Больше, чем возлюбленные

      — Я дома.       — О боже, сыночек! Ты так поздно приехал. Заходи скорее домой, — милый брюнет выглянул из-за угла и быстро подбежал к Чимину.       — Не беспокойся за меня, пап, я в норме. А где отец? — Пак нежно улыбнулся на заботу его папы.       — Он ещё не вернулся с работы, но обещал не задерживаться. Давай, переодевайся и пойдём, я тебя покормлю.       Чимин был рад увидеть родные стены, за время его отсутствия обстановка поменялась. Но комната Пака оставалась неизменна, лично для него. И компьютерный стол, и кровать, и полочки со старыми фотографиями. Это было так мило, каждая деталь была со своей историей.       Чимин с трепетом в сердце и улыбкой на лице обходил взглядом предметы. Тут и школьные времена и детские моменты, Пак любил собирать мелочь, чтобы та напоминала об этом событии. Там даже было что-то с Тэхёном — совместная фотография со старшей школы.       «Интересно, как он там?» — подумал Чимин и положил рамку обратно. Даже сохранились медали за спортивные достижения.       Мистер Пак наблюдал за Чимином и его реакцией. Вернуться туда, где ты так давно не был.       Омега продолжал смотреть по сторонам, не видя конца-края. Всё вспоминая и вспоминая о том, как проходила жизнь. Пак начал разбирать сумку: одни вещи он сложил в комод, а другие оставил, чтобы переодеться.       — Пап, а что ты приготовил? — с детским интересом спросил Пак, прикусив нижнюю губу.       — Да так, стейки на пару, у меня и времени не было, как пришёл — сразу и приготовил.        Красивые куски мяса среднего размера были разложены по тарелкам, а соус медленно содрогался и поигрывал блеском от света.       — Ува-а, как вкусно пахнет! Твоя еда не сравнима ни с чьей другой, пап! — омега был в восторге.       — Совсем как твой старик, — кротко смеясь, ответил мужчина, — Чимин, может расскажешь подробнее, что у вас там случилось. А твоё утверждение о том, что ты собираешься домой на выходные в середине семестра, ни много ни мало поразило меня.       — Ну поругались мы с Мином — и всё, там больше ничего особенного нет, — всеми силами пытался говорить Чимин с неким равнодушием.       — Без утайки могу сказать, что ты мне врёшь. Как тебе не стыдно, родному отцу, — омега сделал драматический момент, но быстро понял, что театр не его. — Может, хотя бы поговоришь с ним.       — Словами тут уже не поможешь, он не собирается меня слушать. Да и у него уже есть человек, который может его утешить, — Чимин говорил слова со всей серьёзностью, но соус на его лице так разбавлял ситуацию, что мистер Пак невольно посмеялся.       — Ладно, давай позже вернёмся к этой теме, а пока кушай, — омега лучезарно улыбнулся и продолжил разговор с Чимином на другие темы.        Где-то час спустя с работы вернулся отец Пака. Чимин и его папа вышли в коридор, чтобы встретить главу семьи. Это был рослый мужчина с просветом седины на висках, большими карими глазами и торчащими ушками.       — Ах, дорогой, ты видел, кто к нам приехал? — папа-омега быстренько подбежал к альфе и чмокнул того в щёчку.       — Вижу. Ну, сынуля, иди хоть с отцом поздоровайся, а не прячься за спиной своего папочки, — мужчина подошёл поближе и яро обнял сына. — А где мой любимый зять? — папа Чимина отвел альфу в сторону и сказал, что они с Мином поругались.       — Давайте лучше пройдём дальше в дом, а не будем стоять в коридоре, — на вид Чимин был подавлен, а мистер Пак хотел разрядить обстановку и пригласил всех к столу.       Пак старший был очень рад такому воссоединению, но, по-видимому, его маленького мальчика что-то беспокоило.       Все трое сели за круглый стол, омеги попивали крепкий чёрный чай, а альфа полноценно ужинал. Обстановка была по своей ауре очень странной, никто ничего не говорил, и это напрягало. Только лишь изредка папа Чима вспоминал какие-то непонятные моменты из прошлого, над которыми сам же тихо посмеивался.       Чимину было невмоготу сидеть — просто этот разговор с его отцом. Что он может сказать? Что был прав, говоря про Мина и его шальную голову. Тяжело принимать факты, особенно если они уже не поверхностные. Чимин сморщился об одной мысли о Юнги и том дне. Родители непонятно посмотрели на сына и были готовы в два голоса спросить, что с ним. Но Пак отмахнулся и сказал, что всё хорошо, просто он устал.       — Чимин, может, расскажешь о своем внезапном визите. Я не напрягаю, мне просто интересно, — спросил альфа.       — Ну, здесь достаточно долгая и непростая ситуация, папа уже знает, поэтому и ты тоже должен, — обстановка становилась всё более накалённой. — Мы поругались с Юнги, и все наши отношения пошли наперекосяк, я несколько раз уходил из дома, плакал и снова его прощал. Если бы я всё закончил раньше, то этого бы не случилось. Хотя, всё же, эта любовь не покинет меня ещё долго. В мою жизнь пришёл ещё один человек, но я не придавал этому особого внимания. А зря, ведь именно он изнасиловал меня и оставил одного с ребенком. Точнее, от меня отвернулись все дорогие мне люди.       Оба родителя пребывали в шоке от услышанного и даже не могли представить картины, где их мальчик страдает. Чимин тоже не смог дальше продолжать, хотя больших подробностей и не нужно. Пак старший попросил омегу выйти, чтобы один на один поговорить с сыном.       — Только не перегибай палку, как ты любишь, — морщась, произнёс мужчина, закрывая за собой дверь.       Тишина. Лишь тиканье часов отдавалось громким эхом в голове Чима. Он был на взводе, одно неверно сказанное слово — и его жизнь прервется. Отец был серьёзен и мрачен.       — Ну и отчебучил ты, сынуля, — с коротким вздохом ответил старший. Пак думал о более жестоком высказывании в свой адрес, но отец продолжил: — Не особо хочу тебе сейчас читать лекции, да и не в состоянии. Просто, будь добр, впредь слушаться нас с папой. Не знаю, наладятся ли ваши отношения с Юнги, но, думаю, не настолько он плохой человек, сердце подсказывает. Если придёт и скажет, что осознаёт вину, то хорошо. Если нет — то мы будем содержат вас с малышом. Чимин, мальчик мой, я буду любить тебя и этого ребенка всем сердцем, но с Юнги ты проблему реши.       — Спасибо за поддержку, отец. Я поговорю с Мином, но не сейчас, всё нужно взвесить и, думаю, ему тоже, — Чимин более воспрянул духом и лучезарно улыбнулся альфе. Папа Пака, который слушал этот самый разговор, лишь ухмыльнулся и спросил сам себя, когда его сильный муж стал таким мягким.       Юнги тем временем долго гулял по ночному городу, ведь дома сидеть было слишком тошно. Странные мысли терзали его, а телефон разрывался от SMS-ок Хосока. Чон волновался и точно понимал, что старший не придёт к нему. Юнги не собирался убиваться или страдать после ухода омеги всё это будет чуть позже, просто сильные перемены в его жизни — даже, можно сказать, дыры, которые нужно заполнить пропущенным материалом, и заняться учебой. Долгое отсутствие Мина может сказаться на будущей сессии и то, что он её не сдаст. Тяжесть в груди не хотела так просто уходить, и пара таблеток снотворного облегчили участь страдальца Мина.       Тэхён не находил себе места в родной квартире, разум был в прострации, а тело крушило всё, что попадалось под руку. Румяные щёчки не обсыхали от слёз.       — Я ненавижу его. Чертов Пак… Это всё его вина. Всю жизнь, пока мы были с ним не разлей вода, он просто притворялся хорошим другом. Он отнял всё. Да чтоб его! — Ким горланил на всю квартиру, что-то в его мозге перемкнуло, и в нём зародилась та неуравновешенность.       Он снова начинал плакать, а потом резко смеялся, сам не зная от чего. Его сущность съедалась безумием. На полке стояла совместная фотография Пака и Кима в стеклянной рамочке. Тэхён подошёл и взял её, взгляд его был холоден. Одним движение руки он бросает её о пол. Громкий треск пронесся по всей квартире, мелкие осколки разлетелись по сторонам. Ким рухнул на колени.       «Да что же со мной происходит?»