В погоне за Сердцем Феи

«Поверить не могу, что его больше нет. Он так улыбался мне в последние секунды, словно шептал: „Так и должно быть! Не переживай, я уже все решил!“. Идиот! А ведь обо мне ты не подумал?! Каково мне будет видеть, как ты нагло улыбаешься смерти в лицо?! Словно совсем не боялся, что я не смогу пройти через твою смерть. Ненавижу тебя, зачем ты ушел, Локи…» Белокурая девушка размышляла в одиночестве, потихоньку сходя с ума от тишины. Слезы одиноко стекали по щекам, горечь во рту, поблекший блеск в карих глазах. Было слишком тихо, слишком одиноко. В камеру постучались три раза, на что девушка улыбнулась безумной улыбкой, смахнув слезы, но те продолжали слетать со скул, разбиваясь об каменный плесневелый пол. В проходе показалось два силуэта, а в свете зажженного факела Люси узнала двух разбойниц, членов гильдии «Черный ворон» Эльзу Скарлетт и Леви МакГарден. Она не была рада их визиту — ей определенно нравилось сходить с ума от боли в груди в одиночестве камеры. — Мне нужно узнать как можно больше о Марде Гире, и ты мне расскажешь все, что знаешь, — властным голосом проговорила Скарлетт, внося источник света в темноту помещения. Сразу показались ужасающие черты ран и побоев блондинки, но больше всего девушек напугали пустые глаза Люси. «Да, я знаю этот взгляд. Твое сердце словно рвется на куски от боли, что-то рушится внутри, и ты ничего не можешь поделать с этой болью. Поэтому, лучший способ, который не раз спасал меня — если тебе некого терять, то и рисковать всем будет не больно, — повесть из уст Драгнила завершилась, а пораженный Грей стоял возле раненого парня, у которого от одного вида врагов расширились зрачки». — Думаю, ты и сама понимаешь, что я не собираюсь ничего говорить… — Скарлетт, отдав факел в руки испуганной Леви, резко подошла к безучастной Люси и, схватив ее за шиворот искоцанной рубашки, впечатала в каменную стену. Хартфилия прикусила губу от боли, но не издала и звука. — Я не собираюсь тут с тобой сюсюкаться! Рассказывай, а не то… — Ну и что ты сделаешь? Можешь избить меня, но этого жалкого воришку Драгнила тебе не переплюнуть… — Эльза вздохнула, но не теряла хватки, вжимая несчастную блондинку все сильнее в стену, заставляя этим МакГарден ежиться от страха за подругу. — Не расскажешь — и я самолично прикончу твоего дружка Фернандеса! — Люси приоткрыла рот, пытаясь хоть как-то возразить, но тут же его прикрыла. Ей был дорог этот неугомонный Фернандес, что провел с ней почти всю ее трепетную юность, и потерять еще одного близкого ей человека (а к тому же сильного бойца ее дивизии) Люси попросту не могла. Кротко кивнув, Люси опустила взгляд в пол, поджав в смятении и горечи губы. Скарлетт, ухватив девушку за руку, слишком грубо вывела Люси из камеры и повела прямиком в переговорную. МакГарден еле поспевала за разъяренной разбойницей, семеня ножками и осматривая раны по всему телу блондинки. Вскоре показалась знакомая дверь, Скарлетт бесцеремонно втолкнула Хартфилию внутрь: для несчастной и безутешной блондинки она уже не казалось такой доброй, готовой к перемирию. Двое парней, а вернее трое, находившихся в комнате, осмотрели упавшую на пол девушку, из-за дверей показалась Эльза, совершенно не собиравшаяся мирно доставать информацию, а за ее спиной, изредка подпрыгивая, стояла МакГарден, пытаясь разглядеть и раненого друга, и Люси. Раненый Фернандес, искренне не понимая, что он тут забыл, принял сидячее положение, несмотря на кровоточащую рану в боку. — О, посмотри-ка, похоже, он живее всех живых! — с сарказмом пропела Скарлетт, без особого интереса осмотрев парня. — И если не хочешь, чтобы я прикончила его на твоих глазах, лучше рассказывай, что знаешь, — синевласый прыснул в кулак. Эльза недовольно цокнула. — Чего смешного? — Вы серьезно думаете, что сможете вот так просто принять информацию о Марде Гире? Меня, лично, от одного имени выворачивает, — Грей и Нацу, стоящие рядом, переглянулись. Скарлетт уже терпеть не могла этого Фернандеса, который поселил сомнение в рядах ее подчиненных. Леви тем временем усадила Люси на стул, сострадающе улыбнувшись. — Оу, ничего, я вполне смогу выдержать. Так что рассказывайте, вы двое, — Джерар, добродушно улыбнувшись, даже не пытаясь обмануть девушку, сказал: — Лично я ничего не знаю о Марде Гире. Да и вообще никто не должен знать, потому что он почти такая же тайна, как и «Сердце Феи»… — улыбка соскользнула с его лица, в глазах резко потемнело, и Джерар посильнее сжал кровоточащую рану. — А что я… здесь делаю? — Леви, приложив маленькую ладошку ко лбу Джерара, покачала плечами. — Ты потерял сознание, пока мы добирались до гильдии. Что с тобой стряслось? — Да все, как я и предполагал: как только Люси покинула крепость, Марде Гир заявился в «Хвост Феи». Поначалу, он лишь наблюдал за нами, везде осматривался, обхаживал каждый уголок, явно искал что-то, или кого-то, но, видимо, был разочарован, узнав о твоем исчезновении, — каждое слово давалось Джерару непросто, но все же он продолжал говорить, пристально смотря на безучастную Хартфилию. — После этого все прибывшие с ним королевские солдаты… Были убиты… Его приспешники окружили всю крепость, многие из наших погибли при первой же осаде, а их тела вскоре были использованы Марде Гиром в качестве ходячих трупов. Нас с Локи пытали, хотели выведать, где ты, а так же узнать про «Сердце Феи». Слуги Марде Гира искали тебя в окрестностях первого штаба, но, как очевидно, безрезультатно. И потом один из солдат крепости под страхом пыток предположил, что тебя могли схватить разбойники, чья гильдия затеряна в лесной чаще. Тогда Марде Гир написал письмо, чтобы приманить тебя, и заставил меня подписаться под ним, чтобы не вызвать лишних подозрений, а также устроить засаду для разбойников, — проведя рукой по перебинтованной ране, наконец закончил он. Люси немного растерянно осматривалась по сторонам. Осознание того, что ее дом — крепость «Хвост Феи» — был захвачен Марде Гиром, что ее люди, ее лучшие солдаты, ее семья — все они были убиты, каждого из них пытали похлеще, нежели Драгнил измывался над Люси все эти четыре месяца — все это заставляло неистово дрожать и еле сдерживать слезы. Эльза, выслушав рассказ новоиспеченного капитана, впала в глубокий шок. Если Марде Гир настолько опасен, как это описывает Фернандес, то никто и ничто не спасет ее и ее людей. — Неприятно чувствовать беспомощность, да? — если бы Джерар знал, чем кончилось бы его колкое замечание в сторону задумавшейся Скарлетт, то промолчал бы: девушка незамедлительно прижала его к стене, безумно сверкнув яростными глазами и приставив к его горлу кинжал. — Воу-воу, я и не думал задеть твое самолюбие. Просто принял за факт твое состояние неизбежности, — если бы Драгнил не остановил Скарлетт, то наверняка парниша уже был бы зверски убит. — С каждым словом только глубже могилу себе роешь… — приметил Фуллбастер, прислонившись к стене. Джерар, потерев рукой шею, чтобы избавиться от мерзкого ощущения холода стали, согнулся пополам от боли в боку. Леви помогла ему присесть на стул, совсем рядом с Хартфилией. На той не было лица. — Лучше не связываться с Марде Гиром, уж поверьте… — наконец произнесла Люси, тяжко вздохнув. — Признаться, я и сама толком не знаю ничего о Марде Гире. Но он гораздо опаснее, чем кажется на первый взгляд. Уверена, то что рассказал Джерар — про моих подчиненных, чьи тела остались непогребенными — правда, — дрожащим голосом проговорила Люси, опустив глаза. Нацу, натянув капюшон на глаза, усмехнулся. Прожигая несчастную блондинку холодным взглядом, он насмешливо спросил: — Что за бред? Неужто от смерти этого рыжевласика совсем голову снесло? В мире нет такой силы, что способна оживлять мертвецов! — Нацу, помолчал бы. Она вообще впервые заговорила хоть о чем-то, а ты чего добился за четыре месяца?! — вскипела Эльза, мгновенно заткнув парня. «Вспыльчивая натура — эта Скарлетт», — промелькнуло в мыслях Джерара, что заставило его слегка улыбнуться. — Марде Гир, сам по себе, советник императора Фиора, и тот даже не подозревает о том, что делает его подручный на нижних этажах замка, — подняла испуганные глаза на тут же замолчавшего парня. — Я сама видела… Кучки мяса, запах трупов, крови, запекшейся от частых пыток. Крики помощи. И он. Стоит такой холодный и ужасающий своей беспощадностью, неумолимо пытает очередную жертву. От темной магии у этого, с позволения сказать, человека, глаза заплыли чернотой. Каким-то образом Марде Гир мог поддерживать жизнь внутри тела, даже если из-под нижних ребер уже вываливаются органы. Эти тела еще двигались и пытались что-то шептать. После заката это чудовище уносило в подземелье несколько жителей столицы, проводя над ними опыты темной магией. Ясное дело, не все выдерживали. Конечно же, по пропажам завели дело, но виновного так и не нашли. Марде Гир перестал испытывать свою магию на других, боясь быть пойманным, а все, кто был у него в плену, были сосланы в леса, где до сих пор бродят. От холодящего кровь рассказа из уст девушки становилось тошно. Даже неуязвимый Драгнил с некой опаской слушал. Все сомнения сразу же улетучились: такое было просто невозможно придумать из ниоткуда. Впечатлительная МакГарден вспоминала, как ходили слухи о пропажах людей, и от переизбытка чувств и картинок в голове чуть не рухнула на пол. Благо, Эльза подхватила ее и усадила рядом с собой, на диван. По ее карим глазам было видно — она обескуражена такой историей о неизвестном некроманте. — И откуда же ты узнала? Неужто была одной из пленных? — недоверчиво протянул Грей, пытаясь утвердить в себе позицию «Че за брехня», но после столь душещипательного рассказа сделать это было сложновато. — Я работала какое-то время в Шафране, Леви тоже там была. Наверняка слышала об этом. Я изначально не доверяла Марде Гиру: какой-то он мутный, скрытный. Для капитана первой дивизии было бы стыдно не заметить некоторых странностей в его поведении. И вот я один раз проследила за ним. И как только увидела, что он творит с живыми людьми, перестала спать. Марде Гир наверняка прознал про слежку, но, когда я донесла об его тайном увлечении некромантией… мне никто не поверил. И так как доказательства были уничтожены, Марде Гир снова вышел сухим из воды. С того случая прошло несколько недель, потом я провела четыре месяца здесь: я знала, он придет за мной. И знала зачем… Но я не успела никого предупредить об этом чудовище… — Так ему тоже нужно «Сердце Феи», значит… — вынес неутешительный приговор Джерар, вздохнув. — Ты знаешь, для чего? — На самом деле… — кротко начала Люси, нервно теребя пальцами края рубашки, и, наконец, собравшись с мыслями, продолжила. — «Сердце Феи» — это не что, а кто,  — присутствующие насторожились и недоверчиво переглянулись; только Драгнил продолжал испепелять серьезно настроенную блондинку своим леденящим взглядом. Он был заядлый скептик, и хоть повидал он много за свою опасную, полную приключений и тяжелых потерь, жизнь, магия оставалась для него чем-то вроде сказки, выдумки, легенды, которую не каждому дано постичь. Люси, стараясь не обращать внимание на его недоверчивый взгляд, решила продолжить. — Вам известно, кто такая Мавис Вермилион? — глаза Леви округлились. Все остальные находились в недоумении. — Она была самым близким человеком императора, хоть и была ребенком. Но только на вид… — У нее была врожденная болезнь — ее тело застряло, она больше не могла расти… — закончила и заодно объяснила всем присутствующим Леви. Люси покивала головой. — Мавис и есть «Сердце Феи». В ее маленьком тельце была заключена огромная сила, и, боясь, что эту силу станут использовать алчные люди, Мавис поместила себя в кристалл, что сдерживает эту силу до сих пор. Она боялась, что ради получения и владения этой силой, начнутся войны, смерть никого не обойдет стороной, все человечество окажется под угрозой уничтожения. Поэтому никому не дано отыскать «Сердце Феи» по глупой случайности: никто из смертных не способен его найти. Но, как уже ясно, Марде Гир — не просто человек. Он как никто другой желает заполучить эту силу, но, пока неизвестно, для чего она ему нужна. Так или иначе, нельзя допустить, чтобы оно попало в его мерзкие руки… — И поэтому… — внимательно, слегка ошарашенно выслушав свою подругу, Джерар встал со стула и уверенно осмотрел аловолосую разбойницу. — Я вынужден просить у вас помощи… Деревянную комнатку, поглощенную в полною тишину на несколько мгновений, разорвало диким смехом из уст двух разбойников. Сама Скарлетт неуважительно усмехнулась и, осмотрев пальцы рук, спросила: — Ты просишь нашей помощи? Серьезно? С чего нам вдруг, ни с того, ни с сего, помогать каким-то жалким феям королевской армии? Если «Сердце Феи» не представляет для нашей гильдии никакой ценности, нам ни к чему рисковать своими жизнями, или я не права? — разбойники ехидно улыбались, Люси сидела в легком шоке и наблюдала за издевками воров над Джераром. «Он просит у них помощь?» Фернандес, немного подумав и вдоволь наслушавшись насмешек Драгнила и Фуллбастера, уверенно произнес: — Я выпущу из тюрем всех твоих людей. И вдобавок два мешка драгоценных, — Эльза покашляла в кулак, подавившись собственными слюнями, которых стало слишком много от всплывшего образа мгновенного обогащения. Двое парней тут же перестали гоготать и округлили глаза от названной цены. Хартфилия, вскочив с места, злобно прошипела сквозь зубы: — Черт с этими деньгами, но каждого из этих отморозков из «Черного ворона» посадила за решетку лично я, и не тебе решать, выпускать их или нет! — Джерар оставался спокойным и, в знак заключения договора, протянул руку Эльзе. Та, встав с диванчика, довольно ухмыльнулась и со всего размаху шлепнула по ладони Джерара. — По рукам! — Люси недовольно фыркнула и встретилась взглядом с довольным Драгнилом. Видя, как в его безжизненных глазах играет огонек азарта, девушка безоговорочно процедила: — И не надейся, я не буду с ними работать. Если так хочешь принимать от них помощь — пожалуйста. Я сама как-нибудь разберусь, — Люси, еще раз осмотрев розоволосого парня, удалилась, громко хлопнув дверью. Фернандес, расцепив рукопожатие, тяжко вздохнул. — Пойду, поговорю с ней. План обсудим потом, — он вышел, оставив разбойников для раздумий. — Ну и что делать будем? Действительно поможем? Эльза, это же бред… — покрутив крест в руках, сказал Грей. Скарлетт промолчала, прокручивая в голове все, сказанное Хартфилией и Фернандесом. Леви, поджимая ноги под себя, не могла усидеть на месте. Она однажды встречала Марде Гира, и эта встреча не была самой приятной. — Я-я думаю… — начала МакГарден, приковав внимание остальных. Сглотнув комок в горле, она продолжила. — Что стоит помочь им. Лю-чан упрямая, и после смерти Локи, я уверена, она будет лезть на рожон, чтобы прикончить Марде Гира. А я-я… Я этого не допущу! — слезно крикнула Леви, сжав маленькие ладошки в кулаки. — Ей одной не справиться, она и сама это знает, но помощи она не примет! Поэтому Джерар и попросил нас помочь — он хочет помочь, но королевская армия не сумеет противостоять Марде Гиру. Если не остановить его сейчас… Потом будет поздно… Эльза, пожалуйста, помогите ей… — утирая горькие слезы, Леви больше не могла сказать и слова. Скарлетт осмотрела задумавшегося Драгнила и, ухмыльнувшись, подала голос: — Ну хорошо. Тогда ты, Нацу, и будешь помогать, — парень, округлив зверски блеснувшие глаза, возмущенно закричал: — И не думай, что я буду работать с этой блондинкой! Я… — Один из двух мешков — твой, — коротко отозвалась Эльза на нападки Драгнила, и тот, представив большой куш, замолк. Леви, подскочив с диванчика, обвила руками грудь парня, сдавив ее до хруста ребер. Она лепетала полушепотом слова благодарности, но Нацу не особо прислушивался. «Поверить не могу! Неужели Джерар и правда думает, что я стану работать с ними? Больной ублюдок, просить помощи у наших врагов! Нет, я никогда не буду с ним заодно, никогда!» — Люси, я… — из-за сколоченной двери темницы показалась синяя макушка головы. Люси, повернув голову в бок, злобно прошипела: — Пошел вон, Фернандес. Сейчас же, — парень, немного помедлив у входа, все же сделал шаг и заговорил: — Люси, как бы то ни было — это правильное решение. Нам самим не справиться, сама же знаешь… Я знаю — убийцы и воры не лучшие союзники, но никто из «Хвоста Феи» не сможет нам помочь — большая часть твоих солдат мертва, а остальная половина пресмыкается пред Марде Гиром, чтобы не получить новую порцию пыток темной магией. Никто, кроме «Черного Ворона», не в силах нам помочь сейчас. Я знаю, тебе больно от потери стольких дорогих тебе людей в одно мгновение, я знаю, Локи мог остаться в живых, я, признаться, лучше бы сам умер вместо него, — остановившись возле девушки, Джерар мягко улыбнулся. — Будь мудрее — в чужой помощи вовсе нет… — Заткнись, — грозный, ненавистный, холодный голос охрипшей девушки утонул в тишине каменной комнаты. До боли в руках Люси сжала решетку на окне, опустив глаза в пол. — Я повторяю еще раз: я не буду с ним работать. Как ты не можешь понять: этому Драгнилу… Ему ведь нужны только деньги, его не интересует абсолютно ничего, он эгоист до мозга костей, и просить у него помощи в надежде, что нам действительно удастся найти «Сердце Феи» и уничтожить его? Не смеши меня, Джерар. Его помощь мне не нужна — я перережу глотку этому злосчастному ублюдку, сама костьми лягу, но отомщу за всех, всех, кто был мне дорог, всех, кто погиб от его руки. Я… — Люси. Сделай это… ради Локи. Он пожертвовал собой, чтобы спасти твою жизнь. Ты должна, ты одна способна остановить Марде Гира, но сейчас — ты слишком легкая мишень для него и его приспешников. Прошу, сделай это ради Локи, — Фернандес легко и горько усмехнулся, приблизившись к девушке. Блондинка подняла испуганные и печальные карие глаза на собеседника, сжала кулак и выдохнула. — Уверена, он поступил бы так же на моем месте — ринулся в бой, даже не подумав обо всем хорошенько. Я не отступлюсь, Марде Гир позволил себе слишком многое, чтобы вот так просто забыть о его жалком существовании. Не останавливай меня, я справлюсь со всем сама, — честно, Джерара лишь насмешила, хотя, скорее растрогала такая серьезность на лице молодого капитана. Люси всегда считала себя взрослой и самостоятельной, а потому часто попадала в различные переделки. Фернандес был слишком мудр и опытен для своего относительно юного возраста, а особенно он хорошо знал, кто есть сама Люси Хартфилия. Он лишь коротко кивнул и заботливо положил на ее слегка кровоточащее плечо ладонь, легонько сжав. — А я, дурак, еще пытаюсь тебя переубедить. Если уж ты собралась идти на смерть, тогда я пойду с тобой, как бы тяжело не было, как бы опасно не было в пути, знай — я буду рядом. Люси, искренне удившись тому, что Фернандес все же согласился с ней, лишь растерянно глядела на него невинно-непонимающим взглядом. Губы немного подрагивали, будто бы девушка пыталась подобрать слова, выражающие всю ее боль и благодарность. Но, как назло, ни одно из приходивших на ум слов не подходило, чтобы в полной мере выразить свои чувства. А потому, Хартфилия лишь беспомощно склонила голову на плечо синевласого парня, объятого в серо-белый плащ, и обреченно всхлипывала.