытался помассировать их, но руки словно не слушались меня. Что со мной случилось? В голове все словно отшибло. Я никак не могу сосредоточиться на происходящем без пульсирующей боли в висках. Ощущение, словно меня приковали к электрическому стулу и пустили мощный заряд тока. Тело буквально дрожит. Я попытался закрыть и открыть глаза, и у меня более менее получилось прояснить мысли в голове и придумать какой-нибудь план. Меня покусали белки-убийцы, я проспал скорее всего несколько дней, я совершенно не в курсе всех дел и ужасно хочется пить. Мда, на данный момент у меня все очень плохо. Медленно встав, я размял мышцы и несколько раз поприседал для восстановления кровообращения. Мне мама еще в детстве говорила, что если тебе тяжело идти или совершать какие-то действия, то лучше сделать немного отжиманий или присесть несколько раз. В детстве я был не очень крепким ребенком и часто болел простудой. Бывало даже, что лежал чуть ли не при смерти. Помню, как я лежал в своей комнате под лоскутным одеялом, истекая потом, рядом со мной сидел отец, а мать возилась на кухне и пыталась приготовить какие-нибудь лекарства. Правда трудно было назвать лекарством смесь из молока, лука и капли меда, но это мне помогало. Еще я помню, что тогда, хоть я и лежал с жаром, но был счастлив. Мама и папа были вместе, Хэнк рядом играл с деревянной машинкой, которую и вырезал для него... Да, я был счастлив. Я вернулся в суровую реальность, где даже за воду нужно бороться. Мой ум окончательно прояснился и я уже четко осознавал свои действия и планы. Внезапно меня привлек шорох в кустах неподалеку. Я выхватил нож и осторожно подошел, чтобы посмотреть. Это оказался всего лишь маленький кролик, пьющий дождевую воду из небольшой ямки. Если пьет кролик, который до сих пор не умер от яда в воде, значит и я спокойно могу наконец освежить свое горло холодной и чистой жидкостью. Я поспешно достал два бутыля и по очереди наполнил их до краев, а затем подставил свое и без того мокрое лицо и наслаждался водой. Как же хорошо... Теперь я вполне могу продолжать свою жизнь на Арене, но сначала мне каким-то образом нужно узнать нынешнюю обстановку. Как? Найти какого-нибудь запуганного трибута, расспросить его и отпустить? Или убить? Нет, это было бы слишком глупо. И потом этот трибут может оказаться разведчиком у профи. И он может все доложить им о моих припасах и возможном местоположении. Я начал свой путь к месту, где все началось. К Рогу Изобилия. Не знаю, что я там найду, но это лучше, чем просто сидеть под камешком и ждать своей смерти. К тому же эти места полны загадок и ужасов. По пути к Рогу я встретил только странную птицу с огромным клювом, которая впилась им в маленькую мышь и сразу же проглотила. Дааа, тут звери даже похуже людей. Наконец я добрался до края джунглей и спрятался в листве, чтобы сначала осмотреть поле и решить, что же мне делать дальше. Я просидел минут тридцать, прежде чем убедился в том, что рядом с Рогом Изобилия никого нет. Наконец я решил выйти из листвы и направиться поближе к Рогу, чтобы найти еще чего-нибудь полезного. Да, пейзаж здесь завораживает. Огромная заснеженная гора вдали, экзотические деревья и щебет птиц. А запах просто чудесный. Пахнет сразу несколькими вещами: аромат всевозможных цветов, ягод и еще чем-то сладковатым. Поначалу я просто стою и вдыхаю этот сладостный запах, позабыв о безопасности и вообще обо всем. Мне кажется, будто я улетаю куда-то далеко, словно я парю среди облаков и лечу прямо к горе, которая находится вдали. Но внезапно щебет птиц прекращается. Тишина. Абсолютно никаких звуков. Я очнулся и огляделся. Вдруг я почувствовал что что-то неладно. И был прав. Раздался громкий крик птиц, топот и рев зверей. Я подтянул ремни рюкзака, чтобы приготовиться к худшему. Вдруг я заметил двух трибутов, кричащих и бегущих в мою сторону. Я уже приготовил ножи, чтобы метнуть в них, но этого не понадобилось. Они даже не заметили меня, а просто скрылись в джунглях. Я вышел поближе к Рогу Изобилия и посмотрел на высокие леса. Что происходит? Нет, звуки явно с другой стороны. И тогда я посмотрел в сторону той живописной заснеженной горы, которая каким-то образом превратилась в извергающийся вулкан. Потоки лавы стремительно лились вниз. К Рогу Изобилия. Вдруг из той стороны выбежало огромное стадо зверей, я даже не успел разглядеть их. Птицы летели надо мной, пытаясь спасти свою жизнь. Я почувствовал пот, льющийся ручьем с меня. Холодный пот. Я в последний раз крепко-накрепко подтянул ремни рюкзака и приготовился. Приготовился к бегу. Вулкан изверг очередной огромный поток лавы и я решил, что пора. Пора бежать, иначе будет поздно. К тому же пепел уже достиг ближайшие ко мне деревья. И я побежал. Я бегу и прорываюсь сквозь заросли, джунгли, смотря при этом не под ноги и вперед. Только вперед, чтобы спасти свою жизнь. Я бегу и спотыкаюсь на каждом шагу, но упорно держу равновесие и не падаю. Я ощущаю жар позади себя и не ошибаюсь. Огонь уже неподалеку. Я бегу, захлебываясь своим собственным потом, на ходу выплевывая кусочки паутины, которая впилась мне в лицо. Я бегу и поддерживаю рюкзак, который начинает медленно спадать с меня. Огонь уже слишком близко и я чувствую его приближение. Я даже не оборачиваюсь, чтобы не видеть огненные глаза в пламени. Моя одежда не выдерживает жара и начинает гореть. Мой воротник уже полностью обгорел, а внезапно свалившееся рядом дерево подпалило мои волосы. Но я стараюсь не чувствовать боли и продолжаю бежать. Внезапно из моих уст срывается непроизвольный крик от боли. На моей шее образовался ожог. Я пытаюсь не дышать, чтобы не вдыхать запах дыма, но мои легкие горят от недостатка воздуха. Голова раскалывается на части, но мое упорство непреклонно. Я бегу снова вперед и вперед. Но внезапно я понимаю, что если сейчас не остановлюсь где-нибудь отдышаться, то просто упаду. Но где? Что делать? Я не хочу смотреть в глаза смерти, я еще хочу жить. Я пытаюсь невидящими от едкого дыма глазами увидеть хоть какое-то убежище, но не могу. Мои ноги сводит от усталости и жара, находящегося так близко. Я не могу больше бежать, не могу... Просто не могу... Но инстинкт выше человеческих прихотей. И я, вдохнув воздуха под курткой продолжаю бежать еще быстрее и еще увереннее. Я почувствовал, что сейчас спалю свою куртку вместе с собой. И на ходу с огромным усилием пытаюсь спихнуть ее на землю, при этом не теряя рюкзак с запасами. Это еле-еле удается мне, но стоит цены. На моей руке образовывается ожог размером с маленький камень. Превозмогая боль и страх, я все равно движусь только вперед, уже не ощущая позади себя сильного напора огня. Кажется, будто прошла целая вечность, а джунгли нескончаемы. Но постепенно смерть начала отступать от меня вместе со своим адским пламенем. Я даже позволил себе обернуться на бегу и с огромным удивлением обнаружил, что огня позади меня уже нет. И нет уже давно, потому что растительность здесь цела, словно извержения и не было. Мой мозг затуманен дымом, ощущение, что ноги сейчас сломаются здесь же. Наконец я останавливаюсь. И сразу же меня рвет прямо туда, где я только что стоял. Меня рвет не едой, а жидкостью. Зеленой едкой жидкостью. Минут пять я стою и извлекаю из себя то, что было моим завтраком в первый день. Наконец поток рвоты останавливается и я падаю на землю, не в состоянии встать. Ожоги пульсируют на моем теле, мозг разрывается, а ноги я вообще не чувствую. Я падаю и лежу на сырой от недавнего дождя земле. Лежу и вкапываю руки подальше в землю, в глубину. Приятная прохлада окутывает меня. Вдруг мои ожоги начинают напоминать о себе и я кричу себе в грязный от копоти и земли кулак. Кричу, чтобы не пробудить своих врагов. Сжимаю челюстью свои пальцы так сильно, что на них возникает кровь. Но ожоги очень сильны и я просто не могу думать. От боли меня снова начинает рвать чем-то темным, выходящее вместе с кровью. Дрожащими пальцами я хватаю рюкзак и открываю его, чтобы найти бутыль с водой, аптечку с бинтами и мазью. Странно, но мой рюкзак вообще не обгорел. На нем нет даже копоти и грязи. А вода так и осталась ледяной, какой была утром. Я пил жадными большими глотками, иногда останавливаясь, чтобы вздохнуть. Потом я вылил в первом бутыле воду на себя и насладился прохладой. А оставшейся намочил свои ожоги на шее и руке. Я кричу. Теперь я не успел взять кулак в рот и поэтому кричу долго и громко, не помня себя. На моих глазах наворачиваются слезы от боли, но я скорее беру бинт, лью на него холодную воду и кладу на землю. Стоп. У меня же есть какая-то мазь. Может она поможет? Голова жутко кружится, но я просто не обращаю на это внимания. Скорее достаю небольшую баночку, открываю и морщусь от жуткого запаха. В любом случае, не время сейчас нежничать. Я зачерпываю двумя пальцами небольшую бесцветную субстанцию и втираю ее в шею и руку. Поначалу я ничего не чувствую, кроме прохлады, освежившей мои обожженные конечности. Но минут через пятнадцать, ожоги стали мгновенно зарастать у меня на глазах. От счастья я резко вскочил, совсем позабыв об усталости. Мало того, что я выжил после извержения вулкана, так еще и обладаю чудодейственным средством. Я чувствовал позади себя горячее дыхание смерти, но не дал ей забрать себя. Я боролся за свою жизнь, боролся за благополучие своей семьи. И все это дало мне сильнейшую мотивацию продолжать Игры. Просто так меня не убить. Я как можно быстрее собрал рюкзак, заставил свой ослабленный организм перекусить булочкой, смоченной в воде и снова отправился в путь. Раздались пушечные выстрелы. Кто-то все же погиб в огне. Я насчитал их двенадцать, что ужасно поразило меня. ДВЕНАДЦАТЬ! Двенадцать трибутов за полчаса! Такого еще никогда не было! Когда я достиг огромного дерева, стоящего рядом с грудой валунов, мне в голову ударила мысль. Что случилось с Мейсли, Зейной и Питером? Я до сих пор не в курсе происходящего. Мертвы ли они или продолжают бороться, как и я? Всю дорогу я не мог спокойно думать ни о чем, кроме Мейсли. Не буду скрывать, я очень скучаю по ней и если мне удастся найти ее, то обязательно объединюсь в союз. Просто я не могу отпускать ее жизнь на Арене на самотек. К тому же все только теперь мне становится ясно, сколько угрозы таят в себе местные прелести. Сочные плоды на ветвях кустарника, кристальные воды ручьев, даже насыщенный одурманивающий запах цветов - все пропитано ядом. Я понял это, когда заметил мертвую птицу с каким-то фруктом в клюве. Но не только это. Слишком уж много было плодов на деревьях, которых очень просто достать. Мне показалось это весьма подозрительным и я решил, что буду питаться едой, которую добыл у Рога Изобилия в первый день. По крайней мере не буду сомневаться в том, что мой завтрак пропитан смертоносным ядом. Моя дорога вперед постепенно становилась менее проходимой. Я начал терять из виду небо и землю, а шел только по траве, пробираясь сквозь колючие кустарники. Мне было уже тяжело идти и где-то через 50 метров лабиринты непроходимых колючих зарослей начали оттеснять меня обратно. Я достал один из своих самых острых кинжалов и начал пробираться сквозь растительность. Разрубив огромный куст с шипами, я заметил, как из него потекла тянущаяся фиолетовая жидкость. Когда эта субстанция достигла земли, на нем проявилась ямка. Бог ты мой, значит все, что тут есть пропитано смертью! Стоит мне прикоснуться хоть к одной капле, на коже мгновенно проявится ожог. Пятидесятые Юбилейные Голодные Игры действительно беспощадные и жестокие.