Silent Violence

      — Эта пролежала в воде не меньше трех недель, — сообщила Салли, вставая, чтобы налить себе кофе. — В таком же состоянии – задушена и сброшена в реку.       — Это уже седьмая… Сколько еще русалок мы будем находить? — воскликнул Грег, со вздохом отбрасывая фотографии на стол. На другой день около часа дня Лестрейда и девочку снова навестили Донован с Диммоком: теперь им было, что рассказать. "Русалки" – так окрестили в Скотланд-Ярде шестерых, с сегодняшнего дня семерых, девушек, от двадцати до двадцати восьми лет, задушенных и выброшенных в реки. В Темзе нашли четырех, еще троих – в небольших реках и озерах недалеко от Лондона. Убийца был один и тот же, но улик никаких не оставалось, а, если они и были, то давно оказывались смыты водой – маньяк привешивал к телам девушек что-то вроде небольших грузил: с десяток небольших камешков, тяжелые куртки, книги… Что-то, что позволяло телу рано или поздно всплыть на поверхность, но далеко не сразу.       — Это безумие… Я даже не знаю, что тут можно сделать. Ни следов, ни свидетелей… — присвистнул Диммок. — Даже родственники, и те не откликаются. Честно говоря, Лестрейд был в таком же замешательстве. Семь смертей пришлись на три месяца, а, может, их было еще больше, но как узнать? Не обыскивать же абсолютно все реки и каналы метр за метром... Когда "воскрес" Шерлок, Грег пытался приладить его к этому делу, но не успел даже ввести в курс, как из ниоткуда образовался Майкрофт, пообещавший инспектору очень непростую жизнь, если он обратится к младшему Холмсу, тем самым поставив того под удар. Волей-неволей, пришлось соглашаться.       — Мы так еще очень долго можем их находить, — покачала головой Донован, прихлебывая кофе. — Я не понимаю, почему никто не приходит на опознание и даже в розыск не подает? Грегу нечего было ей ответить. В этот момент в кухню тенью проскользнула девочка. Не поднимая глаз на гостей, она дошла до ящика с фруктами и выудила оттуда большое зеленое яблоко, вопросительно посмотрев на Грега.       — Бери, конечно, только вымой, — ответил он, не глядя на ребенка, обеспокоенный новой жертвой и абсолютной невозможностью найти к нему хоть какую-то нить. Между тем, ребенок как будто заметил, что с Лестрейдом что-то не так и немного воровато подошел ближе, заглядывая в фотографии на столе.       — Не стоит, это тебе не понравится, — мрачно хмыкнул инспектор. Диммок и Салли хранили гробовое молчание - они словно побаивались молчаливого ребенка. А девочка тем временем стащила со стола одну из фотографий, поморщившись от вида распухшего, синего от воды тела.       — Сказал же – не понравится, — вздохнул Грег и осекся, замечая, как пристально ребенок вглядывается в снимок. Лестрейд не верил своим глазам и верить не хотел, но маленький человечек явно пытался узнать кого-то на снимке - и ей, похоже, это удавалось. Высокий лоб разгладился, на лице появилось хмурое выражение мрачного удовлетворения.       — Только не говори, что знаешь ее… — севшим голосом попросил Лестрейд. Девочка вздохнула, чуть разводя руки, словно говоря, мол, извините, ничего не поделаешь.       — Так… — шепнул Грег, откидываясь на спинку стула. — Она одна из людей Мориарти? Девочка надолго задумалась, потом отрицательно покачала головой, но с тем же неуверенным видом.       — Но она из его дома? — уточнил Лестрейд, путаясь. Ребенок кивнул.       — Не понимаю, — честно признался инспектор.       — Почему бы вам не научить ее говорить… — начал Диммок, но тут же был оборван рыкнувшим на него Лестрейдом. Повернув голову к девочке, молодой инспектор увидел, с каким ужасом она на него смотрит. — Извини, — буркнул он.       — Если она жила у Мориарти, то значит, она точно из его банды, — уверенно проговорила Салли, но девочка посмотрела на неё как на идиотку, и в этот момент была ужасно похожа на Шерлока. Она снова обернулась на Лестрейда, как бы призывая того к вниманию и, неожиданно для всех, схватила чашку с недопитым кофе Донован, со всей силы разбив о кафель кухни. Сержант невольно вскрикнула, с ужасом глядя на ребенка. А та, ни мало не заботясь, подняла осколки с пола, выбросила их и кухонной тряпочкой протерла следы на полу.       — Что она делает? — снова подал голос Диммок, но Лестрейд ему не ответил.       — Горничная? У Мориарти что, даже прислуга была? — воскликнул он. Улыбка девочки служила положительным ответом.       — Ну, вы даете, — ахнул потрясенный Диммок.       — Но она не одна, — спохватилась Салли, — Мы нашли еще шестерых, сколько их еще будет? Лестрейд приподнял брови, показывая, что тоже ждет ответа. Девочка на секунду замешкалась, словно припоминая, а Грег подумал, что они не проходили цифры… Но через секунду ребенок уверенно показала растопыренные ладошки.       — Десять, — поговорил Грег, и тут же ребенок соорудил из пальцев знак плюс и показал еще один палец. — Одиннадцать? Кивок. Диммок с силой выдохнул.       — Значит, ждем еще четыре трупа, — покачал головой Лестрейд.       — Может, ты знаешь, кто это сделал? — с преувеличенной нежностью спросила Салли. Девочка хмуро посмотрела на нее, потом перевела пристальный взгляд на Грега и, продолжая неотрывно смотреть на него, подошла ближе, положив ладонь ему на грудь. Краска бросилась в лицо инспектора, он уже чувствовал шок, исходящий от своих сотрудников, но невозмутимо переспросил:       — Моран? Девочка удовлетворенно кивнула, отходя подальше и, наконец, откусывая от яблока.       — И все упирается в него, — вздохнув, проговорил Грег, зная, что Салли с Диммоком уже отводят глаза. Он даже представить не мог, что напридумывали себе сержант с инспектором, но его это мало беспокоило. Хуже было то, что спину жгла хорошо припрятанная у потолка, в тени висящих над раковиной ящиков, камера.       — Вам точно не нужна помощь, сэр? — тихо спросила Донован, когда они с Диммоком уже стояли на пороге. Лестрейд невольно нахмурился.       — Нет, Салли… — негромко и довольно мрачно ответил он. — Не надо. Мы справляемся.       — Когда вас ждать обратно? Начальство уже стонет, — добавил Диммок.       — Стонет? — хмыкнул Грег. — Вот уж не думал, что по мне так соскучатся.       — Вас не хватает, — грустно кивнула сержант. Инспектор ощутил что-то вроде прилива нежности к своим коллегам - неважно, что он им нужен только для работы, нужен же! Это чувство уже давно никто не проявлял к Лестрейду, и он понял, что успел по нему стосковаться.       — Ну, вот мы снова одни, — вздохнул инспектор, когда дверь за их гостями закрылась. Из-за угла на него поглядывал его ребенок, и сердце Грега невольно сжалось. Он успел полюбить эту девочку, но сейчас, после ухода Салли с Диммоком, он как никогда остро ощущал потребность в работе, желание вырваться из четырех стен квартиры, в конце концов, вздохнуть свободный уличный ветер. Девочка пристально смотрела ему в лицо, ее тело было в тени, а темно-шоколадные глаза по-кошачьи светились. Лестрейду казалось, что он разглядел в них разочарование и тихую, смиренную боль, тут же ему стало стыдно за свои чувства. С преувеличенной радостью он хлопнул в ладоши, стремясь разрушить тишину, сейчас молчание ребенка ощущалось особенно остро.       — Ну, — фальшиво весело протянул он. — Чем займемся? Хочешь мороженого? Он сам знал, как глупо ведет себя, но почему-то совсем забыл, как надо. Ребенок приподнял брови в немом вопросе, и Грег махнул в ее сторону рукой.       — Ну, как хочешь, я к телевизору. Ему показалось, он услышал тонкий хмык себе в спину. В гостиной, удостоверившись, что ребенок не может подслушать, инспектор набрал смс-сообщение. — Ну и где ваши сотрудники? Между прочим, она раскрыла серию убийств, только взглянув на фотографии. Ответа пришлось ждать около двадцати минут, непозволительно долго для британского правительства. — Моран? МХ Лестрейд усмехнулся – уж мог бы не спрашивать. —Угадали. —Фотографии подозреваемых будут завтра с утра. МХ —Только завтра? —Вы куда-то спешите, инспектор? МХ Лестрейд чертыхнулся, не понимая, почему этот скромный народный избранник умеет так его разозлить. Грег кожей чувствовал тон, с которым был задан письменный вопрос. —Мне казалось, что спешите, как раз вы. Ответная смс пришла через четыре минуты – при условии, что Майкрофт явно сидел рядом с телефоном, это могло означать, что он обдумывает подходящий ответ. Сейчас идет операция по поимке еще одного участника группировки Мориарти. МХ И когда это такая информация стала доступна для оглашения посредством смс? — Серьезный малый? Лестрейд не знал, зачем спрашивает, а тем более – таким тоном. — Мой непосредственный подчиненный. МХ. Грег тяжело вздохнул. В груди снова что-то защемило, как тогда – в коридоре. Он жалуется, что ему плохо, но каково, наверное, Майкрофту? Скрывать чудом спасшегося из лап психопата брата (который тебя ненавидит), внезапно узнавать, что люди, которым ты доверял – предатели… Лестрейд чертыхнулся. Определенно, из-за долгого сидения на месте он превращается в рохлю. И, тем не менее, он написал: — Мне жаль. Ответ пришел мгновенно: Инспектор, оставьте эмоции при себе, нам еще работать. МХ Отчего-то Грег улыбнулся. Ну да, разве он мог ожидать чего-то другого? — Все-таки еще работать? Не задавайте очевидных вопросов. МХ. Это проявление жалости так его разозлило? Лестрейд нахмурился. — Как скажете. Жду завтра ваших людей. — Ждите. МХ. Грег хмуро отбросил телефон на стол и промахнулся. Мобильный не долетел всего какой-нибудь сантиметр и с громким треском свалился на пол, батарея и крышка разлетелись в разные стороны. Лестрейд закатил глаза: уже телефон докинуть не может, тоже мне, инспектор… Настроение, и без того не радующее с утра, совсем скатилось до нуля. И почему это он позволяет Холмсу так собой управлять? Недовольный Грег ткнул пульт телевизора, призывая себя к спокойствию. На экране крутили какой-то латиноамериканский бесконечный сериал, с абсолютно неживыми персонажами и ситуациями. Под отчаянный плач Марии из-за надуманной на почве сплетен измены ее дорогого Хулио, Грегори провалился в сон.