Friend, Please

— Джош? Голос Тайлера полон страха, неверия, и барабанщик хочет убежать и спрятаться куда-нибудь, лишь бы не слышать этого. Он уверен, какую бы ненависть Тайлер не хранил у себя в сердце, она бы никогда не сравнилась с тем, что он чувствовал, стоя напротив Джоша сейчас, видя его таким слабым и уязвимым. Рот Тайлера открывается, ужас застывший у него в глазах становится лишь сильнее с каждой минутой. Его имя, слетающее с губ солиста, дрожащее, если даже не испуганное, пока он шагает к своему другу с ярко горящим намерением в глазах. Если бы только Тайлер не был пойман врасплох своим страхом, он бы заметил то, как Джош съежился, то, как его дыхание потяжелело и ускорилось. Его сердце наполнилось паникой. Он пытается успокоить себя, сказать себе, что это лишь его лучший друг, но злость, которую он видит в Тайлере лишь увеличивается с каждой секундой, подталкивая Джоша к обмороку. Он не знает, что злость его лучшего друга направлена лишь на самого Тайлера, ненависть нацелена лишь на его очевидную непроходимую тупость. Тайлер не винит никого, кроме себя, за те отметки, которые несомненно спрятаны под бинтами, прямо над тонкой кожей запястий Джоша, над его слишком худыми бедрами. Он падает на колени перед перепуганным парнем, слишком испуганный, чтобы понять, что это не только его чувства сейчас ведут непрерывную борьбу за доминированием друг над другом. Он берет Джоша за локоть и вытягивает его руку перед собой, пытаясь посмотреть на белые бинты сквозь слёзы, которые размыли все очертания предметов, и осознать, что же именно значат эти отметки. Незнание, неудача, тупость. Все это по вине Тайлера. — Что ты наделал? — спрашивает Тайлер, его слова будто звезды, падающие с неба, тяжёлые мёртвые предложения, приглашение на самый нежеланный разговор. И прямо в этот момент, Джош разрушается, словно последние опорные столбы, выпуская наружу тяжелые рыдания, прижимая свои ладони к глазам и отчаянно желая перестать чувствовать. Ему никогда раньше не было так плохо от того, что он человек. — Что ты наделал, ангел? — снова спрашивает Тайлер, пока его собственные рыдания не стихают до конца, и они словно мягкий прощальный поцелуй, и хотя Джоша наконец и обнимают теми руками, которым он принадлежит, не слышится никакой праздничной музыки или радостных криков благодарности. Если бы жизнь не обернулась подобным образом, тогда возможно два плачущих ангела, лежащих в том месте, которому они не принадлежат, были бы совсем другими.

***

Слышится стук в дверь, а затем она мягко открывается, но не широко, лишь для того, чтобы мог пролезть один человек. Джордан заглядывает внутрь, беспокойство грызет его внутренности, когда он видит Тайлера, облокотившегося на спинку кровати, и Джоша, спящего между его ног. Голова Дана покоится на груди Тайлера. С первого взгляда, Джордан думает, что Тайлер тоже спит, но, присмотревшись поближе, он видит слезы, скатывающиеся по его щекам. Его лицо выставляет напоказ все его уязвимое нутро. Вся эта невероятная боль отчётливо читается у него на лице. Никто не может спать с таким страдающим лицом, Джордан понял это, наблюдая за Джошем в больничной кровати. Он тихо прокрадывается в комнату, его шаги легкие и едва слышные. Джордан встаёт на колени перед кроватью, тихо кладя руку Тайлеру на плечо. Он не подпрыгивает в удивлении, как Джордан этого ожидал, вместо этого он открывает глаза и пялится на бледную стену напротив. Даже если его черты лица буквально кричат о его ничтожности, его карие глаза пугают Джордана больше всего. Кровавые раны тысячи невысказанных войн и крики матерей, которые нашли своих детей зарезанными и мертвыми на окровавленном полу, не сравнятся с эмоциями, которые отображаются у него в глазах. — Тайлер, — шепчет Джордан, сглатывая, когда его друг медленно поворачивается, будто ему больно двигаться. Когда их взгляды наконец встречаются, Джордан не может объяснить неожиданную боль, которая крепкой хваткой сжимает его сердце при взгляде в глаза Тайлера. Он выглядит на несколько лет моложе, открытый и уязвимый к каждому удару, который ему могут нанести. Больно видеть Тайлера вот таким, ведь он всегда считал его своим старшим братом. — Тай, ты в порядке? — он мягко гладит его плечо. Проходит несколько секунд, но Тайлер отвечает коротким кивком головы, как будто если бы он заговорил, то просто расплакался бы. Их взгляды переходят на спящего Джоша. Его лицо наполовину спрятано в груди брюнета, а глаза все ещё покрасневшие из-за стольких слез. Но только когда он снова смотрит на Тайлера, он наконец видит это. Безошибочный вид чувства вины, ненависти к самому себе. — Тайлер, — шепчет Джордан, используя свои пальцы, чтобы поднять его лицо и заставить его посмотреть на себя. — Тайлер, ты же знаешь, что это не твоя вина. — Но это так, — наконец хрипит Тайлер, его голос тихий и разбитый. Слёзы снова наполняют его глаза. — Это все моя вина. Джордан открывает рот, чтобы возразить, но Тайлера неожиданно прорывает, и он говорит со скоростью одной мили в минуту, пока слёзы катятся по его бледному и напуганному лицу. — Я игнорировал его, я отрицал то, что что-то было действительно не так с ним, даже когда я видел, что он становился бледнее и худее, и угасал с каждым днём все больше и больше. Я не обратил внимания на то, как он себя чувствовал из-за Рождества и своей свадьбы, и даже после этого, когда он позвонил мне на следующий день после того, как уехал, господи боже, я так сильно на него разозлился. Я не ненавидел его так, как он наверное думает, но я ненавидел тот факт, что мы были так далеко друг от друга, и это было похоже на то, будто бы.. — он давится, его рука взлетает, чтобы прикрыть его рот. — Я терял его. Я чувствовал себя так, как будто я терял своего лучшего друга, и я не знал, что делать или как справляться с этой ситуацией, поэтому я разозлился. Боже мой, я так сильно разозлился, я наорал на него и обозвал его ужасными словами, которые я совсем не имел ввиду. Тайлер начинает дрожать, слова перемешиваются и искажаются из-за его всхлипов. — Потом я не звонил ему. Я совершил ошибку, ожидая, что это он придёт ко мне, а не наоборот. Я.. Я не знаю, что случилось, но Джордан, я был так.. Я был так расстроен из-за себя, и я так ненавижу себя за то, что я не добрался до него, пока.. Пока он.. Джордан тут же встаёт и обнимает Тайлера изо всех сил, его сердце разбивается каждый раз, когда он слышит тихие всхлипы Тайлера. — Все в порядке, Тай, все в порядке, — успокаивает он, его собственные слёзы также застилают ему глаза, пока он держит своего друга и надеется, что Джош не проснется. — Это все моя вина, — разбито повторяет Тайлер снова и снова, словно свою мантру. — Мы все виноваты, ладно? — Джордан отклоняется, чтобы посмотреть Тайлеру в глаза, пытаясь внушить ему это. Хотя он и знает, что это не возымеет большого эффекта. — Мы все совершали ошибки, которые очевидно позволили Джошу.. Вот так вот упасть.. Но самое важное это то, что сейчас мы все здесь, да? Бог дал нам шанс исправить все это. Тайлер тупо смотрит на него, и на секунду, Джордан думает, что его слова даже не были услышаны, но потом он кивает, тихо шмыгая и снова глядя на Джоша, который чуть-чуть шевелится. Джордан видит, когда кто-то не хочет больше говорить, так что он уважает право Тайлера на молчание, зная, что ему понадобится время, чтобы обдумать его слова ещё раз. — Просто отдохни, ладно? — Джордан снова кладет руку ему на плечо, немного улыбаясь, когда Тайлер кивает в ответ. — Если ты голоден, то внизу много еды. И даже не вздумай уйти сегодня ночью. — Конечно, — Тайлер все ещё звучит разбито, но вещь, которая успокаивает Джордана - это яркий отблеск надежды в его голосе. — Спасибо. Джордан кивает, бросая последний взгляд на своего брата, и мягко целует его теплую щеку. А затем он уходит.