Вынужденный союз

       Ночь уже вступила в свои права. Растущий молодой месяц, при свите, из тысяч ярких звезд, украшал собой небосвод. Ночь была ясной. На небе не было ни единого облачка, которые могли скрыть красоту звездного неба. Не нужно было зажигать факел, чтобы разглядеть среди деревьев лесную тропу, петлявшую среди стволов, и уходящую все дальше в чащу.       Мужчина шел по тропе очень осторожно, стараясь привлекать к себе как можно меньше внимания. Он ,мысленно, сыпал проклятьями в своего господина, считая, что суваться в лагерь эльфов ночью равняется самоубийству. Причем далеко не всегда в легкой форме. Оставалось только надеяться, что план коменданта сработает, и мужчина доживет до утра. Конечно,он мог, просто, забрать кошель, и убежать. Но он не мог. Не только потому, что бежать было некуда, и его могли поймать разбойники на ближайшем тракте. Нет, у Дика были понятия долга и совести. Именно они не давали ему послать все к чертям.        Примерно два года назад Бернард Гавер спас полукровку краснолюда,при военных действиях с Нильфгааардом. И смягчившись к нелегкой судьбе Дика, сделал его своим помощником, будучи уверенным в том, что он его не предаст.        Комендант не просто так, отправил именно Дика. Щекастому как-то приходилось иметь дело с белками, помимо своей воли. Тогда, его женке, захотелось приобрести браслет, работы эльфских мастеров из синих гор. Именно эльфских. Именно из синих гор. Все предложения мужа на то, что бы приобрести украшение у мастеров из Новиграда, или местных эльфов присекались на корню. Мужчина думал высказать жене, все, что он думает по поводу таких запросов. Но не мог. Можно было назвать его подкаблучником, тряпкой, или просто влюбленным. Вдобавок, незадолго до того, он узнал, что женщина на сносях. Счастливый мужчина был готов, хоть в логово дракона полезть, если бы того, его женка захотела. И Дику пришлось купить украшение нелегально. Он, через знакомых нелюдей узнал, что в здешних лесах засел отряд белок, и за некоторую сумму, нелюдь согласился проводить его в лагерь (конечно, он сначала убедился, в мирном интересе человека).       В лагерь, конечно, Дик не попал, но теперь, знал, где находится поляна, на которой нужно было произнести пароль три раза, собственно, и пароль мужчине удалось узнать. Оставалось надеяться, что его не сменили. Обычно пароль меняли каждый месяц, а с момента покупки браслета у скоя'таэлей прошло чуть более двух недель.       Деревья стали расступаться перед человеком, открывая вид на большую, залитую лунным светом поляну. Она была практически идеально круглой формы, поросшая высокой травой, доходящей невысокому мужчине до пояса. Дик вышел на середину поляны, поднял руки, и собрав всю храбрость, все-таки сейчас он был один, а не в сопровождении доверенного нелюдя, крикнул: - Куролиск! Куролиск! Куролиск!        Тишина. Не единого звука, даже перестало быть слышно копошащегося в траве зайца. И вдруг, мужчина почувствовал, что в затылок ему что-то упирается. "Стрела",- промелькнула мысль у мужчины, он попытался, повернуться, но его остановил голос: - Не двигайся! Иначе пристрелю. Что тебе нужно на этот раз, dh'oine?

***

      Эльф сидел на раскидистой ветке дуба, которая нависала у самого края большой поляны. Seidhe понимал, что это лучшее место для наблюдения. Его отсюда не мог увидеть никто, а он наблюдал все пространство на десяток метров вокруг. Он не беспокоился о солдатах, только посвященные знали, об этом месте, которое нельзя было обнаружить, не зная дороги. Эльфа беспокоило не это. А то, что последнее время, его бойцы вели себя слишком фривольно, и парочки могли спокойно взять, и уйти с патруля в сторону поляны, наслаждаться друг-другом.        Скоя'таэли пришли сюда к началу весны, с севера.       Война разорила маленькую деревеньку, где партизаны жили всю зиму, помогая тхойне в их работе. Конечно, командир понимал, что его братьям и сестрам это не нравится. Но есть ли у них выбор? Зимой, они бы померзли насмерть в холодном лесу, а те кто не замерз, умерли бы о простуды и голода в мучениях. Седрик не мог допустить этого. Он слишком высоко ценил жизнь своих братьев. Слишком уж много на своем веку он видел смертей aen seidhe.        Поэтому, он смог договориться со старостой маленькой деревушки, о том, что они приютят их на зиму. Взамен крестьяне получили бы охрану от бандитов и бесплатных работников. Староста долго колебался, но в конце концов согласился с условием того, что эльфы заплатят за свое проживание. Так как денег у эльфов не было, то Седрик сказал, что они расплатятся пушниной.        Конечно, когда капитан сообщил отряду о том, что зиму они будут жить у презренных dh'oine, его никто не поддержал. Многие говорили, что он предает идеалы aen seidhe, что лучше смерть от голода, чем пресмыкание перед paveane. Эльфу пришлось идти на жесткие меры. Он сказал, что это приказ, и кто не согласен с ним, то может идти на все четыре стороны. Парочка молодых эльфов так и сделала. Потом, уже к середине зимы до него дошли вести о том, что они умерли в лесу от обморожения.        К концу зимы, в их убежище нагрянул специальный отряд Тимерии, под предводительством, уже получившего известность, Вернона Роше. Его люди вырезали всю деревню, не жалея ни детей, ни беременных женщин, подозревая, что они носят эльфийских ублюдков. Конечно, это имело основания быть. В отряде было достаточно молодых эльфов, но женщины, хоть и dh'oine, не заслужили такой смерти.        Эльфам пришлось бежать в леса, не смотря на то, что весна не вступила в свои права на полную. Спасая свои жизни, они продвинулись на десяток миль на юг. К началу весны они осели у небольшого городка. Седрику понравилось это место тем, что до него в этих лесах скоя'таэлей не было. А с началом таяния снега откроются дороги, по ним начнут ездить повозки и можно будет разжиться всем необходимым для отряда.        Особенно нравилось эльфу то, что Нелюдей в городке, было не более и не менее одна треть от населения. Это давало ему надежду, что возможно, кто-то из них согласится помогать белкам. Так и произошло. К удивлению, откликнулись всего 1 краснолюд и 2 эльфа, аргументируя это тем, что им и так неплохо живется, а белки могут все испортить, а жизнь их превратится в кошмар, как в остальных городах Тимерии.       То, что нелюдям в тимерской фактории живется хорошо, скоя'таэль сильно сомневался. ”Скорее всего, их запугали” - думал эльф. Он не верил в то, что от dh'oine можно ожидать идей о равенстве и братстве. В его глазах, все они были жестоки и алчны до своей выгоды.        Со стороны кромки леса послышалось шуршание и тяжелые шаги. ”Краснолюды” - подумал про себя эльф, но на всякий случай достал из-за спины лук.        Он оказался почти прав. Из леса, находящегося у противоположной стороны поляны, вышли краснолюд, тот самый, который согласился помогать белкам из города, и молодой невысокий мужчина. Такой расклад не устраивал Седрика. Он не доверял людям, и не понимал, зачем краснолюд притащил человека сюда, на тайное место встречи.        краснолюд вышел на середину поляны, по грудь утопая в молодой траве. Поднявшись на цыпочки, для уверенности, он приложил руки ко рту, ввиде рупора, и прокричал пароль, который Седрик сообщил ему лично: - Куролиск！Куролиск！Куролиск！        Не выдавая своего местоположения эльф спросил: - зачем ты привел сюда этого dhoi'ne, sell?        Не видя своего оппонента, краснолюд растерялся, стал вертеться вокруг своей оси и говорить: - Этот человек хочет купить браслет, эльфской работы. К тому же, он не совсем человек: он наполовину краснолюд. Он не желает нам ничего плохого.        Эльф, легко и почти бесшумно, спрыгнул с дерева, не забывая держать лук в боевой готовности, готовый выстрелить в любую секунду, если почует подвох. - Ты совсем мозги потерял？ Я вроде ясно выразился: никаких дел с dhoi'ne. Хотя, этот не совсем человек, поэтому можно и поговорить, - мужчины разом обернулись от неожиданности на певучий хрипловатый голос, разносившийся трелью у них за спиной.        Когда Дик обернулся, он увидел высокого, мускулистого（насколько это возможно для эльфа）опасного зверя. Миндалевидные зеленые глаза хищно рассматривали гостей. На красивом лице сидха играли желваки.        Наконец мужчина решился говорить: - Я пришел сюда с мирными намерениями. Моя жена очень хочет браслет, работы эльфийских мастеров из синих гор. Я не могу ей отказать: она ожидает ребенка. За этим я и здесь: может у кого-то из членов твоего отряда найдется что-то подобное. А деньги вам не повредят, - он смерил оценивающим взглядом поношенную стеганку эльфа, - только могу предложить не более 150 оренов.        Эльф презрительно посмотрел на полукровку. Вещи его бойцов, которые они оставляли себе, зачастую хранили определенные воспоминания, дорогие его братьям и сестрам. Их нельзя было измерить монетами. Но и деньги в настоящее время лишними не были. - Я знаю, у кого есть подобная вещь. Но он ей дорог. Поэтому говори с ней сам. Если она согласится - твоя удача. - Спасибо, - на губах мужчины заиграла улыбка. - Ждите здесь, я скоро вернусь с Торувьель, - и не дожидаясь ответа, эльф растворился в кромке леса.        Мужчины остались одни на залитой лунным светом поляне. Они сели на еще не прогревшуюся до конца землю. И начали разглядывать друг-друга. При этом не проронив ни одного слова.        Дик сидел скрестив ноги, и думал, вот перед ним краснолюд. Довольно упитанный и коренастый, как впрочем и все представители своего народа. Зная, что краснолюд живет в городе довольно давно, и имеет неплохой доход от того, что скупает старые украшения и утварь за себестоимость , сплавляет их в сырье, и перепродает на юг. Что же тогда могло подвигнуть этого рыжебородого мужчину на пособничество лесным бандитам? Врятли кто-то мог обесчестить его дочь, ведь он не показывал ее никому, все знали о ней только то, что она существует. Да и никто особо не считал в городе краснолюдок красавицами. Всем было известно о том, что они не пользовались популярностью. Скорее всего, причина того, что краснолюд ,сейчас, находился здесь и помогал Дику была в чем-то другом.        Дик хотел уже, завязать легкий непринужденный разговор, в ходе которого хотел узнать причины помощи и содействия, но этому не суждено было сбыться. Из кромки леса показались две стройные и грациозные фигуры. Одна, как смог разглядеть Дик, принадлежала уже знакомому ему эльфу, а обладательницей второй, была темноволосая эльфка, с темными большими глазами, в которых читалась неприязнь ко всему роду человеческому, к каждому, в чьих жилах текла кровь людская, независимо от того, была ли она смешана с эльфьей,, краснолюдской, гномьей или низушечьей и в каких пропорциях.        - Говори! - эльф повернулся к Дику и сдержанно кивнул        Дик на секунду растерялся, опустил глаза, вдохнул полную грудь воздуха, выпрямился, и смотря в черные миндалевидные глаза, произнес причину своего визита.        Эльфка слушала полукровку спокойно, слегка наклонив голову набок, в глахах ее мелькал недобрый огонек. Наконец, когда Дик замолчал, она окалила безупречные белые зубы: - Седрик, ты верно решил, что я дура, раз допустил мысль о том, что я готова продать дорогой мне браслет, подаренный сам знаешь кем. И ты хочешь отобрать у меня его подарок? - На бледном лице заиграли желваки. -Нет Торувьель. Но ты сама понимаешь, что у нас нет выхода. Этот человек обещал за этот браслет не меньше 100 крон. На ти деньги мы сможем закупить достаточно сукна и масла, которые нам необходимы. И ты это тоже понимешь. Твоя память, она в сердце, socra, а браслет - я же вижу, что он причиняет тебе только боль.        Торувьель смотрела в глаза эльфу около минуты, стараясь откопать в их глубине, то, за что можно зацепиться, уколоть наглеца, чтобы в следующий раз не лез не в свое дело. Но не найдя ничего, она отвела глаза, и сдержанно бросила: - Хорошо. Я отдам тебе этот браслет за 120 крон, - при этих словах, она сняла с изящного запястья, ажурный браслет, с инкрустированными самоцветами, и цветочным арнаментом. И положила в мозолистую руку Седрика, не забыв заглянуть ему в глаза, - деньги мне не нужны. Потрать на нужды отряда, но больше, никогда не затрагивай то, что задел сейчас.        Эльфка аккуратно задела плечом своего командира, и скрылась в кромке леса, напоследок бросив: "возможно, ты прав". - Забирай, и иди! - сказал Седрик, приняв от краснолюда увесистый мешочек.        Дик не заставил себя ждать, взяв сопровождавшего его краснолюда под подмышку, он быстрым шагом отправился к тому, краю поляны, с которого они пришли. Дик был рад, ведь теперь, у него есть этот злощастный браслет из синих гор, и его жена, теперь будет обязана родить крпекого и здорового мальчика.

<center>***

</center>        Дик чувствовал стрелу, царапающую затылок, чувствовал и ровное медленное дыхание эльфа. Как прежде, он набрал полные легкие воздуха, и ответил: - Меня прислал сюда наш комендант. Он хочет предложить сотрудничество,- на долю секунды, он почувствовал, что стрела дрогнула, но спустя мгновение, ее уже не было на его затылке. - Расскажи подробнее, - прозвучал знакомый певучий хрипловатый голос. Дик обернулся и увидел беличьего командира.        Осторожно подбирая слова, он неторопливо излагал эльфу причину, по которой беспокоил его. Он не утаивал ничего, ведь дело было ,действительно, серьезным, и скоя'таэли должны были знать, на что идут, и для чего. Закончив говорить, полукровка осторожно посмотрел в глаза эльфу. - Я правильно понял? Комендант предлагает нам зарабатывать для него деньги, чтобы он смог расплатиться с долгами, а мы останемся не с чем, да еще, может быть, и с перерезанным горлом? - в словах белки читался скептицизм и недоверие. - Нет, нет, нет! Что вы, Господин Гавер предлагает обоюдно выгодное соглашение на равных. К сожалению, он не посвятил меня во все подробности, просил предать меня, что все подробности он скажет при личной встрече на нейтральной территории. - Ну и где же он предлагает встретиться? - В поле, у кургана, которое находится одинаково в отдалении от леса и фактории, - Дик указал рукой налево, где за лесом простиралось большое пшеничное поле, в середине которого был старый курган, предположительно в котором, было большое захоронение, времен вранов, - в знак наших добрых намерений,- он протянул эльфу небольшой мешочек.        Эльф медленно взял мешок из рук, взвесил на руке, и осторожно убрал за пазуху. Что-то крикнул на старшей речи, и посмотрел прямо в глаза полукраснолюду: - Иди обратно, к своему господину, и передай ему, что я буду его ждать на условленном месте, после заката. Да не забудь передать, чтобы никого с собой не брал. Встреча будет один на один. Нечего посторонним уши греть,- при этих словах эльф нахмурился, - и вот еще: если вы что-то задумали, решили взять меня в засаду, или еще что-то, то уверяю, ничего у вас не получится,- сразу после сказанного он мелодично свистнул, - теперь можешь идти отсюда, и не боятся. Уходи.        Дик тут же спохватился, и быстрым шагом двинулся к краю поляны, к знакомому пути, ведущему в безопасность, к дому, семье, коменданту. Он не верил самому себе. Ему удалось, он выжил после встречи с белками, он выполнил поручение. Теперь оставалось дело за малым. Вернуться в город и обо всем рассказать.