Привет, это я

Он воткнул нож в висок Прайса, стараясь не запачкаться в крови. Зеллер беззвучно закричал и бросился к входной двери. Догнать его и свернуть шею не составило никакого труда. — Надеюсь, что никто из соседей не задумал пострелять по живым мишеням. — Ганнибал допил вино из бокала и взял сумку. Зеллер заметно напрягся, но не стал прятаться ни за чью спину. Квартал по-прежнему безмолвствовал, поэтому шаги звучали особенно громко. Когда машина отъехала от дома, послышался облегченный выдох Прайса. — Может, вам еще и билеты купить? — Прайс не забывал поглядывать на заднее сиденье, где устроились Ганнибал и Уилл. — Это будет наименьшая компенсация за неудобства. — Ганнибал сидел, закинув ногу на ногу. — В сущности, если бы не ваша некомпетентность, как специалиста, и не банальная лень, сейчас бы все мы преспокойно спали. — Почему некомпетентность? — возмутился Зеллер. — Вам нужно было поймать преступников с поличным. Покопавшись в документации и допросив сотрудников больницы, вы поняли, что ничего просто так не получится. Круговая порука, корпоративная солидарность, коррупция. Вы зашли в тупик, едва начали движение. И тут подвернулся я, — Ганнибал говорил неторопливо, словно читал лекцию. — Вы сразу за меня ухватились. Ну как же, грех упустить шанс продвинуться по службе за счет уничтожения чужой жизни. — Не драматизируйте, доктор Лектер. — Прайс погрозил пальцем. — Будто вы белый и пушистый. У вас тоже есть скелеты в шкафу, не так ли? — Вы живы из-за него, — Ганнибал посмотрел на Уилла. — Не хочу, чтобы он подвергался смертельной опасности в виде взбудораженных жителей квартала. Поэтому я спасаюсь бегством, а не доказываю свою правоту. Я устал бороться. — Два билета на Деймос, — как бы между прочим сказал Ганнибал после недолгой паузы. Зеллер вызвал расписание рейсов и ахнул: — Вы в своем уме? Это же до хрена стоит! Рейс с тремя пересадками, да он же… Прайс велел ему замолчать и сказал: — Вы получите билеты, доктор Лектер. Не в моих правилах торговаться, иначе я бы предложил пункт назначения поближе. — В обмен на что? — В обмен на информацию о марсианских колониях. — Я прекрасно осведомлен о марсианских колониях. — О чем вы оба говорите? — Уилл посмотрел на Ганнибала, который объяснил: — Марс закрыт для посещений. Станции на Деймосе и Фобосе отслеживают транспорт на орбите, посылают предупреждение о запрете посадки и фиксируют регистрационный номер. Все номера дублируются на сервер службы безопасности Лиги Наций, и на владельцев транспорта налагается штраф. В случае высадки на поверхность Марса любой корабль подлежит немедленному аресту и конфискации. Таким образом, имущество марсианских колоний неуклонно приходит в негодность, зато не разворовывается. — Я видел вещи из колоний. — Уилл вспомнил шкатулку из черного дерева, покрытую узором. — Говорили, что города разграблены. — Был недолгий период мародерства. Марсиане признаны вымершим народом, на их имущество претендует Совет Лиги Наций. Я последний представитель своего народа. — Ганнибал наклонил голову, будто рассматривал что-то на своем колене. — Везде указано, что место вашего рождения — город Сфорца, Италия, Земля, — сказал Прайс. — Совет Лиги Наций завладеет марсианскими колониями. Я хочу увидеть свою родину хотя бы с Деймоса. В порту Прайс купил билеты и, судя по беззвучно шевелящимся губам, проклял Ганнибала на веки вечные.

***

Уиллу не понравился жилой отсек в лайнере: слишком маленький и тесный. Пассажиры могли лежать на полках или стоять в узком пространстве между полками и стеной. Ганнибал достал пижаму и начал раздеваться. — Ты будешь спать? — поинтересовался Уилл, забираясь на вторую полку. — Мне кажется, что я не усну до пункта прибытия. — Позволю напомнить, что твои биологические часы настроены на время Тортуги. Как ты мог заметить, на Тортуге глубокая ночь. У меня есть снотворное, можешь воспользоваться если хочешь. — Да, о снотворном. Зачем ты его мне дал? — Когда? — Перед приходом Прайса. — Ты был травмирован, напуган и возмущен, нервная система требовала отдыха. Ты уснул без снотворного. — Ганнибал переоделся в пижаму и улегся. Уилл, решив, что наступил подходящий момент, сказал: — Я должен кое-что выяснить. По поводу твоего секса в мое отсутствие. Извини, что пристаю с допросом, но для меня это болезненный вопрос. — Я встретил его в магазинчике с сырами. Он покупал сыр Ружетт. — Он покорил тебя тонким вкусом, — язвительно произнес Уилл. — Я не узнал, каков он был на вкус. Мы не занимались оральным сексом. Уилла передернуло от откровенности Ганнибала, но он не мог остановиться: — И как секс? Ганнибал с недоумением спросил: — Ты о какой стороне хочешь знать, о технической или эмоциональной? — Забудь, я зря спросил. — Уилл, я хотел почувствовать себя живым и нужным хотя бы на полчаса. До знакомства с тобой я не нуждался в подобном. Особого удовольствия не получил, было некомфортно, но жаловаться особо не на что. Спокойной ночи. «Бессмысленно взывать к его совести или надеяться на чувство вины», — подумал Уилл. От таких мыслей ему не стало легче. Следующие два дня прошли в пути. Высадка, ожидание рейса, перелет, и все по новой. Уилл потерял аппетит и постоянно хотел спать. Наконец, они прибыли на Деймос в числе экскурсионной группы из пятнадцати человек. Андроид провел группу в обзорный зал со стеной-экраном, на который подавалась прямая трансляция поверхности Марса. Люди сбились в кучку, желая увидеть мертвые города. Ганнибал держался в стороне. — Перед нами город Сеньоль, рядом с ним — Руссель, — перечислял андроид. — Почти все разрушилось, — вполголоса произнес Ганнибал. — Никто не управляет климатом. Деревья и животные погибли, водоемы пересохли. Воздух почти непригоден для дыхания. — Город Сфорца, — объявил андроид. Покатые крыши домов были красновато-серого цвета. — Город Весос. — Столько территории пропадает, — сокрушался кто-то. — Ровно через месяц марсианские колонии будут признаны собственностью Лиги Наций. После этого города будут снесены, климат восстановлен, и поверхность Марса снова подвергнется колонизации, — сообщил андроид. — Память о марсианах останется лишь в анналах истории, как очередной образец утопического общества, построенного на крови. Уилл посмотрел на Ганнибала и сразу отвернулся, увидев слезы на его глазах. Я хочу, чтобы города превратились в пыль. Чтобы все забыли о них и никогда не вспоминали. Ненавижу.

***

Они сидели в зале ожидания, коротая время до прибытия пассажирского лайнера. — Ты мог бы восстановить статус марсианина, — сказал Уилл. — Возможно, получил бы в наследство колонию. — Что делать с практически разрушенными городами, с испорченным климатом? Восстановление под силу таким организациям, как Лига Наций, но не частному лицу, — равнодушно ответил Ганнибал. — Но попробовать-то можно, — не унимался Уилл, желая добиться от него хоть какого-то проявления чувств. Он добился. — Я устал. Не хочу ничего пробовать, — ответил Ганнибал. — Кризис среднего возраста? — пошутил Уилл, желая разрядить обстановку. — Если тебе удобнее именно так определить мое состояние, то пожалуйста, — прежним равнодушным тоном произнес Ганнибал. Он откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза, давая понять, что не собирается общаться. Уилл сменил тактику. — Я виноват, что ты подвергся операции, чуть не умер, точнее, умер. Ты лишился корабля, работы… — Ты ни в чем не виноват, и я на тебя не обижен. — Ганнибал не дал ему договорить. — Никто не гарантировал, что я доживу до преклонных лет, меня могли убить в каждом первом попавшемся порту. Кто-то вроде мистера Вайлона. Поэтому хватит каяться и приносить извинения. Давай сосредоточимся на настоящем. Ты еще не расстался с мечтой о доме и собаках? — Расстался и не откажусь вернуться на корабль, — мрачно ответил Уилл. — С меня хватит соседей, интриг и непонятностей. Только вот корабля у нас нет. Кому ты звонишь? — Вопросы оставь на потом. — Ганнибал положил руку на его ногу. — Здравстуйте, госпожа Прурнелл. Связь была визуально односторонней, Прурнелл не соизволила включить камеру. — Не скажу, что рада видеть, — грубо сказала она. — Давай, говори, что тебе надо? — Ранее я утверждал, что ничего не знаю о кораблях на Марсе. Это было намеренной ложью. Возле города Сфорца есть ангар с двумя кораблями и оборудованием. — Если ты задумал морочить голову, то вспомни о моей бесконечной терпеливости. Между прочим, именно я настояла на твоей реанимации. Если бы не я, никто бы не стал приводить в порядок твои череп и позвоночник. Пальцы Ганнибала сжались, заставив Уилла вздрогнуть от боли. — Разведка с воздуха не показала пустот под городами или возле них. — Отражающий щит не позволяет обнаружить пустоту. При попытке вскрыть ангар без кода доступа произойдет взрыв. — Что ты хочешь получить взамен? — Корабль. — Это наглость, но так и быть, я тебя прощаю. Итак, ты разблокируешь ангар и заберешь корабль, остальное — наше, то есть, остальное отходит Совету. Но есть проблема — Совет должен получить Марс во владение только через месяц. Что же делать? Я не могу преступить закон. Такое в принципе невозможно, — сокрушалась Прурнелл. Ганнибал терпеливо ждал, пока перспектива наживы возьмет верх над законом. — Когда ты прибудешь на Деймос? — Я на Деймосе. Необходимо зарегистрировать корабль и оформить его как совместную собственность Ганнибала Лектера и Уильяма Грэма. — Если ты солгал… берегись. Я не буду терпеливой и милосердной. До связи. Ганнибал с выражением торжества на лице повернулся к Уиллу. — Прурнелл была уверена, что я знаю больше, чем говорю. Как и остальные люди, она считает, что Марс напичкан супертехнологиями. Что на каждом шагу настоящие чудеса, волшебство и единороги. — Единороги? — недоверчиво переспросил Уилл. — Сказочные лошади с рогом посередине лба. Уилл, я не в коробке вырос, родители читали мне на ночь сказки. — Ты что, смеешься? — Сдерживаю смех из последних сил. — Ганнибал прикрыл рот рукой. — Это все весьма забавно. Я не прочь пообедать, но уверен, что в столовой подают блюда, малопригодные для еды.

***

Ганнибал так долго читал документ, присланный адвокатом Прурнелл, что у Уилла закончилось всякое терпение. Он несколько раз прошелся по станции, постоянно натыкаясь на персонал. Андроиды объясняли ему, что «сюда нельзя», и выпроваживали в зал ожидания. Ганнибал закончил изучение документа и подозвал Уилла. — Вот тут нужно поставить подпись. Осталось указать регистрационный номер корабля, но это сделают позже. — Надеюсь, я ничем не рискую, подписывая непрочитанный документ, — сказал Уилл. — Вот, расписался, что теперь? — Ждем прибытия госпожи Прурнелл с помощниками. — И когда это случится? Надоело ждать. — Здесь есть что-то вроде мотеля. Скоротаешь время, пока я буду находиться на Марсе. — Ты любишь отправлять меня отдыхать. — Уилл стоял, сложив руки на груди и всем видом демонстрируя непокорность. — Больше никаких подвигов без моего участия. — Согласен, я не имею права отстранять тебя от дел, — ответил Ганнибал. — Делай, что хочешь. Ждать пришлось два с половиной часа, Уилл успел задремать, устроившись на плече Ганнибала. — Проснись, они прибыли. — Ганнибал потормошил его. — Ты не передумал? — Ты о чем? — Уилл поморгал, чтобы окончательно проснуться. — О высадке на Марс? Нет, конечно не передумал. — Прошу следовать за мной. — Уже знакомый Уиллу секретарь старался не смотреть на него. — Вас ждут на борту личного корабля госпожи Прурнелл. Прурнелл была одета в защитный комбинезон болотного цвета. Кроме нее на борту находились десять вооруженных человек. Уилл хотел спросить: «А не много ли сопровождения?», но промолчал. — Ганнибал, я надеюсь, что ты не заманиваешь меня на Марс с целью убить, — с кривой ухмылкой сказала Прурнелл. — Я мог убить вас как минимум два раза, — сообщил Ганнибал, чуть наклонившись к ней. Прурнелл не нашлась с ответом, раздраженно фыркнула и отошла от него подальше. — Играешь с огнем, — шепнул Уилл. Ганнибал ответил, и в его голосе прозвучала надменность: — Она, как и многие члены Совета, запуталась в постоянных нарушениях закона. Мне ли ее бояться? Старайся не отставать от меня, ничего не бойся и не бери сувениры. И забудь о милосердии. Последняя фраза показалась Уиллу зловещей.