Дай себе второй шанс

Небольшой коттедж профессора Снейпа был удивительно уютным. По крайней мере, гостиная точно. Здесь было много полок, забитых различными книгами, камин, в котором весело трещали дрова, и приятная песочно-зеленая расцветка, которая очень радовала глаз. Гермиона и Снейп прибыли сюда камином. Их сразу же встретила пожилая эльфиня, которая начала громко причитать, что «хозяин Северус совсем забыл дорогу домой». Профессор отправил ее на кухню, а сам сухо предложил своей гостье вино. Но Гермиона, помня о своем желании забыться, потребовала огневиски. -Мисс Грейнджер, одумайтесь, - в своей излюбленной манере проворчал профессор. Но без толку. Если уж гриффиндорская отличница решила впервые в жизни напиться, то останавливать ее не имело смысла. Уже через час Гермиона чувствовала себя так, словно на ней гиппогриф танго танцевал. С кентавром. Голова стала тяжелой, перед глазами все плыло, а конечности словно растеклись по мягкому дивану уставшей лужицей. Совсем не хотелось шевелиться. Хотелось говорить. Но язык словно налился свинцом. Профессор Снейп сидел в кресле у самого камина и читал книгу. Он мало обращал внимания на то, как Гермиона, которая совсем не умела пить, вкидывала в себя бокал за бокалом, иногда забывая закусывать. И девушка понимала, что он намеренно ее игнорирует. Чертов профессор просто хочет, чтобы она сама поняла весь масштаб своей ошибки. -Профессор… - с трудом ворочая языком позвала Гермиона. Он повернул к ней голову. – Мне плохо, профессор… Меня тошнит… -Ванная по коридору направо, первая дверь. Гермиона встала, кое-как пересекла гостиную, чудом умудрившись не врезаться в журнальный столик. И только когда она исчезла с поля зрения, профессор Снейп отложил книгу. Он устало откинул голову на спинку кресла и прикрыл глаза. Чертова девчонка. Вроде и с мозгами все хорошо, а такая глупая! Завтра ведь с ума сойдет, когда проснется. И Антипохмельного, как назло, нет. Придется идти варить. Но только после того, как уложит упрямицу спать. Судя по внезапной тишине, ей уже пора. Первые несколько секунд после пробуждения Гермиона пыталась понять, где она находится. Светлая комната с голубыми обоями была ей незнакома. Жуткая головная боль и бешеная жажда мешали девушке сосредоточиться, но через пару минут мучений сквозь белую пелену в голове начали прорезаться воспоминания. Она вливает в себя огневиски, несмотря на противный вкус, а Снейп сидит почти рядом с кислым лицом и усердно делает вид, что читает. А потом ей становится плохо, она идет в ванную, и… все. Больше Гермиона ничего не помнит. С трудом превозмогая боль, Гермиона встает с постели и вдруг обнаруживает на прикроватной тумбочке небольшой пузырек с наклейкой «Антипохмельное». Даже не пытаясь задуматься, девушка залпом опустошает пузырек и почти сразу чувствует себя лучше. Вернее, ей так кажется первые секунды. А потом накатывает другая боль. Снейп. Как же она вчера хотела, чтобы он составил ей компанию. Хотела и боялась. Уже будучи слегка нетрезвой, Гермиона вдруг придумала совершенно безумную вещь. Если Снейп стал виновником того, что она теперь боится отношений, пусть он же это и исправит. Как? Пусть докажет ей, что сексуальные отношения могут доставлять удовольствие. Вчера эта мысль казалась ей такой правильной, честной, а теперь она была в ужасе. Вчера она была готова озвучить свою мысль вслух, но останавливало ее только игнорирование со стороны Снейпа. Кто знает, как бы все случилось, если бы они хотя бы заговорили. Сгорая от стыда, Гермиона пообещала себе больше не пить. Одевшись и умывшись, Гермиона спустилась на кухню, которая была совмещена со столовой. Благо, коттедж профессора был небольшим, и потеряться в нем было сложно. К слову, сам профессор стоял у плиты и, судя по щекочущему ноздри аромату, варил кофе. -Доброе утро, мисс Грейнджер, - поздоровался он, скривив губы в подобии улыбки. – Как самочувствие? -Хорошо, спасибо за зелье, - ответила Гермиона, смутившись. -Да не за что, - хмыкнул профессор, ставя перед Гермионой тарелку с яичницей и чашку кофе. – А могу я задать вопрос? О чем вы думали, попросив меня привести вас к себе домой и позволить напиться? -Я просто хотела расслабиться, - слабо попыталась оправдаться Гермиона. – В последнее время я была словно натянутая пружина… -Это понятно. Но почему вы решили расслабиться именно у меня дома? Почему нельзя было это сделать в Выручай-комнате, к примеру? Чего вы добивались? – в голосе профессора Снейпа слышалась угроза, и это пугало. -Ничего…Мне просто нужна была компания, - еще слабее прозвучал голос Гермионы. – А Гарри и Рон… они бы не поняли меня… -Неужели вы подумали, что я буду с вами пить после того, что между нами произошло? – неожиданно с яростью прошипел Снейп. -Я… не знаю, - Гермиона опустила голову. -Вам полегчало? Вы расслабились? Что изменилось, скажите мне! – Снейп навис над съежившейся девушкой, словно скала. -Ничего! Ничего не изменилось! – выкрикнула Гермиона, вывернувшись из-под Снейпа и отскочив от него, как ошпаренная. – Довольны? -Более чем! – рыкнул Снейп. – Алкоголь не решает проблем, запомните. И чувство расслабленности, которое он дает на пару часов, оно ложное, ненастоящее. Вы были напряжены, вы такой и остались. Он не лечит душу… -Вы тоже были пьяны тогда, - тихо перебила его Гермиона и тут же об этом пожалела, потому что глаза профессора заблестели нехорошим блеском. Он молчал около минуты, скользя затуманенным взглядом по лицу Гермионы, а девушка мысленно желала провалиться сквозь землю. Ей было сильно не по себе, потому что она не могла оторвать взгляд от глаз Снейпа, которые казались ей черными бездонными колодцами, наполненными печалью, отчуждением и страхом. -Вот уже 17 лет подряд, из года в год, я клянусь себе, что на следующее 30 января у меня получится сдержаться, - профессор Снейп говорил так, словно за каждое слово его режут тупым ножом. – Я клянусь себе, что выпью только один бокал… Но ни разу я еще не исполнил свою клятву. Вот уже 17 лет подряд раз в год я напиваюсь до беспамятства, до безумия просто… -Зачем? -Знаете, что самое прекрасное из того, что может быть у человека? Воспоминания. И они же – самое ужасное. Я помню все моменты, когда я был счастлив. И ненавижу их. Потому что они никогда не повторятся. Единственный человек, с которым я несколько раз в своей жизни был счастлив, мертв… -Лили Эванс, - догадалась Гермиона. -30 января у нее день рождения, - прошептал Снейп, прикрыв глаза. – Раз в год я позволяю себе достать ее фото и предаться воспоминаниям. Сначала они вызывают улыбку, а чуть позже ненависть и боль. Она умерла, она меня бросила… И я начинаю пить. Зная, что мне все равно не полегчает, я пытаюсь залить дыру в душе, которая не может затянуться вот уже 17 лет. А вы… Вы мучаете меня одним своим существованием… -Профессор Снейп, не говорите так… Внезапно профессор подошел к Гермионе так близко, что ей пришлось запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в глаза. И что самое странное, девушке не хотелось отойти. -Вы так на нее похожи, - Снейп легко коснулся ее щеки. – Умны, талантливы, добры. Чуткая душа, готовая помочь всем и каждому, кто в этом нуждается. Я боюсь видеть вас с первого самого дня, как вы появились в Хогвартсе. Прошло столько лет, а я не могу успокоиться, потому что вы изо дня в день напоминаете мне ее. И тот злопамятный вечер… Зачем? Зачем вы пришли? Я не мог остановиться! Я смотрел на вас, а видел Лили! Мерлин, как я себя ненавижу! -Хватит! Профессор… -Вы так похожи, как и различны, - продолжал Снейп, словно бы и не слыша просьбу Гермионы. – После того вечера я попытался не обращать внимания на вашу схожесть с Лили, я попытался увидеть вас, какая вы есть. И знаете, что самое страшное? Я стал думать о вас чаще, чем о ней. Черт возьми, даже вспоминая то, что я сделал с вами, я думаю о вас, а не о том, что видел в вас ее… -Зачем вы мне это говорите? – Гермиону охватила странная дрожь от слов профессора. Она тряслась, как последний лист на осеннем ветру, и Снейпу от этого было явно не по себе. -Я не знаю, - он покачал головой и вдруг отступил на несколько шагов от нее. – Наверное, я слишком долго держал это в себе. Извините. -Нет, не извиняйтесь. Все в порядке. -А теперь уходите, - неожиданно потребовал он. -Что? -Уходите. Я и так уже сделал слишком много глупостей, не хочу наделать еще. Гермиона не двигается с места, пытаясь найти в лице Снейпа хоть что-то, что заставит ее остаться. Вот так внезапно он просит ее уйти. А Гермиона не хочет уходить, и это ее пугает. А он боится, это видно по его взгляду. Ему страшно и больно, поэтому ей приходится уйти в гостиную и, снова усомнившись в правильности своих действий, взять горсть летучего пороха...