Мой любимый профессор - 2. Каникулы

POV Андрей. Ненавижу утро. И ненавижу похмелье. А ещё больше - похмельное утро, особенно после горькой пьянки. Давно я так не напивался. Пожалуй, с той ночи... Ой, лучше не вспоминать. - Проснись и пой! - хлопнула дверь. - Солнышко светит, птички щебечут, и в три часа тебя ждут в деканате. Каждое слово, каждая буква перекатывались в моей голове точно нешлифованные чугунные шары. - Пощады... - простонал я. -...не будет! - радостно возвестил Костя. - Вставай. В ванной тебя ждут таблетки. Умойся, побрейся, затем спускайся вниз - тебя ждёт твоя любимая яичница. Моя персональная совесть удалилась, шлёпая тапками. Я нехотя перевернулся, и с трудом приподнялся, так и не открывая глаз. Кажется, те самые шары действительно в моей голове, иначе, с чего бы мне так тяжело её поднимать? - Проснись и пой, проснись и пой, попробуй в жизни хоть раз... - напевал Константин, почти не фальшивя, и стягивая с меня одеяло. Не понял, когда он вернулся? - Если ты не заткнешься, то я попробую человеческой крови. Изыди, демон... - Единственные демоны, что тебя терзают, есть лишь часть тебя, дитя моё, - торжественно печально провозгласил мой друг. - Ладно, ладно - встаю, - простонал я, приоткрывая глаза. Да, солнце действительно светит. Хвала всем святым - моя спальня не на солнечной стороне. Но и этого хватает. Под пристальным взглядом доползаю до ванной. Ну как, скажите, как я прожил с ним столько лет и не распознал в Константине тирана и домашнего маньяка? Таблетки лежат на полочке, заботливо выдавленные из блистера. Полный стакан кипячёной воды, удобно разложенные бритва и щётка с пастой. Делать нечего - пора приводить себя в порядок. Интересно, зачем я понадобился в деканате? Я же уже всё сдал. Хм, звучит так, буд-то я всё ещё студент. Так, не надо о студентах... Умывшись, я стал чувствовать себя лучше. По крайней мере я начал соображать. На лестнице мой нос уловил поистине божественный запах. В предвкушении я быстро спустился вниз, на кухню. - Наконец-то, спящая красавица, - не оборачиваясь, добродушно пробурчал Костя. - Садись. Я всмотрелся в свою тарелку. Тушёные в остром соусе овощи, залитые яйцами, сверху сырная корочка и капелька майонеза. М-м-м, вкуснятина! - Я гляжу, ты совсем отошёл, - усмехнувшись, мой друг отставил свой кофе. - Может, пока ты не уехал, продолжим разговор на трезвую голову? - Ты нашёл выход? - Тебе не понравится мой совет... - он отвёл взгляд. - ? - Самый верный шанс избавится от него раз и навсегда... - он выдержал трагическую паузу, - дать ему шанс. Я подавился булочкой. - В смысле? - прохрипел я, вытирая непроизвольно выступившие слёзы. - В прямом. Только так он сможет понять, что вы... не созданы быть вместе. Так, мне показалось, или он прикусил губу, чтобы не рассмеяться? - Прими его ухаживания, сходи на свидание... - Ты заболел? - Послушай... - Нет-нет! - я запихнул в себя остатки булки и, схватив куртку, выскочил на улицу. Ключи обожгли холодом руку, привычно заурчал мотор. Я не стал закрывать калитку, оставляя заботу о доме Константину. Нет, ну надо придумать такое, а? Чушь! Я стремительно нёсся по серпантину, основательно расширившемся за последние годы. Справа вставали на дыбы громадные пласты породы, за сколы которых цеплялся можжевельник. Слева блестело море. Почти в любой точке Цимесской бухты порт Новороссийска хорошо просматривался. Ветер трепал волосы, выбившиеся из-под шлема, косые лучи солнца скользили по щитку. И плевать, что я с бодуна - гаишников здесь всё равно нет. На светофоре я притормозил, и взглянул на часы. Восемнадцать минут первого. А в деканате меня ждут только к трём. Но разве мне это когда-нибудь мешало? В крайнем случае, посижу в библиотеке. Наивный. Я считал, что это легче всего? - Андрей Петрович, мы нашли вам ассистента. Он только в этом году закончил университет, но у него просто отличные рекомендации. Вы ведь давно просили о снижении нагрузки, ради вашей научной деятельности. - Да? А ведь и в самом деле. Я уже и забыл, сколько мурыжил их этим. Даже пункт такой в договор включил. Ну, и кто наша жертва? Увидев анкету я сказал только одно слово, но сильное и ёмкое: - **@**! Потому что в графе "ФИО" значилось: Демьяненко Ярослав Сергеевич. Абзац. Во всех смыслах. Взяв себя в руки, я перевёл для ошарашенного такой вопиющей наглостью начальства: - Нет! Означенное начальство нехорошо прищурило глаза. - По какой, могу я поинтересоваться, причине? - По причине личной неприязни - так устроит, Семён Фёдорович? Ну не объяснять же ему всей ситуации. Меня, после такого и попросить с места могут, во избежание скандала, так сказать. - Нет, не устроит. Андрей Петрович, Могу я Вам напомнить пункт четвертый нашего трудового соглашения. - Да, университет предоставляет мне ассистента, кандидатура которого может быть мной одобрена или нет... - В случае отклонения трёх кандидатов подряд, - подхватил Семён Фёдорович, - мы оставляем за собой право утвердить кандидатуру без Вашего согласия. - Но... - Людмила Львовна была третьим претендентом подряд за последние два года. С остальными, нанятыми ранее, Вы "не сработались". Поэтому уже приняли в штат Демьяненко. Если у вас двоих имеются какие-либо разногласия, то советую решать их за время летних каникул. Можете быть свободны. Сказать, что я был в ярости - значит, ничего не сказать. Терять работу в этом почти райском уголке России мне не хотелось. Поразмыслив, я пришёл к неутешительному выводу, что добром сместить Ярослава с должности моего ассистента не выйдет. И что делать? "Дай ему шанс". Да они что - сговорились все, что-ли? Почему я обязан давать какой-то шанс на то, чего между нами быть не может? "Кого ты хочешь обмануть?" Не понял... Я что, когда напился вчера, махнулся альтерэго с Костей? Откуда этот чёртов психолог в моей голове? "Дай ему шанс". Не-ет, он просто меня загипнотизировал. Я уверен. Почти... - Если будешь так упорно думать, морщины появятся... Я вскинул голову. - Почему я не удивлён? Хм, в этой бело-бежевой рубашке с незастёгнутыми до конца пуговицами, Ярослав очень даже... - А что, если у меня появятся морщины, то ты меня разлюбишь? - я приподнял бровь. - Неа, - протянуло это чудо. - Я люблю тебя любым... - Не из той оперы... - мрачно бросил я, подходя к мотоциклу. - В смысле? - Не находишь, что рановато для признаний подобного масштаба? - А когда мне ещё найти время? - он скорбно развёл руками. - Мы даже поговорить не можем толком - ты от меня сбегаешь. Приходится резать правду-матку. - Слушай, - я устало потёр лоб, - ты ведь действительно от меня не отстанешь? Его тяжёлый взгляд был для меня ответом. - И на работе от меня не отстанешь? Улыбается, гад. Что же, ему хочется отношений - он их получит. - Хорошо. - Что "хорошо"? - осторожно спрашивает он, видимо, что-то прочитав в моих глазах. - Я буду с тобой встречаться... "Интересно, если он на пару миллиметров больше откроет глаза, они вывалятся из глазниц?" - почти меланхолично подумал я, разглядывая мешанину чувств на лице Ярослава. - Но только встречаться! - я решил стразу поставить жёсткие условия. - Свидания - не больше. Никакого секса, ты понял? Ой, мама, что-то мне нехорошо. Он как-то слишком плотоядно сглотнул. А я правильно поступил? Ничего, виноват во всём будет Костенька - как идейный вдохновитель. - Андрей? - Да? - я внимательно осмотрел шлем. - Не подбросишь до дому? - Я тебе что, такси? - на законных основаниях фыркнул я. Делать мне больше нечего. Бывших... студентов по домам развозить. Ах, да, он же теперь ассистент. Всё равно - это не повод... - Нам всё равно на одну улицу. - В смысле? - Мои окна выходят на твой дом, - тихо отозвался Ярослав. Приехали. - Ты - маньяк, - резюмировал я. - Я добрый маньяк. - Ага, а Америка нам бесплатно вернёт Аляску. Ты специально на Дообскую заселился? - Знаешь, давай где-нибудь здесь в кафе поговорим, или в Кабардинке, попозже. А то вот так, на улице стоя, неудобно... - Неудобно в кустики против ветра ходить, - я смерил его взглядом. Оставить его здесь, что ли? Профилактики ради. Нет, Константин узнает, мне плешь проест. А он узнает, как пить дать, персональный психоаналитик, мля... - Садись, - я небрежно мотнул головой назад. - Шлем не забудь. Только когда мы тронулись, я понял, что ехать ему придётся, очень тесно прижавшись ко мне.