Глава 4
16 января 2017 г., 16:45
Гарри ушёл поздно ночью. На попытки Гермионы придумать способы их с Джинни примирения, он никак не реагировал и к концу их посиделок был изрядно подвыпивший. Шатаясь на своих двух, он зашел в камин и, только ухватившись за каменную стену, спас себя от падения. Гермиона впервые в жизни видела его в таком состоянии. Потом она еще долго лежала в кровати, думая о том, как искоренить у него эту привычку, ведь на все доводы Гермионы, Гарри отвечал небрежным взмахом руки и вновь принимался за стакан.
Не удивительно, что она не выспалась и пошла на работу сонная, постоянно зевая. В атриуме Гермиона встретила Рона, который тоже, судя по виду, не спал всю ночь и почему-то был очень озадачен.
—Привет, — поздоровалась девушка, подходя к нему.
Рон подпрыгнул на месте и боязливо обернулся на Гермиону, уши его начали краснеть.
—А, Гермиона, привет, — нарочито спокойным голосом произнес он.
—Как вечеринка?
Рон еще больше залился краской и стал тыкать на кнопку лифта. Он старался не смотреть на нее.
—Вечеринка, как вечеринка…
Он с такой силой нажал на кнопку, что та взвизгнула на весь коридор и Рон, наконец, убрал палец.
—Что с тобой? — с удивлением спросила девушка, такой смущенный Рон ее явно позабавил.
От надобности отвечать его избавил Гарри, который подошел к ним. Он тоже был не в лучшем виде: волосы торчали во все стороны еще больше, мешки под глазами символизировали бессонную ночь, а алкогольный шлейф, который он распространял, говорил о том, что с утра он видимо еще «поправлял здоровье».
—О, дружище, привет, — Рон подскочил к Гарри и сердечно стал пожимать ему руку, избегая взгляда Гермионы.
—Привет, — как-то настороженно произнёс Гарри.
Наконец подъехал лифт, и они вошли в кабинку, а за ними - еще пара колдунов.
—Вчера Джинни тебя искала, — сказал Рон, заглушая голос волшебницы, которая возвещала, что они находятся на восьмом уровне.
Гарри удивленно поднял брови и переглянулся с Гермионой.
—Я когда уходил, она почему-то была зла. Отправила меня на твои поиски, а я… — продолжил он, и опять, бросив быстрый взгляд на Гермиону, покраснел. — Я ей сказал, что ты просто устал и поехал домой. Вы поругались, да?
Гермиона затаила дыхание. Значит, Рон еще не знал, что Гарри порвал с его сестрой. Тот как-то облегченно вздохнул, и плечи его опустились, видимо, он ожидал скандала.
—Да, что-то вроде того. Тебе Джинни ничего не рассказывала?
—Нет. Я с ней не виделся. Когда она меня отправила на твои поиски - я уехал, но не к тебе.
Они проезжали мимо уровней, и двери лифта то и дело грохотали, впуская в себя министерских работников и служебные записки, которые быстро парили под потолком.
—Ты же весь вечер общался с той девушкой из команды Джинни, и вдруг так взял и ушёл? — спросил Гарри.
Рон боязливо посмотрел на Гермиону. И тут до девушки дошло: ночь он провел явно не один, а в компании девушки, а теперь боится признаться в этом при Гермионе. Наверняка думает, что она приревнует. Девушка еле сдержала смешок, с любопытством разглядывая Рона, который стоял сгорбившись, весь красный, как рак, и нервно сжимал портфель в руке.
—Ну, я ушел с ней, — прошептал Рон.
Гарри бросил многозначительный взгляд на Гермиону, весело сверкнув очками. Он как бы говорил ей о том, что ее проблема уже решена. Та приложила кулак к губам, делая вид что откашливается, на самом деле она была готова разразиться хохотом.
—Рон, мы давно уже не вместе. Можешь спокойно рассказывать о своих похождениях, — весело произнесла Гермиона.
Теперь-то Рон должен оставить ее в покое и не донимать своими предложениями. А Рон, похоже, испытав облегчение, моментально выпрямился, но все еще не решался посмотреть на Гермиону.
—Прости, — сокрушительно помотал он головой.
—Ничего, Рон. Я все понимаю.
Голос женщины возвестил ее уровень и она поспешила выйти с лифта, чтобы не рассмеяться при Роне. Сзади послышался его взволнованный шепот: «Какой я дурак. Я же мог ее обидеть».
***
Она весь день проработала в поднесенном настроении. Услышав, что у Рона появилась новая пассия, Гермиона почувствовала невероятное облегчение. Теперь и чувства к Гарри ее так не отягощали. Она боролась с желанием написать Джинни и спросить, что у них с Гарри произошло. Эта вся ситуация не давала ей покоя, и Гермионе хотелось услышать версию своей подруги. Но в средине дня прилетела служебная записка и опустилась к ней на стол. Она взяла ее в руки и развернула небольшой бумажный самолетик. «Пожалуйста, ничего не пиши Джинни. Не хочу, чтоб она знала, что я провел с тобой полночи. Гарри». Это звучало так, как будто они любовники и девушку это позабавило. Гермиона скомкала записку от Гарри и бросила в урну для бумаг. Та, проглотив её, тихо рыгнула. Гермиона решила не забивать ненужными мыслями голову когда у неё куча дел, и взялась за первый ближайший к ней отчет. Но всё же она постепенно возвращалась к волнующей её теме. «Они помирятся, обязательно помирятся» — шептала в ней совесть, успокаивая саму себя. —Но ты же этого не хочешь, — вдруг её прерывал другой голос, более мощный. «Так будет лучше, они должны помириться. Это просто у них такой период. Они любят друг друга» — как-то тихо возразила совесть. —Ну, а ты чем хуже? — не унимался второй голос. «Нет, так нельзя, Гарри мой друг, я не могу любить его». Все эти чувства, которых Гермиона стыдилась, то и дело вырывались наружу сквозь её завесу из правил. Хорошо, что Гарри так и не научился владеть окклюменцией, иначе она выдала бы себя с первого взгляда.***
Всю жизнь она выбирала между тем, что легко и тем, что правильно. Гермиона не представляла себя без построенной внутри четкой системы правил. И теперь, Гарри очень выбивался из этой системы. Девушка поставила себе цель искоренить в нем привычку пить, раз и навсегда. Она брала нужные книги из министерской библиотеки и просматривала их на досуге, изучая поведение алкоголиков. Она читала журналы, где несчастные жёны описывали своих мужей и рассказывали как туго им приходится. Она с интересом изучала курсы лечения в больнице Святого Мунго, но боялась даже заикнуться об этом при Гарри. Гермиона не учла одного: Гарри сам не желал избавиться от своей привычки, а без этого всякое лечение пойдет насмарку. —Отцепись ты от меня, Гермиона. Мне и так хорошо! — то и дело говорил он ей, когда она приносила к нему очередную статью или вырезку из журнала. —Но Гарри, ты понимаешь, к каким последствиям это может привести!? У тебя будут проблемы с внутренними органами, ты станешь уязвимей для магических болезней. Обсыпной лишай, Гарри! — она помахала вырезкой из медицинского справочника у него перед носом. — Трудно лечится, между прочим. Алкоголь делает твой иммунитет слабым, и заболевание может легко поразить… Она не успела закончить, как Гарри начал выпихивать ее из своего кабинета. —… кожу и органы дыхательной системы, — закончила она, когда друг захлопнул дверь перед ее носом.***
Рон очень свирепо отреагировал на расставание Гарри и Джинни. Он ходил чернее тучи и долгое время не разговаривал с Гарри. Пару раз даже умудрялся взрывать предметы возле себя. —Мне кажется, Рон очень злой, — как-то прошептал Гермионе Гарри, когда они сидели вместе в столовой. Рон сидел за столом один и яростно наминал картофельное пюре. —Я его за это не виню, Гарри, ведь ты очень нехорошо поступил с Джинни, — тихо произнесла Гермиона, чтобы их не услышали рядом сидящие, явно заинтересованные в их разговоре, волшебники. —Гермиона, я знаю, что я плохо поступил. Но это же не касается наших отношений с Роном. Я при нем без волшебной палочки ходить не могу! Боюсь, как бы он меня не заколдовал во что-нибудь, что легко бьется! Например в кружку, такую же, как я ему подарил. Он разбил её вчера и это доставило ему огромное удовольствие. —Это напрямую касается ваших с ним отношений. Вспомни, как он противился тому, что вы с Джинни начали встречаться. А насчет кружки, не беспокойся, Гарри, Рон не настолько хорошо владеет трансфигурацией. В крайнем случае – ночной горшок, — она постаралась улыбнуться. Рон поднялся со своего места и, сжимая палочку в руке, даже не посмотрев на них, вышел из столовой. —Из-за него опять снег пошёл, — произнесла Гермиона, стряхивая белые хлопья со стола.***
Гарри, казалось, еще больше решил утопить свое горе в алкоголе. Теперь она часто встречала его подвыпившего в коридорах Министерства. Они с Роном так и не помирились, и это начинало раздражать девушку. Как на четвёртом курсе, то один, то другой приходили к ней жаловаться друг на друга, из-за чего Гермиона совершенно не могла сосредоточиться на работе. Министерство как раз разрабатывало новую стратегию по улучшению работы отдела. Кингсли Бруствер всегда приветствовал новые взгляды в управлении, и Гермиона с воодушевлением принялась писать новый законопроект по улучшению жизни оборотней. Ей постоянно вспоминался Римус Люпин и его трудности с поисками работы, когда она аккуратно выводила строчки на пергаменте. Она знала, Кингсли поддержит её в её начинаниях, ведь он сам был знаком с Люпином и знал его проблемы. «Обязательная регистрация фактов ликантропии, приведет к фиксированным спискам всех оборотней, что и даст возможность Министерству контролировать превращения при помощи зелий, которые будут выдаваться в специальном пункте в Больнице Св.Мунго. Таким образом, при поддержке Министерства Магии Великой Британии, оборотни обретут возможность найти себе подходящую работу, на время своей болезни беря выходные дни. Дальше прилагается состав зелья, вторая копия законопроекта и развернутая характеристика поведения оборотней во время лунного цикла». Она выводила последние строчки, как в её кабинет заглянул Рон. —Опять эльфы? — добродушно спросил он. —Нет, оборотни, — Гермиона отложила пергамент и уставилась на Рона, — что опять? Я устала слушать о том, какой Гарри плохой! Вы мне оба надоели! Ссоритесь, как старые супруги. —Нечего было бросать мою сестру! — ощетинился Рон. —О, Боже, Рон! Это их дело. Понятно тебе! Джинни мне сама писала, что так возможно лучше. Может, они поторопились. Она ни в чем его не винит! —Джинни просто сейчас очень занята и ей некогда подумать об этом. Но я знаю свою сестру, она просто держится, вот и все. А на самом деле она убита горем! А Гарри, — Рон грозно сотряс кулаком в воздухе, — пожалеет еще он. —Если ты мне пришел жаловаться на него, то будь добр, не занимай моё время. Я уже достаточно всего наслушалась, — Гермиона тяжело вздохнула и потерла глаза. —Нет, я собственно не за этим пришел, — воинственный настрой Рона сменился смущенностью. — Я, в общем это… Чувствую себя неудобно. Понимаешь Моргана и я… Да и мы с тобой… И я как бы виноват, потому что я и Моргана… —Я поняла, у тебя роман с этой, как там её… —Морганой, — вставил Рон. —Да. Рон, мы с тобой давно уже просто друзья. Я тебя не осуждаю, поверь. И я за тебя очень рада, — она сердечно ему улыбнулась. — Встречайся с кем тебе хочется. —И ты не…? —Нет, Рон. Я не обижусь. И не ревную, — добавила Гермиона, увидев, как наружу из Рона рвется еще один вопрос. Он просиял и тут же поднялся. —Ну, тогда я пошел. У меня встреча с… Ну ты поняла. Рон развернулся на каблуках и прям-таки выбежал из кабинета Гермионы. А она облегченно вздохнула и принялась проверять свой пример законопроекта на ошибки. Хоть одной проблемой стало меньше.***
«Я совершенно его ни в чем не виню. Даже в какой-то степени понимаю. Да, я долго проплакала над этим, но потом поняла, что зря. Он мне подарил лучшие моменты в моей жизни, и спасибо ему за это. Ну, а если мы разошлись, значит так и надо. Но я не уверена, что в ближайшее время смогу его видеть, руки так и чешутся наслать летучемышиный сглаз. Рон сердится, я знаю. Мама тоже плачет. Спрашивалось бы, а она-то почему? Но такая уж у нас семья, все друг за дружку переживаем. Думаю, скоро все наладится. Просто нам всем нужно время. Как дела у тебя? А то все обо мне и обо мне. Нужно как-то встретиться. Правда, в ближайшее время никак. Игра против «Гордости Портри», сама понимаешь, Лига. Жду твоего ответа, Джинни» Гермиона ещё пару раз перечитала письмо. Казалось, Джинни и расстроена, но не так, как думала она. И это в какой-то степени радовало Гермиону. «Он подарил мне лучшие моменты в моей жизни». О, как бы и ей хотелось, чтобы Гарри подарил ей такие моменты. Гермионе вдруг представилось, как они вдвоём сидят у камина и смотрят телевизионную передачу, обсуждая какие-то новости. Так часто проводили свои вечера её родители, и эта картина почему-то ей больше всего врезалась в память. Но на смену такой идиллии, ей вообразился Гарри, сидящий у нее в гостиной и пьющий огненное виски, в трусах-семейках и халате. Ей припомнилась жалоба из газетного номера: «Он то и дело пьёт свой виски и не обращает на меня ровно никакого внимания. А как только я предлагаю ему где-нибудь прогуляться, он сразу же выгоняет меня из комнаты. А я так давно не была на концерте Селестины Уорлок…» Гермиона в какой-то степени понимала, почему Джинни с некой прохладой говорила о расставании. Возможно, ей надоел подвыпивший Гарри, с которым нельзя никуда выйти, ведь в последнее время он стал очень нелюдимым. А Джинни на данном этапе требовалось внимание, появление в свете и желательно под руку с Гарри, и желательно не источающим алкогольные пары. Гермиона покачала головой. Но почему она не пыталась с ним что-нибудь сделать? Да, их привычный мир повернулся с ног на голову, но Гарри наверняка признавался Джинни в причине зарождавшегося алкоголизма. Она могла бы все изменить. «Могла, но не хотела» — подал ехидный голосок в голове Гермионы.***
—Ты знаешь, Гермиона, ввиду всей нашей кампании по преобразованию Министерства, твой законопроект нельзя откинуть на дальнюю полку, — пробасил Кингсли Бруствер. Кингсли приобрел почтительный вид вместе с постом Министра Магии. Он вынул свою обычную серьгу с уха, ведь Министру не подобало выглядеть как подросток. Теперь вместо цветастых мантий, чернокожий волшебник одевался в строгие чёрные мантии и смахивал Гермионе на пастора. —Твоя активность в последние недели меня просто поражает. Кажется, что ты работаешь за весь отдел, — он ласково ей улыбнулся. Гермиона залилась краской и начала смущенно улыбаться. —Мне кажется, тебя не стоит оставлять на посту заместителя подразделения. Почему бы и не стать начальником подразделения, а? — он лукаво подмигнул ей. Девушка от неожиданности чуть не свалилась со стула. Начальником подразделения? Да это же даст ей столько преимуществ. Она тут же представила лица недовольных работников, которые узнают, что ими будет управлять двадцатидвухлетняя Гермиона. —Но это не рано? — робко спросила она, уже представляя, как проводит конвенции, где выступает за расширение прав эльфов и других существ. —Амос Диггори давно со мной об этом заговаривал. Он, как глава всего отдела, всегда выделял тебя. Так что ты думаешь по поводу повышения? —Конечно, я согласна! Но только вот мистер Пэркис… — она совсем не хотела выживать своего начальника, он всегда хорошо к ней относился и с интересом выслушивал её речи. —Мистер Пэркис переходит под мое командование. Можешь не беспокоится об этом. Тогда с понедельника приступаешь к новой должности, Пэркис передаст тебе все документы. Гермиона вышла из кабинета Министра, и была готова броситься целовать его личного секретаря, которая сидела возле двери. Она так долго грезила о такой высокой должности. В её голове копошились разные планы того чего ей предстоит еще сделать. Ей представилось напыщенное лицо Бэрдока Малдуна, которое теряло свою напыщенность и становилось серовато-зеленым. Он, в силу своих качеств, и слова плохого не посмеет ей теперь сказать, ведь она теперь начальник. Она проскочила многочисленные кабинеты вспомогательного персонала Министра и нос носом столкнулась с Гарри. Он выглядел немного озадаченным. —Меня повысили, Гарри! — пропела Гермиона. Ей вдруг захотелось броситься к нему на шею, как это сделала Джинни после матча. Но она разумно сдержала себя. —Здорово! И ты теперь начальник, как я понимаю? — Гарри явно был рад за Гермиону, он похлопал её по плечу, от чего кожа девушки покрылась мурашками. —Я начальник подразделения существ! — она восторженно похлопала в ладоши. — Выше только начальник отдела! —За это надо выпить! Радость Гермионы как рукой сняло. Она негодующе сложила руки на груди, приготовившись читать нотацию. —Да шучу я, — хохотнул Гарри, девушка почувствовала облегчение. —А ты куда? — поинтересовалась она, радость снова бурлила в ней, вперемешку с подозрением, но алкоголем вроде от Гарри не попахивало. —Кингсли вызвал, — он пожал плечами, — судя по тенденции сегодня день повышений. —Будет здорово если ты тоже станешь начальником отдела! — Гермиона широко распахнула глаза с восторгом глядя на Гарри. «Да, именно так Кингсли и поступит. Гарри это заслужил» — подумалось ей. —Ну уж нет, — Гарри посерьезнел. —Мистер Поттер, Министр вас уже ждет, — тоненьким голосочком протянула колдунья - личный секретарь Кингсли. Гарри и Гермиона распрощались. И та направилась к лифтам, на ходу вспоминая свой план действий, который она придумала только поступив на работу в Министерство. И первое чем она займётся - это реформами.
