***
Сколько бы мы не шли, а вершина даже не приближается… И это при магии… Что там вообще наверху должно быть? Я уже сомневаюсь, что там мы встретим бога. — Эр, а как давно ты влюблен в меня? — улыбаюсь, чувствуя, как тёплая рука сжимает мою ладошку. — Ну, я даже не знаю, — через тяжелые вдохи отвечает эльф, шагая за мной. — А ты? Ты ведь любишь меня? Я свожу брови на переносице, кусаю губы, что трескаются от мороза и сухого воздуха. — Я не знаю… Но ты мне точно очень сильно нравишься, — оборачиваюсь, чувствуя, как хватка становится сильнее. — У нас всё будет хорошо. Перед моим лицом проплывают снежинки, я прищуриваюсь. Тут что-то явно не так… — Понятно. Но я добьюсь твоей любви, чего бы мне это не стоило, — уверенно и мягко говорит он. Я взмахиваю рукой, посылая заклинание вперед. Оно ударяется обо что-то, рассыпается искрами. Так… — Эр, что это? — тянусь к коротким ножам, висящим на моих бёдрах. Воздух вокруг искрится, но затем затихает. — Это какое-то заклинание. Похоже на искривление пространства, — эльф идет чуть вперед, отправляет торнадо в то место, в котором рассыпались искры. Вихрь бьётся обо что-то, похожее на стену, становясь ветром и умолкая совсем. — Да, точно оно. Всё это время мы топтались на месте. Высшая магия, — задумчиво говорит он, приложив пару пальцев к подбородку. — Я точно пробить не смогу. Я усмехаюсь, достаю кинжалы, покрывая их магией разрушения. Так… Нужно чуть-чуть изменить первоначальную затею… Поэтому я прикрываю глаза, со всей силы бросаю оба ножа в «стенку», отправляя вдогонку волну снега. Клинки застревают в преграде, я кусаю губы. — Сейчас всё будет, — уверяю я эльфа, делая ещё два паса руками. Две фиолетовые волны вгоняют клинки по рукоятки. Отлично. Теперь осталось совсем немного. — Ударь посильнее сразу после меня, — прошу я, улыбнувшись. Эриус кивает, создавая потоки воздуха заранее. Ещё два заклинания отправляются в барьер, я со всей силы бью в препятствие, прокусываю изнутри щеку до крови. Эльф до конца разбивает стенку на осколки, заставляя её осыпаться её перед нашими ногами пылью. Мы оказываемся на вершине горы, солнце слепит глаза, облака рассеиваются вокруг красивыми линиями. Эриус прикрывает мне глаза ладонью, уберегая от ярких лучей. Я прижимаюсь к нему, утыкаюсь носом в его шею. Когда уже становится более привычно, я пытаюсь разглядеть то, что происходит… Синие эфирные волосы висят в воздухе, прозрачные глаза следят за нами, когда их обладатель делает пару шагов нам навстречу. Сверкающая голубая кожа светится различными искрами, а местами расположены звёздочки и созвездия. Существо расправляет крылья, сотканные будто из самого космоса, а на лице у него читается полнейшее непонимание. — Дитя, позволь мне вопрос, — придирчивым голосом начинает говорить он, указывая на меня указательным пальцем. — Почему ты пришёл с ним? — Я не мог пойти один, — легонько улыбаюсь, отстраняясь от Эриуса. Он же с подозрением оглядывает существо. — Мой друг решил помочь мне найти бога ангелов… — Я и есть есть бог ангелов, дитя. Моё имя Клар, — существо приподнимает одну бровь, прищуривается. — Ты должен был явиться сюда далеко не с эльфом. Так какого же тролля ты пришёл сюда с ним? — повторяется он. Я удивляюсь, сжимаю руку Эриуса в своей. — Простите, но с кем мне ещё приходить? — указываю ладонью на всё то, что находится внизу. Всё будто стало таким далёким и близким одновременно… — И вообще, неужели я зря сюда шёл? — Что ты хочешь знать? — фыркает себе под нос бог. — Давай быстрее, а то меня уже начинает раздражать всё это. — Зачем Вы дали мне крылья? Почему именно я? Что Вы от меня хотите? Откуда сны? И почему у меня изменились узоры? — как на духу выпаливаю я, не прерываясь ни на секунду. Бог усмехается, окидывает взглядом Эриуса. — Ты был изначально рождён, чтобы быть противовесом для чего-то более взрывоопасного, чем твой характер. Я хочу лишь баланса. Сны — забава другого бога, а не меня, а узоры у тебя никогда не менялись, — он поднимает руку, смотрит на свои белые длинные ногти. — Я больше ни на что отвечать не намерен. И не смей сюда являться с эльфом, — презрительно произносит Клар. — Вон отсюда. Оба. — Это не то, ради чего мы проделывали весь этот путь, — холодно произносит Эриус, делая шаг вперед и выгораживая меня. — Отвечайте на все вопросы нормально. — Я говорил убираться отсюда, — прозрачные глаза с насмешкой смотрят на меня, я приподнимаю в удивлении брови. Вокруг всё будто стягивается в одну точку, а затем мы с Эриусом оказываемся у самого входа в замок. Вдалеке видно сияние пика горы, даже не смотря на то, что нас разделяют тысячи лиг…***
— Я так ничего и не понял, — стража закрывает за нами дверь, я устало вздыхаю. — Ты можешь мне что-нибудь разъяснить? — Я попробую покопаться в старых книгах, но ничего обещать не могу. Там нужно переводить с древнего общего языка… Это займёт пару недель, — эльф потирает шею, стягивая с себя зимний плащ. — Главное — что мы вообще хоть какую-то информацию отыщем, — улыбаюсь, быстро целую Эриуса в щёку. — Всё будет хорошо. — Я на это надеюсь. Пойду тогда прямо сейчас, чтобы время не терять. А ты лучше сходи покушай или поспи, ты устал, — он щелкает меня по носу, притягивает к себе за шарфик, а затем сладко-сладко целует меня в кончик замёрзшего носа. — Давай, мышонок, тебе ещё греться надо. Я хихикаю, в последний раз обнимаю Эриуса, стиснув его до хруста костей.***
Моя комната кажется совсем тёмной. Я опускаюсь на краешек кровати, замечаю на полу уже высохший лепесток алой розы. Балдахин кажется безжизненной старой занавеской, я даже не смотрюсь в зеркало. Свет из окна падает прямо на простыни, я стараюсь прикоснуться к красным лучикам, грустно улыбаюсь. За окном посыпались первые снежинки, падая на холодную землю. Я кутаюсь в одеяло, наплевав на то, что я в одежде. Если все сны — лишь проделки бога, то… Получается, что я не испытываю сильных чувств к Эриусу? Ну… То есть… Сны были не моими… И всё это время я лишь накручивал себя, ещё и отдаляясь от Файра. Неужели… Я сжимаю зубы, смотрю на свои ладони. А если я и правда не пара ему?.. Тут уже всё сложнее, чем было у папочек и дяди Тена… Мне нравится Эриус, но… Я даже представить себя в одной кровати с ним не могу… Кожа на моих руках загорается розовыми и голубыми цветами, переливаясь ярко-ярко. Я оборачиваюсь, смотря на демона, который состоит будто из отдельных лучиков. Он опускается перед кроватью на колени, заглядывает в мои глаза, чуть сводя брови на переносице. — Почему же мой принц так грустен? — он улыбается, покорно опуская голову. — Прости меня… Ну, за то что затолкнул тебя в Ад… — отвожу взгляд, чуть краснею от стыда. — Я всего-то попал в зону, где нет магии и выбраться оттуда крайне сложно было… — он смеётся, берёт меня за руку, выглядывающую из-под одеяла. — Но мне было весело. А теперь серьёзно. Верус, что происходит? — он большим пальцем проводит по моей «линии жизни», оставляя приятное тепло. — Почему на твоём теле нет узоров? — я перехожу сразу же к делу, опуская все прелюдии. — Потому что они все на твоём? — мягко улыбается он. — На теле демона не может проявиться рисунок из-за пары особенностей, но на теле возлюбленного они все видны, — он ведет кончиком ногтя по завитушкам розового и голубого цвета, — видишь? По моим щекам катятся слёзы, я кусаю губы до крови. Ну почему всё это происходит именно со мной?.. — Файр, я так виноват перед тобой… Я так… — всхлипываю, чувствую, как горячие пальцы утирают мои слёзы. — Меня нельзя простить… — Я всё знаю, — он опускает ресницы, тяжело вздыхает. — Прости, в этом есть и моя вина. Хочешь, я от тебя не буду отходить ни на шаг и буду заботиться в два раза больше? — И никаких цацек, — хриплым голосом говорю я дрожащими губами. — Совсем никаких. — Обещаю, — шепчет он, прижимаясь ко мне и кладя руку на мою голову. — Мой милый Верус… Я шмыгаю носом, провожая взглядом уходящее солнышко. Небо темнеет, зажигая первые звёзды.