Нечистая сила.

Глава-4 Подъехав к тропинке, ведущей в лес, Коробейников бодро выскочил из полицейской коляски, и махнув рукой двум городовым, верхом галопирующих за ним, углубился под сень деревьев. Прохлада и тень, в сию секунду, оградила его от июльского зноя, и он, насвистывая под нос незатейливый мотивчик, двинулся вперёд, покуда деревья не расступились перед ним и не открыли его глазам ужасающую картину. На заросший травой поляне, он увидел возвышающийся, деревянный крест, сколоченный из досок, на котором висела обнаженная женщина, раскинув руки в стороны, вниз головой. Её горло, как и говорил Ефимка, было распорото от уха до уха. А рядом на земле, лежала женская монашеская ряса, аккуратно расправленная, рукой убийцы, головной черный платок, стоптанные башмаки и ящик для пожертвований. Весь антураж, наталкивал на мысль, что жертва при жизни была монахиней. С трудом сглотнув тягучую, горькую слюну, неожиданно заполнившую рот, Антон Андреевич положил фотоаппарат на землю, и подойдя ближе к кресту, стал осматривать место преступления, стараясь найти там какие-нибудь улики, для разоблачения убийцы. -Бог, мой! — вдруг за спиной у Коробейникова охнул один из городовых. Это же сестра Евфросиния, я только в среду с ней разговаривал в трактире. -Вы её знаете? — встрепенулся Антон Андреевич, — Откуда? Вы с ней говорили? — быстро поднимаясь с колен, засыпал вопросами помощник Штольмана, городового -Курочкина Дмитрия Потаповича. — Я зашел в трактир в полвосьмого вечера, что бы отужинать, — произнес городовой Дмитрий Потапович, — Они подсели ко мне за столик, она, — городовой махнул рукой на женщину, висящую на кресте., -и еще одна, сестрой Катериной назвалась. Стали расспрашивать меня, где в городе можно найти ночлег и кто в церкви настоятель. -А о себе они, что-либо говорили? — нетерпеливо спросил Антон Андреевич. -Сказывали, что путь держат из Данилоспасского монастыря в святые места. По пути собирают пожертвования для храма. -Это все? — посмотрев на Курочкина, осведомился Коробейников, и достав из внутреннего кармана сюртука блокнот с карандашом, он записал его слова. -Когда я собрался уходить, к ним подсела старушка, — добавил Дмитрий Потапович, почесав затылок под фуражкой. -Хорошо, — убирая блокнот и карандаш обратно в карман, сказал Антон Андреевич. Тогда давайте, господа, не медля, осмотрим всю поляну, а затем, сфотографировав здесь все, дождемся доктора Милца. -А чего меня ждать, я уже здесь, — знакомый голос Александра Францевича донеся до них из-за деревьев, и он сам шагнул к ним на поляну. -О боже! — воскликнул доктор, увидев подвешенную женщину. Сколько на свете не живу, таково еще не видел, — и он подошел ближе к кресту. Та-а-а-к, — приподняв очки над носом, протянул патологоанатом. При первичном осмотре, могу сказать, ее смерть наступила день, два назад, от большой потери крови. Приколачивали жертву к деревяшке еще живой, кровь успела свернуться на шляпках гвоздей. Сгустки видите, — и он указал Антону Андреевичу на скобяные изделия. Снимите ее, — попросил Милц, — Я должен осмотреть ее. -Минуту, доктор, — попросил Коробейников, и сделав жест рукой, чтобы Александр Францович отошел от креста, поджог магниевый порошок на вспышке. Серия ярких всполохов ослепила окружающих, и только после этого, санитаром, прибывшим с Милцом, Антон Андреевич позволил снять монахиню. -Я вижу, у вас тут работа идет полным ходом, — проговорил Яков Платонович, появляясь на поляне, — Что здесь, Александр Францович, добрый день, — и он наклонился над Милцом. -Доброе, — протянул доктор. Ну что я могу вам сказать, у жертвы на виске рана, но думаю, она не была смертельной, это ушиб отключивший ее сознания. Глядите, — и он показал указательным пальцем на рану на виске, -Кожа лишь слегка разошлась на месте. Еще жертву крепко связывали до убийства — вот эти ссадины на ее ногах, буро-красного цвета, указывают на это. Остальное после вскрытия, — и Александр Францович опустил очки на нос. -Коробейников, ваши выводы, — посмотрев на помощника, произнес Яков Платонович. -Я думаю, жертва пришла сюда сама. Все ее личное имущество, аккуратно лежало рядом с ней, — пояснил свои слова Антон Андреевич. Внезапно, убийца оглушает монашку камнем, и связав ей ноги, подвешивает к кресту. -Камень и веревку нашли? — спросил Штольман. -Вот, — проговорил Мявкин Кирилл Кузьмич- второй городовой, и вложил в руку Якова Платоновича серый валун, среднего размера, и обычную пеньковую веревку. — Далее, этим же камнем приколотили жертву к деревяшкам и перерезали горло, — продолжил Антон Андреевич, обращая внимания Штольмана на сколы на валуне. -Да господа, хочу еще добавить, — подал голос Милц, перебивая Коробейникова, — Рана жертве была нанесена одним точным ударом, который рассек сонную артерию. -Дальше, — потребовал Штольман глядя на помощника. Антон Андреевич неуверенно пожал плечами, не зная, что еще сказать. -Убийца готовился заранее, — заговорил Яков Платонович после небольшой паузы. Смотрите, как основательно выкопана яма для креста, — и он махнул рукой на городовых, которые силились извлечь деревяшки из земли. Потом камень, Антон Андреевич, вы где-нибудь, наблюдаете здесь по близости такие вот булыжники, — и он покрутил его в руке. Правильно- нет, — кивнул Штольман, — Такие камешки у нас в городе лежат только в одном месте, перед домом купца Агафонкина-вывод: убийца заранее готовился к преступлению, и поэтому, его могли приметить. Поговорите с Агофонкином, опросите трактирщика, так же забегите в скобяные и мелочные лавки. — Яков Платонович, — произнес Коробейников, — Курочкин сказал, что это монахиня была не одна, а вместе с монахиней Катериной, он давеча разговаривал с ними. -Тогда, добавьте к моему озвученному списку, — изрек Яков Платонович, -гостиницы и постоялые дворы. Вы поняли меня? -Да, — кивнул головой Антон Андреевич.