В погоне за Сердцем Феи

Настолько ужасно это чувство, когда ты только-только вырвался из оков ночного кошмара, но при этом, хотя ты уже давно не спишь, страх все еще сжимает все тело, отчаянно пытается ухватиться своими острыми когтями, чтобы помучить хоть на мгновение подольше. Последнее время Люси почему-то часто мучили кошмары, иногда даже становилось страшно, что она может просто не проснуться однажды. В этот раз было то же самое: слезы, стремительно скатывающиеся по щекам, пересохшее горло, паника в мечущихся карих глазах. Едва успев вырваться из кошмара, Хартфилия застыла на месте, наблюдая поблескивающим взглядом за Нацу, который отчаянно пытается разбудить ее, склонившись над ней. Когда Драгнил понял, что девушка не спит, а, широко распахнув глаза, смотрит на него, он обеспокоенно и непонимающе произнес почти шепотом, надеясь не напугать Хартфилию еще больше: — Ты в норме? — Люси какое-то время продолжала смотреть прямо в зеленые миндальные глаза разбойника, склонившегося над ней возле головы, пока медленно не пришла в сознание. Вот она снова лежит на земле, укрытая плащом, возле разведенного костра недалеко от какой-то деревушки, рядом с костром сидит Гилдартс, активно поедающий остывающий ужин, а над ней время от времени раздражающий Драгнил, который, как ни странно, побеспокоился о блондинке. Тяжко вздохнув и прикрыв глаза на секунду, Люси замотала головой, говоря чуть не плачущим голосом: — Нет, я не в норме, — открыв глаза, девушка застала еще более озадаченного Нацу. Его удивленный вид почему-то вызывал смех, но Люси не могла выдавить из себя больше сейчас, чем легкую усмешку на лице. Гилдартс, ненадолго отвлекшись от поедания остатков еды, задумчиво произнес: — Может этот жуткий парень что-то сделал с тобой? Выглядел он не очень дружелюбно… — Клайв продолжил уплетать еду, даже не поняв, что сболтнул немного лишнего. Люси лишь смущенно улыбнулась, видя, как Драгнил недовольно, даже отчитывая, смотрит на нее. — И, конечно же, я узнаю об этом последним. Кто бы сомневался… — поднимаясь с места с обиженным выражением недовольного лица, сказал Нацу. — Я собиралась рассказать. Хотя, нечего особо рассказывать… — А как насчет той яркой вспышки? Мне из-за нее пришлось тащить тебя, — Нацу наигранно похлопал в ладоши, саркастически усмехнувшись. Люси грозно взглянула на Гилдартса, втягивающего в рот свисающую лапшинку, после чего слегка виновато взглянула на Драгнила. Блондинка приняла сидячее положение и, потерев руками лицо, чтобы прогнать остатки кошмара, подвинулась к костру. — Мне нечего рассказать, говорю же, я и сама не знаю, что тогда произошло. Я попыталась напасть на него, только и всего, — оправдываясь, тараторила девушка, смотря на не шибко заинтересованного ее рассказом Нацу. Тот, кажется, насквозь видел Заклинательницу, и, судя по спокойному выражению лица, как будто бы знал, что чего-то эта блондинка не договаривает. — А я думал, ты скрываешься от него, разве нет? — снова вмешался в перепалку Клайв, вытирая рот рваным воротником. — Я бы не убежала от него, даже если бы захотела. Вот и напала на него, только не вышло, — слегка смущенно, или даже стыдливо проговорила Хартфилия, подпирая рукой щеку. Она до сих пор не могла понять, почему заклинание не удалось, даже несмотря на открытие Второго источника. — И что, в следующий раз, когда он снова тебя настигнет и решить убить, ты тоже просто скажешь: «Ну, не получилось»? Какая глупость… — недовольно протянул Драгнил, совершенно потеряв интерес к оправданиям девушки. Люси, тут же изменившись в лице, поднялась на ноги и, озлобленно взглянув на отвернувшегося парня, процедила сквозь зубы: — Ну извини, что я такая бездарная волшебница. Конечно, всякие клиночки и кинжалы запросто покончат с Марде Гиром, и как же я не догадалась, ты так думаешь, да? Какая глупость… — обиженно фыркнув, Люси развернулась и отправилась куда-нибудь подальше, гневно теребя накидку за край. Ей нужно было немного проветрить мысли, и недовольство Драгнила только мешало и выбешивало. Люси действительно считала такое отношение к себе несправедливым, к тому же, Драгнила не было рядом, когда Марде Гир вдруг решил напасть на Онибас, так что в том, что произошло с Заклинательницей, была и его вина тоже (во всяком случае, так считала сама Люси, мысленно вспоминая парня недобрыми словами). Усевшись на первый попавшийся на глаза камень, Хартфилия громко стукнула сапогом по каменной поверхности, и, вздохнув ночной воздух, заметно погрустнела. Злость тут же улетучилась, а Люси так надеялась еще мысленно поматерить Нацу, но, почему-то, чувствовала себя ужасно никчемной. Как будто она сама не знает, что не такой уж из нее крутой Заклинатель, каким, наверное, была ее мать. И постоянное тыканье в ее недостатки только усилило ощущение, что, чтобы Люси не делала, никакого толку от этого не будет. Марде Гира ей все равно не одолеть, начнется война, весь мир поглотит тьма и все дальше по сценарию, написанному, должно быть, самим Сатаной. Хартфилия еще раз грустно вздохнула, пытаясь отвлечься от дурных мыслей. — Ты что, правда думаешь, что можешь просто убежать от своих проблем? — послышался голос позади Хартфилии, стирающей подступающие слезы. — Я хочу побыть одна, Драгнил, — негромко ответила Люси, прекрасно зная, что никакого толку в ее словах нет. Нацу довольно быстро оказался перед ней, но девушка была слишком зла на него и расстроена, чтобы вести с ним диалог, который, наверняка, перетечет в очередную ссору. — Вытяни руку, — настойчиво произнес Нацу. Хартфилия, непонимающе изогнув бровь, не нашла в себе сил перечить, и просто послушно протянула холодную ладонь, — Сначала жалуешься на одиночество, а теперь хочешь быть одна. Определилась бы уже, — все так же недовольно отчитывая ее, Драгнил пытался застегнуть на запястье соскальзывающее украшение, увидев которое, Хартфилия, не веря глазам, счастливо улыбнулась. — Где ты нашел его? — воодушевленно воскликнула Люси, наконец взглянув на Нацу, удовлетворенного проделанной работой, стоящего, скрестив руки и немного наклонившись к девушке. — Там, где оставила. Не представляешь, что мне пришлось сделать, чтобы вернуть его, — усмехнулся он, отчего и Люси почему-то легко улыбнулась, спрашивая: — И что же? — Нацу наклонился еще немного и шепотом, будто бы стыдился этого, ответил: — Быть вежливым. Так что не теряй больше.

***

Люси, ошарашенно осматривая помещение, в которое ее завели ухмыляющиеся Драгнил и Клайв, постоянно уворачивалась от людей, проходящих мимо, так и норовящих коснуться ее плечом или рукой. Да, конечно, на улице было темно, шел сильный ливень, но, как казалось Хартфилии, это было последнее место на Земле, где она действительно хотела бы оказаться. На автомате вцепившись в руку предовольного Драгнила, Люси непонимающе осматривала здешних постояльцев. Клайв громко вдыхал воздух, переполненный ароматами дешевых духов и дорогих сигарет, словно наслаждаясь им. Контингент обитающих в этом заведении людей явно не вызывал восторга у по-своему наивной в таком плане девушки, которой только и оставалось, что поспевать за Нацу, расхаживающему здесь, словно у себя дома. — Эм, а что, больше негде переночевать? — А что, тебя что-то смущает? — Ну, вообще-то да. — А что именно? Приличное место, между прочим, и люди здесь дружелюбные, что редкость в наше время. — Да, Нацу прав, чудное местечко. Ох, сколько денег я здесь оставил за свою молодость, и не зря! — Люси, тебя напрягают люди из низших слоев общества? Я не думал, что ты такая мелочная. — Дело, блин, не в этом! Это же публичный дом! Как я могу чувствовать себя здесь комфортно?! — Во-первых, не ори, а во-вторых, тебя же никто не заставляет здесь работать. Во всяком случае, здесь гораздо безопаснее, чем на улице, так что хорош ныть. Стоило Нацу договорить эту фразу, как на его второй руке ни с того ни с сего повисла одетая в привлекательное обтягивающее зеленое платье с откровенным вырезом на спине девушка, которая, очевидно, была безумно счастлива встрече с Драгнилом. Гилдартс (что ничуть не удивило Люси) тут же растворился в объятиях обворожительных ночных бабочек, расположившись в каком-то мягком темно-сером кресле с бокалом дорогого вина в руке. Девушка, прилипшая к Нацу как банный лист (речь не Хартфилии), очень долго пыталась оттащить его вглубь помещения, но Люси, напуганная не то самой обстановкой, не то тем, что ее могли принять за работницу этого заведения, мертвой хваткой вцепилась в рукав плаща Нацу, хотя тот не был в восторге ни от одной повисшей на руке блондинки. — Нацушко, я так рада тебя видеть! Столько лет тебя здесь не было, я уже подумала, что ты забыл про меня, — очаровательным голоском обратила на себя внимание путана. Люси не могла не отметить, что знакомая Драгнила была по-настоящему красива и, к тому же, совершенно не была похожа на ночную бабочку. У нее были белые коротенькие волосы, аккуратно заплетенные в головное украшение, напоминающее ожерелье с голубыми переливчатыми камнями, неброский макияж, бархатные перчатки во всю руку в цвет платья, и хрустальные, чистые, словно июльское небо, глаза. В голове Хартфилии вдруг проскочила мысль, что в такую красивую девушку запросто можно было бы влюбиться, и сердце почему-то больно кольнуло от мысли, что Драгнил попался в эту обворожительную ловушку. Но, кротко взглянув на его лицо, Люси поняла, что разбойник оставался таким же холодным, как и всегда, хотя на его губах едва заметно сквозь темную маску играла уставшая улыбка. — Привет, Лисанна. Все еще работаешь здесь? — Ну, жизнь сложная шутка, кручусь, как могу, — лишь с маленькой каплей сожаления ответила Лисанна, после чего заинтересованно взглянула на Люси. В ее голубых глазках Хартфилия не увидела ничего, кроме искренней радости и любопытства, — Приветики, я Лис. Что, тоже подработать хочешь? — беззлобно ухмыльнулась беловолосая леди. Заклинательница только и могла, что покачать головой, волнительно сжимая руку Нацу. Лисанна, переключив свое внимание снова на Нацу, настолько нежно и влюбленно взглянула на него, что, чего уж таить, даже Люси бы не устояла от такого взгляда, и томно пролепетала, вставая на носочки: — Что, даже не поцелуешь меня? — Люси, должно быть, впервые в жизни почувствовала себя лишней и, ощутив, как болезненно сжалось сердце, тут же отпустила руку Драгнила и отошла на несколько шагов, не желая мешать этим двоим. Какая-то странная и нелогичная обида вдруг накатила нее. И вот Хартфилия просто стоит посреди этого пошлого хаоса, в который угодили оба ее горе-проводника. Люси молилась только о том, чтобы никто не трогал ее, дал побыть наедине со своими мыслями, чтобы разобраться в собственных непонятных даже ей самой чувствах, но, как и ожидалось, просто стоять в центре переполненного зала ей никто не дал, и уже спустя минуту Люси почувствовала, как кто-то осторожно обхватывает ее локоть и тащит назад. Девушка уже засобиралась с разворота влепить пощечину, но, повернувшись, встретилась с расслабленным взглядом знакомых зажженных серо-зеленых глаз (правда, желание ударить от этого не уменьшилось). Рука, сжатая в кулачок, так и осталась висеть в воздухе. — Пойдем, я хочу показать тебе кое-что, — Хартфилия не смогла (или не захотела) сопротивляться и поплелась за Драгнилом, который стремительно куда-то шел. Наконец, он остановился недалеко от обустроенного уголка с красными диванами, журнальными столиками, на которых расположились фрукты и ароматические свечи в алюминиевых подсвечниках, и весь уютный уголок находился под бардовым массивным балдахином. В самом центре сидела уже довольно взрослая женщина, закинув оголенные ноги одну на другую, прикрытые только небольшим палантином серебристого цвета. Ее черные густые волосы были аккуратно убраны в пышную прическу, на руках и шее — дорогие украшения с различными цветными камнями, яркий макияж, прикрывающий возрастные морщинки. Возле нее сидело еще несколько молодых девушек, которые периодически приносили ей то сигарету, то вино, то фрукты. Только бы дурак не догадался, что эта дама заправляет этим местечком. Нацу и Люси стояли немного поодаль от хозяйки публичного дома, Драгнил придерживал девушку за плечи и, наклонившись к ее уху, тихо говорил: — Посмотри на ее декольте, — Хартфилия только засобиралась возмущенно воскликнуть на такую странную просьбу парня, но он держал довольно сильно, и Заклинательница чисто физически не могла вырваться и повернуться. Нацу только продолжал говорить ей на ухо, от чего время от времени по коже пробегали мурашки, но Люси осознанно отгоняла эти странные ощущения, осматривая даму. Почему-то ее стесняло то, что придется таращиться на довольно открытую область ее тела. Но, видимо, Драгнила не сильно это заботило, и он настойчиво просил блондинку взглянуть на украшение, висящее на шее хозяйки. Люси, неохотно заглянув между грудей черноволосой дамы, не поверила собственным глазам, заметившим блеск золотого ключика в ложбинке. Удивленно приоткрыв рот, девушка застыла на месте; Нацу довольно улыбнулся, увидев ее реакцию, и отпустил ее плечи. Заклинательница не без досады подумала о том, что ей придется задержаться здесь, во всяком случае ей придется оставаться в публичном доме до тех пор, пока в ее руках не окажется ключ Звездных Врат, не совсем удачно оказавшийся между грудей взрослой женщины, и, который, очевидно, заполучить будет не так просто.