Friend, Please

— Ты ебанный трус, и ты знаешь это. Джош тихо и быстро кивает, идя по аэропорту, ухватившись потными руками за портфель. Это он стал слабее, или его портфель стал тяжелее? Он не может сказать точно. Все, что он знает — это то, что на следующий день после свадьбы своего лучшего друга он сваливает нахер из Коламбуса так быстро, как только может. Это слишком для него: все эти странные эмоции, голос в его голове, вся эта волшебная счастливая атмосфера, которая, кажется, придушит Джоша и покрасит его в более тёмный и более убогий оттенок серого, чем до этого. Он все рушит, действуя так очевидно, утопая в своей убогости, когда он по идее должен быть радостным. Это лишь попытка действовать. Никто не понимает этого лучше, чем он сам. Ему нужно выбраться отсюда, как можно раньше. Он не может рисковать, будучи таким разбитым возле Тайлера. Тайлера. Его счастливого, прекрасного, успешного, идеального Тайлера с его счастливой, милой, идеально великолепной Дженной и их волшебными и счастливыми отношениями. Он не может отравить их. Он убьет себя, если сделает это. Больно — оставить лишь цветы и простую белую открытку с неровно написанным в центре "Поздравляю" на пороге Тайлера, но это необходимость. Это то, что он говорит себе, пытаясь подавить рвущиеся из него слёзы.

***

— ... Джошуа... Следует вздох. Разочарованный, может даже немного расстроенный. Это заставляет Джоша вздрогнуть, и ему больно в самом плохом смысле этого слова. — Мне жаль, — повторяет он слабо. — Я просто.. Ты все равно собирался на медовый месяц через неделю, и я подумал, что ты захочешь немного вжиться в эту... молодоженскую фазу без каких-либо отвлечений. — Ну.. да, — соглашается Тайлер, но с оттенком раздражения в голосе. — Но я бы все равно смог бы с тобой потусить на этой неделе. — Прости, — Джош укрывается одеялом в своей кровати, удобнее устраивая одеяло на своём худом теле, будто бы пытаясь спрятаться от разочарования своего лучшего друга. Ещё один вздох. На этот раз грустный, практически ностальгический. — Я просто скучаю по тебе, Джош, — шепчет он, и его голос такой грустный, что это заставляет внутренности Джоша кровоточить. — Такое ощущение будто... Будто мы находимся далеко друг от друга уже так долго и это уже... Он останавливается, и Джош молчит, потому что он не может сказать: "Нет, это неправда", потому что да, это правда. — Ну, полагаю, тут уже ничего не поделаешь, да? — Тайлер звучит немного язвительнее, и мир Джоша переворачивается с ног на голову, когда он слышит голос своего друга, звучащий эхом в его голове. — Я полагаю, мы просто должны оставить друг друга так, как ты это сделал: в недоумении и так, блять, далеко. Глаза Джоша расширяются, когда Тайлер матерится. Он так никогда не делал. — Тайлер, мне действительно очень жаль, что я не сказал тебе, что возвращаюсь так рано... — На следующий день после моей свадьбы, — шипит Тайлер. — Оставив лишь букетик белых роз и простенькую открытку с поздравлением на моём крыльце так, будто они от ебанного незнакомца. Каждое слово прожигает дыру в сердце Джоша, и хуже всего то, что он верит, что заслуживает этого. — Ради всего, блять, святого, я знал, что ты не был охуительно рад тому, что я женюсь, хотя я до сих пор не понимаю почему, но я даже и не подозревал, что ты станешь таким... Джош бросает трубку, прежде чем Тайлер заканчивает. Его сердце болит слишком сильно, чтобы слушать Джозефа, даже если он понимает каждым сантиметром своего тела, что это правда. Он не хотел оставлять своего лучшего друга так быстро, и он чувствует себя самым худшим человеком на земле, делая такие немыслимые и ужасные вещи по отношению к кому-то, кого он любит, но ему пришлось. Как он мог быть так близко к своему другу и продолжать лгать, что с ним все в порядке? Как он мог сохранять маску счастья на лице, когда на самом деле он умирал внутри? Его телефон снова звонит, и Джош может услышать его голос. — Тупой ублюдок. — Бесполезный. — Никем не любимый. — Ебанный трус. Джош давится всхлипом и бросает свой телефон в стену.